Исследование старообрядческого раскола

Сей мой убогий труд аще кому от благоразумных и богомудрых читателей случится чести, молю, да не удивляется зде просторечию и некрасному сочинению ибо не ради мудрых и в Божественном Писании искусных сия написашася, но ради самых препростых людей, силы Писания Святого неведущих, имъже и простая беседа едва внятна бывает. К таковым и древнии Святители и учители просторечием своя простираху беседы, яко же святый Златоуст, иже исперва обыкл бяше премудре сочиняти своя словеса: увещан же быв женою, отложи премудрое риторствование, ятся же просторечия. Единою бо учащу ему люди в церкви, жена некая от народа воззва, глаголющи: учителю духовный, паче же реку, Иоанне Златоусте! углубил еси кладязь святого ти учения, а ужя ума нашего суть кратки, и не могут досязати. Он же, помыслив в себе, яко несть полезно хитроплетенное к народу простирати слово, тщашеся оттоле не ухищренными ветийскими, но простыми, нравоучительными же словесы, беседу свою украшати, яко да и простейший слышатель разумеет, и пользу приемлет. Такожде и священномученнк Александру епископ Команский [1], (якоже в житии того пишется): Не печашеся о красоте словес в своих к народу глаголемых поучениях, но о пользе душ имеяше тщание, и бываху многая в беседе его просто; простых ради глаголемая, но зело душеполезная. И егда от некоего Аттического философа юна о просторечии подсмеян бысть; сотворися тому философу видение сицево: Мняшеся зрети стадо голубий белых, зело благолепных, неким дивным сиянием блещащихся, по словеси Псаломническому: криле голубине посребрене, и междорамия в блещании злата[2], и бысть глас к зрящему сия: Се суть словеса Александра епископа, имже ты посмеялся еси! Философ же от видения воспрянув, стыдяшеся о согрешении своем. Но и сам Христос – Спаситель наш, егда беседоваше к людем книжным, ко учителем жидовским мудрым, простираше к ним словеса Божественныя, премудрости исполненный, приводя свидетельства от книг Пророческих: егда же ко простому народу простираше слово, простыми притчами изъясняше им свою о небесном царствии проповедь, сказуя: яко подобно есть царство небесное человеку домовиту, и человеку сеявшему доброе семя на селе своем, и человеку купцу, и зерну горушичну, и квасу, егоже вземши жена сокры в мучных сатех трех, дóндеже вскисоша вся[3]. И моему убо смирению, емуже препростый народ в паству вверися, надлежит простыми словесы увещание простерти ко уклоняющимся в раскольническое заблуждение. Посла во мене Христос (да со Апостолом реку) благовестити не в премудрости слова[4].

Предисловие

Противу раскольнического упорства довольно ответствуют две изрядныя книги, яже прежднии святейшии патриархи Московскии со освященным собором написаша, которым книгам именования суть сия: Жезл Правления и Увет Духовный. И не требе лучших ответов на возражение умствования безумного противников Святой церкви; но понеже те книги в нашей Ростовской епархии обретаются ли где, несмь известен, и едва обретаются: ненавистная бо рука раскольническая истребляет я. Того ради краткую сию книжицу по должности моей написах: находящим бо волком на стадо, не подобает пастырю сном одержиму быти.

Смиренный архиерей Димитрий Божиею Милостию Митрополит Ростовский и Ярославский

Пречестным архимандритам, и игуменам, и всему монашескому чину,

И честным иереям, и диаконом, и церковником, по всех паствы нашей градах и весях сущим,

Купно и всему Епархии Ростовской правоверному Христианскому народу, всякого чина и возраста, возлюбленным ми братиям и духовным чадам,

Благословение и мир от Господа нашего Иисуса Христа.

* * *

Не довлеет нашему смирению к вам, о возлюбленнии! самыми токмо устными словесы беседу простирати, но и писанием полезная беседовати подобает. Устная бо беседа близ токмо слышится: а яже писанию предаются, та и в концы вселенныя происходят. Устно реченное слово скоро от памяти человеческая отъемлется: написанное же незабвенно пребывает. Яже убо усты глаголю и ихже вы поучаю, та судих и писанию предати, и в Епархию послати; понеже самому мне невозможно, некиих ради вин, проходити паству нашу, и везде люди Божия устно и лицезрительно поучати. Сие убо мое послание, вместо мене буди, проходя грады и веси Епархии нашея, и уча вы и увещавая, еже не прельщатися раскольническими ложными учении, но крепце в православной вере стояти, придержащеся матере нашея Святыя соборныя Апостольския церкве.

В первых объявляю любви вашей печаль и тугу души моея о вас, слышу бо, яко входят волцы тяжцы в вас[5], от дубрав и пустынь Брынских исходящие, и похищают лжеглаголивыми своими и тайными шепты (якоже змия Еву) Христовы овцы, не в спасение, но в погибель: и терзают стадо Божие, учаще неправославно, и прельщающе души невежествующия, снедают же я и поглощают ересьми своими, и в несытое адово чрево низводят. Но и от вас самех (якоже слышу) восташа мужие глаголющги развращеная, еже отторгнути ученики (простый глаголю народ) в след себе[6]. О чесом ми есть туга и печаль не мала, якоже и Давиду, о таковых тужащему и глаголющему: печаль прият мя от грешник, оставляющих закон твой[7].

То объявив, глаголю к вам со Христом Спасителем моим: внемлите от лживых пророков[8], сиесть, блюдитеся от лживых учителей. Пророками бо учители в древних бяху нарицаеми. Якоже и Апостол в послании к Титу о Критянех воспомяну глаголя: рече некто от них свой им пророк: Критяне присно лживи[9]. Пророк же их той бе (по Златоустову сказанию) Епименид Критянин, иже бяше пиита, и философ, и жрец идольский, и учитель Еллинских законов Критяном. Егда убо Христос Господь увещавает восследствующия ему блюстися от лживых пророков, увъщавает то блюстися от лживых учителей, каковы суть от Брынеких раскольнических скитов, аки от демонских гнезд исходящии. Блюдитеся от тех, о возлюбленнии! блюдитеся, от иже пригодят к вам во одеждах овчих, внутрь же суть волцы, хищницы [10].

Но речете: по чесому познати, аще кто волк есть, или добр человек? Отвещает Христос глаголяй: от плодов их познаете их; якоже и древо от плода познавается. Доброе древо добр плод творит, злое древо зол плод приносит: ниже может злое древо добра плода творити. Сице и тии, глаголю, лживии учители, волцы во одеждах овчих приходящии от плодов их познаваемы бывают [11], суть бо по Апостольскому словеси: древеса есенная, безплодная, дважды умершая [12], плода и листвия лишившаяся, веры и спасения надежди отпадшая, от церкви искорененная, плода добра неимущая, разве зол плод, подобный яблокам Содомским.

Пишет Златоуст святой яко во оной стране, идеже древле бяше Содома, растут древеса, и плод имут [13]. Плод же Божиего гнева есть воспоминание. Стоят убо шипки (яблони) светлое (красоты) явление имущие, и подавающие неведущему многую вкуса надежду. Аще же ли взяты будут в руце, разломившимся, плода убо никоегоже, прах же и пепел мног показуют внутрь хранимый. Таковы суть древеса учители раскольнические, и таковы их плоды, иже извне прелестными своими ученьми показуются быти красны, душеполезны: разломивше же их учение рассуждением и рассмотрением, обрящется то, якоже и Содомское яблоко, полно праха, лжи и смрада душевредства. И тако от плод их познаете их.

В достоверное же сего известие предложим зде тех Брынского сада древес, учителей, глаголю, раскольнических, три начальнейшие плоды сии:

Веру их,

Учение их и

Дела их,

и подлинным Розыском розыщем, испытанием разломим, и здравым рассуждением и рассмотрением, что в них есть увидим.

Зде же и ПРАВОСТЬ ПРАВОСЛАВНОЙ ВЕРЫ в первой части вкратце предложится.

Часть I. О вере раскольнической

В начале первый плод раскольнического сада, рассмотрим веру их, юже они украшают извне ложными своими словесы, пред невежествующими простолюдинами сказующе, яко их вера правая, их вера старая, и только-то и веры истинной, что в Брынских скитах: а во градах в церквах, во Архиереех и во иереях несть правой веры, переменили веру, исказили веру, новая настала вера.

Розыщем убо сие двое:

I. Есть ли их вера правая вера?

II. Есть ли их вера старая вера?

Статия первая. Есть ли их вера правая вера?

Приступая к первому розыску Брынской веры: есть ли их вера, правая вера? В начале полагаю вопрос:

Глава 1. Что есть вера?

Да соберутся вси раскольнические учители, от Брыни тайно к вам приходящие, ихже вы в подпольях ваших хороните, и да отвещают на сей вопрос:

Что есть вера?

Вем, яко кождо речет: Вера есть, еже веровати во единого в Троице Святой славимого Бога, Отца и Сына и Святого Духа, якоже в Символе написано, содержится: Верую во единого Бога, и прочая.

Добре исповедание веры, усты произносимое, глаголете: еже бо сердцем веруется в правду (по Апостолу), то усты исповедуется во спасение[14]; но аз не о сем вопрошаю, в кого и како веруете, веруете ли во единого Бога? Яв бо есть, яко все крещением святым просвещенные, веруем во единого в Троице Бога; но о сем вопрос полагаю: что есть вера? О едином токмо словеси (имени) сем вопрошаю, Вера: кое разумение словеси сего? по чесому вера именуется верою?

Вем, яко не отвещаете, ни бо знаете: веры учите, а что есть вера, не весте: самого бо речения того, Вера, истолковати не умеете.

Научитеся убо от святого Апостола Павла, в послании к Евреям, в главе II, в стихе в первом глаголющего сице: есть вера уповаемых извещение, вещей обличение невидимых[15]. Которые Апостольские словеса святой Иоанн Дамаскин читает сице: есть вера надеемых ипостась (состав), вещей обличение невидимых[16]. А Златоуст святой глаголет сице: вера убо есть взор безвестных, в тоежде видимым приводит извещение невидимая[17].

Разумеете ли силу словес сих, о Брыняне? Внятно ли вам сие, яко вера есть извещение, или (по Дамаскину), ипостась вещей невидимых? Аще не разумеете, слышите убо краткое, но ясное толкование Богословцев, глаголющих сице: что есть вера, разве веровати, чесого не видиши? Се толкование словеси (имени) сего, Вера: веровати то, чесого не видиши; того бо ради и нарицается верою вера, яко верует то, чесого не видит. Еще ли кому не внятно? да слышит убо пространного изъяснения сицеваго.

Глава 2. Вера есть то, чесого очи не видят, ни руце осязают

Вера есть то, чесого очи твои плотские не видят, ни руце твои осязают, сердце же твое, ум твой несомненно в себе утверждает, яко тако есть, а не инако: то Вера.

Не видим Бога, Бога бо никтоже виде нигдеже[18], глаголет Иоанн Богослов, несомненно же веруем быти Бога: то Вера.

Не видим Троических лиц в едином Божестве, ниже достизаем, како есть Троица во единице, и единица в Троице, веруем же несомненно быти в Троице единого Бога: то Вера.

Не видехом, ниже постизаем умом нашим воплощения и рождества Христова, како во утробе девической Бог Слово плоть бысть, и како родися нетленно, сохранив пречистую Свою Матерь пред рождеством Деву, в рождестве Деву, и по рождестве Деву, веруем же тако несомненно быти: то Вера.

Не видехом, ни видим очима плотскими двух естеств раздельных, Божиего и человеческого, во едином нераздельном лице Христовом, несомненно же тако быти веруем: то Вера.

Не видим Спасителя нашего; на небеси прославленною плотию на престоле Божественном в неприступной славе седяща, Отцу же Своему и Святому Духу сцарствующа, а веруем несомненно тако быти: то Вера.

Не видим плотскими очима Бога нашего, везде сущаго, нам выну присутствующего, веруем же тако быти: то Вера.

Не видим Духа Святого во святом крещении, и в прочих церковных таинствах сходящаго, веруем же, яко сходит Дух Святый, и вся таинства Он совершает: то Вера.

В пречистых Христовых Тайнах, под видом видимого хлеба не видим истого человеческого тела Христова, и под видом зримого вина, не видим истыя Его человеческия крове, веруем же, яко воистинну есть истинное тело Христово, видом и вкусом хлебным прикровенное; и истинная есть кровь Христова, видом и вкусом вина прикровенная: то Вера.

Еще же приложим и сие:

Не видим плотскими нашима очима пресвятой Владычицы нашея Богородицы, на небеси Сыну своему и Богу сцарствующия, и о нас грешных рабах своих ходатайствующая, веруем же, яко сцарствует Христу, и о нас ходатайствует: то Вера.

Не видим Святых угодников Божиих, горе в торжествующей церкви престолу Божию предстоящих, и о нас к Богу молящихся, веруем же, яко предстоять и молятся: то Вера.

Не видим кождо нас святого Ангела хранителя своего, веруем же, яко при коемждо нас Ангел хранитель, от крещения данный обретается: то Вера.

Не видим венцов славы Небесной, любящим Бога уготованных, ниже видим уготованных грешникам некающимся мук адских, лютых, вечных, веруем же, яко будет воздаяние доброе добрым, злое злым, комуждо по делам: то Вера.

Не видим мертвых от гробов восстающих, веруем же и чаем быти воскресению мертвых в последний день: то Вера.

И да вкратце реку: Вера есть то, чесого не видим, веруем же несомненно. Вера есть извещение вещей невидимых[19].

Глава 3. Все, еже очи видят, и руце осязают, несть вера

Сопротивно же.

Все, еже очи наши видят, и еже руце наши осязают, несть се вера, но вещество зримое, осязаемое, якоже и Апостол глаголет: упование видимое несть упованье; еже бо видит кто, что и уповает[20]?

А яко видимая и осязаемая не суть вера, но вещество суть, яве творится и отсюду, глаголет Апостол: видим ныне (Бога) якоже зерцалом в гадании, тогда же лицем к лицу: ныне разумею от части, тогда же познаю якоже и познан бых. Ныне же пребывают Вера, Надежда, Любы, три сия: болъши же сих Любы [21].

Внемлите, больши Веры и Надежды Любовь. Для чего больши? Для того, яко любы (по словеси тогож Апостола) никогда же отпадает[22]. Внемлите словеси сему: никогда же отпадает любовь, никогда же престанет любити любовь.

Вера убо с надеждею престанет ли когда? Престанет всячески. Разумейте яже глаголю: донележе на земли есмы в живых, донележе не зрим лицем к лицу Бога, донележе не видим, и не прияхом уготованных на небеси благ любящим Бога, ихже око не виде; дотоль токмо в нас пребывает вера и надежда, до времени. Веруем, яко в будущей жизни узрим Бога, веруем же дотоль, донележе Его узрим. Надеемся получити небесная благая; надеемся же дотоль, донележе та получим. До времени убо вера и надежда, дóндеже очима узрим Веруемого, дóндеже получим надеемое; а любовь во веки никогда же отпадает. Егда бо сподобимся быти в царствии небесном (аще кого Бог сподобит), и узрим тамо Бога, тогда престанет быти вера: понеже уже лицем к лицу узрим Того, егоже веровахом. Престанет быти и надежда, понеже уже то будем имети в руках, в самом получении чесого надеялися. А любовь никогда же престанет; ибо во веки тамо имамы любити Бога и Святых Его, и друг друга. Емлете ли веру глаголемым мною? Мню, яко не емлете. Имите убо веру не мне, но святому Иоанну Златоустому, глаголющему сице: вера убо и надежда, верованным и надеемым пришедшим благим, престает[23]. И сие являя Павел глаголаше: упование видимое несть упованье, еже бо видит кто, что и уповает[24]? и паки: есть вера уповаемых состав (основание), вещей изобличение невидимых. Темже сия убо престанут явльшимся оным: любовь же тогда наипаче вземлется, и бывает зельнейша. До зде Златоуст. Се и от Святого Златоустого яве показуется, яко вера и надежда в будущей жизни, яже в небесном царствии, престанут; едина токмо любы останет неотпадающая во веки. Чесо же ради вера и надежда престанут? Того ради, яко то, еже ныне веруем, тамо очима узрим; и чесого ныне надеемся, тамо то получим.

Нам же от преждереченного писания Апостольского, и от толкования Златоустова, яве извествуется, яко то токмо вера есть, еже очима не видится, а сердцем веруется: вера извещение вещей невидимых[25]. Все же, еже очима зрится, и руками осязается, несть вера, но вещество видимое, осязаемое, и всяк веруяй в вещество видимое, осязаемое, не имать правой Христианской веры, ниже имать части с верными, но часть его со идолопоклонники; тии бо в вещество зримое и осязаемое верили, и дело рук своих боготворили, и веществу зримому и осязаемому аки Богу поклонялись.

Зде приступим к розыску первой статии.

Глава 4. Вера раскольническая в веществах зримых и осязаемых

Вера раскольническая есть ли правая вера?

Исповедуют учители Брынскии веру во единого Бога, а в веществе зримом и осязаемом Божества ищут, и в веществах зримых и осязаемых веру свою полагают.

Старая Икона, то их вера.

Осмоконечный Крест, то их вера.

Седмь Просфор в литургисании, то их вера.

Старые Книги, то их вера.

Сложение Перстов по их нраву, то их вера.

О пребезумнии, слепии, заблуждшии, черняе сажи умом вашим потемненные! Еда ли икона есть Бог? еда ли число рогов крестных есть Бог? еда ли число просфор есть Бог? еда ли ветхость книжная есть Бог? еда ли сложение перстов ваших есть Бог?

Свята икона честная, но несть Бог. Свят крест честный, но несть Бог. Святы просфоры, крестною печатию знаменанныя, но не суть боги. Честны суть книги Святого Писания, но не суть боги. Честны суть и персты ко изображению креста, коим либо образом слагающиеся, но не суть боги. Все то вещество зримое, осязаемое, а не боги.

А понеже, не боги: убо ни вера.

Разве речеши предания отеческая, велящая верным почитати честно святые вещи, а не самая вера, ейже не иный предлог предлежит, токмо един невидимый Бог.

А в вас елико старых икон, елико осмоконечных крестов, и елико прочих зримых и осязаемых, в няже веруете, веществе, столько богов и вер. И уже не в Бозе невидимом веру и надежду спасения вашего полагаете, но в веществах зримых и осязаемых; и вотще вы, о Брыняне! во исповедании веры глаголете: верую во единого Бога. Надлежит вам глаголати: верую не во единого, но во многия боги: в ветхия иконы, во осмоконечные кресты, в седмерицу просфор, в старые книги и в сложение перстов по Брынскому нраву. Но и в том множестве видимых и осязаемых веществ подлинной веры своей не обретаете: сами бо во своей вере не емлете веры, состязающеся, препирающеся, тако ли или инако? И уже суть нецыи в вас, иже не токмо новым иконам, но ниже ветхим хотят покланятися, ниже знамение крестное на себе полагати, мудрствующе безумно, и сами с собою не согласующее. Инь бо учит сице, ин же сице: а вси не ведят како, и во что веруют, и чесого поучают. О таковых – то рече Апостол: погрешивше, уклонишася в суесловие: хотяще быти законоучители, не разумеюще ни яже глаголют, ни яже утверждают[26]. Како бо и разумети могут, не ведуще Писания, ни силы его? Аще кто и читает, но недоумеет, и толкует, но неправо. Человеку бо неучену сущу, и светом разума книжного непросвещену, неудобно есть постигати глубину Писания Святого, и толковати недоведомые того тайны, на то токмо уповающему, яко черное по белом знает, и по книгам бродит: Писания же Святого тайны столько видит, сколько слепой видит лучи солнечные.

Се, о возлюбленнии, разломихом рассуждением первый плод Брынского сада, веру их ищуще, аще есть та права? И обретохом ю извне лжесловесными льщении своими красящуюся, аки баба пишущая лице свое, внутрь же есть, яко прежде помянутое, в беседах Златоустовых описанное Содомское яблоко, еже извне красно является, внутрь же праха и пепела смрадного исполнено: и яко гроб поваплен, внутрь полн костей смердящих [27].

Да окончится убо сей первой статии розыск ясным доводом сицевым:

Всяк не во единого невидимого Бога, но во многая видимая и осязаемая вещества веруяй, неправо верует.

А понеже раскольники не во единого невидимого Бога, но во многая видимая и осязаемая вещества: в ветхия иконы, во осмоконечные кресты, в число просфорное, в старые книги, в сложение по их нраву перстов, веруют;

Убо вера их несть правая вера, но кривая, в веществах видимых и осязаемых Божества ищущая.

Зде противу изъявленной раскольнической неправости веры, да предложится вкратце истинная правость Святой нашей непорочной православной Веры.

Глава 5. Правость православной веры о иконах святых

Наша же истинная Христианская вера, еяже не от Брынских заколодников, простых мужиков научихомся, но от самого Христа Спаса нашего, во святых Евангелиях ны учащаго, и от святых Его Апостолов ю прияхом, и седьми вселенскими Соборами в ней утвердихомся: та верует во единого невидимого Бога, в веществах же видимых и осязаемых Божества не ищет.

Почитаем мы Иконы святые, лобызаем, поклоняемся им, но не боготворим, не сказуем, яко икона есть Бог, но изображение подобия Христова, или Богородична, или коего Святого. Яснее же со святым Иоанном Дамаскиным речем: яко икона есть повесть о Христе Господе и о Святых Его, живописным художеством сказуемая, якоже и словописным повествуемая. Сице той Святой в слове своем на неделю православную глаголет: и словописцы, и живописцы написуют, овии слово красяще, овии же на дсках начертавающе [28]. Ибо словописец написа Евангелие, и что написа в Евангелии все, еже во плоти смотрение Христово, и предаде церкви. Подобне и живописец сотвори, написав на дсце церковное благолепие от первого Адама даже до Христова Рождества, и все плотское смотрение Христово, и мучения Святых, предаде и той церкви. Темже паче обои едино повествование написаша и учат нас. До зде Дамаскин.

Мы же, внемлюще словесам его, видим, яко иконное писание тоже есть, еже и писание книжное. В книзе убо писанная не всяк читати умеет, понеже мнози от Христиан суть некнижны: на иконе же изображенная всяк, и некнижный простец, разумеет. Познавает бо икону Христову, и изображение Рождества Его пресвятого, и Обрезания, и Крещения, и Преображения, и прочих Его чудес деяния, и вольного за ны страдания Его, распятия же и во гроб положения, и Воскресения, и второго страшного пришествия, о чесом много бы усты повествовати требе: очима же на изображенная воззрев, вся та абие умом объемлет, разумеет, познавает, и есть живописное художество скорейшая, внятнейшая и вразумительнейшая повесть, паче повести книжныя.

Такожде и пречистой Девы Богородицы, во объятиях матерних Предвечного младенца Христа носящей, икону всяк познавает, и пречистого Ея жития деяния разумеет, начен от рождества Ея, введете в церковь Господню, Благовещение, и како Сына Божия от нея рожденного пеленами повит, и в яслех положи, и на руку держащи сосцами питаше. Како распяту бывшу Христу, стояше у креста плачущи и рыдающи, како во гроб положи Его, и воскресша виде, и возносящася на небо любезными проводи очима; како послежде и сама преставися к Сыну своему и Богу, и предста на небеси одесную престола Божия.

Сице же и коего-либо от Святых деяния, иконописным изображением повествуемая, всякому вразумительна суть: Петрово покаяние, Фомино уверение, Стефаново каменное побиение, Савлово на пути от Христа звание, и прочая прочих. А якоже в Евангельской книзе написанную о житии Христовом повесть почитаем и лобызаем; сице и на иконе изображенное Христово лице почитаем и лобызаем, не веществу, но повествованию преклоняюще наша главы, по словеси тогоже святого Иоанна Дамаскина, глаголющего о том сице: рцы ми, кому покланяешися в Евангелии, мшелю ли (веществу), или повести? Всяко речеши ми: повествованию Христова смотрения. Сице и аз не дску почитаю, ниже стену, ниже мшел (вещество) шаровный, но воображенье тела (Христова) и смотрение Господне. До зде Дамаскин [29].

Егда убо кланяемся иконе святей, кланяемся не дске, ни вапам, ни переводам, ни ветхости, ни новости, понеже не вещества во иконе ищем, ни вещество во иконе почитаем; но на святыню взираем, святыню почитаем, и изображению начертанного покланяемся. Кое наше поклонение, по святого Василия великого извествованию, восходит на первообразное, на Того, Иже на небесех есть.

Егда бо став пред иконою Спасителя моего, хощу поклонитися, абие возвожду ум мой к самому Христу Спасителю моему, на небесех со Отцем и Святым Духом царствующему, и поклоняюся Тому пред иконою Его: и тако почесть, иконе Спасителевой творимая мною, восходит на первообразное, сие есть на самого Спасителя, царствующего на небеси.

Такожде и пред икону Богородичну пришед, егда хощу поклонитися, первее возвожду ум мой к самой пречистей Божией Матери, на небеси сцарствующей Сыну своему и Богу, и покланяюся той пред иконою ея; и восходит почесть, иконе мною творимая, на первообразное свое, еже есть самая пречистая Дева Богородица, на небеси одесную престола Божия предстоящая.

Подобне и Святого коего-либо иконе хотя поклонитися, первее ум возвожду к самому тому Святому, горе Божию престолу предстоящему, и о нас к Богу молящемуся: и тако почесть, иконе мною творимая, восходит на первообразное свое, на самого (глаголю) того Святого, егоже умом моим созерцаю, и покланяюся ему. Ищай же во иконе ветхости и переводов, вещества ищет, веществу поклоняется, а не Тому, Иже есть на небесех; и есть таковый яко кланяяйся делу рук человеческих, понеже вещество боготворить. Таково поклонение есть злочестивое, а не благочестивое, еже седьмым вселенским Собором отсечеся, на немже благочестивое иконам святым поклонение утвердися. И положиша на том собор Святые отцы сугубо проклятие: аще кто иконам святым не поклоняется буди проклят; такожде, аще кто иконы святые боготворит, проклят. И изъявляет то церковь в пениях своих, яко чада ея правовернии, благочестным поклонением почитающе иконы святые, не боготворит их. Сице в неделю первую великого поста, на велицей вечерни в Славнике воспевает: Нам слава зрак воплотившегося, благочестно покланяемый, а не боготворимый.

И в каноне, пред действом на еретики проклятия поемом, в песни 5-й, стихе 2, сице чтется: На икону зряще, распятие почитающе, любим лобызающе Христа, и Того знамения, и покланяемся им не яко боги почитающе.

И в Синаксаре недели тоя, иже на утрени., пишутся словеса сия: аще кто сим (образам святым) не поклоняется, и не целует любезне, не служебне, не яко бози, но яко образы, первообразных ради любве, буди проклят. Внемлите словеси сему, не служебне и разумейте, яко служебный поклон, от Греков латриа нарицаемый, самому токмо Богу, от правоверного человека воздаватися подобает, а не коему созданию и веществу видимому и осязаемому. Егда убо повелевает Церковь покланятися иконам не служебне, не поклоном латрии; яве учить не боготворити икон святых, но токмо яко святыню почитати. Благочестное убо иконам святым поклонение есть, еже кланятися иконе яко святыне Божией, а не яко самому Богу. Богу же самому кланяемся служебне, божественным поклонением, латриа нарицаемым, ум наш к Нему возносяще, и умными веры очима Того невидимого зряще. Злочестивое же поклонение святым иконам есть, еже икону боготворити, и вещества в ней усматривати, дске же и вапам, и переводам, аки самому Богу кланятися. Мы же, якоже рехом, полагающе поклон наш пред святою иконою, ум наш возносим к Тому, Иже есть на небесех, егоже лице на иконе изображено. И тако кланяющеся, не веществу иконному покланяемся зримому и осязаемому, но на небесех пребывающему лицу, нами невидимому. Якоже и в Ветхом завете людие Божии, почитающе кивот завета, и лежащие в нем вещи: стамну златую, носящую манну, и жезл Ааронов и скрижали завета, и херувимы славы осеняющия алтарь, и поклоняющеся тем, не веществу покланяхуся, но самому Богу, в видимых святых вещех почитающе невидимого. Сице мы в новой благодати, иконам святым поклоняемся, в видимых святых вещах невидимого почитающе.

А якоже в Ветхом завете, егда Соломон создав церковь Богу, содела новые и новым переводом херувимы, и постави я над кивотом завета купно с древними, от Моисея соделанными херувимами; людие Израильски, в то время бывшии, не отметаху новых Соломоновых херувимов, ни молвяху глаголюще: не хощем почитати новые херувимы, но старых Моисеовых держимся; сего не глаголаху, но равно и новые Соломоновы, якоже и старыя Моисеовы почитаху. Сице и мы не разбираем между старыми и новыми иконами, но равно почитаем новые якоже и старые: ибо, якоже и прежде рех, не вещества во иконе ищем, ни веществу во иконе поклоняемся, но воображению святому. Якоже и святой Иоанн Дамаскин, в слове на неделю Православную о поклонении икон Христовой написа: не доску (рече) почитаю, ниже стену, ниже мшель шаровный, но воображение тела (Христова) и смотрение Господне [30]. Такожде и о иконах угодников Божиих в том же слове вышше глаголет: честные тех иконы почитаю и лобызаю не яко бози, но елико писанием возможно есть, и повестьми воспомянути страдания их, яже претерпеша [31]. До зде Дамаскин.

Се Вера наша Православная, а не якоже Брынская, в вещество, в старые иконы верующая, и яко Богу старым иконам поклоняющаяся.

Глава 6. О честном кресте

Почитаем и честный крест Господень, или паче реши, подобие оного креста, на немже Христос был распят. Оный бо самый крест, на немже Христос распят бысть, не обретается, раздроблен и разнесен от верных на благословение и исцеление по вселенной. Ныне же того креста подобие токмо делается, или пишется. Обаче мы почитаем яко самый истый крест, но не богогворим того; ниже бо самый оный Христов крест Бог бысть, но древо и казнь злодеев. Почитаем же крест не ради количества концев его, но ради воспоминания страдания Господня; ниже усмотряем осмоконечия его, ни токмо четвероконечия: ибо не веществу крестному поклоняемся, не Древу, не четырем токмо концам, ни осми концам, но Христу Господу нашему, воспоминающе Того на кресте распятие. Не крест бо, но Христос, на кресте распятый, спасе ны, и не по кресту нарицаемся Христиане, но по самому Христу; и не крест нам Бог, но Христос Бог наш. Того ради в концах крестных никаковыя же полагаем веры, но в самом Христе Боге. Крест же снятый, аще четвероконечный, аще осмоконечный, аще и множайшия концы имущий равне почитаем. Почитаешь бо кресу не ради креста но ради самого на Кресте распятого Христа, и полагаешь надежду спасения нашего не в вещественном кресте, но в распятом на креете Христе. Слушаем же святого учителя Иоанна Дамаскина, глаголющего: кланяемся образу честного и животворящего креста, аще и из иныя вещи будет, не веществующе, да не будет, но образ [32], яко Христов символ. Рече бо своим ученикам заветуя: тогда явится знамение Сына человеческого на небеси, крест, глаголя. До зде Дамаскин. Зде внемли всяк сим словесам учителя того: кланяемся образу креста не веществующе, сиесть, не вещество почитающе, но образ креста, яко символ Христова распятия. И паки тойже на другом месте глаголет: образ Христова крествования видевше, и спасительного страдания в воспомннание пришедше, падше поклоняемся не веществу, но образуемому [33]. До зде он. Зде внемли словесам сим: не веществу, но образуемому, сиесть, не веществу крестному, но образуемому крестом Христову распятию.

Се Вера наша Православная, а не яко Брынская, во осмоконечие крестное верующая, и веществу аки Богу поклоняющаяся.

Слышу же раскольников отверзших злохульные уста свои, и аки псов лающих на четвероконечный крест Христов, нарицающе того антихристовою печатью, и крыжем римским. Тем на злочестивое их хуление, в другой части книжицы сея, довольно отвещается.

Глава 7. О просфорах

А о просфорах глаголем, яко ни в пяти просфорах, ни в седми просфорах совершается таинство, но в единой, из нея-же вземлется агнец. Ибо Московская и вся Великороссийская церковь с Греками утверждает, яко изъемлемыя от просфор частицы о живых и преставльшихся, тыя не пресуществляются в тело Христово, но токмо един агнец пресуществляется. Аще же частицы не пресуществляются, но токмо един агнец: убо на единой токмо просфоре, на едином, глаголю, агнце таинство совершается, а не на пяти или на седми просфорах, от коих аще вынимаются частицы токмо воспоминания ради поминаемых, а не пресуществления ради. Дивно убо, почто спор деется в раскольниках о числе просфор. И в первенствующей церкви, во дни Апостольские, на единой токмо просфор Литургия совершашеся, якоже от самого Христа Господа на тайной вечери предадеся. Последи же приложишася к единой и другие, воспоминания ради имен, о нихже приносится безкровная жертва.

Глава 8. О книгах старых и новых

О книгах же старых и о книгах новых извествуем, яко едино суть, якоже и иконы старые и новые едино суть. Пременение же некиих речей в книгах, несть пременение веры: в тогожде бо Бога и новые книги верити учат, в коего и старые; тыя же догматы веры и новые книги в себе содержат, кои и старые. Томуже Богу молитися и новые книги велят, Коему и старые; тех же добрых дел и новые книги поучают, коих и старые: и несть никоего противного учения в книгах новых, якоже и в старых. А кто некая речения пременили, то не исказили, но исправили. Многая бо в древних рукописных книгах привнидоша погрешения от неискусных преписателей, прежде даже не быти в России печати книгам. Начатся бо печатание книг в Москве, в лето мироздания 7061 [34], в царство первого царя Московская Иоанна Василиевича, при митрополите Московском Макарии: но потом в разорение Москвы от Поляков, печатный двор со всем иже в нем заводом разорен бысть.

Таже паки в государство царя Михаила Феодоровича, на кончине царствования его, в патриаршество же святейшего Иосифа обновлен зданием, который и ныне есть; и паки печать книгам начася о лете 7152 (1644), оттоле до ныне книги из печати исходят. А прежде в России печати книгам не бывало: все бывали рукописные книги, наченше от Владимирова крещения. Из начала убо Греки в Россию с Владимиром от Херсона пришедшии, и российского языка поучившиися, и несовершенно российскую речь уразумевшии, преводили своя книги на российский язык. Таже Россияне греческого языка поучившеся, и несовершенно греческую речь уразумевше, начаша преводити греческие книги на свой российский язык. Первее убо Греческии переводчики, российских некиих речей несовершенно уразумевшии, на некоторых местех не против греческого преложиша: такожде и Российскии переводчики греческих некиих речей несовершенно познавшии, на некиих местех не против греческого положиша. Потом переписями многими различными погрешения и описи многия привнидоша: якоже то видети есть во всех древних рукописных книгах, из нихже первые печатные книги, зовомые ныне от раскольников старые, печатахуся. В начале убо напечаташася тако, якоже и в рукописных обретается, не весьма исправно. Таже потом с лучшим разсмотрением исправлено с книг греческих: да якоже вера наша есть согласна с Греками, сице и книги наши согласны будут с их книгами, исправляюще же речения книжная, не пременили веры: ибо речения некая книжная, старая ли или новая, не суть вера, но речения, якоже прежде речеся.

Глава 9. Святые отцы не по книгам спаслися

А что раскольщики глаголют, яко святые отцы по старым книгам спаслися, то они от неразумия своего лгут: ибо святые отцы не по книжным наречиям и речам спаслися, но по своему добродетельному житию. А мнози в них бывали, которые и азбуки не умели, ниже речей книжных разсуждали. Не письмя бо и речение каковое книжное, но богоугодное житие спасает.

Аще же бы по старым книгам святым отцем надлежало спастися, то подобаше им по книгам не печатным, но рукописным спастися; понеже рукописныя книги давнее печатных, наченше от Владимира даже до Московского царства. И вси Российстии святые отцы, во дни великих князей, прежде царей Московских бывшие, не по печатным, но по рукописным книгам читывали, не бывшим еще в России книгам печатным. И аще бы в тех книгах древних состоялося спасение святых отец, кроме жития их добродетельного; то и ныне бы не подобало по печатным книгам молитися, но по старым рукописным.

И аще в древности книг состояся святых отец спасение, состояся убо то во многих описех и погрешениях книжных; понеже преисполнены тех суть древние рукописные книги, от коих едино или два зде да воспомянутся. Октября месяца, в 1 день, в службе покрова Пресвятой Богородицы, по полиелеи, в рукописных книгах старых пишется сице: твой пречестный омофор, паче електора просвещаяся; в других же написано, паче алектора просвещаяся; а в печатных исправлено преподобным Максимом Греком, паче илектра просвещаяся. И возропташа на Максима глупии невежди, еретиком того зовуще, почто (глаголаху) ты, еретиче, дерзаеши переменяти ръчи, по нихже святые наши отцы спаслися? Мы же разсмотрим толкование електора, алектора и илектра. Електор толкуется изборщик, избирали что или кого; алектор толкуется петух, якоже и в Евангелии пишется: прежде даже не возгласить алектор, трикраты отвержешиея Мене [35]; илектр же знаменует блещание злата чиста. Смотрим убо: омофор Пречистыя Девы Богородицы коей вещи приличнее уподобитися имать, изборщику ли, петуху ли, или блещанию злата? Поистинне приличнее уподобляется илектру, блещанию злата, неже алектору – петуху, и електору – изборщику. Убо по мнению безумных невежд, святые отцы спаслися по речениям тем старым, по изборщику и по петуху, аще в речениях книжных старых спасение.

Паки другое: месяца Июня в 19 день, в великой рукописной Минеи Четьи, яже в великом Успенском на Москве соборе, в житии преподобного Паисия, на листе 459 пишется, яко святый пророк Иеремиа преподобному Паисию часто являшеся. В том письме обретается опись сицевая: и скверными мысльми подвизаше того ум на вожделепие обещанных благ; вместо сокровенными мысльми, написано, скверными. Можаше ли святый Пророк в преподобном скверныя воздвизати мысли? Никакоже. Зде внемли, аще в старых речениях книжных состояся святых отец спасение: убо и в той описе, в скверных мыслех состояся; но несть сице. Не в речениях бо древних книжных, не во описех и погрешениях рукописных, но в житии добродетельном тех бысть спасение.

Лгут убо глаголющии, яко святые отцы по книгам старым спаслися: ни по старым бо речениям книжным, ни по новым кто спасается, но по своим добрым делам и вере непорочной.

Глава 10. Книги новые не пременили веру

А что раскольщики порочат нас, аки бы новыми книгами пременили веру, на то отвещаем: святой апостол Иаков, брат Божий, от самого Христа поставленный первый Епископ Иерусалиму, написа святую литургию. Та его литургия бяше во всех церквах восточных поема лет близ четырехсот. Таже святый Василий великий, столп церковный и учитель вселенной, оставив Иаковлю литургию, а свою написав, предаде церквам. Зде вопрошаю суемудрцев Брынских: пременил ли Василий великий старую веру, написавши новую литургию? По немь святый Иоанн Златоуст свою литургию, яже и до днесь поема есть написав предаде церквам: пременил ли Златоуст веру?

Глава 11. О древних обычаях церковных

Что же речем о древних обычаях и обрядах (церемониях) церковных, и о святых соборах вселенских и поместных? Не обрящем ли в тех многая пременена, овая исправлена, овая же весьма оставлена, якоже пишется в книзе Кормчии, в правилах Лаодикийского собора, под правилом 11 [36]: бяху (рече) в древних нецыи обычаи, в церквах бываемые, от нихже убо временем овии забвени быша, инии же отнюдь престаша, другия же правила отсекоша? До зде Кормчая; мы же воспомянем некая. В древняя времена Епископы нецыи бяху мирские и женаты, якоже видети то есть в правилах шестого вселенского собора, в правиле 12 [37]; ибо и Апостол рече: подобает епископу быти непорочну, единыя жены мужу[38]. Таков бе Херимон, епископ Нилопольский в стране Египетстей, о немже Евсевий Кесарии Палестинской епископ, древний церковных деяний списатель, во дни великого Константина царя поживый [39]: такожде и последний леты историограф Никифор Каллистов, синаксаров яже в триодех творец, оба согласно повествуют, яко той Херимон епископ, стар леты, купно с женою своею бежа в гору Аравитскую от рук мучительских во время гонения, еже бе в Декиево царство [40].

Паки: пресвитеры и диаконы мирские бяху нецыи не женившиися, якоже то видети есть в правиле десятом Агкирского поместного собора, и шестого собора вселенскаго, в правиле шестом [41]. В рукописной же древней правильной книзе пишется, яко древле изначала и литургиа святая по трапезовании совершаема бяше. Свидетельствует то и Созомен Грек, древний списатель деяний церковных, в царство Феодосия Юнейшего поживый. Той в книге своей седмой, в главе 19 пишет, яко во дни его в странах Египетских, еще многии градове содержаху сей обычай, еже по трапезовании бывати литургии, и причащению Божественных таин тела и крове Христовы. Творяху же то по образу оныя Господния вечери, на нейже Христос Господь наш по ядении даде учеником Своим пречистое тело и кровь свою. Феодосий Юнейший воцарился по четырехстах летех от Рождества Христова, а обычай той еще в некиих градех Египетских содержашеся. Тожде и по иных странах деяшеся: иереи ядше служаху литургию, и людие ядше причащахуся, а наипаче во святый великий четверток страстныя недели. Ибо Карфагенский собор поместный (в царство в Риме Онориево, в Константинополе же Феодосиа Юнейшего бывый,) иереем служити, людем же причащатися ядше, возбранил бе во весь год, кроме великого четвертка. Шестый же собор вселенский, и в четверток великий не ядше иереем литургисати, и людем не ядше причащатися повеле, якоже о том пишется в правилах того вселенского шестого собора, в правиле 29, в книзе Кормчии, на листе 186. Паки древняя правильная рукописная книга сказует, яко в постныя дни исперва сыр, млеко и яйца Христиане ядяху, донележе еще не бяху в пощениях утверждены. И сие пишется, яко древле и женск пол в церковных службах имеяше некий чин послужения, по подобию диаконского чина; чесо ради и диакониссы нарицахуся, ихже послужение наипаче в то время деяшеся, егда жены и девицы от еллинства ко Христу обращаемыя крещаемы бяху, якоже то видети есть в житиях святых: Киприан святый поставлен быв епископ, Иустину девицу диакониссою постави [42]. Святый Нон, епископ Илиопольский, егда крести блудницу Пелагию, диаконисса Романа прият ю от святой купели [43]. Святой Златоуст в последнее заточение изходя, призва блаженную Олимпиаду диакониссу с прочими, и поучи их твердым быти в православной вере [44]. Блаженная Феозва, супруга святого Григориа Нисскаго, диаконисса бысть [45]. И мнози от девиц и вдовиц диакониссы бяху, о ихже чине зри в правилах святых отец: собора вселенского перваго, правило 19, в книзе Кормчии, лист 40, и собора вселенского 4, правило 15, в книзе Кормчии лист 99 на обороте, и поместного в Карфагене собора, правило 6, лист 120 на обороте, и шестого вселенского собора, правило 14, лист 181 на обороте. И сие вестно есть, яко первее святое причащение неосвященным людем подавашеся не лжицею, но особно тело Христово в руку, (якоже ныне антидор подается) особно же кровь Христова от потира. (Златоуст же святый уставил есть подаяти тело и кровь Христову купно лжицею во уста, а не особно тело в руку. Зри о том Ноября месяца в 9 день, до жития преподобной Феоктисты Лезвианыни), а потом вся та, и иная многая на Соборах, а наипаче на шестом вселенском собор отставлено.

Зде вопрошаю: егда оная древняя обыкновения святые отцы отставили, пременили ли старую православную веру? Никакоже; ино бо суть обыкновения исправляемая и пременяемая, а ино вера, непременно в церкви Христовой пребывающая.

Глава 12. О нововнесенных

А якоже древняя некая овая исправишася, овая же отставишася, сице другая новая в церковь внесошася: кая же та, слыши. Два историографа Греческие, цареградцы, Георгий Кедрин и Никифор Каллистов, каждый во свое время пожившие, повествуют, яко в древних церквах изначала не бе в навечерии Богоявления вод освящения. Уставися же то во дни Зинона царя греческого во Антиохии первее, от неправославного патриарха Петра, иже прозывается Кнафей и Фулло, егоже самого церковь яко неправоверна отверже, а предание его яко доброе прият. Воцарися Зинон о лете по рождестве Христовом 474, и видети есть, яко и во дни великих учителей вселенских, Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого, в четвертом сте лет по рождестве Христове поживших, не бе вод освящения в навечерии Богоявления. Тии велицые древнейшие святые не уставиша: а последний не святой и не правоверный Архиерей уставил, и приятся церковию уставление его, и даже доселе хранимо есть. Той же Петр Антиохийский неправоверный патриарх, (якоже преждереченные историографы свидетельствуют,) уставил есть и – Верую во единого Бога, по вся дни в церкви велегласно чести: а прежде того, единою токмо в лето, в великий пяток, егда оглашеннии крещаеми бываху, велегласно чтяшеся. Потом в цареградскую церковь, то по вся дни велегласное, Верую во единого Бога, чтение приятся от патриарха Цареградского Тимофея, якоже о том Феодор чтец Цареградской церкве пишет. Паки, из начала во святой Литургии не бе поема песнь сия: Единородный Сыне и Слове Божий[46], и прочая; в царство же Юстиниана великого от самого того царя та приложися. Паки Георгий Кедрин Цареградец в Синопсии историй пишет, яко в царство Юстиново, иже по великом Юстиниане воцарися [47], уставися на Литургии пети песнь Херувимская, яже прежде не бе поема. Такожде и во святый великий четверток уставися пети: Вечери Твоея тайныя днесь Сыне Божий[48], еже прежде не бе поемо. Еще сказуют, яко Пречистей Богородице песнь: Честнейшую Херувим: Косма Епископ Маиумский, сверстник Дамаскинов, написа и церквам предаде: а прежде та песнь до Космы Маиумского не бяше. Косма же с Дамаскином бе по седмом сте лет от рождества Христова.

Зде вопрошаю: та новая, прежде в церквах православных не бывшая, егда внесошася, пременися ли вера православная? Никакоже. Чтоже речем о множайших гимнах (пениях) церковных, яже последних времен приложишася: якоже Октоих Дамаскинов, Триодь Феодора Студита, Каноны Митрофановы, Космины, Иосифовы и прочих? Еще же и в России новым Святым сочиненные службы, яже древле не бяху: та вся приложенная премениша ли веру?

Слышах аз некиих невеждов глаголющих: не подобает что в церкви ново прилагати; пишется бо во Апокалипсии при конце: аще кто приложить к сим, приложить ему Бог язв написанных в книзе сей[49]. Отвещаю: не подобает что приложити к догматам веры, ниже что от них отставити: а яже к церковных чинов и уставов исправлению и ко умножению хвалы Божия, подобает и должность надлежит, якоже и Давид к Богу вещает: приложу (рече) на всяку похвалу Твою[50].

Глава 13. О несогласии Евангелистов святых

Но паки к гаждающим и хулящим новые книги речь обращаю. Аще пременением старых некиих речений в новых книгах веру пременили: убо по вашему мнению глаголати бы, яко и святые Евангелисты, несогласно некая речения и деяния написавшии, пременену между собою сотворили веру. Святой Матфей по осми летех вознесения Христова Евангелие писа [51]; святой Марк по десяти летех; святой Лука по пятьнадесяти летех; святый Иоанн по тридесяти и двух летех. Смотрим же несходства их в некиих речениях и повествованиях. В молитве Господней Отче наш, Матфей написа: даждь нам днесь[52]; а Лука написа: подавай нам на всяк день. Матфей глаголет: остави нам долги наша; а Лука глаголет: остави нам грехи наша[53]. Матфей глаголет: яко и мы оставляем; а Лука глаголет: ибо сами оставляем. Матфей глаголет: должником нашим; а Лука глаголет: всякому должнику нашему. Матфей написа: яко твое есть царство и прочая, а Лука того не воспомяну. Зде вопрошаю: пременил ли веру Лука святый, написавый после Матфея молитву Господню иными реченми? еда ли ина бе вера Матфеева, а ина Лукина вера? Паки другое место о послании от Христа Апостолов на проповедь;. Матфей написа, яко Христос заповедуя Апостолом ничтоже стяжати на путь, рече: ни сапог, ни жезла[54]; а Марко написа: токмо жезл един и обувенны в сандалия[55]. Паки Матфей пишет: исходящу Иисусу от Иерихона, се два слепца седяща при пути[56]; а Марк единого слепца написа, именно Вартимеа[57]: разделился ли убо Марк с Матфеем верою, единого, а не двух слепцов написавый? Паки Матфей повествует: яко пришедшу Иисусови в страну Гергесинскую, сретоша его два бесны [58]; а Лука сказует единого бесна [59]. Еще же и блаженства несогласно написаша. Матфей написа 9 блаженств [60], а Лука токмо 4 [61].: пременил ли Лука веру, не тако написавый, якоже написа прежде его Матфей? Паки о разбойниках, со Христом распятых, Матфей и Марк пишут, яко оба разбойника поношаста Ему; а Лука глаголет: един хуляше, а другий моляшеся: помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии Си. Паки, Христу воскресшу от мертвых, Матфей и Марк написаста, яко един Ангел явися Мироносицам у гроба; Лука же и Иоани повеетвуют, яко два Ангела явистася. Паки Лука о тех двух Ангелах сказует, яко стояста: се мужа два стаста пред ними в ризах блещаищхся[62]; Иоанн же глаголет, яко седяста: два Ангела в белых ризах седяща, единого у главы, а другого у ногу, идеже бе лежало тело Иисусово[63]. Се толикая и множайшая обретаются разнствия речений и повествований в Евангельских книгах, а вера в Евангелистех едина, ничим-же изменена.

Лгут убо Брынскии учители, и аки псы на церковь Христову лают, глаголюще, аки бы премененными в новых книгах некиими речениями пременили веру. От таковых-то лаятельных псов Апостол святый велит блюстися, глаголя: блюдитеся от псов[64].

Глава 14. О молитве Иисусовой

Еще же порочат окаянные церковь святую за то, что в молитве Иисусовой, вместо Сыне Божий, читаем: Боже наш; аки бы от молитвы Сына Божия отставили. О неразумнии! кое есть Сыну Божию безчестие, егда его Богом нарицаем в молитве? Сына Божия нарекли Богом, и худо то? Кая титла больша, честнейша: Сын ли Божий, или Бог? Сыном Божиим и всяк православный Христианин нарицаемый есть, якоже сам Бог в Писании глаголет: Аз прииму вы, и буду вам во Отца, и вы будете мне в сыны и дщери[65]. И паки святый Иоанн Богослов во Евангелии глаголет: даде нам область чады Божиими быти, верующим во имя его[66]. Се всяк христианский человек сыном Божиим, аще и не по естеству, нарицается, обаче по благодати сын, якоже и святый Василий Великий в пениях церковных сыном Божиим нарицаемый есть, месяца Января в 1 день, в стихирах на хвалитех, идеже пишется сице: ,,По благодати сын Божий быв, возрождением Божественного крещения», а Богом может ли кто нарещися? Егда убо Сына Божия нарицаем Богом, не отставляем Его из молитвы, но паче в той удерживаем, большею честнейшею титлою Того нарицающе, Богом. Слышасте ли когда ересь арианскую, яже Христа Господа нашего Сыном Божиим нарицаше, но Бога Его быти не исповедаше? глаголаху Ариане, яко Сын Божий есть Сын Божий, но не Бог, не равен Отцу, не соприсносуще, не сопрестолен, не соестествен, и не Создатель, но создание; токмо тем есть почтен, яко Сын Божий наречен есть, а не Бог. Сице Ариане блядословляху. Судивше убо Отцы, велели православным людем Сына Божия Богом нарицати, глаголюще: Господи, Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас! Егда убо мы Сына Божия в молитве Богом нарицаем, православно Сына Божия Богом бытн исповедуем. Раскольники же Сына Божия не хотяще нарицати Богом, злославным Арианам пособствуют. Но и в старых книгах несть ли писана молитва Иисусова сице: Господи Иисусе Христе, Боже наш? Не нарицаете ли вы, о Брыняне, старою книгою книгу глаголемую от вас, Кирилл Иерусалимский, яже книга печатана в Москве, в лето миробытия 7152, в царство Благоверного Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича, в патриаршество Кир Иосифа патриарха Московского? В той книзе при конце толкование молитвы Иисусовы положено, еже начинается от листа 552 на обороте, и простреся до конца листа 556. В том толковании смотрите, како молитву Иисусову положено, не тако ли: Господи, Иисусе Христе, Боже наш? Почто убо вы старых книг держащеся, не слушаете старой книги, учащей вы глаголати: Господи, Иисусе Христе, Боже наш? О безумия вашего и упорства! Обаче аз в Епархии моей не возбраняю и сице молитву творити: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас! токмо бы кто не держал в сердцы злославныя ереси ариевы. Мощно же изволяющему и обое то вместо соединити, Сына Божия и Бога, глаголюще сице: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, Боже наш, помилуй нас!

Да приведется же зде и Лимонарь святейшего Софрония, патриарха Иерусалимского во свидетельство молитвы Иисусовы, Сына Божия Богом именующия. Пишется в той Софрониевой книзе в главе 51, яко святейший Ефрем патриарх Антиохийский [67], уверения ради еретичествовавшего столпника, омофор свой во огнь вложивши, моляшеся, глаголя: Господи, Иисусе Христе, Боже наш, и прочая. И в главе 44: старец некий о нерадивом ученике своем умершем моляшеся, глаголя: Господи, Иисусе Христе, истинный Боже наш, яви ми о души братней. И в главе 155: Авва Иордан, видев трех Сарацынов, имущих юношу плененна, и хотев того от них искупити, егда они не хотеша за него взяти окупу, глаголюще, яко жерцу своему обещаша того вдати на жертву; тогда старец, поклонив колена на землю, начат молитися к Богу, глаголя: Господи, Иисусе Христе, Боже наш, спаси раба Твоего от безбожных сих варваров! И абие вси три Сарацыни возбесишася и своя мечи извлекше, друг друга посекоша; а юноша свободен быв, последова старцу.

Се яве извествуется, яко и древнйших времен святии отцы в молитве Иисусовой, Боже наш, глаголаша. Почто убо мятетеся, о сопротивницы церкви святей, ропщуще на ны за Иисусову молитву, яко Сына Божия Богом нарицаем? Ропщите не на нас, но на древних оных Святых, аще не стыдитеся, и гнева Божия не боитеся; на тех шумите, яко моляхуся тако: Господи Иисусе Христе, Боже нашъ!

Глава 15. О имени Иисусовом

И еще порочат нас раскольники, аки бы мы пременили имя Спасителево, вместо і҆с҃, пишуще і҆и҃с, и гнушаются того пресвятого имени і҆и҃с, и иконе Христовой, на нейже аще узрят написано і҆и҃с, не покланяются, ругающеся же нам глаголют: в них-де ин і҆сꙋ̀с. Тако бо они раскольники то пресвятое имя і҆и҃с, хуляще толкуют: ин і҆сꙋ̀с. И хотяще аки бы обличити нас, глаголют: егда-де по закону Моисеову Христа во осмый день обрезаша, тогда нарекоша имя ему і҆с҃, нареченное Ангелом, прежде даже не зачатся во чреве[68]. Ангел Сыну Божию, прежде зачатия его, нарече имя а они-де, отставили то, еже Ангел нарече, от себе же дали иное имя і҆и҃с, и так-де стал в них ин і҆сꙋ̀с.

Мы же безумное тех умствование возобличающе, вопросим их: скажите нам, о безумнии мудрецы и блядословнии хулители! егда Ангел благовестил пречистей Деве зачатие Сына Божия, тогда коим языком, коею речию к ней беседова, российскою ли, или иною некоею? И коим языком Спасителево имя нарече, российским ли, или иным некиим? Аще российскою беседою Ангел к пречистей Дев глагола; то будет ваша правда, яко он нарече Сыну Божию имя і҆сꙋ̀с, аще же не российским языком Ангел беседова, убо вы абие во лжи обрящетеся.

Отверзите слепотствующего ума вашего очеса, и сами разсмотрите: коего бо рода и языка пречистая Дева Богородица, где живяше, и коею речию глаголаше к ней Ангел в благовещении? Бе она – девица рода и языка Еврейска, а не российска; живяше в стране жидовстей, а не в России: языком убо еврейским, а не российским беседова к ней Ангел, к девице Евреаныне сущей.

Зде паки вопрошаем вы: то пресвятое имя, еже по греческому обыкновению пишется под титлою сокращенне і҆с҃, глаголется же Иисус: како в еврейском язык глаголется, скажите, аще весте? Но вемы, яко не скажете, ни бо весте. Веждьте убо, невежествующии, и разумейте, аще можете разумети.

Языка еврейского грамоту знающии сказуют, яко то Спасителево имя, различными глаголашеся наречии по Еврейских стран нраву.

Овии глаголаша: ИОСВА.

Овии – – – ИЕСВА.

Овии – – – ИЕСКВА.

Овии – – – ИЕСХВА.

Всему же тому едино толкование, Спас.

А святый Василий великий (емуже мы наипаче воследствовати должны) в своей грамматике сказует, яко имя і҆и҃с, производится от еврейского слова Иесуха́, еже знаменует спасение; мню же паче (глаголет Василий,) быти тому от ΙΑὨ, сиесть цел̀ю, будущее время ΙΑΣΩ, оттуду Иа́сус До зде Василий. Грамматика же та Василиева обретается в томе третием книг его, печатных греко-римским языком в Парисии, в лето от рождества Христова 1638, а лист тома того 595. Иа́сус убо от еврейского языка толкуется Спас, а от греческого Целитель. Еже видети есть и в книзе святого Афанасия великаго, архиепископа Александрийскаго, в слове 4-м противу Аполлинария, идеже глаголет сице: Иисоу̀с наречеся от Иа́сато, сиесть, исцели сокрушения людей своих. Тогда же исцели, егда изволи зрак раба прияти. До зде Афанасий святый. Се зримо есть, яко он имя то пресвятое і҆и҃с, акоже и Василий великий, производить от слова греческого Ἰάω, целю, будущее время Ἰάςω (Иасо), велительное же Ίάςατο (Иасато), оттуду Иа̀соус. И егда Ангел благовести пречистей Деве зачатие Сына Божия, глаголя к ней еврейски, нарече (по Ваеилиеву и Афанасиеву сказанию) имя Сыну Божию Иасус, ( а не российски і҆сꙋ̀ с) Сице и о евангелисте Матфее, иже языком еврейским писал Евангелие, (он бо токмо един еврейским диалектом Евангелие писа,) разумети есть, яко имя Спасителево написа еврейски Иасус ( по сказанию Василия и Афанасия великих ); а не российски, і҆сꙋ̀с.

Чесо же ради в еллиногреческом языке то пресвятое имя не пишется, ни глаголется і҆асꙋ̀с, но і҆и҃с? Того ради, понеже у них Еллиногреков, древнейшего Ионического диалекта грамматические правила, то писмя А, егда по десятеричном писмени I прилучается, всегда во осмеричное И пременяют, якоже се: Иати́р (врач), прелагают инде Иити́р. Ермиас (Ермий), предлагают Ермиис. Сице Иасус, еврейское имя сущее, преложено в них і҆и҃с, А в И нременивше. И несть се насилие и порча имени, но грамматическое еллиногреческого языка правило, якоже речеся. Егда убо святии четыре Евангелисты своя о Христе Господе благовестия писаша, Матфей, еврейским языком писавый, пресвятое Спасителево имя написа (по Василиеву и Афанасиеву сказанию) Иасус: Марк римским языком писавый, написа Иесус; Римляне бо то писмя А на Е прелагают по своего языка грамматическим правилам, якоже Греки на И: Лука же и Иоанн, гречески писавшии, написаша і҆и҃с. От нихже Греков и мы Россиане то пресвятое имя писати и глаголати прияхом, купно с верою Греческою православною.

Ведати же буди и сие, яко в еллино-греческом языке имя Спасителево пишется сугубо: ово пространно – всеми писмены без титлы, ово же сокращенна – под титлою. Пространно пишется сице, Исоус: сокращений і҆и҃с, сокращеннее же і҆с҃. Аще же и самим кратчайшим сокращением у них имя то иногда пишут, первое токмо да последнее письмя титлою покрывающе і҆с҃, обаче никогда же глаголют Исус, но всегда глаголют и поют, Иисоус.

Пишется убо и у нас то Пресвятое имя иногда пространно без титлы, якоже сие видъти есть в книзе бесед Иоанна Златоустого на Павлова послания, на лист 1374, идеже написано сице, аще бо убо грядый иного Иисуса проповедает[69], и прочая. Обыкновеннее же у нас пишется под титлою і҆с҃, обаче глаголати подобает тако, якоже и Греки глаголют, не Исус, но Иисус, аще иногда и сокращеннее пищут і҆с҃. А понеже наши Российские люди неискусны суще, не яко Греки продолжений глаголющии, аще и сокращенно пишущии: но якоже пишут сокращенно, сице и глаголют сокращенно. Пишут і҆с҃, и глаголют Исус; того ради лучше есть у нас писати і҆и҃с, неже і҆с҃, да продолженне имя Спасителево, якоже у Греков, глаголется в три силлабы, а не в две токмо. Понеже ино знаменуеть і҆и҃с, ино же Исус. і҆и҃с, якоже прежде рехом, толкуется с еврейского языка Спаситель, с греческого же Исцелитель. Исус же что знаменует, внемлите. По гречески Исос, по нашему глаголется равный; Оус же, глаголется ухо: та два речения егда в едино место сложити, будет Исоус, еже глаголется равноухий. Но не буди нам тако нарицати Христа Спасителя нашего. Сего ради лучше есть писати і҆и҃с, неже і҆с҃, да и глаголем в три силлабы, знаменующия Спаса и Исцелителя нашего Христа, а не в две силлабы, знаменующия равноухого. Ибо и вси четыре Евангелисты в триех языках, в еврейском, греческом и римском, в три силлабы, а не в две то имя Господне написаша, якоже рехом. В еврейском Иасус, в римском Иесус, в греческом же Иисоус, Спаса и Исцелителя нашего знаменующе. В российском же языке раскольники, в две токмо силлабы глаголюще Исус не исповедуют Спасителя и Исцелителя душ наших. И вправду, в них ин Исус: не истинного бо і҆и҃са, Спасителя и Исцелителя исповъдуют, но никоего Исуса равноухаго. И облыгают Ангела благовестника, иже благовести зачатие Сына Божия пречистей Деве, аки бы он нарече ему имя Исус. Но се яве изобличися ложь их, и постыдися безумное умствование их; и хуление, еже от гнилых уст их на пресвятое имя Иисусово изыде, на главу их обратися. Ин бо обретеся в них Исус, глаголемый равноухий; в нас же един, иже бь прежде, и ныне есть, и во веки будет і҆и҃с, глаголемый Спаситель и исцелитель душ наших, Христос Господь, иже в Евангелиах аще и пишется по греческому сокращеннейшему сокращению под титлою і҆с҃, обаче не двема, но тремя силлабами глаголется І̑исоу́с.

В книгохранительнице царской, яже на печатном дворе в Москве, обретается Евангелие харатейное рукописное греческое. А как писано лет тому 1100 и вящше, еже и в книзе, глаголемой Увет духовный, на листе 32 на обороте воспоминается. В том Евангелии, пред Евангелием святого Иоанна Богослова, написано пресвятое Спасителево имя крестообразно сице:

Гречески, ΙΗΣΟΓΣ ΣωΣΟΝ

Славенски, І̑исоу́се спасѝ

Се убо яве показася, яко имя Спасителево наших ради Русских невеж, лучше есть писати і҆и҃с, неже і҆с҃, да в три силлабы, а не в две глаголется.

О сложении же перстов к крестному на себе изображению довольно написано в книзе Псалтирной, яже со возследованием в начале, изволяяй тамо да чтет: не умеяй же чести, чтомого да слушает.

Нам же пора уже розыскать статию другую.

Статия вторая. Есть ли их вера старая вера?

Глава 16. В чесом содержится старая вера?

Старая вера содержится во двою:

1) В догматах православных, святыми Апостолы и вселенскими соборами утвержденных:

2) И в преданиях церковных древних, яже святии Апостолы, и святии древнии отцы предаша содержати верующим православно.

Приложим же простейших ради реши и сие: у нас в России то вера старая, юже святый великий князь Владимир, крещийся в Херсоне, от Греков прият и в Россию принесе, и тою Российския страны просвети, и утвердися церковь Российская во оных догматах православных и преданиях церковных, Владимиром от Грек принесенных, и даже доселе в тех пребывает, то старая вера.

Разсмотрим убо обое то, и догматы и предания церковные, Владимиром от Грек принесенные, и смотрим по обоему тому, есть ли Брынская вера старая вера?

Рассмотрение старой веры по догматам православным.

В начале,

Глава 17. О пресвятой Троице

Веровати и исповедати, яко Бог в Троице единый, Отец и Сын и Святый Дух, есть раздельный лицы, нераздельный же существом Божества: то старая вера, от Грек в Россию Владимиром принесенная.

Брыняне же не исповедуют в Троице единого существа Божественного, но секут е на трое, и на четверо, якоже абие услышим.

Убо вера их несть стара, но нова. А яко не исповедуют Брыняне единого в Троице существа Божественного, но секут е на трое и на четверо, яве то от самых писем их узрим.

Недавным временем, смотрением Божиим, внидоша в руце наши списки от писем славного раскольнического учителя Аввакума, протопопа бывша, таже распопленна и анафеме преданна, егоже Брыняне яко святого почитают, новым страстотерпцем того нарицающе, и икону его пишут, и поклоняются. В того писмах, в послании к Соловецкому старцу Игнатию о святей Троице умствование, каково обретается, то зде полагаем.

Аввакум глаголет:

Зри Игнатий Соловянин, и веруй трисущную Троицу.

Внемлите, православнии верующии во единосущную Троицу, кто когда слышал трисущную Троицу? Не едино ли существо в святей Троице исповедати научиша нас святии Апостоли и святии отцы, ихже коегождо православная догматическая писания и учения приводити не достанет времени, нам вкратце пишущим, разве единого токмо вместо всех воспомянем святого Иоанна Дамаскина, в Октоихе, в гласе третием, на велицей Вечерни поющего сице: славлю Отца и Сына силу, и Святого Духа пою власть, нераздельное, несозданное Божество, Троицу единосущную, царствующую в век века.

Се Троица единосущная, а не трисущная в нас православно исповедуема есть.

А у раскольщиков новое некое не православное, но еретическое исповедание обретеся, Троица трисущная в них исповедуется.

Убо вера их несть старая вера, но новая вера, новое некое противное, никогда же бывшее, Владимиром от Грек непринесенное исповедание изобретшая.

Паки Аввакум:

Несекомую секи по равенству, не бойся, едино существо на три существа тожде и естества.

Внемлите, православнии, несть ли се ересь и хула на святую Троицу, едино существо Божие и едино естество, на трое пресецает? То ли старая вера? Такову ли веру от святых Апостол и от святых отец прият церковь? Такову ли веру святой Владимир от Грек в Россию принесе? Никакоже. Во дни Владимировы, с приятою святою верою, насташа в России купно и книги церковныя, с Греческого на Славянские язык переведенныя, от коих разгнем в сей час едину, Октоих глаголемую, и посмотрим в гласе первом, в каноне ко Святей Живоначальней Троице, на недельной полунощнице поемом, творения Митрофанова, в седальне по шестой песни, и прочтем, и видим, како исповедуется единосущная Троица. Пишется тамо сице: Троице пресвятей, и нераздельней естеством, треми лицы секомей непресекомо, и пребывающей нераздельне по существу Божества, покланяемся земнороднии. Се внемлем православное о святей Троице иеповедание: нераздельна есть естеством Троица святая, лицы секома, но непресекомо, нераздельна по существу Божества.

А раскольнический учитель Аввакум роспопа учит учеников своих Брынян, едино существо Божие на три существа пресецати, и едино естество Божие на три естества разделяти. Ииогда таковая злочестивая вера и богохульная ересь в России бывала? Бывала ли во дни святых отец, чудотворцев Российских? Никакоже никогдаже, но ново, в наших летех привниде от безумного умствования Аввакумова и учеников его.

Убо Брынская вера несть старая вера, но новая вера, Троическое Божественное естество и существо нераздельное, на трое пресецающая и разделяющая, чесого в России прежде никогдаже бяше.

Паки Аввакум:

На трое течет источник Божества, не рцы по Арию три естества неравные, а равные три естества или существа добре, не шевели больше того.

О безумного не богословца, но буесловца Аввакума, иже с сем своем злочестивом догматизовании сугубо является быти глуп ! Первое, яко учитель творяся, не весть, какова бе ересь ариева; Арий бо не глаголаше три быти естества Божественная, но едино во едином токмо Отце: Сына же не исповедаше быти Бога, но токмо Сына, Сына же глаголаше быти не по естеству, но по благодати. Второе, глуп Аввакум, яко естество и существо Божества на трое делит. Несть ли равное зло, еже не исповедати святыя Троицы, якоже не исповеда Арий: и еже естество и существо Божественное пресецати на трое, якоже пресецает Аввакум, иже блюдяся ереси ариевы, свою не меньшую ересь изобрете, и сотворися подобен человеку изумленну, бегающему пламене, в пещь же огненную себе вметающему, и блюдущемуся чуждого оружия, своим си мечем себе убивающему в безумии своем?

Но и еще он Аввакум то свое еретическое умствование изъясняет, глаголя сице:

Комуждо особное седение, Отцу, и Сыну, и Духу Святому, не спрятався седят три Цари небеснии.

Кто от правоверных не посмеется таковому безумному учению преславного раскольнического учителя Аввакума, аки бы особно на небеси седит Отец, особно Сын, особно Дух Святый? Не в единстве ли Божества Своего три Троическия Ипостаси царствуют?

Знатно, яко Аввакум во дни иерейства своего не читал во святую четыредесятницу Триоди постныя, творения святого Феодора Студита, или читая не разумел. В которой в неделю первую поста, в каноне на проклятие еретиков, в песни 9, Троичен чтется сице: славлю Божество Отца, и Сына, и Духа, едино естество в триех Ипостасех существо нераздельное, раздельное лицы, единоцарственное, вседетельное. Се святый Феодор Студит со всею церковию православною исповедует святую Троицу единоцарственную, а не трицарственную; а Аввакум трицарственную, а не единоцарственную быти блядословит. Когда таковое в церкви Христовой бысть безумное о святей Троице умствование, якоже то раскольническое умствование ? Никогдаже: новое то от них изобретено на святую Троицу хуление.

Убо их раскольническая вера несть старая вера, но новая вера, новых ересей изобретательница.

О пребезумный Аввакуме! уне тебе бяше в дому твоем дрова на трое топором сещи, неже не своего дела касатися, и умствованием твоим мужичьим Троическое единосущие на трое пресецати.

Богословцы самые искуснии, многими леты в богословском учении поучившиися, егда о Божестве разглагольствуют, со опасением разглагольствуют: ты же не слышавый когда о Богословии, ниже ведаяй, что есть Богословие, дерзнул еси велеречивая твоя разверсти уста, еже о Божестве догматизовати: и хотя показатися богословец быти, показался еси буесловец, и еретик, и хулитель святыя Троицы. Прочитать было тебе в Маргарите слово святого Иоанна Златоустого о Непостижимем, и научитися было тебе оттуду, молчанием паче почитати пресвятую единосущную Троицу, неже многоглаголание неразумное о Ней простирати.

Паки Аввакум глаголет:

Христос седит на особном престоле, равно сцарствуя святей Троице.

Слыши небо, и внуши земле, новую от веков неслыханную ересь: Христос особно от святыя Троицы. Се уже стала у раскольников не Троица, но четверица: Отец и Сын и Святый Дух, а четвертое лице Христос. Где слышана таковая вера? Когда была в России таковая вера? Не новая ли се ересь есть, Сына Божия на двое пресече, особно Сын Божий, особно Христос, и стало ( по их зловерию ) два Сына у Бога Отца, и содеяся четверица?

То ли истинная вера? то ли старая вера? тую ли Владимир от Грек принесе? то ли православное исповедание? то ли Христианство благочестивое? Несть ли се ересь пагубная, старой святей вере противная, Богу мерзкая, диаволу же радостная?

О крайнего безумия и заблуждения! Како убо вы, окаяннии раскольницы, смеете веру вашу старою верою нарицати, толикия лютыя ереси себе новоизобретше и приемше? Несть, воистинну несть, вера ваша старая, но новая, новых ересей исполнена.

Глава 18. О воплощении Христовом. Аввакумова вера

Аз Аввакум, сице исповедую и верую, свойство недвижимо, но излияв себе Бог Слово во утробу Девыя, силу существа естественную, сиречь благодать совершенную, припряжена бо к Божию хотению сила, восхотев бо и излияв себе неизреченно, а самое существо отнюд непоступно.

О мужичьяго безумного умствования! ведал ли он сам что бредил? Не суть ли сия его словеса тьма, и мгла, и мрак, и самая бредня?

Первее глаголет, яко свойство Сынов – не недвижимо; не сказует же, ниже бо ведает, что есть Сыновне свойство. Тоже свойство и существом нарицает, не ведый, яко ино есть во святей Троице свойство, коемуждо лицу особное, раздельное, якоже святой Митрофан в каноне Троичном исповедует, глаголя: Божества зрак един возвещаем, в триех ипостасных и раздельных свойствах Отца и Сына и Святого Духа [70]:

Свойство бо Отцу есть, еже родити Сына, и испускати Духа.

Свойство Сыновне есть, еже родитися от Отца, не родити же иного от себе Сына.

Свойство Духа Святого есть, еже исходити от единого Отца. Та суть свойства лиц Троических.

Ино же существо Божества трием лицам общее, и едино нераздельное.

Таже глаголет (Аввакум), яко Бог Слово излия себе во утробу Девыя, не себе самого, но силу существа своего естественную. И толкует ту силу, благодать быти совершенную, а самое существо Сыновне Божественное, аки бы отнюдь с небеси было непоступно. И тако по его умствованию стало два Сына: един со Отцем на небеси, а другий во утробе девической воплотися, послан от того Сына, иже со Отцем на небеси.

Тожде свое зловерное исповедание другими яснейшими словесы изъявляет сице:

Исповедую во утробе Девыя силу Божества, а не самое Божественное существо поступи от превыспренних, но промысл неизглаголанный.

И паки о томже глаголет:

Соступив с небеси силою благодати своея к нам весь в пречистую Деву: тверди весь благостию, а существом весь горе со Отцем бе несекомо. До зде Аввакум о воплощении Христовом.

Тоже с ним умствовати научи и ученики своя, от коих един, именем Ерофей Андреев, в письмах своих написа сице:

Сын благостию и промыслом воплотися, кроме существа.

О нового Нестория Аввакума со ученики его! Се злочестивый той учитель исповеданием вредоносной веры своей учит по подобию Несториеву, аки бы не сам Сын Божий во утробе девической воплотился, но токмо силу или благодать свою в ню излия, и та его сила или благодать аки бы в девической утробе воплотилася, а сам Сын Божий аки бы не поступил с небеси на землю. Убо пресвятая Богородица (по Аввакумову еретическому, якоже и по Несториеву злоумствованию ) несть Богородица, но токмо Христородица; понеже не самого (якоже они ложно блядословят) Сына Божия родила, но токмо некую силу или благодать, нареченную Христос. Но не буди нам правоверным сея ереси ниже во уме помыслити; мы бо веруем и исповедуем, яко пречистая Дева есть истинная Богородица, истинного Бога Слова рождшая, якоже веровати нас научиша святые отцы, на третьем вселенском соборе, в Ефесе на злочестивого Нестория собравшийся. И святой Иоанн Дамаскин в книзе 4, о вере, в главе 15, пишет: господственно и истинно Богородица есть и именуется. И паки: родися из неё Сын Божий воплощен не богоносный человек, но Бог воплощен [71]. И святой Митрофан, канонов творец, в гласе 3, в каноне Троичном, на недельной полунощнице, в песни 5 й, в Богородичн глаголет: из тебе родися Христос в существах и хотениях сугубых. Существо бо Божие, с существом человеческим во утробе Девыя во едино лице Христово соединися, и от самыя тоя черты времене, в нюже воплотися Христос, Бог совершенный, совершен бысть и человек: и совершенный человек, совершен бысть и Бог, в сугубых существах естеств раздельных, в едином же лице в нераздельном. Аще же и существом Божественным Сын Божий во утробе девической воплотися, обаче неразлучен бе от Отца, а не яко Аввакум со ученики своими умствует, яко аще бы самый Сын Божий существом Божественным во утробу девическую сошел, то уже бы не был на небеси со Отцем, но отсеклся бы от Него. О безумия безумных, неведущих существа Божественного нераздельного! Аще бо и на земли бяше ипостасию своею Сын Божий, обаче Божеством Отца на небесех царствующего бе неразлучен, и в единой черте времене бе во аде с душею, в рай с разбойником, и на престоле со Отцем, якоже и во утробе Девыя сый, не отступи от Отца, и с человеки живый, не отступи от Отца, еже и церковь святая в пениях вознесенского праздника на велицей вечерни в Славнике извествует поя: недр отеческих не разлучся, сладчайший Иисусе, и с земными яко человек поживе. И во Ирмосах седмого гласа, в песни 4-й: Отча недра не оставль, и сошед на землю, Христе Боже. Но и сам Христос Господь наш, молен быв от святого Филиппа: Господи, покажи нам Отца? извести глаголя: видевый мене, виде Отца: не веруеши ли, яко Аз во Отце, и Отец во мне[72]? Се смотрите, о Брыняне! яко истинный Сын Божий Божественным своим существом воплотися во утробе пресвятыя Богородицы, а не иного коего от себе Христа посла воплотитися: и истинная есть Богородица, пречистая Дева Мариа, воплотившая и родившая неизреченно истинного Бога. Проклят убо буди Несторий, проклят и Аввакум, оба со единомысленники их, хулители воплощения Бога слова, купно и воплощения Бога истинныя Богородицы.

Слышите, правовернии, какового раскольники имеют себе учителя, от негоже и прочии учители их произыдоша. Учителя имеют Аввакума роспопу, друга Ариева в хулении святыя Троицы, единомысленника Несториева в хулении воплощения Божия. Троичное существо Божественное нераздельное сечет, и разделяет на трое и на четверо, якоже слышасте: Сына же Божия не исповедует воплощшася истинно во утробе пречистый Девы, но токмо благодать свою в ню пославша. Такова ли старая вера? Разве тем их раскольническая вера старая, яко старую ересь Несториеву обновили?

Глава 19. О Христовом во ад сошествии

что той раскольнический учитель Аввакум бает?

Христова-де душа от креста на небо ко Отцу пошла; воскресши же от гроба Христос сниде во ад с телом по воскресении от мертвых.

Слышите, правовернии, что учитель той безумный бредит, протопопом был, а часов на светлое Воскресение не читал или читая не уразумел, идеже пишется: во гробе плотски, во ад в же с душею яко Бог. Се православное святой старой веры о Христовом во ад сошествии исповедание, яко Христос Господь наш плотию лежаше во гробе, а душою своею пресвятою, с силою Божества своего, во ад сниде, еже возвести оттуду святых праотец души. И святый Иоанн Дамаскин о том глаголет сице: низходит во ад душа (Христова) обоженная, да якоже сущим на земли правды возсия солнце: тако и под землею во тьме и сени седящим присияет свет [73]. До зде Дамаскин. Се душа Христова от плоти разрешившися, абие иде во ад извести оттуду души святых: а Аввакум сказует, яко Христова душа от плоти первее ко Отцу пойде, таже от Отца паки в плоть возвратися, и оживи ю, и тако Христос по Воскресении своем с плотию во ад сниде. Несть убо Аввакумова и его учеников Брынян вера старая вера, но новая, вера, старой святой вере противная.

Зде паки к Брынянам возглаголю:

Аще в грех велик поставляете, о Брыняне, то, яко в книгах новых некая старая речения переменена (яже переменена не в противность святой вере, но в книжное исправление), судите убо сами, кий грех болыний, речение ли некое книжное переменити, или догматы веры перепортити? И что пуще искажает веру, речение ли некое книжное перемененное, или еретическое Несториево, вами умствуемое догматствование? На Москве в новоисправных книгах речения некая старая, исправления требовавшая, исправлены: вы же новоисправленных книг не приемлюще, старую православную веру отвергосте, новую же себя некую веру богохульную изобретосте. Кто убо паче погреши; книги ли исправивый, или отвергий православные догматы православной веры? И чим вы надеетеся спастися? Старыми ли книгами, или верою? Аще книгами, то не требе вам веры, аще же верою, то почто старой православной веры отпадосте? Что вышше: книги ли старые, или вера старая? Вем, яко хвастаете вы, аки бы старую веру содержащии: но се яве изобличися новость веры вашея, а не старость, и уже не едина в вас вера, но многия: слышим бо, яко елико скитов в лесах Брынеких обретается, толико и вер. Не тако ли есть? сами себе рассмотрите.

Глава 20. О именах скитов Брынских

В мимошедшем 1708 годе, в месяце ноябре был у нас в Ростове черный поп Иоасаф, строитель Спаской Роевской пустыни, балахонского уезду, той даде нам малыя тетрадицы, в которых написано слово ответное противу раскольщиков, а кто слову тому творец, не написано имени. В том слове скитов Брынских имена, как написаны, сице зде полагаем я:

Имена скитов Брынских:

Христовщина, или паче рещи Антихристовщина.

Иконоборщина.

Поповщина.

Безпоповщина.

Чувственники.

Кривотолки.

Ануфриевщина.

Ефросиновщина.

Иосиповщина.

Калиновщина.

Кипреяновщина.

Иларионовщина.

Серапионовщина.

Козминщина.

Волосатовщина.

Исаковщина.

Стефановщина.

Аввакумовщина.

Сожигатели.

Морельщики.

И инии прочии по именам учителей своих, а вси окаяннии прелестницы меж собою несогласны, и друг друга гнушаются, и вкупе ни пиют, ни ядят, ни молятся и нарицают друг друга еретиками. До зде в тетрадицах тех о именах и несогласиях Брынских оных скитов.

В настоящем же 1709-м годе, в месяце марте, о первой в великий пост сборной недели были у нас таковые люди, иже в Брынских лесах бывали и живали тамо, от которых именно сии: Петр Ермилов ярославец, да из Переславля залесского Борисоглебского монастыря старец Андроник; а после тех был старец Пахомий, иже в детстве из пошехонского уезду в леса оныя завезен быв, возрасте тамо, и перекрещиван был от раскольников дважды после здешнего истинного крещения. Тех вопрошахом о преждеименованных скитах Брынских, так ли именно суть? Они же сказаша нам, яко ныне не вси теми именами скиты прозываются, разве прежде тако бяху, ибо инии скитоначальники изомроша, инии же во иные страны преселишася, и в Польшу мнози поидоша; тамо бо в некиих местах множество их, якоже сказуют, поселилися, а зде инии вместо оных.

А иже ныне обретаются в Брынских лесах скиты, о тех, елико ведят, возвестиша нам сице:

Христовщина глаголется сего ради, яко некоего мужика, христа глаголемого, имеют у себе учителя, и тому, аки истинному Христу, молятся.

Иконоборщина, иже вся святыя иконы, и старые и новые, отметают.

Поповщина, иже беглых попов приемлют, и таинства некие церковные по старым книгам совершают.

Беспоповщина, иже вся таинства весьма отмещут, и попов никакихже приемлют.

Чувственники, сказуют чувственно антихриста в мир уже пришедща, но лица его, кто он есть, не изъявляют яве.

Кривотолки. Вси скиты их раскольническая того суть именования, понеже вси криво толкуют Божественное Писание.

Ануфриевщина тоже есть, еже и Аввакумовщина; в том бо ските некоего Аввакума протопопа учение содержат.

Серапионовщина тоже есть, еже и Морельщики, гладом (аки бы за Христа) уморяющии; но уже Серапиои той умре, учение же его еще не погибе.

Волосатовщина тоже есть, еже и Сожигатели, иже многия на самосожжение подговаривают аки бы за Христа, а пожженных остающееся пожитки себе емлют.

Иларионовщина. В том ските простии несвященнии попами делаются, а причащение и миро, сказуют прежде Никона Патриарха освященное.

Федосиевщина. Тии законного брака гнушаются, нарицающе брак блудом. Поповщину хулят, а к беспоповщине не пристают.

Иосифовщина, попов переставливают по своему некоему мужицкому чину.

Ефремовщина, четвероконечного креста не гнушаются, вся же церковныя чины хулят.

Иаковщина. В тех начальник Иаков, прозванием Зубов. Крест четвероконечный якоже и прочии раскольники отмещут, имут же сожительствующия себе в единых келиях купно монахини; тоже и по других скитах бывает.

Субботники, иже по-жидовски постят субботу.

И иныя многия по лесам тем сказуют быти скиты великие и малые, мужеские и женские, и веры тех различныя, и дела их странная, от коих некая рекутся в третией части книжицы сея, идеже раскольническая, церкви святей противная дела, имут изъявляться во обличение заблуждения их.

Зде же сие точию глаголется, яко вси скиты их верами своими с собою несогласны суть, в едином токмо сем согласуют, яко единогласно хулят церковь Христову, и таинства святая и нас правоверных. Якоже и Пилат со Иродом вражду иместа с собою [74], егда же прииде время убити Христа, тогда оба содружистася: тако и Брыняне во своих верах не согласующе, друг другу враждебны бывают; церковь же Христову хулити содружаются, и согласно яко единьми усты от злобных сердец, лютая хуления, слуху невместительная, произносят.

Все убо те их разногласныя веры, не суть ли новыя веры, кои прежде не бывали? И несть ли Брынская пустыня теми верами своими, яко химера зверь или страшилище, огнь, якоже о том повествуют, от ноздрий своих испущающее, емуже глава и перси Львовы, брюхо козино, а хвост змиин [75]? Дышет бо Брынская пустыня на церковь Божию своею злобою аки огнем, рыкает хулами аки лев, пасется самопустошно, беспастырно, беззаконно аки коза: а якоже змий во Апокалипсисе виденный, хоботом своим отторже третью часть звезд небесных, и поверже я на землю[76]: сице Брынская пустыня хвосты своя змееоподобные, учители (глаголю) змионравные посылая во грады и веси, отторгает от церковного неба яко звезды души людей православных, и повергает я во свою пропасть. Несть убо Брынская вера, несть старая вера, но новая вера, новая химера.

Глава 21. О преданиях церковных

Рассмотрение старой веры по преданиям церковным.

Из начала не точию писании Евангельскими, Апостольскими, учительствы великих учителей, догматами вселенских соборов вера святая бе утверждаема: но и преданиями их законополагаема. Еже видети есть от словес святого апостола Павла, к Коринфяном глаголюща: хвалю вы, братие, яко вся моя помните, и якоже предах вам, преданья держите[77], и к Фессалоником глаголет: Темже убо братие, стойте, и держите предания, имже научистеся или словом, или посланием нашим[78]. На кое место святый Златоуст пишет сице: отсюду явленно, яко не вся посланием предаша (Апостолы), но многая и без писания [79]; равне же и оная, и сия достоверна суть. Темже и преданье церковное достоверно быти вменяим, то рек Златоуст святый возгласи:

Предание есть, ничтоже вящше ищи.

Преданья суть сугуба, ова к догматам веры надлежащая: якоже о седми таинствах, и о благочестном святынь Божиих почитании: овая же к чину и обрядам (церемониям) церковным, якоже о праздновании праздников, о хранении постов, о памяти усопших, и о прочих чинах и уставах церковных, яже аще и не суть писана во святом Евангелии и во Апостольской книзе, ниже суть сами собою вера, якоже вера во единого невидимого Бога, обаче понеже суть церковная предания, и известное знамение правой веры правоверного человека; того ради храните я должни есмы, по Златоустову увещанию: предание есть, ничтоже вящше ищи.

Нам же надлежит рассмотрети, с каковыми преданиями веру святую Владимир святой от Грек в Россию принесе; и аще кто та предания, Владимиром с верою принесенная, хранит, того есть старая вера: не храняй же та, не имать старой веры, но новую некую себе изобрете.

От начала веры в России церковь наша православная Российская вся таинства церковная держит цело, непорушно, по чину и обрядам, издревле уставленным, и Владимиром с верою в Россию принесенным: убо вера наша есть старая.

Брыняне же таинств церковных не содержат, но гнушаются ими: убо вера их несть старая вера, но новая некая.

А яко Брыняне таинств святых не содержат, всем есть известно.

Крещения святого, по чину церковному бываемого, у них несть.

Миропомазания, при крещении совершаемаго, несть.

Евхаристии, истинного тела и крове Христовы причащения, в них несть.

Иерейства в них несть.

Покаяния тайны и грехов решения в них несть.

Брака честного в них несть, ово яко без венчания поемлются аще же и венчаются, но неправильно, от попов самоназванных, а не освященных, или от беглых запрещенных: ово же, яко мнози в них обновили ересь Николаитскую, еже обще жены имети, о чесом в третьей части речется.

Елеосвящения такожде несть в них.

А понеже вся тайны святыя, издревле церковию святою содержимыя, и с Верою купно в Россию Владимиром принесенныя, Брыняне отвергоша: убо и старую отвергоша веру, новую же некую себе изобретоша; и како не стыдятся веру свою старою нарицати верою, отвергше вся старая предания церковная, и ниже следа старыя веры в себе имуще?

От начала веры в России храмы Божия начаша созидатися, литургии святые в них совершатися, жертвы и приношения о живых и преставльшихся бывати.

У Брынян того несть: убо и старыя веры в них несть.

От начала веры в России старыя и новыя иконы равно бяху почитаемы, ниже бо можаше тогда Российская земля довольствоватися приносимыми от Греков иконами но и у себе новые начата писати.

А ныне Брыняне старыя токмо иконы почитают, а новые отвергают: несть убо в них старой Российской веры, но новая некая вера.

От начала веры в России кресты святые четвероконечные, якоже и осмоконечные равне почитаемы бяху, чесого ясное показание есть четвероконечный крест, Владимиром из Херсона принесенный, и до днесь на москве, в соборной велицей церкви, во олтаре за престолом стоящ зримый.

Брыняне же осмоконечный токмо крест приемлют, четвероконечный же отметают; убо несть в них старыя Российския веры, но новая некая вера.

Глава 22. О поклонении Евангелию Святому

От начала веры в России прияхом предание церковное, еже почитати книгу Евангелия святого, износимую на утреннях воскресных по прочтении Евангелия воскресного из алтаря к народу, да поклоняются и лобызают е людие.

Брыняне же учат не поклонятися святому Евангелию; убо несть в них старой Российской веры, но некая новая.

А яко Брыняне учат не поклонятися святому Евангелию, яве то есть от писем ученика Аввакумова Ерофея Андреева с его товарищи, иже написа сице: поклонятися-де Евангелию, повести написанному чернилом, то татарский обычай.

Слышите, правовернии, словеса того раскольнического безумного мудреца, словеса смеха достойная. Глаголет быти татарский обычай, еже кланятися святому Евангелию. Бывало ли когда в татарской вере Евангелие, емуже бы они татаре кланялися? Не явно ли той раскольник лжет и бредит, порицает же нас, аки бы мы кланяемся чернилу, имже писано Евангелие? Но, о окаянный еретиче, ума здравого и правой веры лишение! веси ли, каково от правоверных Христиан творится святому Евангелию почитание? Аще не веси, слушай убо:

Кланяющеея мы святому Евангелию, не веществу кланяемся, не дскам окладным сребром или златом, не хартиям, не чернилу, но слову Божию, в Евангелии написанному. Якоже и иконам святым егда кланяемся, не дскам, не вапам, не переводам, не веществу кланяемся, но изображению лица святого: и якоже егда кресту кланяемся, не веществу кланяемся, не древу или коей-либо материи, из неяже соделан крест, ни четвероконечия усмотряем, ни осмоконечия, но какий либо крест зряще, страдание Господне воспоминаем, и страданию Господню кланяемся: сице и святому Евангелию кланяющеся, не вещество почитаем, но Божие слово.

Вы же, окаяннии Брыняне, отметающе почитание святого Евангелия, отмещете почитание Божия слова, еже почитати издревле прият церковь святая. А понеже древнее церковное благочестивое обыкновение отмещете; убо несть в вас древней Российской веры, но некая новая.

Глава 23. О неосвященных, священная деющих

От начала веры в России священная действуют иереи в церкви Божией; неосвященным же не токмо действовати священная не дается, но ниже касатися святынь Божиих попускается.

А у раскольщиков неосвященные мужики и бабы священная действуют, якоже то известно уведася на некиих местах в Епархии нашей.

В едином граде (имени града не обличаю) един неосвященный мужик, грамотен же, наречеся попом, и хороняся в подпольях домов раскольнических долгое время, служивал литургию неосвящен бывши, и причащал тех, иже втайне раскольничествуют, и вся тайны им действовал. Но каково тамо действие, какова сила, каково освящение, идеже неосвященный мужик действует?

Повествуется у нас в Ростове, яко во дни преждебывшего архиерея, блаженный памяти, преосвященного Ионы, митрополита Ростовскаго, не далече града об он пол езера, в едином селе девка некая от раскольнического зловерного сонмища пришедши, и у единого крестьянина в подполе крыющися, обедню некую еретическую тайно совершала, людей исповедывала и причащала, не точию же простых людей, но и попов: ибо и попы некии безумнии к ней на исповедь тайно прихаживали, и причащение нечестивое от руки ея принимали. О крайнего безумия! Каково тамо служение? каково причащение? каково решение грехов? каково действие всех прочиих таинств, от женска пола совершаемых? Се ли старая вера? бывало ли то прежде во дни святых отец наших в России? Никакоже.

Убо вера раскольническая несть старая вера, но новая вера, паче же зловерие, а не вера.

Бывают же в них и освященные попы, но безместные, беглые, иже или отлученны от священнодейства архиереями своими за не какую вину свою, или сами собою от благочестивой веры отпадшии, тии в Брынских жилищах некая таинства действуют. Нам же сие дивно, яко Брыняне новопечатных книг не приемлют, новоставленных же попов приемлют; книг новых гнушаются, попов новых любят. Аще книги новые отметаете, о Брыняне, то подобает вам и попов новоставленных отметати: аще же попов новоставленных приемлете, убо и книги новыя прияти должни есте.

Глава 24. О евангелии Аввакумовом

От начала веры в России приятся едино Евангелие Христово четырестолпное, святыми Евангелистами, Матфеем, Марком, Лукою и Иоанном написанное, а иного Евангелия, кроме Христова, до сих времен не бывало.

У Брынян же и иное некое новое евангелие, не Христово, но Аввакумово обретеся: Аввакум бо роспопа лжеучитель, в раскольницех славный, написа книгу свою, еретического умствования исполненную, и нарече ю: Евангелие вечное, не мною-де писано, но перстом Божиим.

А понеже у них, кроме старого Евангелия Христова, иное новое Аввакумово, не Христово евангелие обретеся; убо и вера их новая стала, а не старая.

Что же именно в евангелии своем той новый, не Христов, но сатанин евангелист написа, не вемы совершенно; понеже самыя тоя его книги еще не получихом: обаче от списков писем его познавается, яко не ино что написа, токмо по злоумному своему еретическому умствованию хулы на святую Троицу, на воплощение Сына Божия, якоже вышше изъявихом, и на церковь Христову хульная злословия.

Глава 25. О Федьке диаконе

Воспомянем же и еще от списков писем его нечто. Пишет он Аввакум к Федору диакону, ученику своему о святой Троице сице: ,,Федька, а Федька! по твоему кучею надобе, едино лице и един образ; ох, блядин сын, собака косая, дурак страдник! коли не знаешь в книгах силы, и ты вопроси бабы поселянки: скажи-де, государыня, о святей Троице, Троица-де что есть, так она тебе отвещает и скажет: и ты су, Федька, ну лбом, блядин сын, поселянке той о землю. Таки и мне грешному диво, каково хорошо старуха та отвещала. Вопроси сице ея же, что есть существо Божие? и она тебе отвещает и скажет.»

Слышите, правовернии, каково изрядное сочинение речей того раскольнического лжеевангелиста, и пользуйтеся. Не суть ли смеха достойны тыя речи его? Как ему не стыдно было писать? и как ныне не стыдно раскольщиком тыя его бредни аки евангелие почитать? Таково ли сочинение речей в Евангелистах Христовых, в Матфеи, Марке, в Луке и Иоанне? О ума мужичьего!

Глава 26. О атаманстве Аввакумовом

И еще той же лжеевангелист в письмах своих бредит сие:

А егда-де воскреснем из мертвых, тогда меня Господь атаманом учинит.

Смеха воистинну достойна бредня того пустосвята! Кто слыхал между чинами святых чин атаманский? Слышим чин Пророков, чин Апостолов, чин мучеников, чин святителей, чин преподобных! и прочие святых чины: чина же атаманского между святыми никогдаже слышахом.

Новый то чин изобрете Аввакум роспопа, и вера убо их есть новая, а не старая.

Глава 27. О видении Аввакумовом

Тойже лжеевангелист и лжеучитель раскольнический Аввакум безумные своя учения, и видением неким чудесным, бывшим ему, утверждает, о коем видении пишет сице:

Не ял-де я в великий пост 14 дней, и видел себя велика, руки, и ноги, и зубы, и весь распространился по всему небеси: и потом-де вместил Бог в меня небо, и землю и всю тварь.

О видения чудного! о изрядного чудотворца! небо и землю и всю тварь съел, гортанию своею поглонул, во чрево свое вместил! Знатно выголодался гораздо, по 14 днех пощения своего толь ясти восхоте, яко не токмо камение, но и всю землю с небом и со всею тварию изъяде. Как не просядеся чрево его! и дивно, что учеников своих не пояде. Мню же, яко души их давно уже поглонул, и во адов отход ниспустил.

Велик исполин сотворися той лжечудо-творец; не бяше ли он родной брат тому исполину, егоже древле преподобный Антоний Великий видел, о коем сам повествует, глаголя: восклепа иногда демон во врата монастыря, и изшед аз видех человека паче меры великостию, возносяща главу даже до небес, и егда его вопросих: кто еси? отвеща: аз есмь сатана [80].

Но Аввакум болий того сатаны бысть; распростреся бо по всему небеси, и всю тварь во чрево свое вместил. Новый то чудотворец раскольнический: такового ни единого между древними чудотворцами обретаем; убо и вера их есть новая, а не старая.

Глава 28. О Акефалитах

Аще же веру раскольническую старою верою нарещи, то разве по тому стара, яко они старыя ереси обновили. Обновили ересь Несториеву, Божие воплощение хулящую, якоже вышше обличихом ю. Обновили ересь Акефалитов, от безглавного Севира произшедшую, о коей месяца Августа в 30 день, в житии святого Иоанна Каппадока, патриарха Цареградскаго,[81] пишется сице:

От окаянного Севира произыде еретичествование Акефалитов, сиесть безглавных, нареченных тако сего ради, яко не хотяху быти под епископами православными, начальствующими церквам, якоже глава начальствует прочиим членам; но сами себе кождо начальник и учитель творяшеся, по умствованию своея главы безумныя, и измершим неправоверным епископом и пресвитером их, не бяше в них по обычному церковному чину крещения, ни Божественного литургисания. Причащахуся же от многого времене уготованным и соблюдаемым тела Христова агнцем, собирающеся во дни святой Пасхи, и раздробляюще то на малейшие части; и тогда кождо, каковую хотяше, изобретайте себе неправую веру, и самоволием власть учительства приемля, по своему суеумию другие учаше, и многия от них иныя расплодишася ереси, едина друзей противный, о них же Никифор Каллистов, историограф церковный греческий, в книзе 18, в главе 45 пишет.

Слышите и внемлите, о православнии людие! несть ли подобна той безглавных ереси вера раскольническая Брынская? Воистинну подобна, и не токмо подобна, но и поистинне та самая есть; они бо ни церквей имут, ни иереев, ни Божественныя литургии, ни причащения святых таин, ни крещения по церковному чину, ни архиереям православным повинуются, но суть весьма безглавны, якоже древнии Акефалиты. Потому убо древних ересей обновлению, может вера их нарещиея старою еретическою верою, а не православною.

Се, о возлюбленнии правовернии людие, истинныя Христова стада овцы, и святыя церкве Его искреннии чада! разломихом здравым рассуждением первый Брынского сада плод, веру их зловерную, и подлинным розыском розыскали двое то:

Есть ли их вера, правая вера?

И есть ли их вера, старая вера?

И обретохом в том плоду, якоже в Содомском красноцветном яблоке, не вкус сладкий, но смрадный прах и пепел обретохом; глаголю, яко несть вера их правая вера, но кривая вера: и несть вера их старая вера, но новая вера.

Глава 29. Вера раскольническая во обычаях

Како бо может в них быти правая истинная вера, егда ниже ведят, что есть вера ? Слышим бо много в препростых людех, яко и нравы и обычаи своя не токмо каковыя не худыя, но и самая худая дела верою нарицают. Вопроси простолюдина: для чего в вас воруют, крадут, разбои творят? Отвещает: такова вера. Для чего безмерно бражничают, упиваются, сквернословят, бранятся, дерутся? Такова вера. Для чего в вас неправды многия деются, друг друга обманывает, друг другу лжет, друг на друга клевещет? Такова вера. Для чего в вас скверная и прескверная дела делаются, прелюбодеяния, любодеяния и прочая слуху невместительная скаредства? Такова вера.

О вера святая! о превеликое и пречестное имя веры! о веро, в едином токмо невидимом Бозе упокоевающаяся! до какового ты у простых мужиков дошла безчестия, яко не токмо тя к веществам зримым и осязательным прилагают, но и к беззакониям своим, к воровству своему, к бражничеству, к неправдам своим, и к скверному житию своему. Како убо в таковых добрая обрящется вера?

Глава 30. Правость православной веры

Мы же, православнии, благодатию Христа Бога нашего наставляемы, вемы, что есть вера, и не новую, но старую благочестивую содержим веру, юже Христос Господь святым своим учеником и Апостолом предаде, юже святые Апостолы по вселенней проповедаша, еяже велицыи учители церковные учиша, юже соборы вселенские утвердиша, юже Владимир святый от Грек в Россию принесе, в нейже велицыи светильницы церковнии, и светила миру, святые Российстии отцы и чудотворцы просияша.

Веруем во единого невидимая, в Троице святой славимого Бога, Отца и Сына и Святого Духа.

В Троице святой не пресецаем существа Божественного, ниже сливаем лиц: но со святым Андреем Критским держим, поющим сице: нераздельное существом, неслитное лицы богословлю тя Троическое едино Божество, яко единоцарственное и сопрестольное [82]. А якоже сердцем веруем, сице и усты исповедуем, по вся дни славяще святую нераздельную Троицу, и глаголюще:

Слава святей, единосущней, животворящей и нераздельней Троице, всегда, ныне и присно, и во веки веков.

Воплощение Сына Божия веруем и исповедуем истинно, яко самою Ипостасию своею Божественною воплотися во утробе пречистыя Девы, не разлучался от Отца. Ни разделяем Сына на два сына, но тогожде единого глаголем быти и во утробе девической, и со Отцем на небеси: Божество бо местом не определяется.

Пречистую Деву истинную исповедуем быти Богородицу, а не Христородицу токмо, но по существу рождшую воплощшагося в ней Бога слова, во двух существах и естествах, в Божием и человеческом, несмесных, в лице же едином Христовом нераздельном.

Христа от Сына Божия не разделяем, ни посаждаем Его на особном престоле близ святой Троицы, якоже Аввакум и его ученики творят, и не делаем из Троицы четверицу, но единого и тогожде быти Сына Божия и Христа веруем и исповедуем, иже глаголется Сын Божий и сын человечь. Сын Божий по естеству Божества, сын человечь по естеству человечества, обаче не два сына, но един Сын, якоже и Церковь во Октоихе, в гласе 6, на вечерни догматически воспевает, глаголя: не во двою лицу разделяемый, но во двою естеству неслитно познаваемый.

То наша вера не новая, но старая: той святой веры непременно держимся, никакияже новости и ереси приемлюще. Тую исповедуешь, тую облобызаем, и тою спастися чаем несомненно при благодати и помощи Божией.

К сему же и таинства святые вся, и вся чины и обряды (церемонии), и обычаи церковные по преданию и уставу Святых отец содержишь непременно и непорушно, якоже от Грек Владимир святой в Россию принесе, тако и до ныне содержим благодатию Христовою.

Но уже пора к другому Розыску приступити.

Часть II. О учении раскольническом

По рассмотрении первого плода раскольнического Брынского сада, и подлинном розыске веры их неправоверной, предлежит нам другой их плод, яко другое Содомское яблоко, ко испытанию, учение их, еже они, врази суще церкве Христовы, исходяще от Брынских сатанинских гнезд, сеют между правоверными по градах и весях отай, яко плевелы посреде пшеницы.

Сказуют Брыняне учение свое душеполезно быти.

Да положится убо Розыску сему основание сицевое:

То учение душеполезно есть, в котором несть лжи, ни еретичества, ни хуления на святые вещи.

Аще же в коем учении обрящется ложь, и еретичество и хуление на святые вещи; то учение несть душеполезное, но душевредное.

Розыщем убо подлинно о учении раскольническом Брынском сие трое:

1) Есть ли учение их не ложно?

2) Есть ли учение их не еретическо?

3) Несть ли во учении их хулы на святые вещ

Первая статия

Глава 1. Учению подобает быти от учителя неложного

Учение неложное есть то, еже происходить от уст учителя не ложного, но истинного.

Учитель же неложный есть той, иже не сам собою восхищает на ся сан учительский, но от церкви Божией благодатию Духа Святого поставляемый, и на проповедь посылаемый бывает, якоже во дни Апостольские учители посылаемы от церкве бываху Духом Святым, еже видети есть от Деяний Апостольских, от главы 15, идеже пишется сице: служащим им Господеви, и постящимся, рече Дух Святый: отделите ми Варнаву и Савла на дело, на неже призвах их. Тогда постившеся и помолившеся, и возложше руки на ня, отпустиша их. Сия убо послана бывша от Духа Свята, снидоста в Селевкию [83]. И паки в главе 15 пишется: изволися нам (церкви Иерусалимской) собравшимся единодушно, избранныя мужи послати к вам, (к церкви Антиохийской) с возлюбленныма нашима Варнавою и Павлом, человекома предавшема души своя о имени Господа нашего Иисуса Христа: послахом убо Иуду и Силу, и тех словом сказующих таяжде. Изволися бо Святому Духу и нам [84], и прочая тамо писанная.

По святых же Апостолах, учительское место приемлют архиереи, и иереи и прочии, елицы суть освященного церковного чина. Приемлют же по изволению Духа Святого, понеже приемлют по правильному избранию и освящению.

Таковые учители суть истинные, неложные, и таковых учителей учение есть истинное, неложное, яко от Духа Святого глаголемое.

Зде смотрим: учители Брынскии раскольнические от кого посылаются? От Духа ли Святого? от церкви ли Христовы? Никакоже. Церкви у них несть; печать дара Духа Святого, при крещении миропомазанием подаваемую, отвергоша, нарицающе то антихристовою печатию, и прочиих таинств Духом Святым навершаемых не имеют. Не имуще же таинств, не имут Духа Святого, на таинства сходящего; не имеюще же Духа Святого, не поставляются, ниже посылаются на проповедь и учительство от него. Не послани же суще от Духа Святого и от церкви святой, не суть истинные учители, но ложные, сами на ся сан учительский восхищающии. Убо и учение их несть истинное, но ложное. О таковых-то учителях глаголет Бог в пророчествии Иеремиином: не послах Пророки, а они течаху: не глаголах к ним, и тии пророчествоваху[85]. Но и Апостол глаголет: како проповедят, аще не послани будут[86]? Аще же лжеучители не посылаются от Бога, от кого убо они посылаются? Воистину не от кого иного, разве от самого сатаны, иже есть отец лжи, и всякой неправды начало; и не Святой Дух во устах их глаголет, но дух лживый, глаголавый древле во устех лживых пророков при святом пророке Михеи, на прельщение Ахава царя Израильского, о чесом изволяяй, да зрит в книге 5 Царской, в главе 22, и в книге 2 Паралипоменона, в главе 18.

Глава 2. Учению подобает быти от учителя искусного

Паки:

Учение неложное есть то, еже происходит от уст учителей искусных в Божественном Писании, и благоразумия учительского исполненных, ведущих Писания святого силу, и толковати е право могущих. Подобает бо учителю не токмо быти освящену, от церкви Духом Святым во учительский сан поставленну: но и премудру, доволен разум имущу, по словеси самого Бога в пророчестве глаголющего: устне иереове сохраняете разум, и закона взыщу от уст его[87].

Раскольническое же учение не от таковых благоразумных уст происходит, понеже их учители не токмо не суть от церкве Духом Святым на учительский сан поставлени, но и в Писании Божественном неискусни, ни ведущии того силы, ни толковати могущии право, но весьма простые мужики, в коих учителех их многии суть, иже ни азбуки ведят. Не токмо же тии, но и бабы у них учат, имже весьма молчати подобает по апостольскому велению: жены в церкви да молчат, не повелеся бо им глаголати (сиесть учити), но повиноватися[88]: и паки: жена в безмолвии да учится со всяким покорением; жене же учити не повелеваю[89]. А в Брынской зловерной вере того веления апостольского не слушают, и бабы сан учительский восхищают. Убо учение их несть истинное, но ложное.

Неученому бо простолюдину не токмо иные о догматах веры право учить невозможно, но ниже самому правым путем шествовать удобно, на свой бескнижный простоумный уповающему разум, истинных же учителей презирающему. Оттуду и ереси возрастоша, и раздоры, и расколы, яко невежи дерзнуша о вере испытывать и учить. Добре святой Анастасий Никейский, такоже и святой Иоанн Златоуст глаголют: велико есть зло, еже не ведети Писания, и аки скоту несмысленну быти; бесчисленная бо злая рождаются от неведения Писаний. Оттуду прозябоша великия вреды еретичеств, оттуду житие небрежливое, труды не полезныя, слепота душевная, прельщение диавольское. Якоже бо плотскими очима слепотствующии правым путем ходить не могут: тако и неведущии Божественного Писания, ни к тех лучам взирающии, претыкаются [90].

Брыняне же аще которые и не ведят Писания Божественного, обаче мудрых себе быть и правым веры путем шествовать мнятся, и учительствовать дерзают. А которые в них умеют читать и писать, коим малая некая заря разумения во ум блисну, те себе в великие богословцы ставят, и учителями веры своей непреодоленными быть горделиво высокоумствуются. А иже по самой истине суть богословцы и правильные учители, иже от юности жизнь свою во учениях изнуриша, имже тайны Божественного Писания откровенны суть, имже совершенный свет разума возсия; тех они нарицают еретиками, заблуждшими, пути истинного неведущими. Слепые видящим глаголют: не видите вы; и заблуждшие ходящим по истинному пути сказуют: неправо ходите вы; и глупые разумным досаждают: ничтоже весте вы. Но рассудите, молю, кто более света видит: той ли, иже скважнею из темной храмины на двор смотрит, или той, иже окно отверз на свет зрит? Кто свет святой веры и путь правый истинного благочестия лучше весть: той ли, иже токмо читать книгу умеет, мало же разумеет читаемое, или той, иже не токмо читать, но и совершенно разумети весть, и глубину Божественного Писания постигает? Лучше ли научит неученый и самозваный учитель, неже ученый, и не сам собою учитель нарекшийся, но от благодати Духа Святого поставленный?

Слышу же некиих глаголющих: Христос Господь некнижных Апостолов собра, простых, неученых, не от книг призва их к себе, но от рыбарския сети, а весь мир теми просветил и научил. На то ответствую сице: некнижных собра, но книжных посла, простых и невежев к себе призва, но умудренных богословцев в концы земные россла, отверзши им ум разумети Писания [91] собра якоже учитель учеников, и вящше трех лет водил их с собою, уча и вразумляя, и не отпустил их от себе на проповедь дотоль, донележе добре вразумил я, и Писание знати даде им, егда же просвети их ум к разумению Писания, и Духа Святого наполнил их, и странными языки глаголати научил: тогда посла я во вселенную проповедать Божие слово.

Вы же, о Брыняне, неученнии учители, некнижнии мудрецы, рцыте нам, когда со Христом ходисте, когда Духа Святого во огненных языцех приясте, когда странными языки глаголати научистеся, якоже Апостолы? отверзеся ли вам ум разуметь Писания, якоже Апостолом? Постыдитеся убо Брынскии учители, простые мужики и бабы, сан учительский на ся восхищающии, имже довлело бы учениками, а не учительми быть, и от церковных правоверных учителей учиться, а не самим иные учить и изобретать себе новые различные веры.

Глава 3. Учению подобает быти от учителя, житием непорочна

Паки:

Учение правое должно происходите от такового учителя, иже бы был не токмо в Божественном Писании искусен, но и житием непорочен, якоже пишет к Тимофею Павел апостол: образ буди верным, словом, житием, любовию, духом, верою, чистотою[92]. Внемлем первым двум Апостольским словесам сим: образ (рече) буди словом, житием, от коих словес яве показуется учительская должность, яко подобает учителю быть в первых, словом разумну, и житием непорочну и святу; учай бо а не творяй, подобен есть меди звенящей и кимвалу звяцающу.

Раскольнических же учителей каково житие, Бог весть, мы не исследуем; обаче единого их учителя, нарекшагося апостола, разум и подвиг, якоже от иных писано обретохом, зде воспомянем.

В царствующем граде Москве, на печатном дворе, в книгохранительнице, обретается книжица писменная, глаголемая Обличение на Соловецкую челобитную, юже сочини в Сибири некий Юрий серблянин, при архиереи Сибирском преосвященном Корнилии. В той книжице в пределе 5-м, пишет Юрий о учителе и апостоле раскольническом Лазаре попе сице:

,,О Лазаре знает сей град (Тобольск), яко ему некогда улицы бываху тесны, и люди его под руки водиша (пьяна), егда сам не можаше до дому приити. И некогда у мене Лазарь с гостьми седя, нача проповедати басни и загадки бабия, како-де некая баба, хотя помладети, на пути нага раком ползаше, и прочая. Гости же повесиша лица, и срамляхуся от иереа слышати таковыя речи; и он то подстерег, рече ко мне: Юрий-де! како-то бывает, да мы всегда духовно зачинаем, а помирски совершаем? И я, по росходе гостей, ему воспомянул: отче Лазаре! рассуди, до чесого достиже Христова церковь, и каково бедно ея устроение? Аще ю долг имеем мы исправлять, мы, глаголю, тако неисправны, да и басни срамотны баем, и улицы нам хмельным бывают тесны: сия не суть знаки апостолов, ни посланных от Бога учителей на исправление церкви; и меж прочими речами (глаголет Юрий) приведох ему Августина, западного учителя, речь сию: извне церкве и в раздоре может человек вся святости имети, единого токмо спасения не может имети. А Лазарь на то противным разумом отвещал: какова убо польза Никону и его единомысленником, аще и архиерейство имеют и вся святыни, а спасения не могут имети? Отвещах ему: святейший Никон не отступила от церкве; но ты, отче, отлучавши себе от нея, ты делаеши раздоры, и тебе вяжет речь Августинова. Толико о Лазаре. Но зде вы, отцы Соловецкии (глаголет Юрий) не осудите нас, аки бы аз злобою искреннего грехи оглашал. Аз бо сам многогрешен сый, не изъявляю тайных грехов искреннего, ни по злобе брата оглашаю; но понеже Лазарь, учинив сам себе апостолом, похули Апостольскую церковь, и в вас и во всем народе завел раздор и соблазн о вере: того ради аз не по злобе, но по братской любви ко искренним припоминаю о том дивием апостоле оно, о чесом есть свидетель сей град, и не чиню ему в том обиды, и не поношу того без причины всуе. Достойно бо есть и потребно, да вси знают о делах и о житии оного учителя славного, ему же хотят вси вверити души своя, и на его мысли свое назидать спасение, и по его науке всю Апостольскую церковь осуждать.” До зде от книжицы Юрия серблянина. Нам же от тоя повести яве известися разум учителя и апостола оного раскольнического Лазаря, в срамотных баснях (а не в святом Писании) искусного, и подвиг его бражнический уведася. Мощно такового апостола не вписывать в лик апостольский, и учения его не слушать, разве со псевдоапостолы ему часть, и со лжеучителями место. Не мним же и прочих раскольнических учителей лучших Лазаря быть, покажет то третья часть книжицы сея.

Убо таковым несть прилично учителями быть.

Глава 4. Учение истинное яве проповедуется; а не втайне

Паки:

Учение истинное, неложное, яве проповедуется повсюду пред всеми, никогоже боящися, каково бе учение Апостольское, проповедуемое со всяким дерзновением невозбранно[93]; а которое учение втайне, в местах сокровенных кроющися сказуется, то учение несть истинно, но подзора о лжи исполненно.

Раскольническое же учение нигдеже яве проповедуется, но втайне, в подклетех кроющися, ниже лицу нашему явитися смеюще; и якоже нетопыри (мыши крылатые) от света дневного по щелях, сице они в тайных местах, от нас хоронящеся, учат, или паче рещи, прельщают простой народ.

Убо учение их несть истинно, но ложно.

Глава 5. Ложь раскольническая о антихристе

Паки:

Учение истинное должно никаковыяже лжи в себе имети отнюд: аще же в коем учении обретается ложь, то учение не может нарещися учение истинное, но ложное.

Брынское же учение преисполненно есть лжи и неправды, еже яве творится отсюду.

О АНТИХРИСТЕ.

Умствуют они и учат антихристову пришествию самим делом не быть, но мысленно токмо в мире тому воцаритися, а самое по существу лице антихристово аки бы не имать быти: и сказуют, аки бы уже давно воцарился антихрист мысленне, от того времене, в неже наста на Москве книжное исправление; и аки бы Москва есть Вавилон и антихристова царства престол; и аки бы уже настоит время второго страшного Христова пришествия и дне судного, и по вся нощи чают того, и ждут нецыи от них, возжегше свещу, и не спяще даже до петелева глашения. То их умствоваше и учение по всему есть ложно, Писанию святому, и святым церковным учителем, толкователем Писания противно. На кое их ложное учение довольно и истинно, от неложных Писания святого свидетельств отвеща преосвященнейший архиерей Стефан, митрополит Рязанский и Муромский, книжицею малою, но великого благоразумия и духовной премудрости исполненною, нареченною от него: Знамения пришествия антихристова и кончины века, яже книжица повелением великого Государя печатана на Москве, в лето от сотворения мира 7212, от рождества же по плоти Бога Слова 1705.

Но понеже та книжица в Епархии нашей мало где обретается, и едва у кого обретается: нужда убо ми належит на раскольническое оное ложное учение вкратце зде от тогоже Писания святого отвещати, противу обретающихся в Епархии нашей раскольников и учителей раскольнических, кроющихся от нас по домех развращенных ими, и втайне зловерия своего плевелы меж простым народом сеющих.

Рех, яко по всему то раскольническое о антихристе, о Вавилоне, и о Христовом втором пришествии умствование и учение есть ложно по всему, сиесть, от рассмотрения всех окрестностей в Писании святом зримых, и у толкователей святого Писания показуемых.

1) От самого лица антихристова.

2) От места, откуду антихрист приидет, и где воцарится.

3) От лет, колико царствовати будет.

4) От дел, яже творити имать.

Но первее да вразумлятся раскольническии невежествующии учители, и слушающии их ученики их, еже ведати им сие: яко именование то антихрист, еже сказуемо есть противник Христов, сугубо разумеется в Писании святом, (якоже то и преосвященнейший архиерей Стефан в книжице своей изъяснил есть образне, и свойственне сиесть, уподобительне, и существенне; яснее рекше: по примеру, и по самой вещи, самим делом хотящему быти лицу антихристову.

Образне или уподобительне, по примеру то именование антихрист многим обще есть: по существу же, самою вещию и делом, единому токмо антихристу, на скончании мира приити имущему, свойственно есть. Разумеете ли, о лжеучители? Ни. Се убо во образ и в пример буди именование Христово.

Пресвятое и пречестное Спасителя нашего именование сие ХС҃, образне или уподобительна всем помазанником Божиим, царем Христианским есть обще, якоже и в Ветхом Завете, Саул царь Израильский зовом бе христос от Давида, рекшего: не буди мне воздвигнути руку мою нань, яко христос Господень есть сей[94], си-есть, помазанник Господень есть сей. То бо толкование именованию Христову, помазанник. И сам Давид христа себе именова, егда избавлен быв от врагов гонивших его, благодаря Бога, рече: ныне познах, яко спасе Господь христа своего[95]. По самому же существу, самою вещию и делом самому токмо Христу имя то святое свойственно есть.

И паки: именование сие пречестное, Сын Божий, уподобительне всем Христианам есть обще; всяк бо верный может (якоже и прежде рехом) именоватися сыном Божиим по благодати, самому Богу глаголющу: вы будете Мне в сыны и дщери[96]. Существенна же, по самому естеству, самому токмо Христу Иисусу Господу нашему то свойственно есть.

Сице и о антихристовом именовании разумети вам буди.

Уподобительн убо мнози уже быша антихриста, противные Христу и правде Его, и ныне суть, якоже святой Иоанн Богослов глаголет: дети, последняя година есть, и якоже слышасте, яко антихрист грядет, и ныне антихристи мнози быша[97]. И паки о томже глаголет: всяк дух, иже не исповедует Иисуса Христа во плоти пришедша, (якоже не исповедаша тогда идолопоклонники и невернии жидове, ныне же не исповедуют Турки, Татары, и тииже жидове, и елицы суть в поднебесней не знающии Бога,) Божий несть: и сей есть антихристов, о немже слышасте, яко грядет, и ныне в мире есть уже[98]. Се святый Иоанн Богослов еще во дни жития своего сказоваше быти уже антихристу в мире. Како же антихрист во дни Апостольские бяше в мире, разумети есть (по толковников сказанию), яко бяше не в своем си лице, но в предитечах своих, каков бе Симон волхв, нарекий себе Христа быти, и прочие тому подобные антихристовы предитечи. Дух бо противный Христу Богу, имеяй действовати в самом существенном антихристе, действоваше тогда, и ныне действует в своих предитечах; и сего ради глаголашеся тогда, и ныне глаголется быти уже антихристу в мир уподобительне, а не существенне.

Бяху убо в преждняя оная времена антихристи, ово волхвы и чародеи, имя Христово на ся приемлющии, ово гонители и мучители Христиан, якоже Нерон, Диоклитиан, Максимиан, Иулиан апостата, и прочие тем подобные: ово же еретики противники правде Писания святого, от коих иные хуляху Божество Христово, якоже Арии; овии же отметаху воплощение Сына Божия, якоже Несторий; инии иные ереси изобретаху противныя правоверию, (якоже ныне Брыняне творят): тии бяху антихристи, Христу противнии, ихже мы обычно предитечами антихристовыми нарицаем. И ныне в наша времена подобные первым антихристи обретаются, суть бо и волхвы богоотступники, и бесам себе вдавшие, и с теми противная Христу творящие; суть и гонители церкви Христовы, якоже Агаряне; суть и уклонившиеся в различные ереси, якоже иноверцы и Брыняне. Все тии суть антихристи, самого хотящего быти антихриста предитечи, противники Христовы. Всяк бо противляяйся святей церкви, Христу противится; гоняй Христову церковь, Христа гонит; хуляй православные догматы веры и предания церковные, Христа хулит, и есть антихрист уподобительне.

Существенне же имать быти самый антихрист пред скончанием века, уже не в лицах предитечей своих, но в самом истом лице своем.

Подобне разуметь есть и о Вавилоне, яко в Писании святом разумеется сугубо: уподобительне и существенне. Уподобительне, всяк град беззакония исполненный Вавилоном наречен быти может: существенне же, един токмо Вавилон град, в Писании воспоминаемый обретается, иже в Халдеи, в немже и Персидского царства престол бяше. Сице о том святой Андрей Кесарийский в толковании на Апокалипсис, на словеса сия: Вавилон великий мати блудников, и прочая; и паки, видех жену пияну, и прочая, пищущ глаголет: ветхий Вавилон сице именован бысть, блудница радостная, сиречь, град блудников радующихся о блуде, владычица чаровников и волхвов; и ветхий Иерусалим (в пророчестве Иеремиином Вавилону в блудех уподоблен), лице ти бысть блудниче[99]; и старый же рим Вавилоном в послании Петрове нарицается [100]. Господственне же (сиесть существенне), и имущий державу у Персов, и Вавилон и блудница нарицается, и всякий град ин, о убийствах и кровех радущийся [101]. До зде святый Андрей Кесарийский. От егоже словес яве есть, яко по уподоблению, и ветхий Иерусалим, и старый Рим, и кий либо град беззакония исполненный, Вавилоном нарицается: господственне же или существенне един есть Вавилон Халдейский, иже и Персидский, в немже царь Кир Персянин по Дарии Мидском начал бяше Персидскую монархию.

Сие о имени антихриста и Вавилона изъяснение невежествующим предложивше к разумению, приступим к рассмотрению вышереченных окрестностей, по нихже яве обличится ложное учение раскольническое о антихристе, о Вавилоне, и о дни судном.

В первых

От окрестности первой яже есть самое лице антихристово.

Учат раскольники (якоже прежде рехом) антихристову пришествию самым делом не быти, но мысленне токмо (по их умствованию) в мире тому воцаритися, а самое по существу лице антихристово акибы не имать быти.

Мы же противу тоя их лжи положим неложного учителя святого апостола Павла, и другие с ним святые учители церковные.

Святой апостол Павел к Солунянам пиша, глаголет: да никтоже вас прельстить ни по единому же образу; яко аще не приидет отступление прежде, и открыется человек беззакония, сын погибели, противник и превозносяйся паче всякого глаголемого бога, или чтилища, якоже ему сести в церкви Божией аки богу, показующу себе, яко бог есть [102].

О котором человеце сия глаголет Апостол святой, извествует неложный свидетель, толковник Павловых посланий, святой Иоанн Златоуст, глаголя: о антихристе зде беседует, и велия открываете тайны. Что есть отступление? Того самого антихриста нарицает отступление, яко многих имущего погубити и отставити тако, яко соблазнити, аще мощно, и избранныя [103], и человека греха нарицает и; безчисленная бо соделает (злая), и приуготовить иных, да делают лютая, сына же погибели глаголет и, зане и той погибнет. Кто же есть сей? убо ли сатана? Никакоже; но человек некий, всякое его приемляй действо. До зде Златоуст толковник Павлов. Також и Ефрем святой в слове о антихристе глаголет: не сам родится сатана, но во образе его приидет прескверный яко тать [104].

Да внемлют зде Брыняне, и да видят, о коем апостол Павел и Иоанн Златоуст и святой Ефрем глаголют антихристе, о мысленном ли? не о самом ли существенном быти имущем, егоже не сатану, иже есть мысленный антихрист невидимый, но человека плотяна, видима нарицают?

А святой священномученик Ипполит, в слове в неделю мясопустную [105], и святый Андрей, архиепископ Кесарии каппадокийской, в толковании на Апокалипсис в слове 7, сказуют и то, от коего рода антихрист имать востати, яко от Данова племени, еже в еврейском роде [106]. Святой же Ефрем в вышереченном своем слове, такоже и святой Иоанн Дамаскин и сие сказуют: яко имать родитися не от честного супружества, но от блуда, от жены, блудом растленной [107]. Тоже и святой священномученик Ипполит свидетельствует, глаголя: сопротивник от скверной жены изыдет на землю [108]. От коих свидетельств яве извествуется не мысленному антихристу быти, но чувственному, плотяному, при кончине мира явитися имущему.

Зде всяк правоверный здравым разумом суди, кому лучше веру яти: Брынским ли лжеучителем, сказующим не быти самому по существу антихристову пришествию, но токмо мысленне тому царствовати? или яти веру святому апостолу Павлу, и его толковнику Златоусту святому, и священномученику Ипполиту, и Андрею архиепископу, и преподобному Ефрему и Иоанну Дамаскину, сказующим всячески быти антихристу, и племя того извествующим и образ рождения его являющим?

Христова уста Павлова уста, Павлова уста Златоустого уста, Златоустого же уста и других с ним отец воспомяненных, суть поистинне уста Христова. Может ли в таковых честных и святых устах какова обрестися ложь?

Брынских же лжеучителей уста, чия суть уста? Воистинну уста их суть уста самого сатаны, о немже Христос Господь наш во святом Евангелии рече: он человеко-убийца бе искони, и во истине не стоит: яко несть истины в нем: егда глаголет лжу, от своих глаголет, яко ложь есть, и отец лжи [109].

Лгут убо Брыняне, сказующии антихристову существенному пришествию не быти, но токмо мысленному.

От окрестности второй рассмотрение, от места, откуду антихрист приидет, и где воцарится.

Глаголют, паче же блядословят раскольничествующии Брыняне, акибы антихрист царствует на Москве, и нарицают царствующий град Вавилоном, бесчестно того укоряюще.

Мы же рассудим сие: чувственному антихристу, существенне человеку (а не каковому невидимому духу) быти имущему, от какового подобает произыти Вавилона, от мысленного ли, или от самого сущего: аще от мысленного, то не точию Москва, но и всяк град (якоже прежде речеся) и всякое место, в немже аще кая яве беззакония деются, Вавилоном мысленне по уподоблению нарицается; и душа грешная Вавилоном нарицаема есть, якоже и Иерусалимом праведная. И Брыня, мнящаяся быти святая, не безгрешная же: свидетельствуют бо брюха возвращающихся оттуду девиц и жен и стариц нестарых, Вавилоном вправду нарещися может. Не ведомо убо, от коего Вавилона произыти имать антихрист, от Московского ли, или от Брынскаго?

Но чувственному, а не мысленному антихристу, от чувственного, от самого сущего Вавилона, иже в земли Халдейской, (а не в Российской), над рекою Евфратом (а не над рекою Москвою) стоящего произыти подобает, отнюдуже и Немврод[110] столпоздатель, первый в поднебесней мучитель, начат владетельство свое распростирати. Откуду убо мучитель бысть первый Немврод, оттуду и последнему мучителю антихристу быти надлежит.

А яко от Халдейского Вавилона антихрист произыти имать, свидетель неложный святой Андрей, архиепископ Кесарийскии, (а не каковый мужик Брынский) извествует во своем на Апокалипсис толковании, иже в слове 9-м глаголет сице: воспоминанием Евфрата является, яко от онех стран исходить антихрист [111]; и паки в слове 17 глаголет: антихрист от восточных стран Персския земли, идеже колено Даново, от корене Евреов исходящий, с инемн царьми Евфрат прешед, и прочая [112].

Се, внемлите, о каковом зде Вавилоне слово! О том, иже в Халдеи между двема реками, Тигром и Евфратом стоящий в нем же по Ассирийской монархии Персидская началася бе от Кира.

Но и от самого Апокалипса ясно зрети есть, в немже многая пишутся о Вавилоне: а егда Апокалипсис писася, был ли тогда град Москва? Убо не о Московском мысленном, но о самом существенном Халдейском, иже и Персидском (бывшем) Вавилоне во Апокалипси писашася: убо и антихристу от оного Вавилона произыти будет, а не от Москвы.

Еще же и о том да увемы, где воцарится антихрист, изшедши от оного Халдейского Вавилона.

Святой Ипполит и святой Андрей Кесарийский, оба, и прочии Святые отцы извествуют, яко воцарится он во Иерусалиме, в нем же издревле бяше царство Иудейское, еже он обновить, и храм по подобию Соломонову на том же месте, на нем же и Соломонов бе, созиждет, и яко бог в нем сядет [113].

Лгут убо Брыняне, сказующии антихристову царству на Москве быти.

От окрестности третий разсмотрение, от лет, колико лет царства антихристова.

Сказуют Брыняне, аки бы антихрист воцарися на Москве от того времене, в неже начатся книжное исправление.

Смотрим, когда начатся на Москве книжное исправление. Начатся в царство блаженныя памяти благочестивого Царя и Великого Князя Алексия Михайловича, в патриаршество же святейшего Никона.

Никон от патриаршества отставлен в лето 7175.

Нынешний же настоящий год числится 7217.

От Никонова отставления до нынешнего настоящего года прейде сорок лет слишком.

А антихристова царствования святой Ипполит и все прочии отцы Святые сказуют, яко полчетверта лета токмо будет, елико и Христос Господь наш на земли явивши себе мирови проповеда [114].

Лгут убо Брыняне, сказующе антихриста на Москве уже слишком сорок лет царствующа.

От окрестности четвертой рассмотрение, от дел, кая дела антихрист творити имать.

Святой Ипполит о делах антихристовых сказует, яко имать творити дела дивная: попущением бо Божиим, пособием же демонов, имать деяти чудеса великая на прельщение человеков, яже чудеса будут не истинные, но мечтательные, привиденные. И глаголет о том Ипполит святой сице: «Преставит горы пред очима зрящих; шествует по морю немокрыми стопами; сведет огнь с небес; сотворит день тьму, а нощь день; солнце бо преобратит аможе хощет, и луну такожде; и вся стихии, землю и море силою мечтаний своих, пред зрящими покажет послушны [115]«. И паки: ,,бесы покажет якоже Ангелы света и воинства бесплотная приведет, им же несть числа, и пред всеми покажет себе на небо вземлема с трубами и гласы и звуки неизочтенными, и воплем крепким, восхваляющим его неисповедимыми песньми, и возблистается якоже свет, иже тьме начальнику» и прочая [116].

Се дела антихристова. Смотрим же, кто ныне таковая дела творит на Москве или где либо? кто горы преставляет? кто огнь с небесе сводит? кто день в нощь, нощь же в день претворяет? кто на небо всем зрящим возносится со славою? Никтоже.

Лгут убо раскольники Брыняне, антихриста на Москве царствующа уже сказующии.

Отсюду и та их ложь обличается, сказующая настояти уже времени второго страшного Христова пришествия и дне судного. Вся бо Писания ветхая и новая учат, и вси толковники и учители утверждают, яко день судный не прежде антихристова пришествия и царствования, но по царствовании и пагубной кончин того имать быть. Како убо они не стыдятся лгать, аки бы уже настоит время и день Христова пришествия, антихристу еще не пришедшу и летам царствований оного трием и пол не исполнившимся? А и по антихристовой пагубной кончине, людем остатися имущим время некое от бога дастся к покаянию, якоже то видеть есть в пророчестве Данииловом, идеже Ангел Даниилу царствования антихристова, сказавши число дний сие: 1290, (от коих полчетверта года составляется) приложи рещи: блажен терпяй и постигий в дни 1355 [117]. Изчетши убо от окончания числа первого до второго, обретается более первого числа дней 45. Сказуют убо толковники Божественного Писания по кончине антихристовой быть времени до страшного дне судного, дней 45. Временам же тем не прешедшим, ниже пришедшим, како веру яти Брынскому мнению и учению о настоянии дне судного.

Нам же православным Христианам довлеет комуждо на всяк день и на всяку нощь чаять неизвестного часа кончины жизни своея, и ко исходу быть готову, то нам страшный суд комуждо свой, прежде общего всем суда страшного, а о самом времени самого страшного дне судного не испытывать. Довлеет веровать, яко будет, и яко близ есть, а не уже настоит; а когда будет, о том не любопытствовать, но слушать словес Господних глаголющих: о дни же том и часе никтоже весть, ни Ангели небеснии [118]. И аще Ангели святые не ведят о дни и часе страшного суда Божия: то како уведали Брыняне, сказующии настоять уже времени страшного суда? Разве сами желают, дабы уже настоял день судный, воеже бы лживому их пророчеству исполниться. Но святой Златоуст от Амосова пророчества глаголет к ним: горе желающим дня Господня [119]. День бо Господень тьма, а не свет: тьма, рече, яко неизвестен.

По всему убо преждереченных окрестностей рассмотрению ложь Брынского учения является.

Паки:

Учение истинное есть то, им же право толкуется Божественное Писание по самой истине, а не лжею.

Брынские же лжеучители криво, а не право толкуют Божественное Писание, чесо ради и кривотолки нарицаеми суть.

Убо Брынское учение несть истинное, но ложное.

А яко Брыняне криво и ложне толкуют Божественное Писание, изъявляется то от неких мест Писания Божественного, яже зде предложим.

Глава 6. Кривый толк их о святой жертве

В книге святого пророка Даниила, в главе 3, написана суть словеса сия: несть во время сие начальника, ни Пророка, ни вождя, ни всесожжения, ни жертвы, ни приношения, ни кадила, ни места, еже пожрети пред Тобою и обрести милость [120].

То Писание святое кривотолки Брынские наводят на нынешнее настоящее время, и глаголют, яко в нынешнее настоящее время несть уже жертвы, ни приношения, церкви не церкви, архиереи не архиереи, попы не попы, литургия не литургия, жертва не жертва. Сицево толкование Брынское.

О пребезумные Брыняне, здравого ума лишенные и силы Божественного Писания весьма неведущие! отверзите умные очеса ваша, и рассмотрите сами сия:

1) Кто та словеса глагола?

2) Где глагола?

3) В кая лета глагола?

4) Чесо ради глагола?

Та егда добре рассмотрите, сами свое толкование криво быть познаете.

1) Кто глагола?

Трие отроцы святии глаголаша, Ананиа, Азариа и Мисаил, друзи святого Даниила пророка.

2) Где глаголаша?

В Вавилоне, в пленении, в пещь огненну ввержени бывше.

3) В кая лета глаголаша?

В лета предваряющая Рождество Христово, за четыреста лет до Рождества Христова и вящше.

4) Чесо ради глаголаша?

Того ради, яко Иерусалим тогда бе от Халдеев разорен, и уже не бяше в них начальника и вождя; понеже Седекиа, царь Иерусалимский ят, ослеплен, путы железными окован и в Вавилон отведен. Не бяше в них всесожжения и жертвы жидовские, понеже архиереи и иереи жидовские, овии мечем изсечени, овии в плен заведени быша. Не бяше и места, идеже сотворити жертву; понеже церковь Соломонова сожжена и разорена бяше. Вправду убо глаголаша тогда тии три отроцы словеса оная: несть во время сие начальника, ни вождя, ни всесожжения, ни жертвы, и прочая.

Се яве видите, о кривотолки! яко оная словеса триех Святых отроков, нынешнему настоящему времени не суть прилична, но оному, в неже трие отроцы в живых быша; а по кончин их четыреста летам прешедшим, родися Христос, и бысть за ны Богу Отцу жертва, пострадав на кресте, и сотворися начальник, и вождь, и глава церкви своей святой, юже искупил есть честною своею кровию, и уставил есть жертву безкровную, под видом хлеба пречистое свое тело, под видом вина пречистую кровь свою, повелев священнодействием то совершати, рек: сие творите в мое воспоминание [121]. И быша по нем вожди церкви святей Апостолы святии, по Апостолех учители, святители, священники едини по друзех, и до нас дойде тойже святительского и священнического чина жребий, и по нас до скончания века будет. Такожде и жертве бескровней быть повелел есть Господь, даже до второго страшного пришествия своего, якоже о том свидетельствует святой Апостол Павел, глаголя: братие, аз приях от Господа, еже и предах вам, и прочая; таже глаголет: елижды аще ясте хлеб сей, и чашу сию пиете, смерть Господню возвещаете, дóндеже приидет[122]. и святой Иоанн Дамаскин, в книге своей четвертой, о вере в главе 14 глаголет: рече Бог: ,,сие мое есть тело и сия моя кровь, и сие творите в мое воспоминание; и всемощным его повелением дондеже приидет, бывает.» Се яве от Апостола и от Дамаскина свидетельствуется, яко жертва священная совершатися будет даже до второго пришествия Христова, дóндеже приидет. В нынешнее убо настоящее время благодатию Христовою суть начальники и вожди, на путь спасения наставляющии: архиереи и иереи, и прочии духовного чина лица; есть и жертва, по вся дни литургисанием совершаемая; суть и места; еже жертву приносить: храмы Божии повсюду, аможе православное Христианство обитает.

Лгут убо кривотолки, неправо словеса святых трех отроков толкующии, и не быть в сия времена жертве и приношению и священному чину глаголющии.

Не восхотят ли Брыняне апостольскому словеси сему, дондеже приидет, сопротивитися, и рещи от святого Ефрема, яко во дни антихристовы престанет святая жертва, и не собудутся словеса апостольская; глаголет бо святой Ефрем: восплачутся тогда церкви Христовы вся плачем великим, зане не будет службы святой во алтарях, ни приношения [123]? Подобне и святой Ипполит в своем слове сказует, яко церкви опустеют, и престанет приношение; глаголет бо: ,,Священныя церкви яко овощное хранилище будут, и честное тело и кровь Христова во днех оных не имать явитися, служба угаснет [124].» До зде Ипполит.

Рекут убо Брыняне: убо не будет жертва, дóндеже Христос приидет, но престанет?

Ответствую: не будет жертва яве, будет втайне: не будет служба в церквах, будет в сокровенных местах; не будет во градах и весях, будет в горах и вертепах, и пустынях: ибо тойже святой Ефрем в том же своем слове сказует, яко будут мнози обретаеми тогда угодни Богу, и могущие спастися в горах, и в холмах, и в пустых местех, во многих молитвах и плачах бесчисленных. Святой же Бог, видя их тако в печали бесчисленней, и в вере святой, помилует их яко отец чадолюбив сердцем, идеже будут крытися [125]. И паки ниже: мнози убо святии, елико тогда обрящутся вкупе, абие услышавше пришествие сквернаго, пролиют реки слез с воздыханием к Богу святому, избавитися от змия, и побегнут со тщанием великим в пустыни, и скрыются в горах и в вертепех со страхом, и посыплются землею и пепелом, со слезами молящеся день и нощь, со многим смирением; и дастся им помощь от Бога, и наставит их в места нарочита, и спасутся крыющеся в пропастех (земных) и в вертепех [126]” До зде святой Ефрем. (Тоже и Ипполит святой сказует в своем слове). В тех убо местах нарочитых от священных иереов, крыющихся в них, не престанет совершаться жертва, дóндеже Христос приидет [127]. А ктому должни есмы множае верити словесам сосуда избранного, святого, верховного, апостола Павла, учителя языков, до третьего небеси восхищенна бывша, и на того словесах утверждатися паче, неже на Ипполитовых и Ефремовых. Святые суть сии, но той святейший, от самого Христа зван бывый, вселенную протекий, бесчисленныя болезни и труды подъемый, и главу свою за Христа мечным усечением положивый. Истинна суть словеса сих святых – Ипполитова и Ефремова, но Павлова истиннейшая, Божественным Писанием именуемая. Сбудутся словеса сих, яко престанет жертва в церквах яве; сбудутся и Павлова, яко не престанет жертва, дóндеже Господь приидет, не престанет же, якоже рех, в пустынях и горах и вертепах земных.

Глава 7. О некиих

Еще во апостольском к Тимофею послании словеса сия: дух явственне глаголет, яко в последняя времена отступят нецыи от веры, внемлюще духовом лестным, и учением бесовским [128], и прочая; и паки к Галатом: нецыи суть смущающе вас, и хотяще превратити благовествование Христово[129]. Та словеса кривотолки Брынские ложне обращают на нас православных, акибы мы сотворихомся нецые, отступлении от веры, и аки бы мы есмы нецые смущающии и превращающии благовествование Христово.

Но, о несмысленнии Галате – Брыняне! помните ли вы себе самих, сия на нас клеветне блядословяще? Сами рассмотрите и виждьте, кто суть нецые: мы ли, или вы? Что больше есть: соборная ли православная Апостольская по вселенней сущая церковь, или ваша Брыня? Соборная православная Апостольская церковь, (не о стенах и зданиях глаголю, но о множестве правоверных) не токмо в Российском государстве, но и в странах Греческих, и Аравитских, и Сирских, и Египетских, и в Сербских, и в Болгарских, и в Далматии, и в Молдовлахии, и просто реши, по вселенней: ваша же Брыня в едином токмо угле государства Российского, и столь есть велика противу всей соборной православной Апостольской церкви, сколь велика есть едина горсть воды противу великого моря. Соборная православная Апостольская церковь с своими пастырями и учителями не сокровенно содержится, не под спудом светит, но яве яко на свещнице всей вселенней сияет: вы же с своими скитами якоже зверие по дубравам и лесам крыетеся, исходяще же от мест своих в грады и веси, не явь себе творите, но якоже мыши в подполиях сокрываетеся в домах от вас прелыценных.

Мы убо, придержащиися соборныя православныя Апостольския по вселенней сущия церкве, несьмы нецыи, но целая церковь с по вееленней сущею церковию: вы же отпадшии от церкве, и вне соборного православия сущии, есте поистинне нецыи, не мнози сущии, аще бо и десять тысящь, или двадесять тысящь вас соберется, обаче противу всея по вселенней сущия церкве, есте ниже тысящная часть, но весьма ничтоже, разве токмо нецыи. О вас убо, а не о нас апостольская преждереченная словеса написана суть: отступят нецыи от веры; и паки: нецыи суть смущающе, вас и хотяще превратити благовествование Христово.

Вы же, криво толкующе Писание святое, ложно творите учение ваше, яко лжеучители и противники святей правде.

Глава 8. О благовестии и анафеме

Паки в послании к Галатам святой апостол Павел пишет: аще мы, или Ангел с небесе благовестит вам паче, еже благовестихом вам, анафема да будет[130]. Якоже предрекохом, и ныне, паки глаголю: аще кто вам благовестит паче, еже приясте, анафема да будет.

Сия апостольская словеса кривотолки Брынскии наводят на пременение некиих старых речений в новых Российских книгах, аки бы пременивше речения книжная, инако начата благовествовати веру, паче благовествованные и преданные от Апостолов.

Но безумны, разум темен имущии, не хотящии, ни могущии рассудити, видети и разумети силу Писания святого, якоже и слепые везде претыкаются. Разумейте убо безумнии в людех, и буии некогда умудритеся[131], и рассмотрите сие трое:

1) К кому Апостол та словеса написа?

2) Когда написа?

3) О чесом написа?

К кому написа? к Россияном ли? Никакоже; но к Галатам, не знавшим Российских людей, ни книг Славянских.

Когда написа? в дни жизни своея, пред крещением России за девять сот лет, и вящше.

О чесом написа? о книгах ли Российских старых и новых, и о речениях ли книжных старых, премененных в новых книгах? Никакоже; еще бо тогда не токмо книг никаковых в России не бывало, но ниже вера Христианская обреташеся, и едва имя Христово проповедию святого апостола Андреа древле в сих странах слышашеся, и то не на многих местах, и писмена азбучная славянского языка еще тогда не быша изобретена. И како не стыдятся Брынские кривотолки наводить на нас та апостольская словеса, яже не к нам писашася, ни о книгах наших, ни о речениях наших старых или новых. О чесом убо Апостол та написа, внемлите:

Во Антиохии между веровавшими во Христа Иудеи и Еллины сотворися пря о обрезании: овым глаголющим, яко не возможно спастись Христианам без обрезания, овым же обрезание тяжко себе вменяющим [132]. Того ради святому апостолу Павлу с Варнавою, во Антиохии тогда бывшим, нужда бысть идти во Иерусалим к начальнейшим Апостолам и старцам, еже вопросить о обрезании: еще же и сие возвестить им, яко отверзе Бог языком дверь веры, коею вестию зело обрадоваша всю братию Иерусалимскую. И советовавше Апостолы со старцы соборне во Иерусалиме, упраздниша весьма ветхозаконное обрезание, яко непотребное новой благодати; заповедаша же токмо отгребатися от идоложертвенных снедей и от блудных дел, и еже ни в чесом же обидети ближнего: и отпустиша с тем ко Антиохии Павла и Варнаву, а с ними и Иуду и Силу. Тии же, достигше Антиохии, и апостольское соборное послание церкви антиохийской о упразднении обрезания предложивше, разлучистася от себе на проповедь во языки. Павел убо святой, изряднейший языков учитель, пришед в Галатию, и верою Христовою Галатиан просветив, предаде им закон Христианский, а не жидовский, повелев не обрезываться, ни субботствовать, ниже иных коих обрядов (церемоний) жидовских ветхозаконных держаться, но токмо веровать во Христа Бога благочестно, и жить богоугодно. Тако Галатов Павел святой научив, отъиде в Рим. По отшествии же его приидоша в Галатию нецыи лжебратия от Иудей во Христа веровавших; и начаша развращать людей, учаще, яко не довлеет ко спасению еже во Христа веровать, но подобает и Моисеов закон хранить, еже обрезываться, и субботствовать, и новомесячия совершать и прочие чины и обряды (церемонии) ветхозаконные исполнять. То уведав Павел в Риме сый, писа от Рима послание к Галатам, глаголя: аще и Ангел с небесе благовестит вам паче, еже благовестихом вам, анафема да будет. Тоже изъявляется и в предисловиях на послание к Галатом, и яве зрети есть, яко Апостол не к Россиянам та словеса написа, ни о Российских книгах и речениях книжных; но к Галатам о обрезании, возбраняя им жидовствовать.

Лгут убо Брынские кривотолки, оная словеса Апостольская неправым своим толкованием на нас наводящии.

Глава 9. О церкви рукотворенной

Еще раскольщики неправо толкуют словеса святого первомученика Стефана, в Деяниях Апостольских в главе 1-й написанная, яже он святый Стефан к сонмищу жидовскому беседуя глагола: Соломон созда Ему храм; но Вышний в нерукотворенных церквах живет, якоже пророк (Исаиа) глаголет: небо мне престол есть, земля же подножие ногама моима: кий храм созиждете ми, глаголет Господь, или кое место покоищу моему [133]? Та словеса кривотолки Брынские толкуют по своему безумию сице: не надобно ходити к церквам молиться. Вышний не в рукотворенных церквах живет, церковь не в бревнах, но в ребрах, (сиесть не в стенах, но в персех или сердце;) довлеет самому в себе на коем-либо месть помолиться к Богу, кроме церкви.

На возражение убо безумного их умствования и неправого толкования подобало бы богословскому о Боге предложиться толкование, изъявляющему, яко есть место вещественное, видимое, осязательное; и есть место невещественное, невидимое, умное. Место вещественное обдержит собою вещественная, якоже стены обдержат град, храмина обдержит человеков, камара обдержит положенные в ней вещи, вертоград обдержит та, яже в нем суть насажденна: место же невещественное, невидимое, умное обдержит та, яже суть невещественная, невидимая, умная; ниже может естество бестелесное, умное обдержаться и определяться местом вещественным, разве умным. А понеже Бог естеством есть бестелесен, невеществен, неописанный и необъемлемый, безмерный, непостижимый: убо вещественным коим-либо местом не обдержится, ни определяется, везде сый, и вся исполняли, вся обдержай, Сам же ничимже обдержимый, ни небесами, ни поднебесными, ни коими храмами. Есть же Он (по святому Дамаскину) сам себе место, и пребывает сам в себе, во умном естестве своем, в Божестве своем непостижимом [134]. И по тому богословскому разуму, святый первомученик Стефан к жидом глагола: Вышний не в рукотворенных церквах живет. Живет же Он и в рукотворенных, яко везде сый, и вся исполняяй: обаче не якоже сам в себе, но яко вне Божественного существа своего, самою токмо действительною благодатию своею, освящая и исполняя место освященное ему, и присутствуя тому человеколюбною милостию своею. А наипаче любит Господь Бог жить в сердцах и душах человеческих любящих его, и верне тому служащих, ихже яко нерукотворенную церковь и место селения своего себе имать. Чесо ради и Апостол к таковым глаголет: вы есте. церкви Бога жива, якоже рече Бог, яко вселюся в них и похожду [135]. О рукотворенных же святых церквах, присутствия Божия не лишаемых, сице умствует Дамаскин святой: ,,глаголется (Бог) и в месте вещественном быти, и глаголется место Божие, идеже изъявленное действо его бывает: глаголется убо Божие место еже множае причаствуется действа и благодати Его: глаголется же и церковь место Божие, сию бо в славословие Его, якоже некий храм определихом, в немже к нему моление творим». До зде Дамаскин,

Сего толкования на словеса первомученикова довлело бы: но понеже Брынские кривотолки ничтоже духовне, но вся плотски умствуют, и не по духу, но по плоти толкуют, мняще и Бога аки плотяна, местом вещественным обдержима и определяема; и сказующе, яко Бога в церквах рукотворенных отнюд несть, и не подобает к церквам на молитву ходити; Вышний бо (глаголют) не в рукотворенных живет церквах: того ради нужда надлежит противу их злоумия толкование таково положити, еже бы было аки некое вещество видимое и осязательное, яве безумие их обличающее.

Да предложится убо зде о словесах первомучениковых испытание и Розыск от окрестностей сицевых:

1) О коих церквах та словеса святой Первомученик глагола?

2 ) Живал ли когда Вышний в тех рукотворенных церквах, о нихже первомученик глагола?

5 ) От коего времени престал Вышний жити в тех церквах, о нихже первомученик глагола?

4 ) К кому та словеса он глагола?

5 ) Чесо ради глагола?

6 ) В кое время глагола?

Таже разсмотрим, живет ли Господь Бог в церквах Христианских рукотворенных, от камения или древа созидаемых?

По сих обличится яве безумие раскольническое.

(Церковь зде и храм за едино глаголю, не яко не ведый разнствия между храмом и церковию: храм бо стенами созидается, церковь же собранием верных сочиняется; но понеже и Писание святое, и человецы обыкоша храмы Божия церквами нарицати собирания ради в них людей верных [136]; того ради и зде за едино храм и церковь разумети буди.)

1) РОЗЫСК

О коих церквах святой первомученик Стефан глагола, яко Вышний не в рукотворенных церквах живет?

О жидовских церквах он то глагола, Соломона воспоминая, а не о Христианских; ибо во дни его еще не бяху созидаемы церкви Христианские в жидовских убо Вышнему не жительствовати сказоваше.

Речеши: едина токмо у жидов бе церковь, а не многие.

Отвещаю: не едина, но три, каяждо особно во свое время.

Первая им бе церковь (по прешествии Чермного моря) в пустыни, юже Моисей повелением Божиим содела по подобию шатра, от червленицы, багряницы и виссона, и покры ю кожами, которую церковь святый Первомученик в тойже своей к жидом беседе нарицает сению свидения [137]. Та церковь с людьми Израилевыми ходящими хождаше, носимая левитами; с стоящими же стояше.

Вторая им церковь бе, юже Соломон созда, которую церковь, по многих летех, Навуходоносор царь Вавилонский разори.

Третия церковь им бе, юже Зоровавель, князь жидовский, от племене Давидова бывый, праотец Христов, по пленении Вавилонстем созда. Прешедшим бо седмидесяти летам от разорения Иерусалима и Соломоновы церкве, отпущен бысть от Вавилона Зоровавель князь со многими людьми к разореному Иерусалиму, еже создати паки храм Господень. Та убо Зоровавелем, праотцем Христовым, созданная церковь бяше во дни Христовы и Апостольские во Иерусалим, юже потом Тит, сын Веспесианов с силою Римскою пришед, разори до основания. Егда убо рече святый первомученик: Вышний не в рукотворенных церквах живет, рече то о всех тех триех церквах жидовских, о Моисеевой, о Соломоновой и о Зоровавелевой. Мы же внемлем сему, яко о жидовских церквах рече, а не о Христианских, яже во дни первомучениковы еще не бяху созидаемы.

2) РОЗЫСК.

Живал ли когда Вышний в тех церквах, о них же первомученик глагола?

Живал воистинну, не яко оставя небо, вселяшеся в ня существом своим Божественным, меж стенами вмещаяся, Иже невместимый есть небесами: но свыше на ня призирая, присутствоваше им благодатию своею, и Ангелами своими святыми охраняше я, донележе хотяше. Кое в церквах оных ветхозаконных Божие чрез благодать и Ангелы присутствие известными знаменьми познавашеся.

Живал Бог в церкви Моисеове чудесною благодатию своею, чесого бяше знамением облак, покрывали храм свидения, и слава Господня, исполняющая храм [138], и глас Бога, от олтаря к Моисею беседующего, якоже в первой главе Левитстей пишется: воззва Господь Моисеа, и рече ему из храма свидения, глаголя: глаголи сыном Израилевым [139]. Такожде и Самуила отрочища, в храме свидения нощию спяща, Господь от алтаря воззва четырежды [140].

Живал Бог в церкви Соломоновой человеколюбною благодатию своею, чесого бяше знамение облак и слава Господня, исполнившая храм во освящении того: и не можаху стати иереи служити пред лицем облака, яко исполни слава Господня храм [141]. Еще же и в видении глагола Бог Соломону: будут очи мои ту, и сердце мое во вся дни [142].

Живал Бог благодатию своею чудотворною и в церкви, Зоровавелем обновленной, чесого бе знамением вода, во огнь претворшаяся, якоже о том в книге второй Маккавейской, в главе 1-й пишется. Возлиянной бо бывшей вод на жертвы, пламы огненныя от воды возгорешася. Еще же и ангельское тоя церкве охранение ведомо сотворися, егда Илиодора воеводу, хотевшего ограбити церковь, Ангели Господни без пощадения биша [143]. И Захарии святому, в чину чреды своея в церкви служившему,,Ангел Гавриил явися у алтаря кадильного, возвещая зачатие Иоанново. В Маргарите же Златоустовом обретаетея слово о пречистей Богородице, в коем слове пишется: яко егда пречистая Дева Мариа, дванадесятолетна бывши, моляшеся в церкви Господней (от Зоровавеля созданной) пред жертвенником, свет возсия неизреченный, и глас слыша от святилища: родиши Сына моего. От тех знамений известно показовашеся, яко был Господь Бог в ветхозаконных своих церквах онех, Моисеевой, Соломоновой и Зоровавелевой, благодатию своею присутствуяй дотоль, донележе ему изволися быть.

3) РОЗЫСК

От коего времени Вышний во оных ветхозаконных церквах престал жити?

Грехи человеческие Божию благодать и милость всюду от себе и от мест святых отгонят. В храме убо свидения престал был Бог присутствовать благодатию своею в то время, егда за грехи сынов Илиевых плениша Филистины кивот Божий, и в Азот занесоша, тогда жена Финеесова, чадородием умирающи, крайняя словеса изрече сия: преселися слава Господня от Израиля, понеже взять бысть кивот Божий [144]; погибе слава Израилева, яко взят бысть кивот Божий! Но по времени, молитвами святого Самуила пророка, паки с кивотом слава Господня на свое место возвратися.

В церкви Соломоновой дотоль Бог милостию своею жил, донележе не развратишася цари и люди Иерусалимские во идолопоклонение. Сице бо и в видении Соломону Господь глаголал бяше: освятих храм сей, егоже создал еси, еже положити имя мое ту во веки и будут очи мои ту, и сердце мое во вся дни. И ты, аще ходиши предо мною, якоже ходи и Давид отец твой в преподобии сердца и в простоте, утвержду престол царствия твоего во веки. Аще же возвращающеся возвратитеся вы и чада ваша от мене, и не сохраните заповедей моих, и повелений моих, и поработаете богом другим и поклонитеся им: изрину Израиля из земли, юже дах вам, и храм сей, егоже освятих имени моему, отвергу от лица моего [145]. Внемлем словесам Господним: обеща в церкви Соломоновой жити во веки, но с таковым договором, аще вы, и чада ваша от мене не отступите к богом чуждым; аще же отступите от мене, в то время и Аз отступлю от вас, и отвергу от лица моего храм освященный имени моему. И бысть то: цари Иерусалимские и люди не сохраниша завета Божия; а Господь Бог не сохранил им обета своего, еже жити во веки в их церкви. Многим бо летам прешедшим, и беззакониям умножившимся, взятся слава Божия от церкви Соломоновой, пред нашествием Навуходоносоровым с силою Халдейскою, о чесом зри в житии святого Пророка Иезекииля, Июля месяца в 21 день [146]; такоже и в пророческой его книге: глава 8, 9, 10.

В церкви Зоровавелем праотцем Христовым обновленной, присутствова Бог благодатию своею до того времени, в нейже Христос Господь наш за ны пострадати изволи. Егда бо жидове посланного к ним Сына Божия не прияша, но и ко кресту руками беззаконных пригвождше убиша [147]: тогда отъятся от церкви их благодать Божия, чесого бе знамение завеса церковная, раздравшаяся на двое, с верхнего края до нижнего. Сице о том святый Феофилакт глаголет: раздрася завеса, являющу Богу, яко благодать Духа отступи от церкве. Ефрем же святой в слове о страдании Господнем и сие повествует: яко раздравшейся церковной завесе, голубь от церкве излете, еже бе знамением отшествия Духа Святого [148].

4) РОЗЫСК.

К кому святой первомученик та словеса глагола: Вышний не в рукотворенных церквах живет?

К неверным жидам глагола, иже Христа Сына Божия, истинного Мессию к ним посланного не прияша, не вероваша в онь, и возненавидеша его, и к Пилату аки противника Кесарева, и аки злодея оклеветавше, на крестную смерть предаша: воскресшу же Христу тридневно от гроба, утаити воскресение его тщахуся, и по вознесении того на небеса не любяху воспоминания имене его, и верующия в онь гоняху. К тем первомученик глагола словеса оная, а не к правоверным Христианом, и не о Христианскнх церквах глагола, но о жидовских.

5) РОЗЫСК

Чесо ради первомученик оная словеса к жидом глагола?

Сего ради глагола, яко жидове мняху нигдеже обитать на земли небесному Богу, токмо в единой их церкви, юже, (по прежде бывших) едину имеяху: ниже бе иная во всей земли их, ни во всей поднебесной обреташеся кая церковь, небесному Богу созданная, идолопоклонению тогда всю вселенную обдержавшу, точию, та едина во Иерусалиме. (Бе подобная той в Сихеме Самарийском, но идолами осквернена, о нейже послежде скажем). И хваляхуся жидове Иерусалимскою своею церковию гордостно, над всею поднебесного превозносящеся, якоже то видеть есть в книге Иеремии пророка в главе 1-й, идеже гордостное их о церкви велехваление возражается от Господа словесы сими: не хощите надеяться в словесях лживых, рекуще: храм Господень, храм Господень, храм Господень есть[149]. И сказует им Господь, в главе оной, яко дотоль токмо в том их храме имать жити, донележе они имут творити добрая дела; а егда уклонятся в развращение, тогда и храма их и самих их отвратится. Обаче они и в развращение уклонишася, и о храм Господнем, во Иерусалим бывшем, велехвально гордетися не престаяху; тогда святый первомученик вышереченная оная словеса противу гордостного их велехваления глагола к ним: Вышний не в рукотворенных церквах живет, сиесть, не определяется Бог рукотворенными стенами церкве, Сый везде, на небеси и на земли, ниже пригвожден есть к единому коему месту, невместимый небесами, ни поднебесными. Донележе верно работаете Богу, Бог бяше с вами, живый посреде вас благодатию своею в храме святом своем. А понеже вы оставите Бога, отвергаете Сына Божия, убо и Бог остави вас, и вашу преславную рукотворенную церковь, глаголя: се оставляется вам дом ваш пусть[150]. Та есть словес первомучениковых сила.

6) РОЗЫСК

В кое время оная словеса святой первомученик глагола?

В то время, егда Господь наш уже вознесеся на небо, оставив Церковь жидовскую пусту, отъемши от нея благодать свою за развращение их и злобу, юже они ему содеяша, и уже тогда не живяше благодатно своею Вышний в рукотворенной церкви жидовстей, яже бе во Иерусалиме. И вправду глагола в той час к ним святый Стефан: Вышний не в рукотворенных церквах живет, сиесть, не в ваших жидовских, имать же жити в церквах Христианских.

РАССМОТРЕНИЕ

Живет ли Господь Бог в церквах Христианских рукотворенных, от камения или древа созидаемых?

Аще в ветхозаконных церквах живяше Бог благодатию своею, якоже слышахом, в нихже токмо сени и образования и прописания новоблагодатных бяху: кольми паче живет в самых новоблагодатных, в нихже Тело и Кровь Христова священнодействуется, все Таинства Христианские совершаются, Дух Святой на совершаемые Тайны сходит. Начнем же от первой рукотворенной Христианской церкви:

Первая рукотворенная церковь Христианская начатся во Иерусалиме, во святом Сионе, в горнице оной, в нейже Христос Господь наш грядый на страсть вольную снеде пасху со ученики своими, и самого себе под видом хлеба и вина священнодействовав, даде святым своим ученикам и Апостолам, рек: приимите, ядите, сие есть Тело мое; пийте от нея вси, сия есть Кровь моя. В тойже горнице (по сказанию Синаксаря в среду великую) и ученицы Христовы страха ради Иудейска бяху собрани, и Христос предста им дверем затворенным, и Фому увери. И паки по Господнем вознесении, Апостоли святые возвратившеся от горы Елеонской во Иерусалим, взыдоша на горницу ону, и бяху терпяще единодушно в молитве и молении, с женами и Мариею Матерью Иисусовою, и с братиею его [151]; в коей горнице и Дух Святой на святые Апостолы во огненных языцех сниде [152]. И единою проповедию святого Апостола Петра три тысящи душ во Христа вероваша и крестишася: и бяху терпяще во учении Апостол, и во общении и в преломлении хлеба (Тело Христово разумей,) и в молитвах[153]. В той первой рукотворенной церкви Христианской не жил ли Господь Бог невидимо благодатию своею, идеже и пречистые Тайны Христовы совершахуся, и Мати Божия со Апостолы бяше?

Посем разшедшеся святии Апостоли по вселенней всюду, идеже кий град и страну верою святою просветиша, Божия устрояху храмы, и епископов поставляху, верным же на молитву в Божия храмы собиратися веляху. Аз же вопрошаю: в тех, иже от Апостолов устроены бяху Божие храмы, не присутствоваше ли невидимо благодать Божия?

Златоусту святому, во Антиохии Флавианом патриархом ставлену бывшу в пресвитера, голубь явися бел и пресветел, над главою его летаяй [154]; такожде святому Григорию Акрагантийскому, в Риме ставлену бывшу в епископа, голубь седе на главе его: в тех церквах не живяше ли благодать Божия?

Пишется в Прологе января в 27 день: человек некий больной в Цареград, в церкви у гроба святого Иоанна Златоустого, по отпусте пения оставлен бысть лежать, иже взирая ко образу Христа Спасителя, в верху церковном бывшему, исповеда грехи своя, и прииде к нему глас от образа глаголющь: оставляются греси твои, и абие человек бысть той здрав: сие не бяше ли известным знамением Божия в церкви присутствования?

Мариа Египетская во Иерусалим, донележе не прииде в чувство и покаяние, не можаше внити в церковь со входящими, но невидимою силою отреваема бяше от дверей церковных, якоже о том в житии ея пишется [155]: сие не бяше ли знамением Божия в церкви той пребывания?

Алексию человеку Божию в Риме скончавшуся, бысть глас в церкви от алтаря: приидите ко мн вси труждающиися и обремененнии, и аз упокою вы; таже другий глас: ищите человека Божия в дому Евфимиановом: той глас не бяше ли знамением известным Божия в церкви пребывания [156]?

Паки в Прологе пишется марта в 5 день: поп Аммоний литургисая в церкви, видь Ангела стояща одесную алтаря, иже входящих в церковь имена писаше, исходящих же прежде отпуста заглаждаше: сие не бяше ли знамением Ангельского в церкви по благодати Божией присутствования?

Еще в Прологе сентября в 30 день, пишется о некоем брате, соблазнившемся о пречистых Божественных Христовых тайнах, аки бы не быти истинному телу и крови Христовой, како тому бысть откровение страшно во время святой литургии: виде покров церковный отверст, и небеса отверста, и огнь сходящ со множеством Ангел, и отроча мало верху святой трапезы закалаемо, и кровь его в чашу источаему, о чесом и святый Ефрем в слове своем 86 м пишет. Подобно же тому и апреля в 3 день в Прологе повествуется, и в житии святого Арсения великого такожде пишется [157].

То все несть ли известным знамением, яко живет Господь Бог тайнами Божественными и благодатию своею в рукотворенных церквах Христианских, и Ангелами своими посещает я?

И иная бесчисленная в книгах церковных обретаются чудеса и силы, бывшие и бывающие в церквах святых, яже велегласнее труб вопиют присутствовав Богу в храмах своих, в честь и славу пресвятому имени его созидаемых и освящаемых.

Зде убо яве обличается безумие раскольников, сказующих, аки бы Бог вышний не живет в рукотворенных церквах, и возражается лживое их учение, в церковь входити на молитву не велящее.

Смотрите, о пребезумнии кривотолки! се от начатка веры Христианской начашася строити храмы Господни, наченши от Стона, от негоже изыде Христианский закон, от Апостолов, и по них от наследников их, такожде и от царей и князей великих. Царь Константин великий созда церковь в Рим, блаженная мати его Елена созда церковь во Иерусалиме; Юстиниан царь созда храм Премудрости Божия в Цареграде; великий князь Владимир созда Церковь десятинную в Киев, а по нем сынове его по удельным своим княжениям построиша церкви изрядные, и ныне от правоверных везде построяются, и ни един когда глагола, якоже вы глаголете, яко не живет Бог в церквах рукотворенных Христианских. Толико просияша Святые не точию по иным странам, но и в нашей России: и ни един когда учил тако, якоже вы учите, еже не входити в храмы Божия на молитву. Не паче ли созидоваху Российские чудотворцы рукотворенные церкви в России: святой Петр, митрополит Всероссийский созда церковь в царствующем граде Москве; святой Сергий чудотворец созда церковь в Радонеже; святой Зосим в Соловецком острове, и прочие по прочиим местам. Вы же, о противники, отметающие храмы Божия, или есте святейшие паче всех святых созидателей храмов Божиих, еже быти не может; или есте проклятейшие паче всех еретиков: ибо и тии, иже отлучишася православия, созидают по своей вере храмы Богу преизрядные, и на молитвы своя в ня собираются: вы же весьма отмещете церковное строение, и яже в церквах мольбы, своя же подклеты и подполия, в няже на молитвы ваша собираетеся, честнее церквей Божиих вменяете, и глаголете, яко Вышний не живет в рукотворенных храмах. Убо ли в подклетах и подполиях ваших вселился? Еда ли не суть рукотворенны ваши хижи? Аще в церквах (по вашему глаголу) несть Бога, то како живет в хижах ваших? Поистинне Он везде присутствует: но инако в церкви святой своей; инако в грешничих жилищах, якоже инако на небе, а инако во аде; ибо и во аде Бояшо присутствию быти глаголется, якоже пишется во псалмех: аще сниду во ад, тамо еси[158], на небе царствуяй, во аде же бесов мучай и муки богопротивником готуяй. Сицевым разнствием инако есть в церкви своей святой, моления и мольбы от верных приемляй: инако же в подклетах и подполиях ваших, гнушаяйся службами вашими, яже совершаете втайне, в противность и в раздор святой его церкви.

А еже глаголете, яко церковь не в бревнах, но в ребрах, сиесть в сердце человеческом, на то ответствую: истинно то, яко всяк человек правоверный и поистинне Богу угождаяй, и имеяй того в сердце своем, есть храмом Божиим, по апостольскому словеси: не весте ли, яко храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас[159]? Но рцыте нам, известны ли есте вы, яко Дух Божий живет в ваших ребрах? Аще известно весте, яко Дух Божий живет в вас; то почто в церковь святую не входите, но гнушаетеся ея? Еда ли Дух Божий не велит ходити человеку верну в церковь? Не паче ли подвизает человека, еже притещи к храму Божию? Не слышасте ли святого Евангелия, о святом Симеоне Богоприимце чтомого: и прииде духом в церковь[160]? Се Дух Божий ведет в церковь мужа праведна. И святые Апостолы не были ли храмы Духа Божия? а церкве Божия не бегали, но паче придержалися тоя, якоже о них на конце от Луки святого Евангелиа пишется: и бяху выну в церкви, хваляще и благословяще Бога [161]. Вы же бегаете церкви и гнушаетеся тоя: знатно убо есть, яко несть в сердцах ваших Духа Божия, и несть в ребрах ваших церкве Божия; но суть ребра ваша вертеп разбойником, жилище нечистым духом прельщающим вы, и в погибель влекущим.

Речете: пустынные жители без церквей спаслись, якоже Онуфрий великий, Павел Фивейский, Мария Египетская, и прочии тем подобнии?

Ответствую: спаслися без церквей, понеже в тех пустынях, идеже они жительствоваху, не бяше церквей, и довлеяше им своя внутренняя церковь по вашему глаголющи: не в бревнах, но в ребрах; жительствующим же во градах и весях при множестве церквей, и чуждающимся тех, како возможно снасение получити? Не пишется ли в книге, Кормчия глаголемой, в правилах поместного собора, иже в Гаггре, правило 5: ,,аще кто учит дом Божий, рекше церковь, преобидети, и нерадити о ней, ни собиратися в ней во время молитвы на пение, да будет проклят [162]. “И правило 6 е: ,,аще кто кроме соборной церкви о себе собирается, и не радя о церкви, церковная хощет творити, не сушу с ним пресвитеру по воли епископли, да будет проклят.» Убо по тем правилам прокляты суть раскольщики, иже изветом писания оного: Вышний не в рукотворенных церквах живет, чуждаются церквей Божиих, своя же особная соборища в тайных неосвященных храминах совершают.

Глава 10. О клети

Еще слышу кривотолков неправо толкующих словеса Христова сия: ты же, егда молишися, вниди в клеть свою, и затворив дверь твою, помолися Отцу твоему втайне [163]; и от сих словес Христовых производят они неправое свое учение, еже не ходити людем в церковь на соборное пение, глаголюще: Христос велит молитися втайне, в клети затворившися; не подобает убо к церквам ходити молитися, идеже многии собираются на пение.

Мы же рассмотрим четыре сия:

1) Коея ради вины Христос та словеса изрече?

2) Возбранил ли теми словесами людям приходить в церковь на молитву?

3) В коей клети наипаче молиться подобает?

4) Есть ли полезно приходить в церковь на молитву?

1-е РАССМОТРЕНИЕ

Коея ради вины Христос та словеса изрече?

Во дни Христова на земли с человеки пребывания бяху во Иерусалиме нецыи люди, глаголемии ипокриты (лицемерники), по нашему рекуще, пустосвяты, иже хотяще показати очесам человеческим себе святых быти, умножаху свою молитву лишше церковныя, и моляхуся лицемерно посред града продолженною молитвою, стояще на улицах и путех разделяющихся на двое, и на трое, и на четверо, да отсюду и отонуду грядущими людьми видими будут, и яко святии почитаемы, кая их лицемерная молитва не угодна бе Богу, но токмо человеком. Того ради Христос Господь наш коегождо от восследователей своих увещаваше, глаголя: егда молитися, не буди якоже лицемери, иже любят в соимищах, и на стогнах путий стояще молитися, яко да явятся человеком; аминь глаголю вам, восприемлют мзду свою [164], (мзду глаголет, тщетную славу человеческую, то бо лицемерным мзда есть): ты же егда молитися, вниди в клеть свою и прочая. Се яве есть, чесо ради Господь рече словеса оная; рече, поучая бегати лицемерные притворные молитвы, а не церковные соборные, яже уставами уставлена есть. Лгут убо Брынские кривотолки лжеучители, учащие простой народ чуждатися церковного соборного пения и молитв, но токмо в клетех затворяющеся молитися.

2-е РАССМОТРЕНИЕ

Возбранил ли Господь теми словесами своими людем приходити в церковь на молитву?

Не возбранил, ибо не церковное пение лицемерною молитвою нарече, но вне церкве, на улицах градских, в показание людем творимое, и не церковные молитвы, но тоя, яже лишше церкве от лицемерников пред очима народа деяшеся, бегати поучи; в церковь же приходить на молитву Господь наш себе самого всем даде во образ, егда от младенчества своего и от отроческого возраста своего начат к церкви, во Иерусалиме бывшей, притекать, якоже то яве есть во святом Евангелии; по четыредесяти днех от рождения своего принесен бысть пренепорочною материю своею, пречистою Девою Богородицею во Иерусалим в церковь, и прият его на руце свои Симеон старец [165]. По возвращении от Египта, хождаста (от Назарета) родители Его (пречистая Дева и Иосиф мнимый отец) на всяко лето во Иерусалим в праздник Пасхи [166]; хождаста же к церкви Иерусалимской молитвы ради. И егда бе отрок Иисус дванадесятолетен, оста во Иерусалиме, и обретен бысть в церкви, седящ посреде учителей. В возраст же пришед, коль часте в церкви обреташеея, в Евангелии свидетельствуется. В Матфее, в зачале 85-м: вниде Иисус в церковь Божию, и изгна вся продающия и купующии, в церкви, и глагола им: писано есть: дом мой, дом молитвы наречется, вы же сотвористе его вертеп разбойником. И приступиша к Нему хромии и слепии в церкви [167]. В зачале 85: пришедшу ему в церковь, приступиша к нему учащу архиереи и старцы людстии, глаголюще: коею властию сия твориши [168]? В зачале 108: по вся дни при вас седех в церкви уча, и не ясте мене [169]. В Луке, в зачале 98: 6е уча по вся дни в церкви[170]. В зачале 108: 6е днем в церкви уча, нощию же исходя водворяшеся в горе, нарицаемой Елеон[171]. Во Иоанне, в зачале 26: в преполовение праздника взыде Иисус в церковь[172]. В зачале 27: Иисус иде в гору Елеонскую, заутра же паки прииде в церковь, и вси людие идяху к нему[173]. В зачале 37: быша обновления во Иерусалиме, и хождаше Иисус в церкви[174]. Се коли ко Евангельских свидетельств о сем, яко сам Христос Господь наш в церковь приходить любяше, како убо возбранял бы иным к церкви приходить на молитву? Лгут убо кривотолки, сказующии, аки бы Христос не велит ходить в церковь, но токмо в затворенной клети молиться. Кую их ложь и святой Иоанн Златоуст, в беседе 19 на Матфея, на листу 240-м, обличает, глаголя: вниди в клеть твою: что убо, в церкви, рече, не подобает ли молитися? И зело подобает, но со изволением таковым, (нелицемерным); везде бо Бог разума ищет бываемых. Тожде и святый Феофилакт в толковании Евангелия, на таяжде Христова словеса, вниди в клеть твою, глаголет: что убо, еда ли в церкви не помолюся? Паче же и зело, (помолюся): но правою мыслию, яко не явитися человеком; понеже бо место не повреждает, но мысль и разум, и дело: мнози бо и втайне молящеся, на человекоугодие сие творят. До зде Феофилакт.

3-е РАССМОТРЕНИЕ

В коей наипаче клети молиться подобает?

Сугубая клеть есть человеку к молитве: вещественная и духовная. Вещественная клеть от древа или камене; духовная же клеть – сердце человеческое или ум. Сице святой Феофилакт предреченныя словеса Христова толкуя, глаголет: клеть же мысль тайная есть. Вещественная клеть на едином стоит месте; духовная же клеть всюду с человеком обносится. Где-либо человек есть всегда внутрь его сердце его, в немже может помышления своя собрав, затворитися вниманием себе, и возвед ум свой к Богу, молитися втайне, аще и посреде людей сущи. Сице святой Амвросий учит: Спаситель глаголет: ,,вниди в клеть твою, не стенами огражденную, в нейже члены твоя затворяются, но в клеть, яже внутрь тебе есть, в нейже затворяются помышления твоя. Та молитвенная клеть везде с тобою есть, и везде тайная есть, еяже никтоже видит, токмо един Бог». До зде Амвросий святой. В клети убо сей духовной, везде с собою носимой, сиречь в сердце, подобает паче молиться, неже в вещественной, на едином месте стоящей; с сею духовною клетию и в церковь подобает приходить, и от тайных внутренностей сердечных умом к Богу возводимым молитвы совершать; не моляйся же в клети сердца своего умом к Богу возводимыми, той аще и в подпольях на молитву затворяется, аще и в пещеры земные влазя молится; не молится, но празднословить, и молитва его в грех..Лгут убо кривотолки, учащие в вещественных токмо клетях затворяяся молиться, пренебрегая церковь, и яже в той от сердца к Богу моления.

4-е РАССМОТРЕНИЕ

Есть ли полезно приходить в церковь на молитву?

На сие да отвещает един (вместо многих) святой Иоанн Златоуст, в книге Маргарит зовомой, в слове 5, о Непостижимом: слово же то име к народу, еще в пресвитерском чину быв во Антиохии, в коем слове поношает народу, яко на святую литургию леняхуся приходити; на поучение же его, по литургии бываемое, со тщанием притекаху оставляюще вся, и друг друга угнетающе. Глаголет убо к ним: что есть недугование сие? Множество безчисленное (народа) собранное ныне, и с толиким опасством внимающе глаголемым, в страшнейший же час он (в литургии) множицею поискав видети (вас) не возмогох, и вельми постенах. Егда убо аз срабный (вам) беседую, многое тщание и протяженное усердие бывает, поревающим вам друг друга, и даже до конца (поучения) пребывающим: Христу же хотящу являться в священных тайнах, тща и пуста церковь бывает [175]. Но что есть сей студеный многих ответ: помолитися, рече, и в дому могу, беседы же и учительства в дому не мощно есть прияти. Прельщавши себе человече: помолиться убо в дому возможно, сице же помолитися, якоже в церкви, не возможно, идеже отцев множество толико, идеже вопиение к Богу единодушно воссылается. Не тако услышан бывавши особь Владыку моля, яко с братиею своею. Зде бо есть что множае, яко во единомыслие и согласие, и любве союза, и священнические молитвы. Сего ради и священницы предстоят, яко да народныя молитвы немощнейшия сущи, сильнейших сих (священнических) емшеся, купно совзыдут с ними на небо[176]. До зде Златоуст.

Зде всяк внемли и разумей словеса Златоустова сия: помолитися в дому возможно, сице же помолитися якоже в церкви, не возможно; и паки: не тако услышан бываеши особь Владыку моля, якоже с братиею своею; и паки: сего ради священнпцы предстоять, да народные молитвы немощнейшие сущи, сильнейших священнических емшеся, купно совзыдут с ними на небо; и виждь, коль есть полезно приходить в церковь на молитву.

И паки тойже великий учитель, в том-же слов ниже, глаголет: во время оно, любимиче, (сиесть, в час литургии,) не человецы точию вопиют страшнейший оный вопль, но и Ангелы припадают Владыце, и Архангелы молятся: имут бо время пособствующее, приношение помогающее. Якоже человецы, ветви маслинные отсекше, приходят к царям, и ради сада, милости и человеколюбия тем воспоминающе: сице и Ангелы тогда, вместо ветвей маслинных, самое тело Владычнее предлагающе, Владыку молят о человечестем естестве, точию не глаголюще, яко о сих молимся, ихже сам предварив сице возлюбил еси, яко и душу твою дал еси о них: о сих проливаем мольбы, о нихже кровь излиял еси; о сих молим, о нихже тело твое пожерл еси [177]. До зде Златоуст святой.

Лгут убо кривотолки, сказующии, яко несть пользы от прихождения в церковь на молитву.

Не восхотят ли они, хулители суще церквей Божиих, в подкрепление хулений своих привести словеса тогоже святого Иоанна Златоустого, яже он на первое к Коринфом послание, во нравоучении 56, глаголет: “ тогда (при Апостолах) и домы церкви быша: ныне же и церковь дом, паче же и дома всякого горшия, и корчмы ничтоже разнствуют, яже у нас церкви. Толик смех, толик мятеж, якоже в банях, якоже на торжищах молвящим, молвящим всем [178]?”

Отвещаю: Святый Златоуст не храмы Божия уничижает, но тех, иже не со страхом Божиим в церковь входят, и не благоговеинствуют стояще в церкви, но молвят, а не молятся, и о внешних беседуют, а не церковному пению внимают; тех он поносит, а храм Божий высокими похвалами превозносит тамже глаголя: несть церковь постригальня, ниже миропродавница, ни делательница кая от сущих на торжищи, но место ангельское, место архангельское, царство Божие, самое то небо. И на второе к Коринфянам послание, в беседе 50-й глаголет: преддверия целуем церковная и вход, друг друга целующе. Или не зрите елицы и преддверия церкви сея лобызают [179]. До зде Златоуст. Се яве есть, яко святой той учитель, не пособствует хульником церковным, не церковь бо уничижает, но человеков бесстрашных, неблагоговейно в церкви предстоящих и молвящих.

Лгут убо весьма кривотолки, и злобою своею беснуются, охуждающе храмы Божия, и приходити в ня на молитву людем не веляще.

Глава 11. О поклонении

Донесено есть нам недавно, яко нецыи в епархии нашей мужики и бабы от приходящих тайно к ним лжеучителей и кривотолков научены, других подобных себе учат, еже не токмо не приходить в церковь на молитву, но уже и в домах не молиться с подобающим Богу от нас пред святыми иконами поклонением благоговейным, еже кланяться телом и главою до земли: но токмо умом в себе молиться. Во утверждение же того своего лжеучительства приводить словеса Христова, в Евангелии к Самаряныне реченная: истиннии поклонницы поклонятся Отцу духом и истиною[180]; и толкуют криво словеса та глаголюще: не подобает кланяться телом и главою в землю: Христос не велит, точию духом, аще и лежа. И шлются на книгу, глаголемую Евангелие учительное воскресное, в коей книге, в неделю яже о Самаряныне, та словеса Христова толкуются сице: истиннии поклонницы кланяются Отцу не телом, но духом [181]. О пребезумного безумия безумных лжеучителей и крнвотолков! словеса Господня, словеса чиста, облыгают акибы не велящия кланятися Богу доземным тела поклонением. От коих словес пользовьтися бы им подобаше, от тех они вред себе прияша безумным словес Христовых толкованием. Подобно их лжеучительское дело сему: цвет егда росою утреннею орошен бывает, пчела прилетевши собирает от него росу, такожде и паук приползши, туюжде от того же цвета росу собирает; но собранная ими роса не в единакое существо претворяется: в пчеле бо претворяется в мед, в паук же в яд смертоносный. Сице кривотолки, от цветов словес Божиих, от них же правовернии и добродетельнии мужие, аки пчелы мед, собирают сладкую души пользу: они от тех же Божиих словес, аки пауки, приемлют вред еретичества. Добре глаголет Дорофей святой: душа, имущая зол обычай, от коеяждо вещи вредится, аще и полезна есть вещь [182]. Да не преминем убо и на го их безумие отвещати, и лжеучительство их обличить; положим о словесах Христовых рассмотрения сицевая:

1) Чесо ради Христос Господь та словеса к Самаряныне рече?

2) Возбраняет ли теми словесы человеком, дабы не кланялися телом Богу?

Таже толкования взыщем: что есть, еже кланяться духом и истиною?

Но первее предложишь вкратце историю о схисме или разделении между Иудеями и Самарянами, да удобнее в разум вместится препростым невежам то, еже рассмотрети предложихом.

От кончины Соломоновы, от начала же царства сына его Ровоама, начат быти разделение между племенами Израилевыми, и между Иерусалимом и Самариею, (о чесом пространно писано есть в книгах третьих Царских и четвертых), даже до пленения в Вавилон [183]. По возвращении же от Вавилона паки разделение между ими сотворися, наипаче от того времене, егда архиерея иудейского, Иадда именуемого, брат Манассий, жены ради иноплеменнической, юже поят дщерь князя Самарийского, отгнан быв от алтарного служения, пойде от Иерусалима в Самарию к тестю своему, (бысть же то во дни Александра Великого). Той Манассий в Самарии на превысочайшей горе, Гаризим именуемой, (при коей на подгории бяше град Сихем, прозванный послежде Сихарь) помощью тестя своего созда церковь по всему подобну Иерусалимской церкви, и бысть тамо первый архиерей. Оттогда наипаче схисма между Иудеи и Самаряне утвердися. Самаряне бо, кии и от израильска рода бяху, не хождаху к церкви Иерусалимской на поклонение, но в своей им церкви оной, яже на горе Гаризим, моляхуся с жертвами небесному Богу, и предпочитаху ту свою церковь паче Иерусалимской, аще потом и идолы в себе имевшую: Антиох бо прозываемый Эпифанис, царь Сирский, поставил бе в ней идола Диа. И бе велие между Иерусалимляне и Самаряне ненавидение, и гнушахуся едины других, яко ни ясть им с собою, ни пить, ни беседовать; того ради и жена она ко Христу Господу рече: како ты жидовин сый, от мене пити просиши, жены Самаряныни сущей?

Еще же ни в грады едины к другим вхождаху. Иерусалимляне не вхождаху в грады Самарянские, ихже яко язычников, сиесть яко поган, имеяху. Чесо ради и Христос Господь, снисходя злобному жидовскому нраву, повелел бе учеником своим устранятися Самарян, глаголя: на путь язык не идите, и во град Самарянский не внидите [184]. Самаряне же в Иерусалимские не вхождаху грады, и устраняхуея от общества со Иудеи. И толь ненавидими бяху Самаряне Иудеом, яко и самое воспоминание имене Самарянского бяше им мерзостно. И егда хотяху укорити Господа нашего, глаголаша: не добре ли мы глаголем, яко Самарянин еси ты [185] ? Вяше же им непрестанная пря о церквах их. Иудеи глаголаху: у нас есть место, идеже кланяться небесному Богу подобает, в нашей Иерусалимской церкви; от Сиона бо изыде, закон, и слово Господне из Иерусалима, Пророк глаголет [186]; и другой: Господь от Сиона воззовет, и от Иерусалима даст глас свой; и сам Бог рече: аз Господь Бог ваш, вселяяйся в Сионе, в горе моей святей, и будет Иерусалим свят [187]. В нас убо токмо живет Бог, (глаголаху жидове) и у нас кланяться и жертвы ему приносить подобает, и несть иного места во всей поднебесной, на житие и поклонение ему избранного, токмо наша Иерусалимская церковь.

Самаряне же, книг пророческих не приемлющии, кроме Моисеевых, глаголаху сопротивно, сказующе, яко в их горе и в их церкви кланяться Богу небесному с жертвами подобает, вин ради сицевых: яко Авраам, грядый от Месопотамии (междуречия) в землю Ханаанскую, в начале прииде в Сихем и первый алтарь ту созда Богу, и жертвы принесе, и обетование от Бога прият [188]; такожде и Иаков, возвратився от Месопотамии с женами своими и с чады, зде постави храм свой в Сихеме, купив часть села от Эммора, отца Сихемля, и сынове Иаковли, Симеон и Левий, храбростью своею избиша Сихемитов за поругание сестры своея Дины, и кости Иосифовы, из Египта принесенные, зде положены, по того самого Иосифа заповеди; понеже Иаков, умирая, даде ему в наследие то место [189]. Зде и Иисус Навин, по прешествии Иордана и разорении Иерихона, и по побеждении царя Гайска, согради первый алтарь Господу Богу израилеву, якоже заповедал бе ему Моисей раб Господень: и написа закон Божий на каменех, и прочте во уши всему сонму сынов Израилевых, и первое зде благослови люди Израилевы [190]. Зде убо (глаголаху Самаряне) подобает кланяться небесному Богу, и несть иного в поднебесной места, на житие и поклонение ему избраннаго, токмо сия гора и сия наша церковь.

Таковым с собою прением Самаряне и Иудеи, яко человецы плотяни, яже суть духовная неведущии, кийждо от них определяху своим местом Бога: овии мняще, яко в их местах токмо живет Бог; овии же, яко в их месте, не ведуще везде сущего и вся исполняющего.

Зде приступим к рассмотрениям.

1-е РАССМОТРЕНИЕ

Чесо ради Христос Господь оная словеса: истиннии поклонницы, и прочая, к Самаряныне рече?

Рече сих ради вин:

1) Да покажет неправое их о Боге мнение, акибы Бог единым на земли определялся местом, и единым обдержим был храмом; того ради глагола: вы кланяетеся, емуже не весте. Не весте, рече, яко Бог несть объемлемый местом коим и храмом, но везде есть неопределимо, ни объемлемо.

2) Да низложит высокоумие Самарянов и Иудеов, гордящихся о церквах своих, купно и пророчествуя о разорении тех, того ради глагола: грядет час, егда ни в горе сей, ни во Иерусалиме поклонитеся Отцу, сиесть, и Иерусалимская церковь, о ней же гордятся Иудеи, и ваша церковь, о ней же гордитеся вы, не за долгая времена разорены, и страны ваши опустошены будут, и жертвы ваши престанут.

3) Да отъем от них вражду и прю непотребную, приведет я в любовное согласие, от Иудей и язык едину хотя содеяти церковь; того ради и Отца воспоминает, да сотворит я чада Богу, и братство между ими устроит, и истинных покажет поклонников от имущих веровать в онь Иудеов и язык.

4) Да обличит неистинное их поклонение Богу творимое, бывшее по плоти токмо, а не и по духу, того ради глаголет: истиннии поклонницы поклонятся Отцу духом и истиною, а не плотяным токмо поклонением и приносимыми скотскими жертвами.

2-е РАССМОТРЕНИЕ

Возбраняет ли теми словесы Христос Господь человеком, дабы не кланялися Богу телом и челом в землю?

Никакоже. Аще бо возбранял бы, то не бы приял, в пеленах еще сущи, поклонения всем телом деемого от пастырей, и от трех царей Персидских, иже падше поклонишася ему. Аще возбранял бы кланяться телом Богу, то не бы попустил жене грешней касаться ног его [191], и слезами та омыти, и власами главными отерти и лобызати. И прокаженный кланяшеея ему, глаголя: Господи! аще хощешии, можеши мя очистити[192]; и князь некий пришед кланяшеея ему, глаголя: дщи моя ныне умре, но пришед, возложи на ню руку свою, и оживет[193]; и ученицы Христовы, в корабле бывшии, по избавлении Петра от потопления, пришедши поклонишася ему, глаголюще: воистинну Божий Сын еси[194]. И. жена Хананейска, припадши поклонися ему [195]: и Мариа сестра Лазарева видевши Иисуса, паде ему на ногу, глаголющи: Господи! аще бы был еси зде, не бы умерл брат мой [196]. Аще бы возбранял Христос, человеком, еже кланяться телом Богу, не бы сам, в вертоград моляся к Богу Отцу, преклонял колена, и падал на землю, на лице повергался телом в молитве пред Отцом своим. Аще бы возбранял кланяться, то како бы не возбранил ученикам своим, по воскресении его грядущим в Галилею в гору, им же егда явися, они видевше его, поклонишася ему[197]. И егда возношашеся на небо, тии поклонишася ему[198]? Еще же и на небеси образ поклонения Богу показан бысть святому Иоанну Богослову во Апокалипсисе, в двадесяти четырех старцах, иже падаху пред седящим на престоле, и кланяхуся живущему во веки веков[199]. Но оставль книжная, реку препростая: Преподобные отцы Российские не творяху ли земных поклонов в молитвах своих к Богу? и ныне пекущиися о спасении своем не творят ли тожде? Лгут убо кривотолки, новое нечто изобретшии, учащии не кланятися телом, и облыгающии самого Христа, акпбы той не велит кланятися телом, но токмо духом.

Толкование словес Христовых.

Да лучше познается поклонение Отцу духом и истиною, рассмотреть первее подобает, каково поклонение творяшеся Богу от Иудей и Самарян. Рассмотрим же от тояжде книги, глаголемыя Евангелие учительное воскресное, на которую книгу, якоже прежде рехом, шлются кривотолки, акибы учащую не кланяться телом, но токмо духом, и прочтем в той книге толкование.

Пишется тамо сице «истинных поклонников глаголет верующих в него: сущих церковных нас яве, яко воистинну почитающих Бога, а не сению кланяющихся, якоже Иудеи и Самаряне: всяка бо жертва Иудейская сень бяше и проображение истины: истинные же поклонницы кланяются Отцу не телом, но духом, сиречь, не телесными жертвами, но духовными»[200] до зде толкование. Се смотрите, како та книга сама себе толкует: не телом, сиречь, не телесными Иудейскими и Самарянскими жертвами, но духом, сиречь, духовными Христианскими жертвами. Сего же не глаголет о теле человеческом, дабы телом не кланялся человек Богу, но о жертвах ветхозаконных глаголет; то бо бяше ветхозаконный телесный поклон, еже приносити телеса животных, агнцев и тельцев и козлищ на жертву Богу. Кланяхуся же и телом своим Иудеи и Самаряне, но не ведяху, како духа своего, сиречь ума своего, мысли своея возносити к Богу и вперяти в него. Псаломник же глаголет: жертва Богу дух сокрушен[201]; а они с приносимыми жертвами Богу не приношаху духа сокрушенна, того ради поклон их бяше плотян, а не духовен. Жертвы приношаху, но жития чиста и богоугодна не имеяху; того ради поклон их не истинен бяше пред Богом. Нам же отсюду разумно творится, что есть, еже кланяться духом и истиною: не телом токмо, но и духом, сиречь умом и мыслию, вперенною в Бога, дабы тело главою к земле преклонялось, якоже и диаконское в церкви возглашение повелевает: паки и паки, колена преклонше, Господу помолимся: а ум дабы мыслию молитвенною небеса проходил, и предстоял Богу; и паки: не духом токмо кланяться, но и телом, якоже святой апостол Павел творяше. Той, первее к Римлянам пиша, рече: свидетель ми есть Бог, ему же служу духом моим[202]; таже к Ефесеем пишет: преклоняю колена моя ко Отцу Господа нашею Иисуса Христа[203]. Се Апостол и духом и телом кланяется Богу, а не яко кривотолки учат единым токмо духом кланяться, не преклоняюще тела своего в поклонение пред Богом.

Истиною же кланяться есть, еже и житие имети Богоугодное, чистое, праведное и трудолюбивое в работании Богу; ибо потому и глаголем о добродетельном коем человеке, яко истинный есть раб Божий, егда видим его трудящася в добрых делах, и угождающа Богу житием праведным и преподобным. Есть убо кланятися Отцу духом, умом богомысленным, но не без и телесного в молитвах поклонения, якоже рехом. Есть кланяться истиною, житием добродетельным, трудолюбивым, о спасении своем пекущимся. Суть и иная словес тех толкования духовная, но простому народу не внятна, якоже сие: подобает, да кланяемся Отцу во истине, сиесть, в самом Сыне его единородном, иже есть истина: и в Дусе Святом, наставляющем нас на всякую добродетельную истину, сиесть, да кланяемся Богу в Троице единому, Отцу и Сыну и Святому Духу: усердием к Богу, и житием по Бозе, в теплоте духа и в делании истины христианской.

Лгут убо кривотолки, новое, никогдаже слышанное умствование изобретшии, акибы оными вышереченными словесы своими Христос Господь не велит людем, да кланяются ему телом и главою до земли но токмо духом, сиесть умом, аще и лежа.

Глава 12. О святых иконах

В мимошедшсм 1708-м году, по светлом Воскресении Христовом, церкви Воздвиженья честного креста, яже на посаде Ростовском, поп Антоний донес нам о прихожанине своем, посадском человеке, Трофиме, что чуждается церкви святой, и не поклоняется иконам святым, прельщен и развращен некими тайными лжеучителями раскольническими. Призван убо бысть к нам человек той, и о раскольничестве вопрошен, показа себе такова быти делом и словом. Делом, ибо пришед в крестовую палату архиерейскую, не знаменася крестным знамением, ни иконам святым поклонися. Показа и словом себе раскольника быть, ибо начат хульная глаголать на святые иконы, якоже научен бе от еретиков: сам бо он некнижен, памятствуяй же некая Божественного Писания словеса, и толкуяй та неправо, якоже от кривотолков научися: и глагола к нам еретическим лютерскнм и калвинским, купно и жидовским духом от Писания святого. Писано есть: не сотвори себе кумира, ни всякого подобия, еже на небеси горе, и елико на земли низу[204]; и паки глаголаше: иконы суть якоже и идолы, дела рук человеческих, уста имут и не глаголют, очи имут и не видят, уши имут и не слышать; подобии им да будут творящии я, и вси надеющиися на ня [205]. То рек, вопрошаше ны: кто повел иконам поклоняться: Пророк ли каковый ? или Христос? или Апостол? Аще же не Пророк, ни Христос, ни Апостол кой повеле; то почто нам слушати иного кого учащего кланяться иконам? На тая его раскольническая словеса мы смиреннии довольно ответствовавше, увещахом его повинутися святой церкви, и присоединимся оней исповедью, и причащением, и святых икон почитанием.

Судихом же прочих ради таковых написать зде, и показать вкратце разнствие, между идолами и иконами святыми сущее. Показать же разсмотрениями сицевыми:

Что есть идол?

И что есть икона святая?

И кое между теми различие?

От коего времене насташа идолы?

От коего времене начашася иконы?

Кто идолам кланяшеся?

И кто икон святых почитатель бысть?

Чесо ради возбранено идолопоклонение?

И чесо ради не возбранено, паче же предано икон святых почитание?

Кто предаде церквам почитати иконы святые?

И кто иконное почитание отвергати начат?

1-е РАССМОТРЕНИЕ

Что есть идол?

Идол есть подобие человека, коего скверна, нечестива, богомерзка, в скаредствах греховных дни своя иждивша, и зле погибша, и во аде с бесы ныне держима; или подобие некоего животна, от древа истесано, или от камене издолблено, или от меди, сребра и злата изваяно, или на доске написано: подобие же то или человеческо или скотско от поган бывает боготворимо, аще и несть Бог, и поклонением с жертвами аки Бог почитаемо: то идол глаголется, и есть образ или подобие ложного бога.

Что есть икона святая?

Икона же святая есть изображение Христа Спасителя нашего, Бога истинного, в подобии человечестем на земли с человеки пожившего, или пречистой Девы Богородицы, или коего святого угодника Божия, праведно и преподобно жизнь свою проводивша, и царствия небесного сподоблена, и со Ангелы ныне водворяющася.

Кое между идолом и иконою святою разнствие?

Аще и обое то, идол, глаголю, и святая икона суть человеческих рук дело: обаче толь между ими велие есть разнствие, елико между вещию бесчестною и честною: елико между блатом и златом, между сажею и снегом, между тьмою и светом: и елико между человеки худыми и изрядными: между злодеи, и иже царскою багряницею суть почтени: злодеев гнушаемся, царей почитаем; оныя попленаем, а сим поклоняемся: таково различие между идолами богов скверных, и между иконами лиц святых: якоже то и Симеон Метафраст, в житии святого Андрея Критского, за иконы святые пострадавшего, октября месяца в 17 день почитаемого, изъявляет написав сице: идеже вещь есть зла, душевредна и возбраненна, тамо и икона вещи тоя зла, душевредна и возбраненна: а идеже вещь есть добра, полезна и невозбраненна, тамо и икона вещи тоя добра. полезна и невозбраненна [206]. Злы суть язычестии бози, душевредны, и возбраненно есть их почитати; и иконы убо их суть злы, душевредны, и чтити их возбрани закон Божий. Добр есть Господь Бог наш Иисус Христос, и добры суть рабы его, и зело нам душеполезны: и не точию невозбраненно, но и повеленно нам чтить Господа и святых его, якоже рече Давид: мне же зело честни быша друзи Твои, Боже[207]. Убо и икона Господня, и честных его другов, к ним же глагола Господь: вы друзи мои есте[208], суть добры, и зело нам душеполезны, и должни есмы почитати я, ведуще, яко честь, иконам творимая, преходить на лице самого того. на икон изображенная.

Еще же и от словес святого Иоанна Дамаскина разнствие между идолами и иконами ясно показуется, коими словесы он грозно на еретичествующия вопиет, глаголя: чесо ради, пребеззаконный еретиче, глаголеши мя идолом служаща? коему убо идолу кланяюся, рцы ми: Аполлину ли погибшему, или образу Господа нашего Иисуса Христа, учащему мя знати плотское его смотрение? Рцы ми, по Иудеех мудрствуяй, коему идолу кланяюся: Артемидину ли, или образу пресвятой чистой Владычицы нашей Богородицы, и приснодевы Марии, Матере Господа нашего Иисуса Христа ? Рцы ми, еретиче, коему идолу кланяюся: Дию ли. или образу святого Иоанна Предтечи и Крестителя ? Киим идолом поклоняюся: Диеву ли, или святых Апостол и мученик воображениям, и всех святых, от века угодивших Господеви? И кто дерзнет идолослужением нарещи повесть сию, (живописательством изображенную,) и обесчестить страсти Христовы и святых его, или предавших нам святую Божию церковь? Сице бо прияхом ту от святых отец украшену [209].» До зде Дамаскин. Аполлиново убо подобие, и Артемидино и Диево, идолы сквернии суть: Христово же подобие и пречистой Девы Богородицы, и святых угодников Божиих подобия, иконы святые суть. Скверные убо идолы поплеваемы суть от Христиан, иконы же святые почитаемы.

2-е РАССМОТРЕНИЕ

От коего времене насташа идолы?

Повествуют нецыи, акибы от Серуха, праотца Авраамля, начашася идолы, но несть тако: Серух бо не бе изобретник идолов, но прежде его изобретенных делатель, яко то рукоделье его бе, от коего питашеся. Начашася же идолы от царя Халдейского Нина, сына Вилова, Ассириею и Вавилониею обладавшего: той бо, по умершем отце своем жалея и тужа, сотвори подобие его истесано, и постави среде града на столпе в память отца своего, и почитать того аки жива людем повеле. И бысть то первый идол в поднебесней, от людей Бога истинного неведущих, поклонением аки Бог почитаемый. В Египетских же странах и сие к начатку идолопоклонения приложися: вельможа некий славен, именем Сирофанис, по умершем сыне своем плача и рыдая, и хотя имети отраду печали своей, сотвори идола в подобие сыновне, и над гробом умершего постави, и взирая нань, утешаше мало тугу свою. Бывшии же под областию его человецы, творяще угодное господину своему, начаша почитать кумир той поклонением с жертвами. То и Златоустый святой в беседах на послание к Ефесеем воспомянул есть [210].

От коего времене начашася святые иконы?

Иконы же святые начашася от того времене, в неже Бог, к Моисею на Синаи беседуя и закон дая, повеле сотворить кивот завета и храм свидения от опон, яже от червленицы и багряницы: и поставить над кивотом завета два Херувима изваянна от злата [211]. На опонах же делом швенным изобразить подобие Херувимов, и образ тому храму и Херувимам на горе Синайской во облаце показа. Оттогда начашася изображать иконы святые, ибо Херувимов святых подобиям изображенным тамо быть Бог повеле. Откуду яве показуется, яко ино есть идол, подобие скверных богов языческих, богомерзких и богоненавистных: а ино икона святая, подобие слуг Божиих, предстоящих престолу Божественной славы. Идолов убо делать Бог возбрани, рек: не сотвори себе кумира, ни всякого подобия, еже на небеси горе[212], сиесть, солнца, луны, звезд: ибо тем служити навыкли бяху в Египте Израильтяне. И елико на земли низу: ибо не токмо человеков скверных, но и различная животная боготворить от Египтян людие они научилися бяху. То скверное идолотворение возбранив Господь, повеле святые иконы святых Херувимов в храме своем святом изобразить, и в чести та, а не в презрении имети.

3-е РАССМОТРЕНИЕ

Кто идолом кланяшеся?

Кланяхуся идолом людие незнающие истинного Бога, заблуждшие, спасения себе вечного нечаявшие, ниже ведавшие, есть ли по жизни сей иная жизнь: человецы прельщенные от бесов, волхвованиям вдавшиися, скверное житие проходящие, тии идолопоклонники бяху.

Кто икон святых почитатель бысть?

Моисей и Аарон, мужие святые, и истинные рабы Бога жива: и все люди Израильские, иже Божии люди именовахуся. Тии входяще в храм свидения, и окружающе того, поклоняхуся небесному Богу, поклоняхуся же пред кивотом завета, и пред Херувимами над кивотом устроенными, и иже на опонах изображенными, почитающе тыя яко святые иконы. Еже и святой апостол Павел воспомяну, глаголя: образу и стени служат небесных[213], (сиесть, Херувимским изображениям,) якоже глаголано бысть Моисею, хотящему сотворить скинию: виждь бо, рече, (Бог) сотвориши вся по образу показанному ти на горе. То их служение и поклонение Господу Богу, пред кивотом завета и Херувимскими изображеньями творимое, не точию не вменяшеся в злочестие, дело рук человеческих почитающее; но и в благочестие велие поставляшеся, и слава Божия осияваше я, и Бог чрез Ангела своего отвещаваше им от скинии, глаголемой Святая Святых, по второй завесе бывшей. Почиташе тыя же иконы и подобия Херувимские и святой Давид, глаголя во псалмах: вниду в дом твой, поклонюся ко храму святому твоему в страсе твоем[214]. Зде всяк внемли: егда Давид, входя в храм Господень, поклоняшеся Богу, не пред Херувимскими ли иконами поклоняшеся? И Соломон, созда в храм Богу, и Херувимами златыми того украсив, егда ста пред лицом алтаря Господня, и воздвиг руце свои на небо моляшеся; не пред Херувимскими ли изображеньями моляшеся [215]? Но и пречистая Дева Богородица, в детстве своем воспитываема сущи во Святая Святых, и по второй завесе во дни и в нощи молившаяся, не почиташе ли бывших тамо Херувпмеких изображений? Воистинну не презираше тех, ниже в ничтоже имеяше, но яко святых предстателей Божиих образы почиташе. Егда бо моляшеся к Богу пред лицем алтаря кланяяся до земли, бяше пред лицем ея кивот завета и Херувимы славы, осеняющии алтарь. Кланялся убо пред тиши, не веществу алтарному, ни кивотному, ни херувимскому кланяшеея, но от веществ зримых возвождаше ум свой к невидимому Богу; оная же вещества яко святыню Божию почиташе. Якоже и мы ныне творим пред святыми иконами молящеся, не веществу иконному зримому покланяемся, но к невещественному невидимому умом взираем; иконы же святые яко святых изображения почитаем.

4-е РАССМОТРЕНИЕ

Чесо ради возбранено идолопоклонение?

Идолопоклонение возбранено есть вин ради сицевых:

1) Яко идол несть Бог, но идол, ничтоже сущ, якоже глаголет Апостол: вемы, яко идол ничтоже есть в мире[216], и поклонение идолом бяше нечестиво и богомерзко.

2) Яко бесы во идолах вселяхуся на прельщение человеков.

3) Яко взиранием на идолы прескверное языческих богов, их же идолы бяху, воспоминашеся житие, блудодеяния чрезъестественная и прочая скаредства. Воспоминанием же тех умы человеческие помыслами скверными растлевахуся, на таяжде беззакония вожделеюще, яже боги их сквернии деяху.

4) Яко в праздники идольские, в храмех их, прескверная деяхуся беззакония: объядения, пиянства, блудодейства, яве без стыда творимая, и человекоубийства.

5) Яко не точию животная, но и чада своя в честь и в жертву идолом закалаху нечестивые, еже воспоминается во псалмах: пожроша сыны своя и дщери своя бесовом, пролияша кровь неповинную, кровь сынов своих и дщерей, яже пожроша истуканным Ханаанским [217]; и паки глаголет: насытишася сынов, и оставиша останки младенцем своим[218], сиесть, от мяса сынов своих, на жертву бесом закланных и испеченных, отцы и матери, сами ядше, оставляху останки прочиим своим младенцем.

Таковых ради вин закон Божий запрети идолопоклонению быти.

Чесо ради не возбранено, паче же предано икон святых почитание?

Сего ради, яко иконы святые, святых суще изображения, на святое житие нас подвизают. Икона Христа Спасителя нашего истинного Бога, по человеческому того подобию написанная, егда на ню взираем, приводить нам в воспоминание воплощение его, от пречистой Девы неизреченное и нетленное рождество, и труды, в них же бе от юности, ходя и проповедуя Евангелие царствия: и чудеса его, и силы, и вольное того за ны страдание, и крест, и смерть, и погребение, и воскресение, и на небеса вознесение, еже мы воспоминающе, вземлемся на благодарение велие, и в любовь Божественную распаляемся, и поклоняемся ему смиренно пред иконою его святою.

Икона пречистой Девы, егда на ню взираем, приводит нам в воспоминание пречистое и пресвятое ея житие, како действием Святого Духа воплотила во утробе своей Божие слово, и пребысть пред рождеством Дева, в рождестве Дева и по рождестве Дева. Како сосцами своими девическими предвечного питаше младенца, питающего всяческая. Како с ним во Египет бегаше, и оттуду возвращашеся, и воспитоваше того в детстве его, до возраста его. Како стояше рыдающи при кресте, и взирающи на толикое его за род человеческий страдание, и снятого с креста слезами омываше, и плащаницею обвита положи в гробе. Како радости неизреченныя исполнися о воскресении его, и како очима своима проводи возносящася на небо, и како во успении своем преселися к Сыну своему и Богу, и предста одесную престола его, и о нас грешных ходатайствует. То воспоминающе, любовию к ней и к Сыну ея, нашему же Богу возводим сердца наша, и умиляемся, и усердствуем к житию чистому и святому, и в надежде укрепляемся, яко имамы о себе к Богу ходатаицу многомощную.

Иконы прочиих угодников Божиих, егда на ня со вниманием взираем, приводят нам в воспоминание житие их богоугодное, подвиги и труды, и нас к подражанию тех поощряют.

Того ради иконы святые не точию не возбранены, но и преданы суть нам в почитание.

5-е РАССМОТРЕНИЕ

Кто предаде церквам почитати иконы святые?

Предаде сам Христос Господь наш, егда, умыв водою пресвятое лице свое, убрусом отре, и изобразися на убрусе том Божественного лица пресвятое подобие, и бысть нерукотворенный образ Христов, егоже посла ко Авгарю князю Эдесскому: о чесом зри пространную иеторию, августа месяца, в 16 день.

По Христе Господе предаде святой Евангелист Лука, о нем же в житии его сказуется, яко он первый святых икон писатель бысть, написав живописательным художеством образ пречистой Девы Богородицы, носящия младенца предвечного Господа нашего Иисуса Христа на руку своею, и другие две иконы Богородичны написав, принесе их к Матери Господней, аще угодно ей. Она же, видевши тыя своя образы, проглагола пречистыма устнама своими сице: благодать рождшагося из мене и моя буди с теми иконами. Такожде и святых верховных апостол Петра и Павла изображенья тойже Лука святой на досках написа, и от него по вселенней то доброе и пречестное дело писания икон святых начатся. Воспомянул есть и Дамаскин святый о Лукином иконописательетве, глаголя: зри ми и благовестника и апостола Луку, не пречистой ли приснодевы Марии честную икону написа, и к Феофилу отпусти [219]?

Еще же и о другой иконе Христовой во историях церковных повествуется, яко жена, яже прикосновением ризы Христовы от кровоточения исцеле, подобие телесного образа и возраста Христова содела от камене, и в Финикии, во отечестве своем, во граде, Панеада именуемом, на месте нарочите постави: под ним же растущая трава и былие недуги целяше [220]. Той образ Христов на месте оном стоящ бяше даже до царства Юлиана отступника. Юлиан же низверг образ Христов, свой образ или идол на месте оном постави, и абие молиия с небеси ударивши, сокруши в прах идола Юлианова. Пишет о том Георгий Кедрин историограф Цареградский в Синопсии о Юлиановом царстве [221]; и Никифор Каллистов в книге 10-й, глава 30; и Ермий Созомен, книга 5, глава 20. О том же зри в житии святого мученика Артемиа, октября месяца в 20 день [222].

Но и сень Петрова не бяше ли подобие тела Петрова, и таковую же имеяше данную себе от Бога целебную силу, какову и сам Петр, якоже о том в Деяниях Апостольских повествуется, идеже писано есть: яко и на стогны износити недужныя, и полагати на постелях и на одрех, да грядущу Петру, поне сень его осенит некоего от них [223]? Что же и ныне есть икона Петрова и коего-либо от святых? Несть ли яко сень тела его, ею-же и цельбам бывати не невозможно по вере верующих?

Что же в Соборнике Великом Московском печатном, в слове еже в понедельник второй недели великого поста чтется, такожде и во многосложном Свитце пишется о иконе пречистой Девы Богородицы, яже во дни ея, в церкви от святых апостол Петра и Иоанна в Лиде созданной, на столпе невидимою рукою изобразися. Зри о том в книге оной на листе 341 и 367; такожде и в книге Минеи Четии, Киевской печатной, месяца июня в 26 день, на листе 177 на обороте.

Еще же и в житии святой первомученицы Феклы, яже бе ученица святого апостола Павла, пишется, яко жрец идольский больной от иконы ея прият исцеление. Зри о том, месяца сентября в 24 день, на листе 103.

От сих истинных церковных повествований яве показуется, яко в первенствующей церкви от Христа Господа и от Апостол святых предано есть иконное церквам украшение и благочестное тех почитание.

К сему же да прочтет изволяяй слово святого Афанасия о иконе Христовой, в Вирите от жидов поруганной и прободенной, кровь источившей: кое слово зри в Прологе, месяца октября, в 11 день; и в Минеи Четии печатной, тогоже месяца и дня, лист 179 на обороте и 180.

Еще же да воспомянется и сие, яко святой великомученице Екатерине, прежде крещения ея, духовный старец дал бяше икону пречистой Девы Богородицы, имущия Божественного младенца во объятиях, и повеле молиться к ней: и сподобися Екатерина дивного видения, и перстень от Христа Господа во обручение прият чувственно. Зри о том ноября месяца в 24 день [224].

В Лимонаре святейшего Софрониа патриарха Иерусалимского, в главе 180, пишется, яко некий великий в добродетелях старец авва Иоанн отшельник, в пределах села Сехуста, отстоящем от Иерусалима яко двадесять поприщ, живый, имеяше в келлии своей икону пречистой Девы Богородицы: и егда хотяше негде отъити в дальний путь, или в пустыню далече, или во Иерусалим поклониться святым местам, и богоприемному гробу, и целовать животворящий крест, или в Синайскую гору молитвы ради, иногда же к святым мученикам, отстоящим далече от Иерусалима, любяше бо старец добропобедные мученики; и овогда в Ефес ко гробу святого Иоанна Богослова, иногда же к святому Феодору в Евханту, овогда же ко святой Фекле по Иcаврию Селевкийскую, иногда же к святому Сергию в Сарафас, овогда к тому, иногда же к иному святому хождаше. Исходя убо из келлии, устрояше кандило пред иконою, и возжигаше е, и помолився исхождаше; возвращался же от пути, обреташе кандило не угасшо, аще и долго умедлеваше в пути. Овогда бо месяц, овогда же два меcяца умедлити ему случашеся, кандило же единаче горящо обреташе.

Святая Мария Египетская, в притворе церкви Иерусалимской пред иконою пречистой Девы молящися, получи невозбранный вход в церковь, в нюже первее внити не можаше, отрывающей ю невидимой силе от дверей церковных, и паки пред тоюже иконою помольшися, прият Божественную помощь ко исправлению жития своего, и отъиде в пустыню [225].

Святой Иоанн Дамаскин, отсечение руки десной за святые иконы пострадав, молящися пред иконою пречистой Богородицы, получи исцеление; рука бо его отсеченная к составу своему приложена бывши, присоединися, якоже бе и первее, и оживе, и книги полезные церкви написа. Зри о том в житии его, месяца декабря, в 4 день [226].

Но древнейшая воспомянути да не преминем: святой Сильвестр Папа Римский, икону святых верховных Апостол Петра и Павла царю Константину Великому, больну бывшу и еще не крещенну, показа, и позна царь явльшияся ему в сонном видении Апостолы. Зри о том месяца января, во 2 день [227].

В житии святого великомученика Меркурия, месяца ноября, в 24 день пишется [228], яко по страдании его довольным летам прешедшим, и Иулиану отступнику воцарившуся, и церковь Божию по премногу гонившу, святой Василий Великий моляшеся в церкви, в нейже икона святого Меркурия на доске изображенна бе с копием, в руце его держимым, и в едином часе невидимо бысть то иконное на доске писание, токмо самая доска без иконы зряшеся; и по часе паки явися икона на доске со окровавленным копием. Посем скоро прииде весть о погибели Юлиановой, и знаменавше время правоверные Христиане, обретоша, яко в той самый час, в оньже икона мученикова невидима сотворися, Юлиан невидимою рукою и невидимым копием прободен и убиен бысть. Тоже пишется и в житии святого Василия Великого, января месяца в 1 день, на листе 219.

И иная бесчисленная, яже от икон святых, чудеса кто исчесть может? Вем же, яко раскольники, глаголемые иконоборцы, церковным повестям веры не емлют, и предание отметают; и что дивно, егда вселися в них сатана, иконного почитания ненавидяй попремногу, якоже то видети есть в Лимонаре, в главе 45, идеже пишется сице: бе некий затворник в горе Елеонстей, иже борим бяше от беса блудного. Во един же от дней стужающей ему брани оней зело, начат старец горько плакати и глаголати к демону: доколе не престаеши боря мя? Отступи уже от мене, состарился еси со мною. И се явися ему бес очевидно, и глагола: кленися мне, да никомуже повеси, еже аз реку ти, и потом не борю тя; и клятся ему старец, глаголя: тако ми живущего в вышних, яко никомуже реку, еже ми повеси. И глагола ему бес: не поклоняйся образу сему, и потом не борю тя. Бе же образ Владычицы нашей пречистой Девы Марии Богородицы, носящия на руку Господа нашего Иисуеа Христа; и глагола к бесу затворник: остави мя, да размышлю. Воутрие же извести сия авве Феодору Елиоту, жившему тогда в лавре Фарани, во время же то, по смотрению Божию, к нему пришедшу. Авва же глагола затворнику: зело поруган еси, понеже клялся еси демону, но добре сотворил еси, яко исповедал еси; глаголю же ти: легчайше тебе есть не оставить в граде, аще в кой внидеши, ни единого блудилища, неже да отвержешися кланяться образу Господа нашего Иисуса Христа и пречистой его Богоматери. Наказав же и утвердив затворника авва словесы многими, остави его на месте своем пребывать. И явися затворнику бес паки очевидно, глаголя: что есть, калугере, не клялся ли еси мне, еже никомуже поведати реченного мною? и како поведал еси иному, к тебе пришедшему? Сего ради яко клятвопреступник осужден будеши в день судный. Отвеща затворник: вем, яко кляхся, но кляхся моим Владыкою, емуже яко Творцу моему кланятися не престану, тебе же не послушаю, и исчезе от него бес.

От сея истинныя повести, на седьмом вселенском соборе чтенныя, и Святыми отцы приятыя, яве показуется, коль ненавидит сатана благочестного икон святых почитания: убо и раскольники, единого с сатаною совета сущии, ненавидят икон святых, и не почитают и хулят.

Кто иконное поклонение отвергати начат?

О начале иконоборства в Цареграде, в житии преподобного Стефана Нового, ноября в 28 день, пишется сице:[229] Не многими прежде царствия Льва Исаврянина леты, нецыи жидове от Лаодикии Финикийския, дошедше ко Изифу князю Аравитскому, ложным пророчеством и волхвованием обещаша ему четыредесят лет пребывания и господствия над Аравляны, аще от церквей Христианских по всей области своей святые иконы изметнет и погубит. Изиф же, послушав их, абие повеле иконы святые изметать всюду и огню предавать я; но Божиею казнию поражен, скоро умре, и единого не прежив года. На его же месте седши сын его, хотяше жидов оных лютою погубитн смертию, яко ложных пророков и волхвов; они же, ощутивше на ся гнев княжий, и смертной казни убоявшеся, бежаша в Исаврию. И тамо при некоем источнице почивающим им, се мимо идяше юноша Исаврянин, емуже имя Лев [230], (сице он послежде прозвася, а от рождения имя ему Конон), возрастом велик и красен, иже при томжде источнице восхотев почити, совратися с пути, и седе с теми жидовскими волхвы. Они же воззревше нань, пророчествовать ему начата, яко имать быть царем в Греции; он же всячески отрицашеся, неудобну вещь мня быти, видящи себе худородна, и проста, и нища, едва питатися, и то от худого некоего рукоделия, (каменосечец бе) могуща. Но волхвы крепляхуся, глаголюще, яко имать быти царем, точию единого от него искаху дара таковаго, да обещает им с клятвою, яко егда приимет царство, сотворити имать им то, чесого они воспросят. Он же в прилучшейся тамо церкви святого Феодора клятся им, и разыдошася. И посем вскоре юноша той от Сисиниа патрикиа в воинский чин вписан, не в долзем же времени спафарием учннен, таже от Феодосия царя воеводою на востоке поставлен бысть. По Феодосии же прият Греческое царство, и иоказовашеся в начале своего царства благочестив зело, но послежде развратися. Жидове бо тии, иже волхвованием своим прорекоша ему царство, пришедше к нему, молнша его, да иснолнит обещание свое, яко с клятвою обеща им сотворить то, чесого воспросят. Вопрошающу же царю, чесого от него хощут, они, врази суще Христу и Христианскому благочестию, не просиша злата, ни сребра, ни иных коих сокровищ, но да изметнет от церквей святых иконы святые, и глаголаху: аще сие сотворити, о царю! то Бог на лета многа сохранит твое царствование; аще же ни, то вскоре и царства и живота лишишися. Он же помышляя, яко первое их пророчество о получении царства исполнися, бояшеся, да не исполнится и второе о того лишении, аще их преслушает: и абие яве даде заповедь, да святые иконы от храмов Божиих, и от всех жилищ человеческих изметаемы и попираемы будут, нарицающе их идолами, и поклоняющихся им идолопоклонниками именующе. И бысть смятение велие Христовой церкви: иные бо повиновахуся заповеди царской, и попираху честные иконы, другие же крепко сопротивляхуся, и многия муки страдаху.

По кончине Конона или Льва Исаврянина, наста на царство сын его Константин Копроним, злого корене злейшая отрасль, той горее церковь Божию смутил бе, гоня и люте убивая правоверных. Той собра соборище иконоборников в Цареграде, в Влахернской церкви. Бе же соборшце то о лет по рождестве Христовом 751, на коем соборищи злочестивии нарекше иконы святые идолами, проклятию предаша всех поклоняющихся святым иконам; но соборище то еретическое потом упразднено бысть. По кончине бо Копронима и сына его Льва, Хазарис именуемого, внуку Копронимову Константину, с материю Ириною царство приемшу, бысть седмый вселенский Святых православных отец собор, о лете по рождеств Христовом 787, на коем собор упраздниша Святии отцы оное преждебывшее соборище еретическое иконоборное, и проклятию то предаша, благочестивое же святых икон почитание утвердиша.

Но потом паки обновилася бе та ересь, купно и гонение на церковь, Львом Арменином и Феофилом: погибшим же и тем с шумом, а Михаилу сыну Феофилову с материю Феодорою паки православие утвердившим, погибла бе ересь иконоборная от востока и запада, даже до лет Лютера и друга его Калвина, иже по тысящи и пяти стех от рождества Христова летех, начата своя ереси рассевать и отметать иконы святые. Таже в наша лета в Российском царстве, воставшим многим раскольщиком и расколам, произыде от тех и сия ересь, еже не почитать иконы святые, но в идолы я вменать.

Да смотрят убо нынешнии раскольничествующие иконоборцы, от кого они произыдоша; и наченше отселе, аки по лествице да восходят по именам предводителей и учителей своих. Произыдоша они ересию тою от Калвина, от Лютера, от Феофила, от Льва Арменина, от Копронима, от Конона или Льва Исаврянина, от жидов, и от самого сатаны, иже требоваше от затворника Елеонского, да не поклоняется икон пречистой Девы Богородицы, младенца Христа во объятиях имущия.

Зде судихом воспомянути прение краткое двух Святых отец со иконоборцы: святого Григория Омиритского и святого Стефана Нового.

Глава 13. Прение святого Григориа Омиритского о иконах святых с Ерваном жидовином

Святой Григорий Архиепископ Омиритский, декабря месяца в 19 день почитаемый [231], имеяше прю с Эрваном, премудрейшим жидовином. Егда в четвертый день на четвертом прении Эрван начат укоряти Христиан о иконах святых, яко покланяются им, и нарицаше святые иконы идолами, а поклоняющихся им идолопоклонниками и закону Божию противными, и глагола, яко заповеда Бог не сотворити кумира, ни всякого подобия; тогда Архиерей вопроси его: потопу бывшу во дни Ноевы, которым образом он спасеся? Эрван: ковчегом, от древа сотворенным. Архиепископ: можаше ли его Бог и без древа ковчежного избавити от потопа, или не можаше, како мниши? Эрван: мню яко можаше, пишетбося, яко вся возможна суть Богу. Архиепископ: аще то Бог можаше, то почто требова ковчега, во еже спасти праведного? Всяко убо прилично есть, да Ное за спасение свое ковчегу, а не Богови воздает благодарение? Эрван: не буди то, но Господеви требе есть воздавати хвалу, яко Создателю, а не бездушной вещи. Архиепископ: обаче исповедуеши, яко бездушною вещью – ковчегом, устрой ему Бог спасение: сице и нам видимыми сими иконами творит, аще и бездушны суть, обаче прикладны суть нашему спасению; на них бо взирающе, возводим ум наш к первообразному, и вземлемся в Божественное желание и богоугодную ревность. Написуем же не идола, но Господа нашего Иисуса Христа по человечеству, а не по Божеству, еже есть неописанно. И якоже Ное о ковчеге и спасении своем принесе Богу благодарение, создав жертвенник: тако и мы благодарим Христа Бога, пишуще образ его, яко плотским того смотрением избавихомся мыеленного потопа; и якоже другой ковчег человечество того вменяем, имже понесе тяготы наша, взят грех от среды, и нас своим Божеством обожив, вознесе на небо. Сего мы, иже зримый бяше телесными очима, шарами написуем, человечества его пречистое изобразующе подобие; и в сени телесного подобия покланяемся вкупе и Божеству его, и чтим в нем подобающим поклонением равно Отца и Святого Духа. Эрван же, еще хуля святые иконы, глаголаше: чуждуся баснем вашим Христианским, глаголющим, яко подает Бог благодать свою иконам, иже на стенах и досках написанным, ниже когда ходившим, ни вещавшим? Архиепископ сопротивно вопроси: повежд ми, Эрване, почто Бог даде милоти Илииной благодать свою, еяже не даде Елиссееви, и предпочте милоть мертву паче Пророка жива? ихже бо вод Иорданских Пророк о себе прейти не возможе, тыя милотию раздели и прейде по суху; и которого чудеси живый Елиссей не содела, то содела мертвая милоть. Но и Моисею, чудеса деющему в земле Египетской, почто не ему, но жезлу его влия Бог чудотворения силу, и тем воды в кровь претвори, море пресече, и ина ужасная и преславная содела? Еще же и сень свидения и ковчег завета, и стамна златая, имущая манну, и скрижали, и жезл Ааронов, и трапеза, и кадильница, и свещник, вся та не имеяху ли великой Божией благодати, аще и мертва бяху, и от видимых и осязательных вещей руками человеческими сотворенна? обаче славою Господнею бяху осияваема, облаком исполняема и окружаема, и кроме священников и левитов невходна, ниже прикасаема, яко Божественна и свята. Аще убо сия в Ветхом, то почто чудишися в Новом Завете подаваемой сущей святым иконам Господней благодати? Паки Эрван: пишется в псалмах: идоли язык сребро и злато, дела рук человеческих [232]; и иконы убо ваши идолы суть, яко рук человеческих дела. Архиепископ: ни аз сему пререкую, яко идоли язык, неведущих Бога, суть идоли; подобия бо суть тех, иже безбожне во всяких сквернах пожиша, волхвы, и чародеи, и убийцы, и любодеи, и зле от жизни сея погибоша, в ихже память нецыи соделаша идолы: последний же род, сатаною прельщенный и ослепленный, в боги себе та вмени, и поклонися им; и вы тожде сотвористе, поклоньшеся истуканным, и пожросте сыны своя и дщери своя бесовом[233], пролиясте кровь неповинную, кровь сынов ваших и дщерей, яже пожросте истуканным Ханаанским, то суть идолы. А ихже мы ныне написуем – подобия святых Божиих, та не суть идолы, но иконы честные. Написуем бо подобия тех, иже ведяху Бога, и вероваху в него, и угодиша ему в преподобии и правде, и быша честни, и святи, и Богу возлюбленные мужи; и сотвориша благодатию Божиею чудеса премнога: мертвых воскресиша, болящих исцелиша, слепым очи просветиша, хромым хождение, глухим слышание подадоша, расслабленных от одров стягнуша, прокаженных очистиша, бесы от человек отгнаша, ихже кончина честна и память хвальна и вечна, честна бо пред Господем смерть преподобных его, и память праведного с похвалами, и в память вечную будет праведник. Паки Эрвану блядословящу, яко ничимже разнствуют иконы от идол, архиепископ глагола: одежда твоя, Эрване, и сень свидения, обоя от волны и льна сущи, равные ли суть обоя силы? жезл твой и жезл Ааронов прозябший имут ли честь равну? скудельник, иже в дому твоем, и стамна, в нейже манна, равна ли суть у тебе обоя? ковчег твой, в немже потребу тела твоего полагавши, и ковчег завета Господня равну ли имут славу? огнь и елей, иже в дому твоем просвещения ради возжеши, соравниши ли со свещником златым седмосветлым? дом, в немже пребывавши, и церковь, юже Соломон созда, равне ли уподобиши? Никакоже; но почитавши та несоравненно, понеже теми благодать Божия иногда прихождаше. Таковым образом и наша увеждь, яко ино есть идол – образ лица пагубного и во аде погруженного; а ино есть икона святого угодника Божия, яко от тоя изливается нам благодать Господня молитвами на ней изображенного. Глагола же Эрван и о Ангелах, яко суть бесплотны по писанному: творяй Ангелы своя духи[234]; обаче Христиане не срамляются на иконах я писати, и духов плотски образовать. На сие архиепископ: не имаши что глаголати, от вас бо самих Ангелы Божия писати научихомся. Эрван: никакоже от нас бысть сие дело никогдаже. Архиепископ: прошел еси весь закон Ветхий. и сего ли не уведал еси? Эрван: жнв Господь, яко не знаю, дабы когда у нас Ангельские образы были написуемы и почитаемы. Архиепископ: воистинну вы то дело начасте: егда бо созда Соломон храм Богу вышнему, не сотвори ли верху очистилища Херувимов славы, осеняющих алтарь? такожде и над первыми дверьми святилища и над вторыми не устрой ли Херувимов? но и в скинии свидения, Моисеом соделанной, не бяху ли подобия Херувимов над кивотом завета? такоже и на завесах, не Херувимов ли лица бяху швением изображенны? и вся та Ангельская подобия не бяху ли от вас вкупе со Скиниею и храмом почитаема? Аще убо вы бестелесная естества изобразивше почтосте; то почто нас укоряете изображающих и почитающих лица тх святых мужей, иже во плоти Богови благоугодиша?

Глава 14. Прение преподобного Стефана нового с Копронимом

Преподобный Стефан, нарицаемый Новый, ноября месяца в 28 день почитаемый [235], ведомый на истязание к царю Копрониму, испроси на пути у некоего боголюбца едину цату, имущую на себе образ царский, и сию тайно в клобук свой вложи. Узрев же его царь, начат вопнти: о нужда! о беда! о что терплю! и сей ли имать ругатися моему царству? сей ли имать бесчестити мя, и ни вочтоже вменяти власть мою? Святой же стояше молча и долу зря, а царь яростию, аки огнем дышущь, многие укоризненные глаголы нань произносяше. Таже рече: не отвещаваеши ли ми, мерзкая главо? Блаженный же Стефан кротко начат глаголати к нему сице: аще умыслил еси убить мя, о царю! убий убо абие: аще же представил мя еси себе того ради, да мя о чесом вопрошаеши, и да что от мене услышиши; то подобает тебе, гнев отложши, с благостию беседовать. Укротив убо гнев, вопрошай и послушай мя. Тогда царь, глаголи нам (рече), которым отеческим преданиям не повинуемся, яко с еретики нас почитаеши? Отвеща преподобный: яко честных икон написание, многими прежде времены от богоносных отец преданное, злочестивне от церкви извергосте. Мучитель же рече: не нарицай то честных икон писанием, несть бо тако, но идолов изображением, кое же идолом со святыми причастие? На сие святой он муж отвеща: покланяющеся образу, не веществу почесть или поклонение воздаем: ибо честь образа на первообразное восходит, якоже святой рече Василий. Глагола же мучитель: подобает ли чувственными вапы изображать от отец предглаголанная. яже суть многа и темна, и ниже умом постижима, ниже коими словесы истолковаться могут? и праведно ли есть в веществе поклоняться тем, ихже естество никомуже есть известно? Отвеща преподобный: и кто от человек, имущих разум, глаголет, яко возможно есть вапы, от вещи сотворенными, написоваться Божества естеству невещественному и всяк ум превосходящему, егоже вид ниже умом описаться может, кольми паче вапы изобразить его не возможно? Но мы Христа егда на иконе изобразуем, не естество Божества его написуем, но Богочеловечный он вид начертаем, в нагием подобии явленный, и апостольскими руками осязанный, якоже святой Иоанн Богослов рече: еже видехом, и руце наша осязаша[236]. Аще же ми предложиши словеса реченная Моисеем сия: не сотвори себе кумира, ни всякого подобия, елико на небеси горе, и елико на земли низу[237], того самого Моисея являю ти творяща изображение двоих Херувимов златом, о чесом Божественный Апостол повествует сице: Херувими славы осеняющии олтарь[238]. Но и самый алтарь, и Скиния, и Святая Святых, не небесных ли подобие изображаху, якоже тойжде Апостол паки глаголет: образу и стени небееных служат[239]? Что убо беззаконно творим, егда Христов образ человековидный на иконе пишем и поклоняемся ему? еда ли и кресту, от коея-либо вещи сотворенному, кланяющеся, веществу кланятися мнимся? Но и сосуды освященные, от нас почитаемые, ни един совеети нашей зазор творят; понеже известны есмы, яко та призыванием имене Христова освящаются. Что же более? еда ли еще от церкве отринеши и Святая тождеобразная, под видом хлеба и вина содержащая Тело и Кровь Христову таинственне, имиже изобразуется тожде Тело Христово, еже и страждаше на кресте, и ныне без страдания есть на небеси; им же и покланяемся, и лобызаем, и онех причащающеся наследствуем святыню? Вы же между святым и не святым никакоже разделяюще, Христову икону не инако, аки Аполлиново подобие, пречистой же Богородицы, аки Артемидино изваяно, идолами нарицати не ужаснустеся, и ногами та попрасте и попалисте. На сия отвеща царь: о ослепленне умом, и паче всех невоспоминательных воспоминания недостойне! сии образы поправше, Христа ли попрахом? Тогда искусный в Божественных действиях Стефан, по обычаю пресловутых воинов, врага еговым оружием уязвити, и от него реченными словесы его самого победити хотя, руку в клобук вложивши изят цату, имущую на себе того злочестивого царя образ, юже грядый у некоего человека испроси, и на то уготова; и показавши цареви, вопрошаше Христовыми словесы, глаголя: чий есть сей образ и написание[240]? Царю же дивящуся и отвещавающу: и чий убо иный, разве царский? Святой паки вопроси: что убо было бы, аще бы кто образ царский бесчестно на землю повергл, и ногами бы его попрал, не понесл ли бы каковыя казни? Отвещаша предстоящии: ей, великим казнем таковый подпал бы; понеже царский обесчести образ. Тогда преподобный тяжко воздохнув, и с болезнию сердечною воззвав, рече: о великия слепоты и безумия! аще за обесчещенный образ царя земного, смертного и тленного, великим казнем быти глаголете, то которой казни подлежите вы, иже образ Сына Божия и Матере его пренепорочной попрасте, и огню предати не убоястеся? То рекши, плюну на цату, и вергши ю на землю, начать ногами попирать. Предстоящии же то видевше, абие с яростию нань устремишася, хотяце низринуть его из палаты в море, над морем бо та палата бяше. Царь же лицемерствуя, кротость себе притворив, аще и ярость в сердце кипящую имеяше, запрети им, да не творят Стефану зла никоегоже, аки бы не побежден гневом являлся: обаче повел его связанна отвести в народную темницу, в претор, и тамо его затворить.

По таковых и толиких о благочестном икон святых почитании рассмотрениях и доводствах, яве видети есть, яко лгут и еретичествуют раскольники кривотолки, неправо Писание святое о святых иконах толкующии, и благочестное икон святых почитание отмещущии, и вопрошающии нас, кто предаде иконное почитание: Пророк ли кой, или Христос, или Апостол? Се показася довольно, яко древле сам Бог, скинию завета сотворить веля, предаде: Моисей и Аарон со всъм Израилем прият; Давид. Соломон и прочие святые Пророки в церкви Иерусалимской почитаху; Мати Божия в детстве своем во Святая Святых, при Херувимских иконах воспитанна. В новой же благодати предаде Христос, послав Авгарю нерукотворенный свой образ; Апостол и Евангелист Лука иконы святые писать начат; пречистая Богородица похвали; первенствующая церковь прият; отцы Святые возлюбиша и почтоша, и за честь тех многии пострадаша. Собор вселенский седьмый утверди; Владимир от Грек в Россию принесе, и даже доселе от нас правоверных содержатся, и благочестно почитаются по оному древнему церковному обычаю, о немже и святой Григорий Двоеслов папа Римский, в послании своем втором ко Льву Исаврянииу пиша, рече: И прежде нас святители ношаху иконы, егда прихождаху в соборы, и никтоже от Христолюбец сый благочестив путешествуя без иконы хождаше, яко угодники добрые Богу,[241] До зде Григорий.

Новые же развратники церкви Христовой, толь древнее предание церковное отвергше, поидоша в след Калвина, Лютера, Льва Арменина, Копронима, Конона или Льва Исаврянина, в след жидов, и самого сатаны, не велевшего затворнику Елеонскому почитать икону Богородичну. С теми убо им и часть их да будет во веки.

Мы же глаголем то, еже на святом седьмом вселенском Святых отец еоборе Василий епископ Агкирский от свитка чтяше: Не почитающим святые иконы, анафема. Нарицающим иконы святые идолами, анафема [242]. Приводящим словеса от Божественного Писания противу святых икон, анафема. Отвергающим предания Святых отец, якоже отвергаше Арий, Несторий, Евтихий, Диоскор; и не хотящим прияти та, яже не суть от Божественного Писания им показана, анафема. Глаголющим иконы святые не от Святых отец быти преданныя, анафема. Глаголющим яко церковь Кафолическая приемлет идолы, анафема.

Глава 15. О мощах святых

Не токмо же Писание святое, но и учиельские книги, кривотолки Брынские неправо толкуют. Слышах бо недавно о некоем лжеучителе и развратнике людей Божиих, тайно учащем не почитать мощи святые. Во утверждение же лжеучительства своего той кривотолк приводит словеса святого Златоустого от бесед, яже на святого Евангелиста Матфея, от нравоучения 34, идеже на листу 428 пишется сице: Якоже демоны к гробом текут, сице и мнози от любящих при гробех седяще, всегда демонов прияли бы души, и проч. И глаголет толкуя той лжеучительный кривотолк: почто имам почитати Святых мощи, и приходить к гробам их на поклонение, егда мене за то Златоуст демоном зовет?

На той его кривый толк. ответствуя, полагаю рассмотрения сия:

1) О коих гробах и мощах Златоуст вышереченная словеса написа?

2) Точны ли суть гробы и мощи грешничи гробам и мощам Святых?

3) Кое разнствие между гробами и мощами грешных, и между гробами и мощами Святых?

4) Подобает ли почитати мощи Святых, и чесо ради почитати я?

5) Коль давно начатся почитание мощей Святых?

1-е РАССМОТРЕНИЕ

О коих гробах и мощах Златоуст вышереченная словеса написа?

То нравоучение святой Златоуст написал есть на тех, иже о смерти любезных своих другов и знаемых и сродных плачут безмерно, и приходяще на гробы их рыдают и биются: а не о мощах Святых, над нимиже никтоже рыдает о смерти тех, разве славить Бога о прославлены Святых его, и молится спасен быти молитвами оных.

Отверзи убо безумный ум твой, о кривотолче! и разумей, что глаголет учитель той Святой в нравоучении оном. В начале учить пренебрегати смерть, сиесть, не смущаться, ни рыдать о том, яко умираем, и растлеваются телеса наша во гробех, но радоваться, яко на лучший живот преселяемся; разве о том рыдати, аще бы ведал еси кого отшедша в муку вечную. Таже изъявляет, яко аще не бы телеса наша приходили во истление во гробех, седмочисленный бы оттуду был вред; тлеющим же сим, седмеричная нам бывает польза.

Первое. Аще бы телеса наша по смерти не растлевалися, в большую гордыню возносилися быхом. Аще бо и телесам растлевающимся мнози в поднебесной непщевашася быти боги, (якоже Навуходоносор, и тому подобные): коея бы гордыни не было пребывающу телу нетленну? Тлением же того смиряется высокоумие наше.

Второе. Аще не бы растлевались телеса наша, не быхом верили, яко от земли есмы, тлеющим же сим, знаем себе бренных быти.

Третье. Зело любили быхом телеса наша, и плотстейшии были быхом, и любезнее притекали быхом к гробам и телесам сродников наших и другов, аще бы тех нерастленен был телесный образ. Сих же тление зряще, отводимся от плотолюбия.

Четвертое. Не зело возлюбили быхом будущая.

Пятое. Тии, иже мира бессмертна, сиречь безконечна, быти глаголют, наипаче утвердились бы в своем мнении, ниже рекли бы содетеля миру быти Бога.

Шестое. Не бы познали, колико есть душа лучше тела.

Седьмое. Мнози от тех, иже лишишася своих, сиречь отца, матере, жены, чад, и прочая, оставльше своя жилища, восхотели бы жити при мертвецах своих, аще бы телеса их были нерастленны, и храмы им создали бы, и демонов бы волхвованием призвали, еже вселитися им в телеса тыя, и глаголати в них, якоже и ныне суть нецыи, иже мертвыми волхвуют; и было бы оттуду велие идолослужения зло. Вся же та отъемля Бог, повеле тълесам умирающих любимцев наших растлеваться пред очима нашима, да и возлюбивый кто благолепную отроковицу, отбежит от трупа ея гниюща и смердяща.

Таже учитель он Святой тех, иже по мертвецах своих безмерною печалию тужат, и приходяще на гробы их рыдают, и биются о их гробы, не похваляя, и отводя от неполезного того обыкновения, уподобляет таковых демоном, любящим жити в Еллинских гробех, якоже оный в земли Гадаринской бесный, иже в храме не живяше, но во гробех[243].

Се сила словес Златоустовых, и сие изъяснение нравоученья онаго.

Лжеши убо, о безумный кривотолче, учительская словеса, о телесах грешничих реченная, наводя на честные Святых мощи: и имиже он глаголами не похваляет рыдающнх безмерно по мертвецах своих, ты теми укоряеши правоверных, почитающих благочестно мощи угодников Божиих.

2-е РАССМОТРЕНИЕ

Точны ли суть гробы и мощи грешничи гробам и мощам Святых?

Аще и веем человекам, по праведному суду Божию, едина надлежит смерть, еже души от тела разрешиться, якоже и Апостол глаголет: лежит человеком единою умрети [244]; умроша толь бесчисленнии грешнии, умроша толь безчисленнии и Святии: подобает бо взятому от земли человеческому телу, аще грешничу, аще праведничу, паки возвратиться в землю, и в гробном тлении до дне судного пребыти; обаче не единако бывает умертие грешного, якоже и умертие праведного. Праведного смерть честна, по Псаломнику: честна пред Господем смерть преподобных Его[245]; грешного же смерть бесчестна, мучительна: смерть грешником люта[246]. Умре Лазарь праведный, и несен бысть Ангелы на лоно Авраамле: умре же и богатый, и во аде возведе очи свои, сый в муках[247].

Якоже убо умертие грешничее несть точно умертию праведничу: сице и гроб с мощьми грешного несть точен гробу и мощам правдного.

Прогневаша Бога люди Израильские, в пустыне возгнушавшеся манны, восхотевше же мяс; и плакахуся рекуще: кто ны напитает мяс[248]? Напита их Господь крастелями, одожденными от облак: и еще брашну (мясному) сущу во устех их, гнев Божий взыде на ня, и уби множайшия их[249], и прозвася место то гроб похотения, яко тамо погребоша людей похотевших ясти мяса. Посем скончася Моисей раб Господень в земли Моавли словом Господним: и погребоша его, и никтоже уведа гроба его даже до днесь[250]. Ибо не человеческими, но Ангельскими руками погребен бысть, якоже то яве есть от словес святого Апостола Иуды, глаголюща: Михаил Архангел разсуждая о Моисеове телеси[251], и прочая. Зде, о кривотолче, гроб похотения людей похотевших мяс, и гневом Божиим избиенных, соравниши ли с гробом раба Господня святого Моисея пророка, Ангелами погребенна? Умроша святые праотцы Христовы: Авраам, Исаак, Иаков и Давид: умре и Иоаким, иже Иелиаким, царь Иудов, такожде Христов праотец, о егоже кончине смертнъй сам Господь во Иеремиином пророчестве предсказа, глаголющи: погребением ослим погребется, смраден и извержен вне врат Иерусалима[252]. Зде, о раскольниче, соравниши ли мощи смрадныя аки ослия сего грешника с мощьми оных праведников?

Умроша пророцы святии, от Иудей избиенные, умроша и избившие их. Зде, о лжеучителю, соравниши ли гробы и трупия убийцев с гробами и мощьми избиенных пророков?

Умре святой Иоанн Предтеча Христов, от Ирода наваждением Иродиадиным в главу усеченный, умре и Ирод с Иродиадою. Соравниши ли убо Иродовы и Иродиадины кости с мощьми Предтечи Господня?

Умре удавлением Иуда лжеапостол, предатель Христов, умроша и святии Апостоли, истинные рабы Христовы различными страдальческими за Христа смертьми. Соравниши ли убо кости Иудины с мощьми святых Апостол?

Святии верховнии апостоли Петр и Павел умроша, от Нерона смерти преданнии, умре и Нерон, убивый их. Соравниши ли убо труп и гроб Неронов с мощьми и гробом Петра и Павла апостолов?

И иные бесчисленные святые мученики многоразличными смертьми за Христа пострадаша, умроша же и умучившии их: Диоклитиан, Максимиан, Иулиан апостата и прочии мучители. Точни ли убо кости скверных мучителей костем святых мучеников?

Умре святой Иоанн Златоуст, изгнан Евдоксиею царицею; умре и изгнавшая его Евдоксия царица и трясеся гроб ея 32 лета. И кто дерзнет в равенство поставити гроб Евдоксиин с гробом Злагоустого?

Убо не суть точны гробы и мощи грешничи гробам и мощам святых угодников Божиих.

3-е РАССМОТРЕНИЕ

Кое разнствие между гробами и мощьми грешных и между гробами и мощьми святых?

Разнствие сие: грешного человека, врага Божия бывша, и кость грешна, святого же человека, друга Божия бывша, и кость свята. О костех грешничих глаголет псаломник: разсыпашася кости их при аде [253], сиесть, близ суть мук адских: соединившеся бо с душами своими во общее воскресение, абие пойдут во ад на вечныя муки. О костех же праведничих тойже псаломник глаголет: хранит Господь вся кости их, и ни едина от них сокрушится [254]; аки сокровище некое драгоценное, в земли сокровенное хранить, хотя е во свое время принести в хранилища небесная. Тело человечее в жизни сей есть яко одежда души: якоже бо одеждою покрывается тело, сице телом покрывается душа; и якоже тело, человеку ко сну нощному идущу, совлекается одежд своих: сице душа совлекается тела, человеку, ко сну стертному отходящу. И есть человека грешного, по исшествии от тела души его, тело, яко руб нищего скареден, на гноищи повержен; человека же святого, по исшествии от тела души его, тело есть яко порфира царская, драгоценная, честно хранимая, в нюже паки облещися будет, имущему царствовати с Христом в небесном царствии. Каково убо разнствие между худым рубищем нищего. и между порфирою царскою, таково разнствие между трупом грешничим и мощьми святого.

Между гробами грешных водворяются бесы, якоже водворяхуся в гробищех еллинских, еже видети есть на многих местах в книгах житий святых. Преподобный Алипий столпник вселися в месте пустом, в немже множество древних гробов еллинских бе, и живяху тамо легеоны духов нечистых, чесо ради страшно всем бе то место, и никтоже можаше ити сквозь е великих ради бесовских страхований [255]. Подобное сему и в житии преподобного Фалалея пишется: от града Сирского, Гавала Нарицаемаго, за двадесять стадий бяше некая могила велика, и бесовское на ней капище ветхо, и еллинская дневняя гробища, и множество бесов тамо обиташе. Страшно же бе то место всем мимоходящим; бесове бо не точию мечтаньми и привидении устрашаху, но и человекоубийственне нападающе и поражающе, вреждаху многия человеки же и скоты; о чесом слышав преподобный Фалалей, иде тамо, и вселися [256]. Преподобный же Макарий Египетский, грядый от скита в Теринуф, и обвечерев, вниде в гробище еллинское спати: беху же ту кости еллинския ветхи, и взем едину, подложи ю возглавие себе. Видевше же беси дерзновение его, гневахуся нань, и восхотеша его пострашити, возопиша убо женским гласом глаголюще: о она, пойди в баню мытися; отзвася же другий демон, от мертвыя кости, под главою старцевою лежащия, глаголя: странного имам верху себе, и не могут прийти. Старец же не устрашився, дерзновенно кость ону бияше глаголя: востани и иди, аще можеши [257]. Другий Макарий преподобный, зовомый Александрийский, егда к гробищу древних волхвов Египетских Ианниа и Иамвриа приближися, избегоша противу ему до седмидесяти бесов в различных подобиях, кричаще с велиим гневом: что зде хощеши Макарие? почто к нам пришел еси? почто находиши на места наша [258]?

От сих повествований яве есть, яко в гробех грешничих, при костех их, бесове вселяются.

Гробов же и мощей святых бесове боятся, и бегают от тех. Близ града Антиохии бе место, нарицаемое Дафни, идеже во идолопоклонническая лета храм идольский бе, и бес во идоле живяше, и даяше ответы людем вопрошающим о чесомлибо. Егда же во дни царя Константия, сына Константинова, на оное место пренесены быша мощи святого священномученика Вавилы, абие устрашився бес бежа оттуду, и умолче идол [259].

Такожде и близ Александрии бе место, нарицаемое Мануфин, на нем бяше древнее капище и жилище бесовское, и страшно бысть то место, понеже мнози тамо нечистии живяху дуси. Егда же святой Кирилл, патриарх Алекеандрийский, пренесе на оное место честные мощи святых мученик Кира и Иоанна; абие отбеже оттуду бесовская сила [260]; и не дивно: при гробах бо и мощах святых благодать Божия, осиявающая та, пребывает, и Ангел и Божии посещают я.

Святого первомученика Стефана мощи егда из Иерусалима к Царюграду преносимы быша, глас Ангелов славословия Божия поющих над мощьми на воздусе слышашеся, и благоухание велие от ковчега исхождаше. Слышаны же быша и бесовстии гласи издалече взывающии: горе нам яко Стефан грядет, и биет ны. Нощию же свет над мощьми святого являшеся [261].

При гробе святого великомученика Димитриа Селунского вндены бяху два Ангела Божии с мучеником беседующии [262]. У гроба святителя Христова Петра митрополита Всероссийскаго, свеща сама о себ возжжеся всем зрящим, еже бе знамением благодати Божией, над гробом угодника своего осиявшей. Обретенным бывшим мощам преподобного Феодосиа Печерского, видена бысть в полунощи заря над пещерою возсиявшая, и свещы многия горящия [263]. Толь прославляет Бог мощи угодников своих!

Елико убо разнствие недостойного от честного, адского жителя от небесного гражданина, беса темна от Ангела света: толико разнствие гробов и мощей грешничих от гробов и мощей святых угодников Божиих.

Еще и в сем тех разнствие велие: гробы грешничи полны суть костей смердящих и всякия нечистоты: гробы же святых чисты, нетление содержании, благоуханье издающии, иныи же и миро источающии, якоже древле святого великомученика Димитрия Мироточнвого и святой великомученицы Евфимии всехвальной [264]; и в России в царственном граде Казани мощи святителя Христова Гурия миро источиша; и в святых пещерах Киевских видети есть мироточивые главы [265]. Кости грешничи никияже в себе имеют целебные силы: кости же святых подают цельбы верующим, якоже то видети есть в житиях святых на многих местах; и что дивно? Аще бо не точию живые руце святого апостола Павла, но и убрусцы его, и главотяжи от пота тела его, на недужных полагаемые, недуги целяху [266]; кольми паче по смерти мощи его, и коегождо угодника Божия, сильны суть подавати цельбы. Не вемы ли в Божественном Писании, яко егда труп некоего мертвеца ввержен бе в гроб святого пророка Елиссея, и прикоснуся костем Елиссеовым, абие мертвец оный вверженный оживе, и ста на ногу своею[267], и пойде жив в дом свой? О костех же грешничих что таково где слышится? Несть ли убо разнствия превелика между гробищами и костьми грешных, и между мощьми святых? Крайнее же тех разнствие есть, яко в последний день, егда Архангельския трубы глас всех от века мертвых от сна смертного возбудить, тогда праведных телеса оживше, нзыдут в воскресение живота, грешных же телеса изыдут в воскресение суда. Праведных телеса просветятся яко солнце в царствии небесном; телеса же грешных очернятся яко угль черн, и сажа, и смола, и ефиоп адский. Кто убо ныне дерзнет соравнити грешничи кости с мощьми святых, и святых мощи вменити якоже и грешничи? Разве еретик и противник святой церкви, сын диаволь и наследник ада.

4-е РАССМОТРЕНИЕ

Подобает ли почитать мощи Святых, и чесо ради почитать я?

Подобает почитать Святых мощи:

1) Понеже паки имут соединимся с душами своими святыми, и живы быть, и Христу сцарствовать. Якоже убо царя не токмо бодрствующа почитаем попремногу, но и спяща того не нечестна имамы, ведуще, яко от сна воспрянет, и с нами беседовать имать: сице и святых угодников Божиих, сцарственников Христовых быть хотящих, ныне же спящих телесы своими, в чести имети должны есмы; воспрянут бо от сна смертного, и желаем собеседования их сподобиться.

2) Подобает почитать мощи Святых: понеже сам Бог в чести та имать, якоже прежде речеся, Ангелами своими охраняя я, и благодатию своею осиявая, и целебную силу тем подавая.

3) Подобает почитать мощи Святых: понеже тленное их облечется в нетление, и смертное их облечется в бессмертие, и возмутся от земных в небесная со славою, во гласе радования.

4) Подобает почитать мощи Святых; понеже имут быти приятелища небесные славы, сосуды прославленных своих душ, звезды сияющие на тверди небесной, солнца пресветлая, немерцающая, неумаляющаяся, по всегда в полности неотъемлемыя Божия благодати и славы пребывающии.

5) Подобает почитать мощи Святых: понеже, соединившеся с душами своими, имут быти Ангелам сограждане, Архангелам содружебны, Херувимам, Серафимам сликовственники, венценосцы пресветлые, пречестные, преславные, престолу Божественной славы предстоятели, Богу собеседники, сынове любезные Отца небесного, жизни вечной наследники.

6) Подобает почитать мощи Святых, к ихже душам, на местах светлых упокоеваемым и Богу предстоящим, молимся, да молятся о нас ко Владыце, и веруем, яко молятся, и за то само от нас должни почитаемы быть, яко молятся о нас. О чесом уверяемся от Писания святого, во второй книге Маккавейской, в главе 15, сказующего, яко Иуда Маккавей виде в видении святого пророка Иеремию, многим по кончпне того прешедшим летам, явльшася ему со Ониею архиереем, о чесом пишется сице: бысть (Маккавею) сицево видение: Онию бывшаго архиереа, мужа добраго и благаго, срамлива видением, кротка же образом и беседою лепа, иже от детства прилежаше всем благим, руце воздеюща и молящася за вся люди Иудейския, зряше[268]. Посем явися инь муж, сединами и славою дивен, и великое благолепие окрест его бысть; и глагола Ониа: сей есть братолюбитель, много молящся о людях и о святом граде, Иеремия Божий пророк. Таже простре Иеремия десницу, и вдаде Иуде Маккавею мечь злат, давши же возгласи сия: приими святой меч – дар от Бога, имже сокрушиши супостаты. От сего видения яве есть, яко святые угодницы Божии по кончине своей молятся за ны к Богу, и помоществуют нам, якоже поможе святой Иеремиа Иуде Маккавею на супостаты. Должны убо есмы почитать их святые мощи, яко помощников и молебников о нас к Богу.

7) Подобает почитать мощи Святых: понеже души их святые знают и видят творимую мощам их честным от нас почесть, и за то ходатайствуют о нас ко Христу Владыце нашему, якоже то извествуется от святого мученика Уара, октября в 19 день почитаемаго, иже блаженной Клеопатре, мощей его любительнице и почитательнице, явився, рече: Еда ли забыл есмь добродетелей твоих, яже сотворила ми еси в Египте и на пути? или мниши, яко не чух, егда взяла еси тело мое от среды трупов скотских, и в ложнице своей положила еси? еда ли не послушаю всегда твоих молитв, и не молюся ли о тебе к Богу? Первее убо умолих Бога о роде твоем, с нимиже положила мя еси в гроб, да отпущены им будут грехи; таже сына твоего небесному Царю в воинство поях [269], и прочая.

8) Подобает почитать мощи Святых, от нихже овии за Христа кровь свою излияша, овии, повседневным самих себе умерщвлением томяще, самоизвольнии без крове мученики показашася, инии иными праведническими делы любезни Богу сотворишася. Мы же ныне, на честные тех мощи взирающе, воспоминаем подвиги и труды их и вся добрая дела, коими они в жизни сей Христу Богу угодиша; и приемлем от богоугодного о их жития многую душам нашим пользу, и образом тех возбуждаемся к богоугождению.

9) Подобает почитать мощи Святых, яко честных другов Божиих, о нихже Давид к Богу вещает: мне же зело честны быша друзи твои, Боже [270]!

10) Подобает почитать мощи Святых, да в тех прославляется от нас сам Бог, дивный во Святых своих и прославлялися в них.

5-е РАССМОТРЕНИЕ

Коль давно начатся почитание мощей Святых?

Есть вероятное повествование Иакова Едесского, иже бе учитель Ефрема святого, яко Ное, входя в корабль пред потопом, взят честные мощи Адамовы от гроба, и внесе в корабль с собою, того молитвами надеяся в потопе спасен быти. По потопе же раздели я трием сыном своим; Симу убо старейшему сыну даде честнейшую часть – лоб Адамов, и указа тому жити на земли оной, идеже потом создася Иерусалим. Сим же, по смотрению Божию и по пророческому, от Бога данному ему дару, погребе лоб Адамов на высоком месте, недалече места онаго, идеже име быти Иерусалим, и насыпав над лбом могилу велику, нарече ю лобным местом, от лба Адамова тамо погребеннаго, идеже послежде Христос Господь наш распят быти изволил есть. От сей повести показуется, яко от праведного Ноя почитание мощей Святых начатся.

Вемы же, яко и Иосифа прекраснаго, в Египте умершего, мощи от Израильтян во мнозем бяху почитании; изнесоша бо я из Египта с собою в землю обетованную, и на селе Иаковли, Сихем именуемом (Сихарь послежде прозванном), честно положиша. Мы же помыслим, коль многое множество Израильских людей изомроша в Египте, а единого токмо Иосифа мощи оттуду изнесены; понеже той един бе праведен и свят, и велик угодник Божий, якоже житие его являет.

И святого пророка Елисеея мощи, от ихже прикосновения мертвец воскресе [271], якоже прежде рехом, не бяху ли в чести от Израильтян?

И в Евангелии воспоминается, яко во Иерусалиме, во дни Христовы зиждемы бяху гробы пророческия, и украшаемы раки праведных в почесть мощей их честных. Речеши: не похвали Христос Господь Иерусалимлянам такового дела, но паче укори я, рече бо к ннм: горе вам книжницы и фарисее, яко зиждете гробы пророческия, и украшаете раки праведных[272], и прочая. Ответствует на то святой Феофилакт, глаголя: поношает им, не понеже созидают гробы пророков, сие бо добро дело есть; но понеже лицемерием сия творяху. До зде Феофилакт. Внемли убо, за что Господь Иерусалимлян поношает и укоряет их; не за украшение пророческих гробов, кое дело добро бяше. но за лицемерие их и злобу, юже имеяху на Христа Господа, и за явную их ложь, яко глаголаху: аще быхом были во дни отец наших, не быхом избили Пророков. То глаголаху, а на убийство поучахуся, ищуще како бы убитн самого Сына Божия, о немже Пророки прорекоша; того ради к ним рече Господь: горе вам книжницы и Фарисее лицемери. Нам же явь есть, яко и в Христовы дни мощей Святых во Израиле бе в почитание.

В новой же благодати, по воскресении Христовом, егда святой Евангелист Лука, проповедуя Христа, и обходя многие грады и страны, в Севастийский град, в немже святого Иоанна Крестителя мощи бяху, прииде, а оттуду во Антиохию отечество свое ити имеяше, восхоте взяти с собою и пренести туда тело святого Предтечи Иоанна Крестителя, еже бе нетленно и цело [273]; но невозможно бе, понеже от жителей Севастийских, зело Крестителевы мощи почитающих и опасно я хранящих, не подавашеся. Едину убо от святого того телеси руку десную, крестившую Владыку Господа нашего Иисуса Христа, Евангелист святой Лука отъем, в свой град Антиохию принесе, тою якоже некиим драгоценным сокровищем, граду воздая за свое в нем воспитание: и от того времене святая Крестителева рука у Антиохиан верных в велицем храняшеся почитании; ибо и чудеса не мала ею совершахуся. Пишет о том Симеон МетаФраст в слове о пренесении руки Предтечевы.

Како же святого первомученика Стефана честныя мощи обретены быша, и какова чудеса от тех соделовахуся, и кое тем честным мощам почитание от верных бяше, зри Августа месяца во 2 день [274].

И бесчисленная о чудотворных и цельбоподательных мощах Святых, и о почитании тех, сказания обретаются в житиях Святых, ихже иодробну зде приводити не достанет времене. Изволяяй да чтет от многих некая: о чудотворных мощах святителя Христова Николая [275], о целебных мощах святого мученика Мины [276], и честных мощах святого великомученика Димитрия [277], и святой великомученицы Евфимии всехвальной, к нимже от вселенной собирахуся верные на поклонение [278]; и о прочих мощах святых, издавна благочестно верными почитаемых, везде в книгах церковных обрящеши.

Лжет убо кривотолк оный, иже святого Златоустого словеса, о гробах и трупиях грешничих реченные, наносит на хуление мощей святых, и на досаду почитающим я, демонами тех нарицая, сам сый демон в плоти и демонов единомысленник.

Глава 16. О времени последнем

Донесеся слуху нашему и сие, яко Брынские лжеучители, словеса учительская неправо толкующие, нынешнее настоящее время самым последним временем быть сказующе, проповедуют тайными проповедями своими меж простым народом, яко в нынешнее время не возможно уже кому спастись живущему в градах и в селах, разве в их токмо Брынских пустынях. Проповедь же их та лжеучительная уведася нам сице:

Некий волк от пустынь Брынских, вниде во одежде овчей в Ростов, хотя по обычаю своему тайно похищати словесные овцы Христовы. И приходя к некоему лицу духовну, честну, чая тамо деньгам многим быть, и к своим жилищам прельстить и отвести желая, глаголаше: несть вам, зде в градах живущим, спасения, уже бо последнее есть время, и уже антихрист царствует в мире, и страшный день судный уже настоит, и уже церкви суть яко хлевы, а попы яко волки, ваши же молитвы суть яко мерзость пред Богом; ибо отвратил есть уже Бог от вас лице свое, ни слушает молитв ваших, ни пощения вашего приемлет; и аще бы вы и на уды себе раздробляли, проходяще острое житие и подвизающеся всячески, то не можете Богу угодити, вся бо ваша уже неприятна ему суть. В единых токмо пустынях и скитах наших Бог живет, тамо обратил есть лице свое, и тамо токмо слушает молящихся ему и спасает я.

Тако той прельщаше, прельщаемое же лице, хранимо Богом, пребысть непрельщенно; и потом нашему смирению то донесено, но уже волк оный сотворися безвестен. Посем уведахом, яко и по другим епархии нашей градом и весем, от пустынь Брынских волцы исходящии. таковым же лжеучительством своим овцы Христовы прельщают и похищают. Во утверждение же того ложного учения своего приводят словеса святого Ипполита, толкующе та криво.

Святой Ипполит в слове своем на неделю мясопустную глаголет: церкви Божия, якоже простые храмы будут, и развращения церковная всюду будут; Писания небрегома будут, и прочая [279]; и ниже: пастыри, якоже волцы будут, а священники лжу возлюбят; иноки и черноризицы мирская вожделеют, и прочая; и паки гораздо ниже: мнози прелести его (антихристовы) убегнут; разумеют бо навета его ловление, и лести его гордыню, и избегнут от руки его, и в горах и в вертепах скрыются, и слезами и сокрушением сердца помолятся человеколюбивому Богу, и той исторгнет их от мреж его, и спасет их от соблазн его лютых, и невидимо покрыет рукою своею достойне и праведне тому припадающих. Зриши ли, како в пощении своем и молитву творити имут, иже тогда святые: навыкни и сущим во градах и в селах, каково люто время и дние будут [280]. До зде Ипполит.

Та святого Ипполита словеса толкуют они сице: понеже ныне последнее уже настои и время: убо церкви, ныне не церкви, но простые храмы и хлевы, пастыри, попы не пастыри, не попы, но волки; в градах и в селах лютое время и дние; убо отвратил есть Бог лице свое от градов и сел: в горах, в пустынях, в вертепах крыющияся и молящияся Бог спасает; убо не крыющияся в горах, пустынях и вертепах, но в градах и селах живущия не спасаете; убо в единых токмо наших пустынных скитах Бог живет, и молитв наших слушает, и единых токмо нас спасает: а вы, в градах и селах пребывающии, весьма погибли; понеже и молитв ваших Бог не слушает, и подвигов ваших не приемлет.

Таково толкование словес Ипполитовых сказующе Брынскии лжеучители, всю силу церковного нестроения, духовных чинов развращения, и всех, иже во градах и селах жительствующих, акибы неспасения полагают в том едином яко последнее есть время. И на том еднном, аки на основании, назидают свою лживую проповедь, яко настоит уже последнее время; акибы не Божиими судьбами и попущением деются вся, яже деются, но временем глаголемым последним; и не Бог строить вся, яже строит, но время последнее; и не Бог, егоже хощет, спасает или не спасает, но время.

То убо их некрепкое основание да разрушится, и ложное их толкование да обличится и постыдится, положим о том рассмотрения сицевая:

1) Что есть время, и деет ли что само собою время?

2) Время ли, глаголемое последнее, церкви Божия творит простыми храмами и хлевами?

3 ) В кое время церкви Божии бывают яко простые храмы?

4 ) Уже ли настоит в Российском государстве то время, в неже во градах и селах церквам простыми храминами и хлевами быти?

5 ) В последняя времена кии пастыри волками бывают?

6 ) Времене ради последнего и лютого отвращает ли Бог лице свое от людей правоверных, иже в градах и селах.

7 ) В нынешнее время в пустынях ли токмо живет Бог, и пустынные ли токмо приемлет мольбы, и самые ли токмо пустынножители спасает?

8) Определяется ли временем и местом спасение душ человеческих?

1-е РАССМОТРЕНИЕ

Что есть время, и делает ли что само собою время?

Время есть мера видимого сего мира, и жизни нашея, и всех деемых в поднебесной по Божию устроению, меримая деньми, месяцами, летами, веками сотенными и веками тысящными. Делится же время на три части: на мимошедшее, настоящее и будущее. Мимошедшее время вемы, яко бе, но уже прейде и погибе, ниже бо возвратится когда. Будущего же времене чаем, но не вемы, каково то будет. Настоящее же мнимся имети, но ни сего имамы, кроме единого краткого часца, глаголемого ныне; ныне есть, и абие несть, прейде бо. Паки ино настает ныне, паки и то преходит: якоже в делаемых и настрояемых часах минуты, едина по друзей идет не становяся; и якоже в текущей колеснице колесо не стоит на едином месте, но с места на место течет неудержаваемо: сице настоящее жизни нашея ныне, несть стоящо, но непрестанно текущо, и есть то наше ныне аки предел между мимошедшим и грядущим временем, мимошедшее окончаваяй, грядущее же начинали. И аки в книге и строк точка, между речениями разделяющая, едино речение окончавающая, другое же начинающая; но точка на едином стоить месте, наше же настоящее время, глаголемое ныне, не весть стояти, но выну течет, аки капля некая, в низ текущая, и черту по себе оставляющая, на предняя же простирающаяея, донележе оскудеет и иссохнет.

То жизни нашей краткое настоящее ныне может ли что само собою деяти, созидати ли, или разоряти? дати ли кому что, или отъяти? Ничтоже, разве токмо тещи непрестанно; тещи же толь скоро, якоже по воздуху птица, и яко по морю корабль, ветром женомый, и яко стрела от напряженного лука, или якоже от заряженной пушки ядро испущенное, тако наше течет время, ни на малу чертицу остановляяся. Како убо может то настоящее, не стоящее же, но выну текущее время собою что деяти? не Бог ли вся делает, яже делает когда хотя, не смотря времени; вся бо времена, и лета, и дние, и часы, в его Божиих руках суть? Чесо ради и сам Христос Господь, егда по воскресении вопросиша его Апостолы, глаголюще: Господи, аще в лето сие устрояеши царствие Израилево? отвещав им рече: несть ваше разумети времена и лета, яже Отец положи в своей власти[281]. Всуе убо раскольщики ложному учению своему полагают основание время настоящее, глаголемое последнее, и тому причитают власть, еже церкви святые рассвящивать, попов распопливать, и живущих во градах и селах спасения отчуждати. Еда ли изменися временем Бог, вся действуяй? еда ли изнеможе временем сила Божия, род человеческий спасающая? еда ли время сильнее Бога, и указчик Богу?

Речеши: пишет церковник: время всякой вещи под солнечною: время родити, и время умрети; время садити, и время растерзати сажденное; время разрушити, и создати; время плакати, и время смеятися; время рыдати, и время ликовати; время раскидати камение, и время собирати [282] и проч. убо вся в поднебесной деемая деет время. Ответствую: вся в поднебесной деемая деются в свое время, обаче не само собою время делает, но вся содержай и строяй Бог, и созданные Богом человецы делают своя дела в подобающее им время.

Настанет время орания и сеяния; само ли время орет и сеет без человеков? Настанет время жатвы и плодов собрания; само ли время жнет и собирает, а не человецы? А идеже несть человеков, но земля пуста, тамо есть ли орание и сеяние и жатва, аще и время будет орания и сеяния и жатвы? Яве убо есть, яко не время что собою делает, но Бог, и по Божию строению человецы в свое время делают, ихже житию и деланиям времена определил есть Создатель.

Аще же не время что делает, но Бог, и содержимые Богом человецы, како убо может время нынешнее отъяти церквам святость их, и попам отказать от поповства их, и людем, во градах и селах живущим, возбранить спасение их, ежебы им не спастись нынешнего времене, якоже в прежняя времена прежние Христиане православные спасахуся? Еда ли преста уже в градах и селах читаться апостол, глаголяй: се ныне время благоприятно, се ныне день спасения[283]? Всякое время человеку спастись произволяющему, есть время благоприятно, есть день спасения.

Лгут убо Брыняне, приписующии последнему времени та, яже суть в Божией власти и строении, в человеческом же произволении.

Рекут раскольщикн: пишет Апостол Павел к Тимофею: сие веждь, яко в последняя дни настанут времена люта: будут бо человецы самолюбцы, сребролюбцы, величавы, горды, хульницы, родителем противящиися, неблагодарни, неправедни, нелюбовни, непримирительни, продерзиви, возносливи, прелагатае, клеветницы, невоздержницы, некротцы, неблаголюбцы, предателе, нагли, напыщени, сластолюбцы паче нежели боголюбцы, имущии образ благочестия, силы же Его отвергшиися [284], и проч. Убо последние дни, и время настоящее лютое, человеков в градах и селах делает злых, самолюбцев, сребролюбцев, величавых, гордых, и прочая. Делая же их таковых, не попускает им спастись; убо несть ныне в градах и селах спасения.

Мы же в словесах Апостольских двое рассуждающе: времена люта, и человеков злых, в развращение уклоняющихся, сугуб ответ противу неправого умствования, силы словес Апостольских непознавающего, положим.

О временах и о человецех.

О временах, ответствует толкователь словес оных Апостольских святой Иоанн Златоуст, глаголя: не дни осуждай, глаголет (Апостол), ниже времена, но человеки, тогда сущие: ибо нам сице глаголать обычай есть: времена лукавые и нелукавые, от случающихся в них вещей, от человеков. До зде Златоуст. Внемлите словесам Златоустовым сим: не дни, ниже времена, но человеки, сиесть, не на дни, ни на времена вину возлагает Павел, но на человеков. А на брезе в той бесед Златоустовых книге, против оного толкования, написано: дни благи, человеков же злоба злая. Нам же отсюду яве есть, яко не время делает человеков злых, но человецы делают время зло и люто; еже и сам Апостол изъяви; рекши бо, яко настанут времена люта, показа вину, чесо ради люта: будут бо (рече) человецы самолюбцы, и проч. Не рече, будут человецы таковы злы, времена бо настанут люта: но глаголет, яко настанут времена люта, будут бо человецы злы: не на времена возлагает вину злобы человеческие, но на человеков возлагает вину времен лютых; не времена бо делают человеков злых, но человецы злые делают времена люта. Коеждо убо время, Богом созданное, добро есть, ниже вредит кого: человецы же злые, во время жизни своея злая творяще, времени доброму хулу наносят, яко злых ради дел их и времени нарицаему быть злым и лютым временем.

О человецех же известно есть, яко не точию в сия жизни нашея дни и в сия лютая времена, суть (по Апостольскому словеси) человецы самолюбцы, сребролюбцы, величавы, горды, и проч. но и в прежняя оная, прежде нас бывшая, лютая времена таковых множество бяше: и в самые дни Апостольские, ихже и отвращаться велит Павел Тимофею: сих (рече) отвращайся[285]. Бяху бо мнози еретики во Апостольские дни, якоже: Симон Волхв, Менандер, Карпократ, Херинт, Гностики, и прочие. Не точию же во времена оная лютая, в няже Апостолы гонимы бяху, но и прежде Христова рождества, не бяше ли без числа злых человеков? Еже и Апостол в томже своем к Тимофею послании изъяви, егда воспомяну двух Египетских волхвов, Ианниа и Иамвриа, противившихся Моисею; на кое место Златоуст святый пиша глаголет: не от последних токмо, но и от мимошедших сие показует; имже образом (рече) Ианний и Иамврий противистася Моисеови [286]. Почто сие творит? Да не смущается Тимофей, ниже от нас кто, егда будут мужи злии. Аще при Моисее быша, и по сих будут, ничтоже (убо) чудно быти им и при нас. До зде Златоуст. А якоже в прежняя лютая времена, аще и мнози злии человецы бяху, обаче и добрии, богоугоднии и святии мужие обретахуся мнози: сице и в нынешняя последняя лютая времена, между многими злыми суть и добрые мнози; не все бо суть самолюбцы, не все сребролюбцы, не все величавы, не все горды, не все хульницы, не все родителем противящейся, не все неблагодарны, не все неправедны, не все нелюбовны, и проч. но премнози и ныне обретаются, иже не суть самолюбцы, ни сребролюбцы, ни величавы, ни горды, ни хульницы, и прочая: паче же суть смиреные, кротцы, нестяжательны, поистине Богу угождающие, образом и житием благочестивы, и истинные рабы Божии, и спасения вечного достойны.

Лгут убо глаголющие, яко последние дни и время лютое человеков злых творит, и не попускает в градах и в селах спастися.

2-е РАССМОТРЕНИЕ

Время ли, глаголемое последнее, церкви Божия творит простыми храмами и хлевами?

Аще по раскольническому лжеучительству время последнее претворяет церкви Божия в простые храмы и хлевы: то от начатка святой в Христа веры, от дней Апостольских, ни едина бе в поднебесной церковь Божия, но все простые храмы и хлевы; понеже еще от дней Христова на земле с человеки пребывания, и от дней Апостольских начатся последнее время.

Начатся последнее время от дней жизни Христовы на земле; свидетельствует о том святой Апостол Павел, глаголяй: егда прииде кончина лета, посла Бог Сына своего единородного, рождаема от жены [287]. Кончина лета, сиесть последнее время, якоже то изъясни святой Василий великий в молитве своей к причащению, глаголя к Христу: “Безначального Отца соприсносущный Сыне и собезначальный, премногия ради благости в последние дни в плоть оболкийся и распныйся.»

Начатся последнее время от дней Апостольских, якоже глаголет святой Иоанн Богослов: дети, последняя година есть: и якоже слышасте, яко антихрист грядет, и ныне антихристи мнози быша[288]; и паки о еамом антихристе глаголет: о немже слышасте, яко грядет, и ныне в мире есть уже[289]. Се той святый Апостол, во дни жизни своея, последней уже године настоять, и антихристу уже в мире быть написа.

Убо по раскольническому умствованию от дней Христовых и Апостольских даже доселе, лет яко 1700 и вящше, антихрист царствует уже в мире, и церкви Божия никогдаже бяху церкви, но всегда пустые храмы и хлевы; и совершаемая в них таинства никогдаже бяху таинства: понеже последнее есть время, наченшееся от дней Христовых и Апостольских даже доселе. Но сице умствовати и глаголатн есть пребезумно, и душепагубно, еретическо бо. Вестно бо есть, яко от дней Апостольских начата созидатися храмы Божия повсюду, идеже просия святая вера; а наипаче Константин великий, первый царь Христианский, просветився, и просветив державу свою верою святою, умножи здание церквей Божиих преизрядно, создав во Иеруеалиме церковь над гробом Христовым, в Риме над гробом Апостольским, и по иных градех: от тогда же наченшееся церквей святых здание, даже доселе благодатию Божиею в Христианских странах строится, и никогдаже кто нарицаше церквей Божиих простыми храмами и хлевами, аще и последнее глаголется быти время.

Лгут убо Брыняне, глаголющии, яко последнее время творит церкви Божия пустыми храминами и хлевами.

3-е РАССМОТРЕНИЕ

В кое время церкви Божия бывают яко простые храмы?

Всяк дом тогда пусть бывает, егда или обветшав падется, или аще и не обветшал, но никтоже в нем живет, ни заперт будет, ниже ким брегомый, но всем мимоходящим человеком и скотом есть входен, в то время поистинне той дом пусть быти глаголется, и есть: дом же аще и не имый в себе живущего кого, обаче заперт, и наблюдаемый, да не кто разоряет того, той дом не глаголется быти пусть, но имый себе господина.

Подобне о святых Божиих церквах разумети есть, аще кая зело обветшала, яко уже невозможно служити в ней; или аще кая и не обветшалая, обаче лишена подобающего в ней Божия славословия по некоему случаю, или за оскудение, заперта же и в разорение не попускаема: ту церковь может кто уподобить простому храму, обаче несть самый простый храм, ниже хлев; свыше бо есть призираема и наблюдаема Богом.

В Российском государстве обретаются таковые церкви, от нихже овыя, зельного ради обветшания своего, лишены суть подобающего Божия славословия, овыя же аще и необветшалые, обаче за оскудением людей и церковников стоят без пения; понеже в Епархии нашей суть некоторые села, из нихже повелением Государевым люди переведены во иные уезды, церковники же не имуще от кого питаться, отстали от церквей тех, обаче те церкви суть заперты, ниже попускаемы в разорение: те убо церкви ныне суть яко простые храмы, без пения стоящии, обаче не суть самыми простыми храминами; понеже всяк храм и место, Богови освященное, от дне освящения своего имать некую себе присутствующую благодать Божию. Аще бо в Ветхом Завете место оное, на немже святой Иаков, путешествуя уснув, сон чуден виде – лествицу до небес со Ангелами по ней ходящими; то место име присутствующую себе Божию благодать, яко Иакову воспрянувшу убояться и реши: страшно место сие, несть сие (простое место), но дом Божий, и сия врата небесная[290]: кольми паче в новой благодати, места и храмы, освященные в церкви Божия, аще будут и без пения, обаче не без присутствия благодати Божия. Известие сего имамы в книге святого Софрония патриарха Иерусалимского, глаголемой Лимонарь, сиесть Цветник, в нейже в главе 4 пишется сице: поведа нам авва Леонтий, киновии святого отца нашего Феодосия игумен, глаголя: по отгнании Новолавран, Оригенова мудрствующих, от тоя новыя Лавры, вселишася в ню православные отцы, с нимиже и аз вселихся в туюжде новую Лавру. В некий же день недельный поидох в церковь, прияти хотя святые тайны: и вшед видех Ангела, стояща одесную алтаря, и страхом велиим объят быв, возвратихся в келлию мою, и прииде ми глас, глаголяй: отнележе освящен бысть алтарь сей, мне поручено есть пребывати у него. Мы же внемлем: аще и еретики Оригениты прежде православных отцов пребываху тамо, и свои еретические службы совершаху; обаче алтарь, единою от изначала бывших православных освященный Богови, неотступна име себе Ангела Божия. Паки в тойже книге, в главе 10 пишется о авве Варнаве отшельнике, в пещерах Иорданских жившем, иже в пещере своей сотвори алтарь, и освяти его; пребыв же в ней лет неколико, преселися в Лавру, Пиргиа глаголемую, (преселися же болезни ради ноги, в нюже унзе терн, и сотворися язва люта, и согниваше нога его). По отшествии того от пещеры, ин некий отшельник, в пещеру его вселиться хотя, вниде и виде Ангела Божия, во алтаре стояща, и рече ко Ангелу отшельник: что зде твориши? отвеща Ангел: отнележе освященна суть яже зде, мне порученна суть от Бога.

Се видети есть, яко аще кая церковь и без пения будет по некоему случаю, обаче имать присутствующую себе Божию благодать и Ангела неотступна, храняща ю. Возможно убо церковь, от пения опустелую, уподобить простому храму, но в самый простой храм ю вменять есть не безгрешно, кольми паче хлевом нарицать ю грех есть. Ниже бо Ипполит святой церкви Божия, опустети имущия, нарече хлевами, но токмо уподоби я простым храмом, предложив то словце – яко; церкви Божия (рече) яко простые храмы будут. Раскольщики же, ненавидяще церквей Божиих, приложиша от злобы своей, не уподобительне, но твердительне, хлевы, рекше: церкви хлевы. И не столь бы дивно было, аще бы они хлевами нарицали тыя церкви, яже стоят без пения; но дивно, како не стыдятся. ни Бога боятся нарицать не токмо простыми храминами, но и хлевами церкви Божия тыя, в нихже повседневные Божии славословия совершаются, и бескровная жертва священнодействуется, и все таинства Христианские деются; тыя церкви раскольщики наипаче нарицают хлевами.

Нам же от преждереченной святого Софрония книги известно есть, яко аще алтари Божии, и без жертвы и пения стоящии, имеют некую присутствующую себе Божию благодать и Ангельское охранение: кольми паче церкви Божия, в градах и селах сущие, не пустые, но повседневными славословлении Божиими, и святыми литургиями исполняемые, преисполнены суть Божия благодати, и не суть яко храмы простые, ни хлевы, но храмы Господни святые, Ангелов водворения, святых собрания, прибежища верных, целебницы душевным недугованиям, домы Божия и врата небесная.

Лгут убо раскольщики, нарицающии церкви Божия, яже во градах и селах, простыми храминами и хлевами.

Паки:

Церкви Божии тогда бывают яко простые храмы, егда попущением Божиим бывает или гонение на церковь Божию, и от еретиков оскверняются алтари Божии, или нашествие иноплеменных, грады и веси разоряющих и опустошающих; тогда в правду церкви Божия ограбленные, опустошенные, бывают яко простые храмы; тогда бывают и яко хлевы, конское стоялище. Агаряне бо на досаду Христианам кони свои в храмы Божии вводят, и всякими нечистотами оскверняют я. Тогда сбываются словеса псаломническая: Боже, приидоша язы́цы в достояние твое, оскверниша церковь святую твою [291].

4-е РАССМОТРЕНИЕ

Уже ли настоит в Российском государстве то время, в неже во градах и селах церквам простыми храминами и хлевами быти?

Рехом, яко опустение церквей Господних бывает или от еретиков, гонящих и насилующих церковь Божию, или от нашествия иноплеменных, вся опустошающих.

В Российском государстве, от начала крещения даже доселе, еще не бывало таковой еретической силы и на церковь Божию восстания, еже бы им возмогти над православием, и алтари Господни обругати; разве токмо некие ереси мало проявляхуся, и хуляху церкви святые, простыми их храминами и хлевами нарицающии, каковы бяху от Пскова Стригольники, о нихже будет ниже. От великого же Новаграда новые жидове, а ныне тацыи суть Брыняне, хулители церквей Божиих, учащии народ не приходить к церквям на молитву.

Нашествия же иноплеменных в Российском государстве бываху: в Батыевщину, и послежде многократно Агаряне нахождаху нечаянно на Российские страны; такожде и Поляков бе нашествие в расстригино царство, и потом. Во оная убо времена злая бяху в России, на некиих местах, церкви Божии, яко простые храмы и хлевы, опустошенны и оскверненны от иноплеменных.

Нынешних же времен, внутрь Великороссийского государства, милосердием Божиим хранимы, таковых церквям Божиим от иноплеменнического нашествия опустошений еще не видим, аще и брани слышим; Бог весть, что впреди будет. Аще же бы Божиим за грехи наша попущением и ныне то было, обаче не все бы повсюду церкви пусты были, ни всегда, разве токмо местами и временем, якоже и туча облачная, с громами и молниями бывающая, временем и местами преходит. Да сохранит же Господь церкви своя святые повсюду от всякого разорения.

Но понеже раскольники не о том церквей Божиих опустошении глаголют, еже иногда или от насилия еретического, или от нашествия иноплеменнического бывает; но иное некое злоумием своим изобретают, не опустелые, но славословия Божия исполняемые церкви Господни нарицающе простыми храмами и хлевами. Предлежит убо нам, противу злоумия их отвещавающим, первее изъявити сугубство на церковь Божию бывающего гонения, таже хуление их возразити.

Церковь Божия, яже по вселенней, сугубо терпит гонение: овогда частию токмо некоею своею, овогда же вся. Частию терпит гонение, егда в единой коей стран есть гонима, в другой же в тишине пребывает: в едином коем царстве насилуема, обидима и умаляема, в другом же свободно процветает и умножается. Тако в сия времена деется: церковь Божия в Греческих странах гонима есть, от Турков утесняема, в Российских же странах, слава Богу! еще не страждет гонения.

Вся же церковь страждаше гонение в начале своем, во апостольские дни и по тех, даже до Константинова просвещения, лет яко триста; по всей бо вселенной тогда церковь Христова бе гонима, утесняема, озлобляема, и премногими мученическими кровьмн обагряема, на востоке и западе, на севере и юге. Таково же гонение паки вся церковь имать страдать и на скончании мира, во антихристовы дни; по всем бо концем земным от антихристовых поклонников истинные Христиане гонимы будут и убиваемы, и храмы Божие опустошаемы: а в нынешнее настоящее, аще и последнее зовомое, время, еще такового на всю по вселенной сущую церковь Божию гонения несть, разве токмо частию, в некиих странах (якоже в Греческих): еще бо и антихристова существенного пришествия не наста время.

Раскольщиком же, антихристову пришествию уже настояти глаголющим, и церкви Божия еще неопустелые, простыми храмами и хлевами нарицающим, и Ипполитова словеса ложному своему блядословию акибы в свидетельство приводящим ответствую:

Истинная суть словеса Ипполита святого, яко будет то время, в неже во градах и в селах церкви Божие яко простые храмы имут быти опустошенны, лишенны служб и приношения; тоже и святой Ефрем предрече. Но вы Брынские кривотолки, отеческая словеса неправо толкующие, лжете, ниже емлете веру тем святым отцам, на нихже шлетеся и ихже толкуете; тии бо явно, ясно сказуют чувственному быти антихристову пришествию, якоже то и первее от них известися; вы же глаголете противно им, яко не чувственно, но мысленно антихристу быти, и уже его сказуете пришедша, и царствующа в Москве. Святые отцы Ипполит и Ефрем глаголют, яко во дни существенного антихриста церкви Божия опустеют, и яко простые храмы будут; вы же глаголете, яко ныне уже (антихристу чувственно еще не пришедшу), церкви Божия суть яко простые храмы. Сами убо судите, кому лучше веру яти: святым ли Отцам, истину глаголющим, или вам лгущим, и противу истины, аки противу рожна прущим? аще бо и видите церкви Божия не пусты сущие, не храмы простые, не хлевы, но Господни храмы, хваления Божия исполняемые, бескровную жертву содержания в себе непременно: обаче простыми и пустыми я храминами и хлевами нарицати не ужасаетеся. И видите, и лжете, сами своим очесам не емлюще веры; ослепи бо вас злоба ваша, да видяще не видите, и слышаще не разумеете, и в злобе вашей еретической погибнете.

Мы же глаголем, яко аще и последняя времена суть, аще и кончина века приближается, обаче не у наста крайнее кончины века время, разве токмо знамения некая то предваряющая насташа, еже видети есть от словес самого Господа, в Евангелии чтомых, в Матфее, в зачале 98: седящу ему на горе Елеонстей, приступиша к Нему ученицы на едине, глаголюще, рцы нам, когда сия будут? и что есть знамение твоего пришествия, и кончина века? И отвещав Иисус рече им: блюдите, да не кто вас прельстит. Мнози бо приидут во имя мое, глаголюще: аз есмь христос: и многи прельстят. Услышати же имате брани, и слышания бранем: зрите, да не смущаетеся: подобает бо всем сим быти, но не тогда есть кончина[292]. В Марке, в зачале 58: мнози приидут во имя мое, глаголюще: яко аз есмь: и многи прельстят. Егда же услышите брани, и слышания бранем, не ужасайтеся: подобает бо сим быти: но не у кончина[293]. В Луке в зачале 105: блюдите, да не прельщены будете: мнози бо приидут во имя мое, глаголюще, яко Аз есмь: и время приближися: не изыдите убо во след их. Егда же услышите брани и нестроения, не убойтеся: подобает бо сим быти прежде, но не абие кончина [294]. Внемлите словесам Господним сим: подобает прежде быти бранем и нестроениям, но не тогда есть кончина, не у кончина, не абие кончина. Брани убо и нестроения уже суть, и прежде нас бяху; самое же конечное время еще не наста, не абие кончина, не уже приидоша тые дни, в няже по вселенной на церкви Божие гонению и опустошению тех быти, понеже еще и антихрист чувственно не прииде, якоже то прежде изъявися, и Христианство, милосердием Божиим хранимо, еще не оскуде. Ибо разве тогда церкви Божия пусты будут, егда антихрист пришед Христианство умалит; овыя бо не кланяющияся ему избиет, овии же имут бежати в горы и пустыни и вертепы, а инии узревше чудеса антихристова прельстятся, и к нему пристанут: тогда и церкви Божия опустеют, и в простые храмины и хлевы претворенны будут. Ныне же благодатию Христовою еще церкви его святые в Российском государстве не суть пусты, ни претворенны в простые храмины; еще в них службы деются, и жертва бескровная приносится, и все таинства Христианския неизменно совершаются; ниже кто истребляет имя Христово от стран Российских, ниже кто гонит и мучит Россиян за Христа, ни службам церковным быть кто возбраняет, ни таинствам Христианским действоватися кто не попущает; еще в государстве сем Российском процветает Христианская вера, и Христос истинный Бог наш прославляется, и пресвятое его имя почитается в Христианах, и слово Божие по всем церквам невозбранно проповедуется. А святой Ипполит явно ясно сказует: яко егда антихрист существенный воцарится, тогда восплачутся церкви Божия плачем великим, зане ни приношение, ни кадило в них совершатися имать, ниже служба богоугодная; тогда священные церкви, яко овощное хранилище будут, и честное тело и кровь Христова во днех оных (антихристовых) не имать явитися; служба угаснет, чтение писаний не услышится [295]. До зде Ипполит. Тоже и святой Ефрем сказует, яко вся та имут во антихристовы дни быть, а не прежде пришествия антихристова: той бо пришед начнет опустошать церкви святые, и в простые храмины претворять я: тому же не пришедшу, не прииде время то, еже бы во градах и весях по вселенной церквам Божиим пустыми и простыми храминами и хлевами быть [296].

Се убо яве изобличися ложь Брынских кривотолков, сказующих ныне уже настояти времени церковному опустению, и в простые храмины и в хлевы пременению, разве то в их безумии мнится: в нас же церкви Божия суть яко рай Божий и земное небо, в немже стояще телом, на небеси умом нашим мнимся стояти, горе имуще сердца наша ко Владыке нашему.

5-е РАССМОТРЕНИЕ

В последняя времена кии пастыри волками бывают?

И сия словеса Ипполита святого: пастыри якоже волцы будут, суть неложна; яже он во дни жизни своея предзря будущая, о временах по нем грядущих прорече: и сбышася уже та его словеса на некиих пастырях, но не на всех, и ныне сбываются на некиих, но не на всех, и впредь сбыватися имут на некиих, но не на всех.

Сбышася словеса святого Ипполита на некиих волконравных пастырях, бяху бо по его жизни мнози еретики архиереи и иереи: Евдоксий патриарх Цареградский арианин, Македоний патриарх Цареградский духоборец, и инии по иным престолам архиереи и иереи бяху: овии евтихиане, овии диоскориане, и прочии духовного чина еретичествующии: тии пастыри бяху волцы.

Обаче в таяже времена и благочеетивии бяху пастыри; и велиции святии, якоже святитель Христов Николай, Спиридон, и прочие, иже яко светила в мире просияша, тии пастыри не бяху волцы, но истинные пастыри, душу свою за овцы полагающие.

Сбываются и ныне святого Ипполита словеса на некиих волконравных пастырях. Кли же они суть, внемли тии, иже или нерадят о вверенных себе овцах, или образом злого и развращенного жития своего соблазняют своя овцы, или нарочно на зло поучают, и бывают виновны погибели овец своих; или еретичествуют и отлучаются от церкви Христовой, и других вводят в ереси, якоже бяху начальники расколов: Капитон, Аввакум, Лазарь, Никита пустосвят, и иные с ними. И ныне суть мнози таковые, от них же нецыи попы, оставлыпе церкви свои и дома, идут в раскольнические жилища, друзии же аще и при церквях своих живут, и правоверными быти лицемерно сказуются, обаче с раскольники мудрствуют и соглашаются оным, и прихожан своих, кии от раскольников прелыценны, укрывают, и потакают им; тии пастыри поистине суть волцы, иже терзают стадо Христово, и снедают души овец Христовых.

Обаче не вси, иже во градах и в селах пастыри суть таковы, не все нерадящие, не вси соблазняющие, не все на зло поучающие, не все еретичествующие; но множайшие суть истинные пастыри, пекущиеся о спасении душ человеческих, словом и образом добродетельного жития пользующие, благочестивую веру непорочно хранящие, еретикам не согласующие, но и отсецающие тех, аки гнилой уд, от тела церковного; сии пастыри не суть волцы, но пастыри истинные.

Такожде и в предняя времена сбыватися имут словеса Ипполита святого: яко будут пастыри, якоже волцы, но не все; ибо и в самые дни антихристовы, якоже от простого народа, сице и от духовного чина, овии прельстятся, и в след антихриста пойдут, овии же не прельстятся, но и крепко противу станут, и других увещавать, и в святой вере укреплять имут: кии убо от духовного чина прельстившеся ко антихристу пристанут, тии пастыри волцы будут; а иже за Христа даже до крове станут, тии истинные пастыри быть явятся. Исповедники имени Христова и сващенномученики, о нихже святой Ипполит глаголет: блажени, иже тогда подвигнутся на мучителя, яко вящше мучеников первых и славнейше и вышше имут показаться; мученицы бо первые того слуг (антихристовых) победиша, сии же самого того сына погибельного поперут и победители будут [297]. До зде Ипполит.

Словеса убо Ипполита святого о волконравных некиих, (а не о всех) пастырях истинствуют. Брынские же лжеучители и кривотолки, весь чин духовный волками нарицающии, лгут яко сынове отца лжи диавола; аще бо по их злохульным словесам весь чин духовный был бы волками, то уже ни овцы Христовы обреталися бы в мире, ни имел бы Христос своей церкви на земле, ейже глава сотворися, и была бы та глава без членов своих, без тела церкви своей, начальнейшей той части, духовному чину, в волки претворшейся. Но несть тако, ни будет; до скончания бо века и стадо Христово, и пастыри Христова стада имут быть, аще и мнози отпадут, и яко плевелы от пшеницы отлучатся, но не все: плевы с ветром полетят, а пшеница на току останет; якоже и во дни Христовы бысть: мнози от ученик его идоша вспять, и ктому не хождаху с ним. Рече же Иисус дванадесяти: еда и вы хощете отъити? отвеща ему Симон Петр: Господи, к кому идем? глаголы живота вечнаго имаши [298].

6-е РАССМОТРЕНИЕ

Времене ради последнего и лютого отвращает ли Бог лице свое от людей правоверных, иже во градах и селах?

Сие да яснее познается, розыщем первее о времени: кое время, лютое время нарицается и есть?

Время лютое сугубо разумети имамы:

Первое время лютое то, еже воздвижет брань на самого Христа Бога и на святую его церковь, честною его кровию искупленную.

Другое же время лютое то, еже воздвижет брань не на самого Бога, но на человеки токмо, обаче не без прогневания Бога, понеже противу заповеди Божия, ближнего озлоблять не велящие.

Первое время лютое ненавидит имене Иисус Христова, и гонит церковь его святую, и верующих во Христа мучит и убивает, о коем времени предрече Христос: прежде сих всех возложат на вы руки своя, и ижденут, предающе на сонмища и темницы, ведомы к царем и владыкам, имене моего ради, и будете ненавидими от всех имене моего ради [299]; и паки: предадят вы в скорби, и убиют вы[300].

Другое же время лютое не за Христа гонит, но за временная благая; кождо бо ищет своих си, и хощет быть славою и честью и могутством и богатством более паче иных; того ради восстает язык на язык и царство на царство, и междоусобный брани сотворяются. В том другом времени тягота бывает народу, утеснение нищим, озлобление неповинным, и деются хищения, грабления, насилия и неправды многие; и того ради время таково есть лютое время.

Первое убо время лютое, на Христа Бога и на Христову церковь востающее, уже прейде во дни бывших лютых мучителей: Диоклитиана, Максимиана, и прочих; обновится же то паки во дни антихриста, имущего приити во плоти существенно, (а не якоже Брыняне сказуют быти того мысленно токмо;) тогда паки имя Христа Бога будет ненавидимо, и церковь его гонима, и верные убиваемы; а ныне того времени у нас еще несть, разве в тех странах Христианских, коими завладели Агаряне А в Российском государстве милостию Божиею еще вера святая несть гонима, никтоже за Христа мучит или убивает, никтоже ко отвержению Христа принуждает кого, но вси единогласно славим Христа Бога нашего, со Отцем и Святым Духом царствующего во веки.

Другое же время лютое, восстающее чрез заповедь Божию противу ближнего, воздвигающее на человеки брани, находящее друг друга ратию, и тяготы народом творящее, и убогих утесняющее, неповинных озлобляющее, грабящее, похищающее, неправды и насилия творящее, то время лютое ныне, якоже видим, настоит, и не дивно: подобает бо сим (по словеси Христову) быти прежде, но не у абие кончина[301].

Зде приступим к словесам Ипполита святого.

Глаголет Ипполит святой в преждереченном своем слове: навыкни сущим во градах и в селах, каково люто время и дние будут [302].

От тех словес Ипполита святого Брынские кривотолки своим вымыслом наводят на нынешнее время то, чесого Ипполит святой не написа; глаголют бо: во градах и в селах ныне лютое время; убо отвратил есть Бог лице свое от градов и сел, и уже несть во градах и в селах спасения.

Мы же правоверные, подлинный розыск о том творяще, посмотрим на первое оное лютое время, еже брань творяше на самого Христа Бога и на святую его церковь. Отвращал ли тогда Бог лице свое от градов и сел, сиесть, от людей верных, во градах и в селах обитавших? Аще тогда от верных лице свое отвращал; убо и от нас ныне отвращает: аще же тогда не отвращал; убо ни от нас ныне отвращает.

Наченшейся первенствующей церкви Христовой, коль лютое время бяше, каково гонение на верующия во Христа, кто не весть? Не ведый же да чтет Деяния Апостольские и страдания мученические, и уведает. В то лютое время, уже бы по Брынскому многою глаголати, яко отвратил Господь лице свое от живших во градах и селах; понеже не бежаша в пустыни: но не бе тако. Смотрим на подвиг святого первому ченика Стефана во Иерусалиме: побивается той камением от жидов, он же видит небеса отверста, и Христа Господа во отверстом небеси стояща, и на подвиг его смотряща [303]. Се Господь смотрит в лютое время на раба своего, зань во Иерусалимском граде страждуща; смотря же на него, смотрит купно и на человекоубийственный град Иерусалим; на град, Пророки избивый, сына Божия на смерть предавый; на град, Апостолы убиваяй. Смотрит же на град не ради злоб его, но ради верных своих рабов, в том страждущих зань; ниже отвращает от рабов своих лице свое за то, яко в лютое оное время не бежаша в горы и пустыни, ни скрышася в вертепах; но и паче милостивым лицем на ня призирает, якоже призре на побиваемого камением первомученпка, иже не крыющися дерзновенно ста противу жидов за Господа своего. Что же мним, егда Петр святой в темницу бе всаждаемый; егда Иаков апостол от Ирода мечем бе убиваемый; егда другий Иаков, брат Господень нареченный, с крила Церковного бе низвергаемый; не смотряше ли Господь с высоты небесной на та деющаяся во Иерусалиме? Смотря же на ня, смотряше и на весь град, на вся верныя и неверныя; на овыя яко на рабы своя, на другия же яко на враги своя; овыя любя, овыя же щадя долготерпением своим; не абие мстя, ни погубляя их, но обращения тех ожидая. Такожде и на прочие грады и места, в коих бесчисленнии мученики за Христа страдаша; не смотрел ли Христос Господь в то время свыше зря подвиги тех, и укрепляя их в страданиях, и венцы им небесные славы готуя? Подобне егда тоеже лютое время обновится в пришествие самого антихриста в плоти, не имать ли Господь милостивным лицем своим призирати на грады и села, сиесть, на рабы своя, во градах и селах, беды за Христа подъемлющия? Еда на тыя токмо призирать имать, иже побегут в горы и пустыни, и скрыются в вертепах? а иже посреди градов и сел Христа со дерзновением исповедающих, и душы своя зань полагающих, еда ли презрит? оставит ли их? отвратит ли от них лице свое? Никакоже; но и паче милостивнее, любезнее, прилежнее на ня обратить лице свое пресветлое и очеса прелюбезная, на яве зань страждущия; неже на тех, иже скрыются в горах и пустынях от страдания. Любезнейший бо есть воеводе воин, храбро противу супостата ратуяй, неже от рати бегаяй и крыяйся. И Христу Господу нашему мильший есть мученик, кровь свою зань изливаяй, неже преподобный в пустыни подвизаяйся, чесо ради вышший, светлейший, честнейший на небеси есть лик мученический, паче преподобнического.

Сие рассмотревше, яко в оное первое лютое время, еже брань творяше на самого Христа и церковь его, и еже имать обновиться при антихристе, не отвращал, ни отвратит лица своего Христос от градов и сел, сиесть, от рабов своих, во градах и селах жительствовавших: речем с благонадежным дерзновением, яко и в сие другое лютое время, противу ближнего чрез заповедь Божию востающее, брани же и нестроения деющее, и убогия утесняющее и озлобляющее, не отвращает Господь Бог лица своего от градов и сел, сиесть от верных рабов своих, во градах и селах жительствующих, бедами утесняемых, озлобляемых, отягощаемых; но паче милостивнее на ня призирает, неже не крыющияся в пустынях, и никиих же бед и озлоблений подъемлющия.

Пример сему люди Израильские в Египте. Лютое время тамо бяше людем Божиим; насильствоваху бо Египтяне сыном Израилевым нуждею, и болезненну им жизнь творяху в делех жестоких[304] и возстенаша сынове Израилевы от дел: лютого убо ради того времени, отвратил ли бяше Бог лице свое от людей своих? Не паче ли обратил милосердное лице свое к ним, якоже глаголет к рабу своему Моисею: видя видех беду людей моих в Египте, и вопль их услышах [305].

Аще вы, о Брыняне, в пустынных скитах своих, тихо и безмолвно, ни от когоже утесняемы, ни озлобляемы, ни обидимы жительствующе, чаете лице Божие к вам обращенно имети, кольми паче мы, в градах и весях бедствующие, утесняемые, озлобляемые, не отчаиваем милости Божия, но уповаем несомненно, яко и на нас Бог призирает, и видит всяку тесноту нашу и печаль, и милосердствует о нас, яко отец чадолюбивый, иже лютым настоящим сим временем наказует, ихже любит, и биет, ихже приемлет.

Аще вы, вне православный церкве сущии, общения Христова бегающии, тела и крове Христовы, аки некия мерзости, гнушающинея, хвастаете, яко в вас живет Христос Бог; кольми паче мы, внутрь святые его церкве сущии, выну ему причащением пречистого тела его и животворящей крови его общающиеся, благонадежны есмы того нам присутствия, и веруем, яко не оставил есть нас, и впредь не оставит по неложному своему обещанию: не имам (рече) тебе оставити, ниже имам от тебе отступити[306]; и паки: еда забудет мати отроча свое, яко не помиловати исчадия чрева своего; аще же и забудет то жена, но аз тебе не забуду, глаголет Господь[307]. Се какова обещания Божия в писании святом мы правоверные имамы, известно утверждающая ны в надежде нашей, яко Бог в лютом времени страждущие ны не оставит. Аще же бы, по вашему блядословию, оставил нас Бог правоверных рабов своих, то не истинствовали бы словеса Божия, не оставити нас обещавшая; но удобнее есть вам, да лжете, неже да Бог не истинствует. Вы убо лжете, и лжите, якоже научистеся от отца лжи; Бог же наш истинствуяй, бедствующие ны не оставляет.

Но и паки вы, Бога от нас в лютом времени бедствующих отвратившася глаголющии, к вам же обратившася хвастающие, сами судите, чии суть еветлейшие венцы: сущих ли безбедных, в тишине пустынной безмятежно пребывающих, или тех, иже в градах и в селах в лютое время беды терпят и озлобления, благодаряще Господа? весте ли, что есть нынешнее лютое во градах и в селах время? Есть пещь или горнило, в немже Бог искушает, и очищает мысленное свое злато, глаголю рабов его, якоже пишется: Бог искуси их и обрете их достойны себе, яко злато в горниле искуси их[308]. Вы убо в пустынях и горах и вертепах жительствующие, аще и мнитеся быти златом, обаче не яко самое злато есте, разве яко руда златая, в недрах земных крыемая, яже несть совершенное злато, но токмо руда златая, в земных тайных местех лежащая: мы же, в градах и селах лютым временем утесняемые и озлобляемые, есмы яко злато истое, в горниле огнем бед искушаемое и очищаемое; и уповаем, яко не отвратил есть от нас Господь лица своего лютых ради времен, но паче обратил есть на ны лице свое, и зрит терпение наше и благодарение. Не весте ли, яко церковь святая в гонениях возрасте и в бедах, яко крин, процвете? Убо и всяк верный, беды и тесноты нань от Бога попущаемые, лютым же временем наносимые с благодарением терпяй, велик бывает пред Богом, и во дворех Бога нашего процветает. Претерпевый бо до конца спасется: и иже ныне сеют слезами, тамо радостию пожнут. Весте ли, чесо ради попущает Бог лютое время на верные рабы своя, в градах и селах жительствующия? Попущает, не да лице свое от них отвратит, но да спасение им лучшее устроит. Бедами бо с лютым временем находящими, ово прегрешения Божиих рабов очищаются, и яко плевы от пшеницы истребляются; ово же светлейшие венцы бедствующим и страждущим соплетаются. Господь бо свыше смотря на страдание и бедствование рабов своих, и терпение их зря, множайшее им готует воздаяние, неже не бедствующим, ни страждущим. Мните ли, яко в нынешнее время несть мучеников во градах и селах, якоже и древле? О коль мнози и ныне страждут неповинне, во узах держимы, мучимы, озлобляемы, убиваемы, и иже на правежах биеми до смерти; вси тии в неповинности своей мученики суть Христовы, иже аще и не за Христа страждут. обаче за самую неповинность свою Христу суть любезны, и мученического венца от него сподобляемы; якоже сподоблены суть святые страстотерпцы Российские Глеб и Борис и святой Димитрий Царевич, иже аще и не за Христа пострадаша, обаче со святыми мученики прославишася: сице и сии, иже и ныне неповинне страждущие, мученики суть. От тех убо, и тем подобных рабов Господних, в бедствованиях во градах и селах жительствующих, отвращает ли Господь Бог лице свое? а при тех не зрит ли и нас, соболезнующих ближним нашим, и воздыхающих и молящихся о них? Поистинне зрит на ны, и якоже о страждущих неповинне, сице и о соболезнующих страждущим милосердствует.

Ложно убо есть ваше, о Брыняне, словес Ипполитовых толкование, самовымышленно сказующее то, чесого святый Ипполит не написа, акибы лютого ради нынешнего времене Бог лице свое от градов и сел отвратил есть.

7-е РАССМОТРЕНИЕ

В нынешннее время, в пустынях ли токмо живет Бог? и пустынные ли токмо приемлет мольбы? и самые ли токмо пустынножители спасает?

Святый Ипполит, о антихристовом времени повествуя, сказует, яко верные Христиане, которые от руки антихристовы избегнут, в горах же и в вертепах пустынных скрыются, тии слезами и сокрушением сердца молитися имут человеколюбивому Богу, и той исторгнет их мреж его, и спасет их от соблазн его лютых, и невидимо покрыет рукою своею.

От тех словес Ипполитовых Брынские кривотолки на нынешнее время и на нас наводят сице: в горах, в пустынях, в вертепах крыющияся и молящияся Бог спасет; убо не крыющияся в горах, и в пустынях и в вертепах, но во градах и в селах живущие не спасет; убо в единых токмо наших пустынных скитах Бог живет, и молитв наших слушает, и единых токмо нас спасает.

Зде кривотолки дважды лгут:

Первое, яко еже Ипполит святой написа не о нынешнем настоящем, но о самом последнем времени, во дни антихриста существенна быти имущем; они то наводят на нынешнее время, в неже Христова преждереченная словеса еще сбываются: не у кончина[309], не у абие кончина[310].

Второе лгут, яко еже Ипполит святой не написа, то они кривым своим толкованием прилагают. Не написа бо Ипполит сего, яко в последняя времена в пустынях токмо имать жити Бог, и яко тех токмо единых спасет души, иже в горах, и в пустынях и вертепах скрыются, а иже не скрыются, но в градах и в селах останут, тех не спасет: о сем он не пишет, но лжеучителей раскольнических есть се вымысл. Разумети же буди, о коем спасении Ипполит святой пишет: ино бо есть спасение души вечное от вечных мук, от рук ныне нам невидимых бесовских, мучити грешныя хотящих в безконечные веки; ино же есть спасение тела временное, от мук временных, от рук мучителя видимого временного. И егда о спасении тех, иже во антихристовы дни в горах, вертепах и пустынях скрыются, Ипполит святой беседует: возвещает о спасении их от мук временных, от рук видимого мучителя антихриста, иже бы хотел мучить плоти их, и бить телеса их. Сие яве показуется в преждереченных Ипполитовых словесах, яже зде паки повторим, вы же с рассуждением внемлите. Глаголет Ипполит: мнози прелести его (антихристовы) убегнут, разумеют бо навета его ловление, и лести его гордыню, и избегнут от руки его, и в горах и в вертепах скрыются, и слезами и сокрушением сердца помолятся человеколюбивому Богу, и той исторгнет их от мреж его, и спасет их от соблазн его лютых, и невидимо покрыет рукою своею [311]. До зде Ипполит. Се видети есть яве, яко той Святой глаголет о временном спасении, или избавлении тела от рук и мук видимого мучителя антихриста, иже восхощет избранные Божии или прельстить в соблазны лютые греховные, в поклонение тому, или мучить и погубить я.

Тоже видеть есть и от словес святого Ефрема, глаголющего сице: Мнози убо святые, елико тогда обрящутся вкупе, абие услышавше пришествие скверного, пролиют реки слез с воздыханием к Богу святому, избавитися от змия, и побегнут со тщанием великим в пустыни, и скрыются в горах и вертепах [312]. До зде Ефрем святой. Внемлите словесам Ефремовым сим: избавитися от змия, сиесть, от антихристовых рук. Се яве показуется от словес Ипполитовых и Ефремовых, яко оба тии учители глаголют не о муках адских, но о мучительных руках антихристовых; и не о том спасении, еже от рук бесовских невидимых, коего спасения оные святые по вере своей непорочной и житии богоугодном будут благонадежны: но глаголют (Ипполит и Ефрем) о спасении временном от видимого мучителя и видимых мук, еже избавиться от змия, от антихриста, еже бы не мучимым быть от него, и ко отвержению Христа Бога не принуждаемым. Избранным убо Божиим, кии убоятся мук, и побегнут в пустыни, в горы и вертепы, тем временное плотей их спасение или избавление пустыня будет и горы и вертепы, идеже спасутся от убивающего тело антихриста, души же убить не могущего: другим же избранным Божиим, кии вдадут себе небоязненно на муки за Христа, тии спасения или избавления временного плотем своим от мук временных не получат, избиени будут. Снасение же их вечное множае умножится, и прославятся паче скрывшихся в пустынях, в горах и вертепах; будут бо таковые во градах и селах, иже не побегут в горы, в вертепы и пустыни крытися, но дерзновенно станут за Христа Господа своего, души своя зань полагающе.

Речеши: Ефрем святой глаголет: восплачутся горы и холми, и древеса польская, восплачутся же и оба светила небесная с звездами за род человеческий, яко вси уклонишася вкупе от Бога святаго, Содетеля всяческих, и лестцу веру яша [313]: и проч. Убо во антихристовы дни никтоже будет во градах и селах стояй за Господа своего, ниже спасаяй Душу свою спасением вечным; понеже по Ефремову словеси, вси уклонятся от Бога святаго, но токмо в пустынях будут спасающиися.

Отвещаю: Вси уклонятся от Бога святого тии, иже нетверды будут в вере, ни имущии любве истинный ко Христу Богу; твердые же в вере и истинные боголюбцы не уклонятся от Бога; а понеже будет более уклоняющихся от Бога, неже не уклоняющихся, и множайшее число погибающих, неже спасающихся; того ради глаголется, яко все уклонятся: сие же глаголание по образу Псаломникову, иже рече: вси уклонишася, вкупе непотребны быша[314], и проч. Се глаголет: вси уклонишася, а в тоеже время и неуклонишиися от Бога быша, якоже Нафан пророк, и тойже псалмопевец Давид, и иные сокровенные рабы Божии, без киих никияже бяху времена, ниже будут, якоже и во дни святого пророка Илии, иже глагола: остах аз един[315]; Господь же сказа ему, яко имать седмь тысящь сокровенных рабов своих, иже не преклониша колена своего Ваалу[316]; вси отступити от Бога глаголахуся, а мнози неотступльшии обретахуся. Подобне и святой Ефрем глаголет, яко во антихристовы дни вси уклонятся от Бога святаго, вси за безчисленное число их: меньшее же число не имущих отступити не почитается между множеством отступников; вси убо уклонятся, кроме некиих не уклониться имущих. Аще бо не имут быть тогда таковые Бога неотступники во градах и селах; то о ком Ипполит святой глаголет оная словеса, яже вышше воспомянухом: блажени (рече) иже тогда подвигнутся на мучителя (сиесть на антихриста), яко вящши мучеников первых, и славнейши и вышши имут показатися [317], и проч. Аще не имут быти во антихристовы дни во градах и селах таковые Божии рабы, иже бы крепко стали за Господа своего, и души своя зань полагали, то кого будут Ангелы печатлети печатию Бога жива, сиесть, честным крестом на челах их [318], во еже бы рабом Божиим быти знатным и отменитым от рабов диаволих, от поклонников антихристовых? Известно убо показуется, яко во антихристовы дни будут мнози во градах и селах избранные рабы Божии, угождающие Владыке своему, и подвизающейся за святое имя его, и спасающие души свои спасением вечным.

Аще же в самое лютое оное антихристова царства время будут во градах и в селах избранные рабы и угодники Божии, души своя вечным спасением спасающие, то кто возбранит в нынешнее лютое, не антихристово, но антихриста предваряющее время, быть такожде во градах и селах избранным рабом и угодником Божиим, о спасении душ своих пекущимся? Разумная бо тварь человек, по образу Божию созданный, в произволении спасения своего, якоже прежде бе самовластен, сице и ныне есть самовластен, и впредь будет самовластен.

8-е РАССМОТРЕНИЕ

Определяется ли временем и местом спасение душ человеческих?

Понеже Брыняне лжеучительством своим утверждают, глаголюще: яко в нынешнее последнее время им в пустынях живущим есть спасение, нам же во градах и селах пребывающим несть спасения; потребно убо есть и о сем розыскать, временем ли, и местом ли определяется человеческое спасение?

Бывает то, яко иногда и время и место ко спасению помоществуют: аще время будет безмятежно и место безмолвно; обаче не во времени, ни в месте спасение состоится; ибо и в безмятежное, тихое время мнози погибают, и в безмолвных пустынных местах мнози греховным падежем велиим падают. В чесом убо состоится спасение наше? В сердце и в Боге. В сердце произволяющем, начинающем, к Богу обращающемся; в Боге же помоществующем, содействующем, и в конец добрый производящем.

Аще бо временем коим определялося бы спасение душевное, то како бы мученик Африканский, декабря в 8 день в Прологе воспоминаемый, по страдании своем, за Христа от ариан подъятом, пался в грех плотский, и благодати Божия лишился? иже бо во время гонения и страдания не прогнева Христа Бога. аще и принуждаемый бе к прогневанию его, той, наставшу времени тиху, мирну, прогнева Христа блудством своим; и иже по урезании языка своего глаголаше ясно, той по грехопадении онеме, отступльшей от него благодати Божией. Время люто не убеди мученика согрешити; время же доброе, тихое, тому без убеждения в грех пастися не возбрани. Не во временах убо состоится спасение души, ниже может кто рещи, яко в прежняя времена бяше спасение, в нынешнее же время несть спасения, и в предыдущие времена не будет; кто сице рещи дерзнет? Разве не веруяй, яко Бог Спаситель рода человеческого, иже бе прежде, тойже и ныне есть, и впредь не иный будет, и в веки тойже един Бог. Спасый убо многие рабы свои в прежние времена, той и в нынешняя времена не может ли нас спасти? Кто отъят Богу силу ныне к спасению душ человеческих, иже прежде невозбранно, егоже хотяше, спасаше?

Аще же бы местом определялося спасенье душевное, то како бы согрешил Лот в пустыни, иже не согреши посреде прескверного Содомского града? но и первый человек Адам, не в раю ли преступи заповедь Божию? Чтем в церковных книгах, яко мнози и в пустынях лета довольна жительствовавшие, и благодати Божия, еже чудеса творити сподобльшиеся, таже попущением Божиим запяты бывше от врага, падоша лютым греховным падением, и едва который воста покаянием, инии же и погибоша, лишившеся спасения. Сопротивно же, мнози обретошася посреде молв мирских житейских во градах и селах жительствующей, и совершенное душам своим спасение получившие. Якоже убо временем, сице и местом спасение душ наших не определяется. Чтем во псалмах о времени: благословлю Господа на всякое время, выну хвала его во устех моих[319]: аще на всякое время благословим Господа, и молимся к нему; убо на всякое время и спасению нашему от Бога устрояему быти веруем. Паки чтем в псалмах о месте: на всяком месте владычествия его: благослови душе моя Господа[320]: аще на всяком месте благословить и молиться к нему нам свободно; убо и спасению нашему на всяком месте устроятися не возбранено. Хотяй поистинне спастись может и посреде градов и сел имети себе место удобно ко спасению: мало же радяй о спасении своем, той и посреде пустыни не обрящет места спасающего и. Не место бо святит и спасает человека, но благодать Божия, содействующая произволению человеческому и произволение человеческо, содействующе благодати Божией. А якоже Бог везде есть, сице и спасете человеку произволяющему везде готово. В пустынях Бог, в пустынях и спасение произволяющему; в градах и селах Бог, в градах и селах и спасение произволяющему; обрящеши ли где место, на немже бы не было Бога? Тамо и спасению человеческому не быти рцы. Но где и кое место без Бога? глаголет псаломник: камо пойду от духа твоего? и от лица твоего камо бежу? аще взыду па небо, ты тамо еси: аще сниду во ад, тамо еси: аще возму криле мои рано, и вселюся в последних моря, и тамо рука твоя наставить мя, и удержит мя десница твоя [321].

Лгут убо лжеучители кривотолки, сказующие не быть в нынешнее время Богу в градах и селах, но токмо в скитах их пустынных; лгут, глаголющие, яко не приемлет Бог молитв на всяком месте в градах и селах молящихся ему, но токмо пустынные мольбы приемлет; лгут сказующие, яко не спасает Бог жительствующих в градах и селах, но токмо самые спасает пустынножители.

Мы же не емлем веры тем, иже временем и местом спасение человеческое определяют. Не емлем веры, иже своя токмо пустынные молитвы Богом услышанные быть тщеславно глаголют. Не емлем веры тем, иже в самых токмо скитах пустынных Бога быти сказуют; ибо и сам Христос Бог, не яти тем веры, увещевает ны, глаголя: аще рекут вам, се в пустыни есть (Христос), не изыдите: се в сокровищах, не имите веры[322]. Святой же Феофилакт, Христова та словеса изъясняя, глаголет: аще приидут прельстившийся и рекут, яко се прииде Христос, и в пустыни крыется, или в храмине некоей, или в клетех, иже суть внутреннейшая места: сия вся слышаще, да не прельститеся.

Глава 17. О вере на земли

Еще лгут раскольщики, сказующе, акибы сих поеледних времен несть уже веры на земли, акибы уже погибе вера от земли. Сему же своему лжесловесию мнятся свидетельство имети от словес Христовых, в Евангелии глаголющих сице: Сын человеческий пришед обрящет ли веру си на земли[323]? И наводят: понеже настоит время кончины мира, и близ есть уже второе страшное пришествие Христово, и на всяк день, и на всяку нощь чаем его: убо несть уже ныне на земли веры; Господь бо пришед не обрящет веры.

Мы же, прежде даже словесам Христовым толкования взыщем, вопросишь Брынян: рцыте нам, о кривотолки, весте ли известно, яко настоит уже время второго страшного пришествия Христова? и кто вам возвести ту тайну, еяже никтоже весть, ни Ангели небеснии. токмо Отец един[324]? Мы чаем по вся дни и нощи и на всяк час пришествия к нам Господня, но еще не того страшного пришествия, имже приидет судити живых и мертвых, и воздати комуждо по делом его; еще не того на всяк час чаем времени, в неже (по словеси Петра апостола) небеса с шумом мимо идут, стихии же сожигаемы разорятся, земля же, и яже на ней дела сгорят [325]; но чаем кождо своего смертного часа, в оньже суд Божий приидет пояти душу от тела, в кий час комуждо свое особое бывает о содеянных истязание; того часа на всяк чае ожидаем, якоже сам Господь, оберегая нас, в Евангелии учит: будите готови,. яко, в оньже час не мните, Сын человеческий приидет[326]. Чаем же и общего страшного, хотящего быти вторым Христовьш пришествием, суда, но не в наши дни, не в наше настоящее жизни время; разве на то от гробов наших трубою Архангельскою возбуждени будем. Аще бо и наста нощь та, (осьмую лет тысящу глаголю) в нюже пришествию женихову быти от святых отец сказуется; но не у достигохом полунощия (пол осмой тысящи лет); а Евангелие святое извествует, яко жених грядет в полунощи, волен же есть он и за полунощие пробавити приход свой, нам же ныне в живых сущим, того времене и часа не дождать ходя, разве во гробе лежа. Вы же, сказующии ныне уже быти во дни жизни нашея второму страшному Христову пришествию, и того ради не обретатися на земли вере глаголющии, рассудите себе сие: аще по вашему мнению сего ради несть веры на земли, понеже Христово второе страшное пришествие приближися. Убо и от дней Апостольских не бе на земли вера; понеже еще апостол Павел рече и написа: Господь близ, ни о чесом же пецытеся[327], кое место Златоуст святой толкуя, глаголет: уже суд наста, не на долзе воздадут слово о содеянных ими [328]; и паки: ничтоже пецытеся, уже яже воздаяния насташа. Се видите, коль давно Господне приближшееся страшное пришествие проповедуется, а вера святая от земли не истребляется; ибо и Павел святой Господа близ приходяща сказуяй, веру святую в концех земных рассеваше, и Златоуст святой, суду и воздаянию настояти глаголавый, не сказоваше сего, яко несть уже веры на земли, но и паче поучаше людей веры правыя и жития непорочного. Вы же откуду то умствование взясте, еже не быть уже на земли вере; понеже день Господня пришествия приближися? еда ли вы есте умнее святого апостола Павла и святого Иоанна Златоустого? еда ли вам Брынским мужикам множае откры Бог тайны своя, неже оным великим своим угодником и вселенной учителям? Тии Господне второе страшное приближшееся пришествие проповедающе, веры святой от земли не измещут, но и паче ю насаждают и умножают; вы же приближшагося ради Христова второго пришествия, прочь веру от всея земли изметаете, проповедающе меж простым народом, яко несть уже ныне веры на земли; понеже суд Божий настоит.

Таки вопрошаем: рцыте нам, о Брыняне, по всей ли земли; яже в поднебесней, несть ныне веры, или токмо местами? Аще по всей земли несть веры, убо ни в вас; ибо и вы не на небе живете, но на земле. Аще же вы в ваших пустынных местах мните веру имети, что убо возбраняет быти вере и в наших местах, во градах и селах? Аще бо вы вне церкве сущие, таинств Духа Святого чуждающиеся, тела и крове Христовы гнушающиеся, общения церковного бегающие, мнитеся имети веру; кольми паче мы, внутрь церкви сущие, таинства Духом Святым навершаемая содержании, тела и крове Христовы причащающиеся, церкви святой яко члены тела, главою Христом оживляемого, придержащиеся, уповаем несомненно имети веру святую, оправдающую ны и спасающую. Несть веры в тех, иже не веруют во Христа Бога, каковы суть Турки, Татары, жидове и идолопоклонники, и каковы суть еретики, неправые христиане, якоже вы, именем токмо Христовым нарицающиеся, самого же Христа чуждающиеся, чуждаяйся бо церкве Христовы, чуждается Христа. Вправду убо несть веры в вас, якоже и в прочих неверных и еретических народах, обаче не по всей земли несть веры; понеже не по всей земли Турки, Татары, не по всей земли жидове и идолопоклонники, не по всей земли еретики, неправые Христиане Брыняне: но толь суть многие Христианские градове в Великой России, и в Малой, и в прочих странах, правоверно во Христа Бога верующии, и истинно тому работающей. Лжете убо, о раскольники, сказующе не быть уже ныне на земли вере.

Паки вопрошаем: по чему вы весте не быть вере на земле? еда ли вера в лицах видимо по земли ходит? несть ли вера тайна человеческого сердца, якоже и надежда, и любовь, и иные внутренние недоведомые в сердце крыемые добродетели, яже никтоже весть кроме единого сердцеведца Бога? кто бо от человек весть сердце человеческое, верует ли или не верует в Бога? и аще верует; то како верует, право ли или неправо? и аще не верует; то чесо ради не верует? Един токмо испытуяй сердца и утробы Бог та весть. Вы же, о Брыняне, человецы суще, а не боги, како весте сердца наша, и сказуете не быть в нас вере? Покажите нам поне знамение таково, по коему бы мощно познавать, яко несть в нас веры. Вемы от святого апостола Павла, по чесому в человеке познавается вера; по сему: аще яже верует сердцем, та и усты исповедует: сердцем веруется в правду (глаголет Апостол), усты же исповедуется во спасение[329]: а идеже устного исповедания веры несть, тамо и в сердце не быти вере познавается. Вы же не слышите ли в нас исповедания православной веры? еда ли глухи есте, еже не слышать вам в нас по всем градам и весям, по всем святым церквям исповедуемую и прославляемую благочестно святую Троицу, Отца, и Сына, и Святого Духа, единого Бога? Уши имате и не слышите, и слышаще, затыкаете уши свои, аки аспиды глухие, еже не слышать православного нашего, от сердца усты произносимого исповедания святой веры; и есть вам тяжестно слышати наше правое веры исповедание. А хотелисте бы весьма от нас упразднить веру, якоже сатана от Петра; но не даст вам Бог над нами сего сотворити, якоже не даде Христос сатане сотворити над Петром, рече бо: Симоне, Симоне! се сатана просит о вас, дабы сеял вас яко пшеницу: Аз же молихся о тебе, да не оскудеет вера твоя[330].

О вас же мы поистинне рещи можем, яко несть в вас веры, понеже знамения явная видим безверия вашего: ово яко чуждаетеся Христовы церкве и всех церковных таинств; ово же яко неправо исповедуете святую Троицу, и хулите еретически воплощение Христово, якоже то яве показася в первой части, в статии второй, и иные ваши бесчисленные раздоры и расколы, и неправые мудрования, и лжеучительства, и кривые толки показуют вас и обличают, яко не имате веры, но во многие еретические безверия падосте.

Словес же Господних сих Сын человеческий пришед, обрящет ли веру си на земли[331], сказание сицевое: не рече Господь: яко пришед отнюд не обрящет веры на земли: но обрящет ли? сиесть, (по Феофилактову толкованию) мало обрящет, понеже от антихристова мучительства умалятся верные. Мы же Феофилактову толкованию лучше емлюще веру, неже вашему раскольническому кривому толку, глаголем с дерзновением: лжете вы, о кривотолки, сказующе в пришествие Господне отнюдь не быть вере на земли: кольми паче лжете не сказующе в нас ныне быть вере, антихристу еще чувственно не пришедшу, и Христианству не умалившуся, и дню пришествия Господня не наставшу.

Глава 18. О образе и подобии Божии в человецех

И еще едино Писания святого место, неправо от раскольников толкуемое, да воспомянется: в книге первой Моисеевой, в главе 1 пишется: рече Бог: сотворим человека по образу нашему и по подобию[332]. То Писание они раскольники от неразумия своего наводят на телесный образ человеческий, аки-бы Бог был человекообразен, имый главу, и браду, и очи, и устне, и уши, и руки, и ноги, и прочее тела человеча подобие, и по тому акибы своему образу, созда человека подобна себе, имуща главу, и браду, и прочие тела члены.

На возражение убо неправого их толкования, да предложится зде правое Божиих оных словес толкование от святых отец сицевое:

Образ Божий и подобие не в теле человеческом образуется, но в душе; ибо Бог не имеяше тела: Бог есть Дух бесплотен, и душу созда человеческую бесплотну, себе подобну, самовластну, разумну, бессмертну, вечности общницу, и сопряже ю плоти, якоже святой Дамаскин к Богу вещает: дал ми еси душу Божественным и животворящим вдохновением, от земли ми тело создав [333]. Есть же душа образ Божий, понеже имать тройственную силу, а едино естество. Силы же души человеческие сия суть: память, разум, воля; памятию подобится Богу Отцу, разумом Богу Сыну, волею Богу Духу Святому. А якоже в святой Троице аще и три суть лица, обаче не три Бога, но един Бог: сице и в души человеческой, аще и три суть (якоже речеся) душевные силы, обаче не три души, но едина душа.

Между образом и подобием Божиим в человеческой душе разность полагают святые отцы: Василий Великий в Шестодневнике своем, в беседе 10; Златоуст на Бытия в беседе 9 [334]. Иероним в толковании на Иезекиилева пророчества главу 28. Разность же сицевую образ Божий приемлет душа во время своего от Бога создания, подобие же Божие в ней совершается в крещении; образ в разуме, подобие в произволении; образ в самовластии, подобие в добродетелях, якоже и Христос в Евангелии глаголет: будите подобии Отцу вашему, иже есть на небесех: подобии же кротостью, благостию, незлобием, и прочая.

Сице Василий Великий умствует: сотворим человека (глаголет Бог) по образу нашему и по подобию: ово убо зданием Божиим имамы, ово же от нашего произволения исправляем. В первом устроении есть нам по образу быть Божию; от произволения же нами исправляется, еже по подобно быть Божию. И паки: мне оставил есть (Бог), еже по подобию Божию быть; по образу убо имам, еже словесен быть; по подобию же, еже Христианин быти [335]. Будете (рече Христос) совершенны, якоже Отец ваш небесный совершен есть. Видиши ли, где дает нам Господь еже по подобию? Тамо, идеже подобимся тому, иже солнце свое возсиявает на злыя и благия, и дождит на праведныя и на неправедныя[336]. Аще ненавидиши лукавства, не памятозлобив же еси, ни поминаяй вчерашния вражды; аще братолюбив еси и сострадателен, уподобился еси Богу; аще оставиши врагу от сердца, уподобился еси Богу; аще каков есть на тя грешника Бог, таков и ты еси на согрешившего к тебе брата, благоутробием уподобился еси Богу; темже еже по образу (Божию) имаши, от еже словесен быти, по подобию же бывавши, от еже благостыню деяти. До зде святый Василий Великий.

Да вемы убо, яко образ Божий есть и в неверного человека души, подобие же токмо в Христианине добродетельном; и егда согрешает смертне Христианин, тогда подобия токмо лишается Божия, а не образа: и аще и в муку вечную осудится, образ Божий тойже в нем во веки, подобие же уже быти не может.

Бяху же древле еретицы нецыи, нарицаемии анфропоморфиты (человекообразники), о нихже воспоминает святый Епифаний, кии словеса оная Божия: сотворим человека по образу нашему и по подобию, толковаху тако, якоже ныне раскольщики толкуют, сказующе Бога имети подобие человеча тела, и человекообразна суща, главу имуща, и браду, и руки, и ноги, и вся прочия члены; и акибы по тому подобию своему созда человека: сице и жидове толкуют. Но якоже тогда анфропоморфиты бяху безумии, и в еретики почтени, и от церкве отвержени, и купно с жидами вменени, и анафеме предани: сице ныне сии неразумни суть, и еретичествуют, и жидовом подобятся, и отвержения от церкве достойны, ихже часть с жидами и со анфропоморфитами (человекообразниками) проклятию предаными; понеже не веруют, яко глава Божия, и руки и ноги не бяху вещественны, плотяны, но невещественны, духовны, яже суть всемогущество его Божественное, и власть, и сила, и начало всем, и вседержительство, и везде-существо.

Бог весь есть глава, понеже всем есть он начало, всем властелин, всех управитель; весь око, понеже вся видит; весь ухо, понеже вся слышит; весь рука, понеже вся содержит; весь нога, понеже везде есть, и вся присутствием своим исполняет.

Анфропоморфитов же наказует святой Василий Великий в Шестодневнике своем, в беседе 10 [337], глаголя к ним сице: како по образу Божию быхом? Очистим сердце невежественное, разумения ненаказанное, неученая о Боге мнения. Аще по образу Божию быхом, сообразен ли убо нам есть Бог? очеса ли суть у Бога, и уши, и глава? руки ли, и член, на немже сидит? глаголется бо в Писании, Бог седети: ноги ли суть у него, имиже ходит? таков ли есть Бог? Отрини сердечные мечтания нелепые, отвержи от тебе помысл неключимый величеству Божию. Безобразен есть Бог, прост, невеличествен, (возрастом) неколичествен, да не возмечтавши образа о нем, ни да ума лиши иудейски великого; ни объимеши Бога телесными помыслы, ни опишеши того твоим умом, необъятен бо есть величеством. Помысли великого, и великому приложи много большее, и много большему многшее, и твою мысль увещай, яко безконечных не постигнет: образа да не помыслиши, от силы Бог разумеется. Ничтоже есть в Боге таково, каково в нас; не имамы еже по образу Божию во образе тела нашего; тлеющуся бо телу, образ погубляется, не в тленном же нетленное образуется; тело растится, малится, стареется, изменяется: инако есть в юности, инако в старости, инако в благоденствии, инако в злостраданиях, инако боящееся, инако веселящееся, инако в мире, инако в брани, инакий шар бдящего, и инакий спящего, Како убо изменяемое может уподобитися неизменному? А еже глаголет: сотворим человека по образу нашему, внутреннего человека глаголет, о немже и Апостол: аще внешний наш человек и тлеет, по внутренней обновляется по вся дни [338]. Внутрь убо имамы человека, и сугубы некако есмы, и истинное есть глаголемое, яко внутрь есмы. Аз бо по внутреннему человеку есмь; внешняя же не аз, но моя суть; не бо рука аз, но аз словесное души, рука же часть человека. Тело убо человеческое орудие есть души, человек же господственне по самой души. И паки глаголет: и жена имать еже по образу Божию быти якоже и муж, единочестна естества, аще и немощнейша плотию, но в душе мощное тоя есть, понеже единочестен по Богу образ [339]. До зде Василий Великий.

От коего словес, нынешним новым анфропоморфитом раскольщиком мощно вразумитися и знати, яко образ Божий не в лице, очесах, устнах, и браде, и прочих членах тела зримых, но в невидимой душе, словесной, разумной, самовластной, бессмертной.

Глава 19. О браде

Зде дадеся место к разсмотрению о брадах, о нихже мног в Россиянах наших ропот, имущих браду в великий закон Божий и в великое спасение, брадобритие же вменяющих в тяжкий и непрощаемый грех и в вечную погибель.

В лето 1705, бывшу ми во граде Ярославле в июне и июле месяцах, и во един от воскресных дней, из церкви соборной по святой литургии изшедшу ми, и к двору своему грядущу, два некии человеки брадаты, но не стары, приступльше ко мне воззваша, глаголюще: Владыко святый! как ты велишь, велят нам по указу Государеву брады брити; а мы готовы главы наши за брады наши положити; уне нам есть, да отсекутся наши главы, неже да обриются брады наши. Аз же нечаянному и внезапному вопросу тому удивихся, и не возмог вскоре что от Писания отвещати: противу вопросих их, глаголя: что отрастет, глава ли отсеченная, или брада обриеная? они же усумневшеся, и мало помолчавше, реша: брада отрастет, а глава ни. Аз же рех им: уне убо вам есть не пощадити брады, яже и десятерицею бриема отрастет, неже потеряти главу, яже единою отсечена не отрастет никогдаже, разве во общее всех мертвых воскресение: то рек, идох в келлию мою. Проводиша же мя многие честные граждане, и в келлию со мною внидоша, и бысть в нас разглагольствие довольно о брадобритии и небрадобритии. И познах, яко многие, иже по указу Государеву обриша брады своя, сумнятся о спасении своем, акибы истеряли образ и подобие Божие, и не суть уже по образу Божию и по подобию, обритых ради брад. Аз же увещавах их не сумнитися, сказуя, яко не в браде и зримом лице человеческом состоится образ Божий и подобие, но в невидимой душе; еще же и сего ради никтоже да сумнится о спасении своем, понеже не по своему его произволению, но по указу Государеву деется брадобритие. Подобает же велению тех, иже во властях суть, повиноватися в делах не противных Богу, ни вреждающих снасения.

Да и прочии убо от южат то сумнение: надлежит нам розыскать о брадах в Ветхом Завете и в Новом. А в начале в Ветхом, расположивше разсмотрения сицевая:

1) Кому в Ветхом Завете брад брити не велено?

2) Чесо ради не велено?

3) Бывало ли когда в Евреех брадобритие?

В сем о брадах розыске подобало бы первому быти разсмотрению о том: есть ли брада образ и подобие Божие? Но понеже вышше от святого Василия Великого изъявися не быти браде образом Божиим и подобием: другая убо яже предложихом, да рассмотрим.

1-е РАССМОТРЕНИЕ

Кому в Ветхом Завете брад брить не велено?

Та заповедь, еже не брити брад, аще и всем Евреям от Бога дадеся, обаче тою наипаче духовный чин, иереи и левиты одолжени бяху [340], якоже то видети есть от главы 21 в книге Левитской, идеже Господь Бог рече Моисею, да повелит жерцом сыном Аароним не брити брад, наведе глаголя: требы бо Господни, дар Бога их, сами принесут. Да не бреют, рече, брад того ради, яко сами имут приносити Богу жертвы[341]. То слово сами, знаменоваше служение иерейское и левитское. Кто бо сам, сиесть, своими руками приношаше Богу жертвы? Токмо иереи и левиты. Прочии же племена аще и приношаху Богу жертвы, обаче не своими руками тыя на жертвенник возношаху, но иерейскими и левитскими: а иереи и левиты сами своими руками возношаху Господу требы. Егда убо Господь Бог, возбраняя брадобритие, сказа потребу небрадобрития, яко сами принесут требы Господин; яве показа, яко иереям и левитам та небрадобрития заповедь наипаче дается. Таяжде заповедь дадеся и назореям, еже видети есть в книге Числ, в главе шестой, и в книге Судей, в главе тринадесятой, и в первой книге Царской, в главе первой: аще же и мирский чин, сиесть, прочии племена Израилевы, соблюдаху ту заповедь, еже не брити брад; обаче иногда и брити им не возбраняшеся, паче же и веляшеся временем, якоже то в третьем рассмотрении яве узрим.

2-е рассмотрение

Чесо ради брад брить ветхозаконным не велено?

Брадобритие в Завете Ветхом само собою не бяше зло; понеже брада несть образ Божий и подобие, якоже прежде ясно изъявися: разве по некоей злой вине зло бываше. Аще бо было бы брадобритие само собою зло, не бы убо велено было очищающимся от проказы брити браду и вся на теле власы [342]; аще бы брадобритие само собою было зло, не бы повелевалося поставляемым в левитское служение все тело брить, сиречь, главу, браду, и прочая [343], и не бы попускалося Евреям в печалях зельных брады отлагати [344]; аще бы брадобритие само собою было зло, не бы велел Бог пророку Иезекиилю с главою и браду обрити [345]. Но о том речется ниже. Зде же смотрим сие, чесо ради не велено ветхозаконным брад брити.

Вина заповеди тоя бысть сицевая: жерцы идольские, а наипаче, иже служаху богине глаголемой Исиде, Египетской древле бывшей царице, тии в капищах приносяще скверные жертвы, и нечестивые ко идолом творяще свои мольбы, обычай имеяху брити главы своя и брады, который их обычай и пророк Варух святой обличая, воспомяну глаголя: в храмех их жерцы седают, имуще ризы растерзаны, и главы и брады оголены; ревут же вопиюще пред боги своими [346].

Того ради Господь Бог, извед из Египта люди своя, иереи же и левиты на службу свою устроив, повеле им, да не подобятся жерцом идольским, ихже видеша в Египте бреющих свои главы и брады; и даде заповедь сицевую: да не сотворите стрижения влас глав ваших, ниже бриете брад ваших[347].

Паки: обычай бе идолопоклонником, по мертвецах своих плачущим, брить главы и брады своя, и дратися по лицу и по телу до уязвления и крове; того ради Господь повеле служителем своим блюстися такового дела, да не подобятся нечестивым, и глагола: да не оброснутся главы по мертвом, и обличие брады да не оброснут, и на плоти своей да не сотворят язвы[348].

Сицевых ради вин брадобритие зло бяше, и возбранися от Бога Евреям в Ветхом Завете, иереям наипаче и левитом.

3-е РАССМОТРЕНИЕ

Бывало ли когда в Евреях брадобритие?

Бывало временем. В начале: егда очищахуся от проказы, тогда от всего тела своего брили власы; сице в Левитской книге, в главе 14, повелевается: да оброснут вси власы его, главу его, и браду, и брови, и всяк влас его да оброснется [349].

Паки: егда, иже от племене левитска, поставляеми бяху в левитское служение, таков над ними чин творяшеся: первее приводими бываху к начальнейшему архиерею, и водою очищения окропляеми, таже от всего тела их власы были бриемы, сице в книге Чисел в главе 8 пишется: да взыдет бричь на все тело их и исперут ризы своя, и чисти будут[350]; потом приведше их пред храм свидения с жертвами, возлагали на них руце сынове Израильские. Мы же внемлем: бричь восхождаше на все тело левитов новопоставляемых: аще на все тело, убо и на браду; по поставлении же не брияху уже власов тела своего до кончины своея.

Паки: по исполнении Назорейства бываше всея главы бриение, ибо сугубы в них бываху Назореи: едини на всю жизнь свою вдавшиися Богу в воздержное и чистое житие; другие же до времени творящии обет назорейства, на неколико лет токмо, а не на всю жизнь свою. Назореи же нарицаеми бяху от слова Еврейского назар, еже есть, отделенный, или освященный, яко отделяхуся таковии от пространного и сластопитаемого жития человеческого, вдавахуся же острому, плот умерщвляющему житию, и не брияху, ниже стрижаху власов главы и брады своея во вся дни назорействования своего. Тии убо, иже назорействоваху до времене обещаннаго, егда исполняшеся то обещанное время, прихождаху с жертвою к храму Господню, и яже ращаху власы, тыя пред дверьми храма свидения брияху, и возлагаху обриенныя свои власы на огнь жертвенника Господня, в честь Богу и в благодарение, яко сподоби Господь обещание совершити: пишется о том в книге Чисел, в главе 6 [351].

Паки: мирским в Евреях людям, не левитска чина бывшим, не возбраняшеся брадобритие во время скорбения и туги: пишется бо в книге святого Иеремии пророка яко егда, по разорении Иерусалима от Навуходоносора Вавилонского, оставлен бе Годолия в земле Иудиной владети не многими вставшими людьми, и пришед некий Исмаил Иудеянин, от рода царска бывый, уби Годолию; тогда приидоша от окрестных Палестинских стран осмьдесят мужей обросненными главами, и растерзанными ризами, плачущеся по разоренном Иерусалиме [352]. Речет кто: се зде во Иеремииной книге о главе, а не о браде пишется. Отвещаю: в славянской Библии пишется глава, в прочих же переводах пишется брада, и егда славянский перевод глаголет главу, разумей купно и браду; ибо в печалях и тугах главу брияху с брадою купно, еже видети есть от словес Божиих, в тогоже Иеремии пророческой книге, идеже глаголет: всяка глава плешива, (сиесть обриена будет,) и всяка брада оброснется[353].

Паки: Иезекиилю святому пророку и священнику бывшу, о разорении Иерусалима и пагубе людей Иудейских пророчествовавшу; повелеся от Господа главу и браду обрить, и власы обриенныя на четыре части разделивши, часть огнем сожещи, часть мечом содробить, часть на ветр разметать, а часть меньшую в скут (во одежду) свой вложить [354], прознаменуя, яко едина часть людей Иудейских гладом и мором во обседении изомрет, другая часть мечом Халдейским посечена будет, третия часть по вселенной расточится, четвертая часть зело малая на месте своем останет.

Мы же рассуждаем: аще бы брадобритие само собою (а не по идолослужения злой вине) было зло, то не бы велел Бог пророку Иезекиилю брады брить; не бы попускалося Евреям в тугах и печалях всея главы бриение; не бы повелевалося назорействовавшим, по исполнении времени назорействования их, власы всея главы их обрить, и на огнь жертвенный в честь Богу возложить; не бы поставляемым в левитское служение законоположено было бритву нанести на все тело, не бы и от проказы очищающимся велено было браду отлагать.

Убо в Ветхом Завете не то бяше грех, еже браду брить; но еже брадобритием уподобляться нечестивых идолопоклонников нраву.

Сице в Завете Ветхом о брадах рассмотревше, еще в новой благодати о техже розыщем рассмотрениями сицевыми:

1) Есть ли Христианам о брадах каково законоположение?

2) От кого начатся брадобритие?

3) Брадобритие есть ли грех противу Бога?

4) В небрадобритии есть ли спасение?

1-е РАССМОТРЕНИЕ

Есть ли Христианам о брадах каково законоположенье?

Обыкоша Великороссийские Христиане свое небрадобритие утверждати ветхозаконною, вышше воспомяненною, от Бога левитом данною о брадах заповедию: да не бреете (рече) брад ваших[355], и глаголют: сам Христос ветхозаконные заповеди исполнял; рече бо: не мните, яко приидох разорити закон, или Пророки: не приидох разорити, но исполнити[356]. И аще Христос ветхозаконная исполнял. должни убо есмы и мы Христиане таяжде исполнять, и не брить брад по заповеди ветхозаконной, ибо и Христос не брил брады своей и ходившие с ним Апостолы не брили.

На таковом основании небрадобритие утверждающим да предложится первее о ветхозаконных Божиих заповедях ведение сицевое:

Тройственные бяху заповеди в Ветхом Завете:

Духовные,

Плотяные,

Судные;

яснее рещи:

Божественные,

Чиновные,

Гражданские;

еще яснее:

Овая подобающая вер и богопочитанию;

Овая подобающая обрядам (церемониям) церковным, и плотскому житию человеческому;

Овая подобающая правосудию.

Тыя тройственные заповеди яве зрятся в словесах Божиих к Моисею в книге Второзакония, в главе 5, идеже глаголет: стани со мною, да глаголю к тебе вся заповеди и оправления, и суды[357]; и паки в главе 6: сия заповеди, и оправленья, и суды, елика заповеда Господь Бог ваш[358].

Внемлем трием речениям сим:

Заповеди,

Оправления и

Суды.

Заповеди Божии в начале учаху знания Бога, и веры в него, и почитания того: Аз есмь Господь Бог твой, да не будут тебе бози инии разве мене[359] и прочая: и бяху тыя, яже о Бозе заповеди, Божественные, духовные.

Оправления учаху обрядов, церемоний церковных: како жертвы приносить, како очищаться от осквернений, како кропиться кровию козлею н тельчею и пепелом юнчим [360]; что ясти, и что не ясти; когда власы не брить, и когда брить; и прочая тем подобная премногая, в книгах Моисеевых описанная. И бяху тыя заповеди плотяны двух ради вин: ово, яко плоти бессловесных животных в жертву Богу приносить веляху; ово же, яко учаху киими чинми управлять плоть свою в жизни сей. Кое управление плоти ясно описа Златоустый святой, толкуя Апостольские о священстве Христовом словеса сия: иже не по закону заповеди плотския бысть[361] и прочая. Бысть, рече, Священник не по закону плотския заповеди; закон бо оный во многих незаконен бяше; и добре того заповедь плотскую нарече. Вся бо, елика уставляше, плотская бяху. Еже бо глаголати: обрежи плоть, помажи плоть, омый плоть, очисти плоть, остризи плоть, обвяжи плоть, питай плоть, празднуй плотию, сия рцы ми, не плотская ли суть [362]? До зде Златоустый.

Суды же учаху правдотворению в человецех, еже не обидеть друг друга, не лжесвидетельствовать, не пожелать вещи ближнего своего, не украсть, не убить; и правосудие гражданское законополагаху: око за око, зуб за зуб[363]; и проливали кровь человечу, в ея место его пролиется[364].

Теми тройственными заповедями Израильтяне должни бяху:

Служить Богу верно,

Управлять себе чинно.

Блюсти ближнего праведно.

От тех убо тройственных (яже в Ветхом Закон бяху) заповедей, овая и мы Христиане должни есмы хранить, овая же не должни.

Та, яже подобают вере, богознанию и богопочитанию, и та, яже подобают правдотворению и гражданскому правосудию, должни есмы хранити.

А яже подобаху ветхозаконным в храме свидения обрядам и церемониям, и яже подобаху управлеииям плотяным, та хранити не токмо несмы одолжени, но и весьма от них свобождени. Вся бо, яже бяху ветхозаконных плотских оправлений, сиесть, обрядов, церемоний, та бяху прообразовала и сень Христова плотского пришествия, и священства его; и жертвы, и сущих ныне в новой благодати церковных таинств. Пришедшу же Христу, и вся прообразованная и съновная совершившу самым двлом, упразднишася прообразоваииия и сени: прорастающу бо плоду, отпадает цвет и возсиявшу солнцу, померцают звезды, и благодати новой наставшей, преста сень законная. Аще бо и ныне бы темже ветхозаконным обрядам и церемониям быти, убо лживы бы были, яже о Христе прообразования и сени; ибо и еще прознаменовали бы имущего приити во плоти Христа, иже уже прииде; того ради оная весьма от нас отсекошася, и мы от тех свободни сотворени есмы, якоже ниже яснее то изъявлено будет.

А яже Христос Господь рече словеса: не приидох разорити закона, но исполнити, та толкуются сице: исполнил Христос закон обрядов ветхозаконных: обрезася, в церковь Господню по закону принесеся, пасху законную яде, и прочие обряды Еврейские совершив, отстави я, яко сень бывшую тех, яже имеяху быти в новой благодати; отставив же ветхозаконная, уставил новоблагодатная: и тако прейде сень законная, благодати пришедшей.

И паки другое толкование: исполнил есть Христос закон Моисеев бывший не полн, не совершен; закон бо Моисеев не можаше спасти человека от ада, аще и мужа праведна: Христос же пришед, наполнил закон Моисеев новоблагодатными спасенными таинствы, совершенно человека спасающими. И тако закона, иже о богознании и вере, (а не иже о ветхозаконных обрядах) (церемониях) не разорил Христос, но исполнил.

Зде приступим к рассмотрению о брадах.

Не буди же кому мнети, акибы мы брадобритию поучаем. небрадобритие же охуждаем; ни, но истребляем сомнение о спасении тех, иже брадобритие в тяжек грех вменяюще, отчаяваются спасения своего. Еще же и ересь анфропоморфитов, сиесть, человекообразников, обличаем, мнящих браду быти образ Божий и подобие.

Заповедь о брадах та, яже в Ветхом Завъте, в Левитской книге лежит, от коих есть заповедей? от тех ли, яже суть богознания и веры? Но та не обретается на скрижалях Моисеевых между заповедьми Божиими.

От тех ли есть небрадобритие заповедей, яже суть правдотворения и гражданского правосудства? Но ни в тех что о брадах чтем заповеданное.

От коих убо заповедей есть небрадобритие? От заповедей тех, яже бяху заповеди оправлений, сиесть, обрядов и церемоний жидовских, кои заповеди плотяны быти Златоуст святой, от словес Апостольских, вышше ясно протолкова, яже Христос пришествием своим упразднил есть [365].

Всуе убо утверждаете кто небрадобритие на ветхозаконном основании и всуе сумнится о спасении своем, лишивыйся брады по указу.

А яко Христос и иже с ннм святые Апостолы не брили брад своих, то они творяху по закону духовного чина, яко хотящие быть первые иереи первенствующая церкве, творяху то и яко назореи, иже ращаху власы своя. А о Христе Господе не глаголет ли Писание: ты еси Иерей во веки по чину Мелхиседекову[366]? Аще же они (Апостолы с Христом) и ращаху по закону Моисееву свои власы, обаче той закон Моисеев Христианам, от язык призванным, не налагается; ибо от всех ветхозаконных оправлений или обрядов и церемоний суд Апостольский тех, иже от язык ко Христу приходят, свободил есть, якоже то ясно зрится в Деяниях Апостольских, в главе 15, идеже начальнейшие во Иерусалиме, бывшие Апостолы, писаша послание ко Антиохианам, к людям от идолопоклонничества ко Христу обратившимся, сице:

Апостоли и старцы и братия, сущим во Антиохии и Сирии и Киликии братии, иже от язык, о Господе радоватися: понеже слышахом, яко нецыи от нас изшедше, возмутиша вас словесы, развращающе души ваша, глаголюще обрезатися и блюсти закон, имже мы не завещахом. Изволися нам, собравшимся единодушно, избранный мужи послати к вам, и прочая тамо писанная; таже ниже: изволися Духу Святому и нам, ничтоже множае возложити вам тяготы, разве нуждных сих, огребатися от идоложертвенных и крове и удавленины и блуда: и елика не хощете вам быти, другим не творите [367]. И паки в техже Деяниях Апостольских, в главе 21. святой апостол Иаков с прочими, иже во Иерусалиме старцы, к святому Павлу, к ним пришедшему, глаголет: о веровавших языцех мы послахом, судивиие ничтоже таковое соблюдати им, токмо хранити себе от идоложертвенных, и крове и удавленины и блуда [368]. До зде от Апостольских Деяний.

Зде всяк с рассуждением внемли, како языков, от идолопоклоннического нечестия ко Христу обратившихся, святые Апостолы от всех Моисеевых ветхозаконных оправлений, сиесть, обрядов и церемоний, свободных творят. Ничтоже (рече) таковое соблюдать им, токмо та велят соблюдать, яже суть богознания и веры, и еже не обидеть ближнего: елика не хощете вам быти, другим не творите[369].

А понеже народи Российские, не от Иудей, но от язык и от идольского нечестия ко Христу суть обращенные; убо не одолжены суть закона Моисеева оправлениями, обрядами, церемониями, но свободны от тех Апостольским судом. Убо и о брадах закон им не лежит, но произволение; и не подобает им сомнитися о спасении своем бреемых ради брад.

Глагола ми един спорщик: ветхозаконное (де) обрезание переменил есть Христос крещением, дав нам крещение вместо обрезания: а брады чим переменил? что вместо ветхозаконных брад даде нам в новой благодати?

Отвещах ему: Иудеи имеяху Ветхий Закон, еже обрезоваться и не брить брад, и прочая. Иже убо от Иудей во Христа вероваша, тем вместо ветхозаконного обрезания дадеся крещение святое: мы же от язык сущии, во идолопоклонническом нечестии прежде бывшие, никоего же имехом Божия закона. Ветхий Завет отнюдь в нас не бе, оправления, обряды, церемонии Еврейские не знаемы в нас бяху. Обрезаиие и небрадобритие в прежних наших родах ниже слышашеся когда, но едино токмо бяше идольское нечестие. Нам убо, от язык ко Христу призванным, даде Христос крещение святое не вместо обрезания, егоже никогдаже имеяхом: но вместо идольского нечестия, в немже бехом, и о брадах нам ничтоже заповеда: и Апостоли святые нам ветхозаконных Еврейских оправлений, обрядов, церемоний блюсти не повелеша. Мы (глаголет Иаков апостол) пославше судихом ничтоже таково соблюдати им[370]; убо и от иже о брадах закона свободных нас сотвориша, на произволении нашем давше; убо не имать быти в благоразумных сомнение о спасении брадобрития ради.

Обретаются же в наших книгах Руских заповеди о брадах, яже зде к рассуждению предлагаем.

В начале:

В книге, глаголемой Кормчия, в главе 47 Никиты мниха, пресвитера монастыря Студийского, прозываемого Скифита, в слове к Латинам, на месте 388 на обороте, пишется сице:

Что же о пострижении брады, не писано ли есть в законе: не постригайте брад ваших; се бо женам лепо, мужем же не подобно, создавый Бог судил есть? Моисею бо рече: постризало да не взыдет на брады ваши, сие бо мерзость Господеви; ибо от Константина царя Кавалина и еретика суща со узаконено есть; на том бо вси знаяху, яко еретическия слуги суть, имже брады постризаны. Вы же се творяще человеческого ради угодия, противящеся закону, ненавидими будете от Бога, создавшего вас по образу своему.

РАССУЖДЕНИЕ

Тем Никитиным словесам подобает ли яти веру?

Вопрос:

Кому без сомнения емлется вера?

Ответ:

1) Аще кто есть от числа святых.

2) Аще кто есть от числа правоверных учителей церковных.

3) Аще кто в словесех своих истинствует, тем емлется вера без сомнения.

РАССМОТРЕНИЕ

О Никите.

Никита, мних Студийский, вменен ли в святые; о том несть известия: понеже в Святцах он не обретается.

Между учителями церковными православными не воспоминается, токмо в Кормчей: еще же и анфропоморфитов (человекообразников) ереси последователь быть в словесах своих является, сказуя брадобритие ненавидимо быть от Бога, создавшего человека по образу своему: акибы Бог был человекообразен, с брадою, и акибы по тому своему образу созда человека.

Неистинствование же его Никиты яве видимо есть в словесах того, приложеных к святому Писанию, глаголет бо сице: постризало да не взыдет на брады ваши; се бо мерзость Господеви: о том убо, еже не брить брад левитом, есть заповедь Господня, в книге Левитской в главе 19 и 21: сия же при оной заповеди Господней словеса, (се бо мерзость есть Господеви) отнюд не обретаются.

Не долженствуем убо яти веру словесем оного Никиты; понеже не истинствует, приложив к святому Писанию словеса ложная, и о образе Божием не право умствует, ниже во святых почтен есть.

От Стоглавника

В лето 7059, месяца Февраля, в царство благоверного царя и великого князя Иоанна Василиевича всея России самодержца, при святейшем Макарии митрополите Московском и всея России, в царствующем граде Москве, бысть собор преосвященных архиереев, и пречестных архимандритов и игуменов и всего духовного чина, о некиих исправлениях церковных; на коем соборе был преосвященный Никандр, архиепископ Ростовский и Ярославский, и написана на собор том о управленых делах духовных книжица, глаголемая Стоглавник, в коем о брадах в главе 10 пишется сице:

От священных правил о стрижении брад

Такоже священная правила православным Христианам всем возбраняют не брить брад, и усов не подстригать; таковая бо несть православных, но Латынская и еретическая предания, Греческого царя Константина Кавалина; и о сем Апостольская и отеческая правила вельми запрещают, и отрицают; правило святых Апостол сице глаголет: аще кто браду бреет, и преставится тако: не достоит над ним служить, ни сорокоустия над ним петь, ни просфоры, ни свечи по нем в церковь приносить, с неверными да причтется; от еретик бо се навыкоша. О томже правило 11, VI собора, иже в Трулле палатнем, о остризании брад. Что же о пострижении брады, не писано ли в законе: не постризайте брад ваших; се бо женам лепо, мужем же неподобно, создавый Бог судил есть, Моисею рече: постризало да не взыдет на браду вашу, се бо мерзость есть пред Богом; ибо от Константина царя Кавалина еретика; на том бо вси знаяху, яко еретическия слуги, брады им постризати. До зде Стоглавник.

РАССУЖДЕНИЕ

В тех словесах надлежит рассуждением исследовать трое сие: Правила Апостольские, Правила отеческие,

Собор вселенский шестой и Кавалина царя.

Правила Апостольские чтем в книге Кормчии, печатаной в царствующем граде Москве, при благоверном царе и великом князе Алексии Михайловиче, в патриаршество святейшего Иосифа, в лето 7161; в тех Апостольских правилах отнюд никоеже о брадах воспомяновение обретается; разве еще где кая правила Апостольские суть не печатаная, ихже мы не видехом. Но ведати буди, яко Апостолы святые правил не писаша; той бо их собор, иже бе во Иерусалиме о языцех от идолопоклонения ко Христу обращающихся, ничтоже ино писа токмо сия пять завещания:

1) Огребатися им языком от треб идольских.

2) Хранить себе от блуда.

3) Блюстись от удавленины.

4) Соблюдаться от крови, сиесть от убийства, проливающего кровь человеческую.

5) Ближнему не творить зла [371]. А о брадах Апостольский оный собор ничтоже воспомяне; свободил бо есть языков от всех обрядов и обычаев ветхозаконных, якоже святой Иаков к Павлу рече: ничтоже таково соблюдати им [372]. Писа же правила после святых Апостол святой священномученик Климент папа Римский, ученик бывый святого Петра верховного апостола, и нарече та правила Апостольскими правилами; но о тех правилах книга Кормчия свидетельствует, яко искажены суть от еретиков, и собором отец православных отвержены. Сице Кормчия на листу 17, под правилом 60, в толковании глаголет: многи книги от еретиков искажены быша, на вред простейшим человекам, якоже и от святого Климента написанные епископом Апостольские заповеди, яже того ради собором и отвержены быша. Тоже свидетельствует второе правило собора вселенского шестого; зри в Кормчей лист 177. Аще убо и о брадах что в тех правилах, глаголемых Апостольских, написано, то не дивно; понеже от еретиков та правила искажена суть, и не долженствуешь им яти веру; в печатных же правилах Апостольских отнюдь (якоже прежде рех) ничтоже о брадах обретается.

Правила отеческие всех вселенских и поместных соборов, такожде о брадах нигдеже что глаголют. Аще кто не имет веры, да исследует все соборы и вся правила святых отец, обрящет ли поне едино кое о брадах где воспомянение? А что Стоглавник шлется на собор вселенский шестый, на правило единонадесятое, тамо иное написано, а не о брадах. Сице бо то правило глаголет: опресноцы Иудейстии отвержены; призываяй же врача их, или мыяйся с ними, отвержен [373]. До зде то шестого вселенского собора единонадесятое правило, на неже Стоглавник ссылается. И яве зрети есть, яко то правило не о брадах завещает, но о том, дабы Христиане никоеже имели с жиды общение, якоже то в толковании правила оного изъясняется; изволяяй да чтет тамо.

Собор вселенский шестой и Кавалин царь в кая лета бяху?

Стоглавник сказует, яко собор оный, правило единонадесятое, еже не брить брад, писа акибы противу Кавалинова устава, велящего брады брить. Мы же смотрим: собор вселенский шестой бысть в лето по Рождестве Христовом 680, Кавалин же родися в лето 719, воцарися же в лето 741, от собора вселенского шестого до царства Кавалинова прейде лет 60. Како убо собор вселенский шестой писал что противу устава Кавалинова, егда Кавалин еще ниже родися? и како таковым неистинствующим писанием яти веру?

От Служебника старого.

В лето 7155, в первое лето царства Государя царя Алексия Михайловича, в патриаршество святейшего Иосифа, печатан в Москве Служебник, в том при конце приложено поучение, еже православным Христианам брад не брить, и приведено святого Епифания сице:

Такоже и святой Епифаний пишет, укоряя Евхитскую ересь, в книге своей Понарии: Чужде бо есть соборныя церкве, еже вретище носити проявлено, и власы не отрежеми, по проповеди Апостольстей [374]. Муж бо, рече, не должен есть растити власы, зане образ и слава Божия сый; злейшее же и сопротивное инии творяще, брады стригут. В заповедех же Апостольских глаголет Божественное слово, не тлити образ брады ради, ниже блуднически краситися, ниже гордостию.

Та словеса, за самое имя святого Епифания, достойни бы были вероятия, аще не бы в них были некая сумнительная, происходящая отсюду: первое сие приведено, аки бы Апостольское свидетельство; муж бо, рече, не должен есть растить власы, зане образ и слава Божия сый. Но в книге Апостольской, в первом послании Павловом к Коринфянам, в главе 11, в зачале 147, то место иначе лежит. Пишется тамо сице: муж не должен есть покрывати главу, образ и слава Божия сый. Се Апостол не о власах главных, но о покрывании главы глаголет, и тако словеса, под именем святого Епифания написанная, стали быть сумнительна, понеже с Апостольскими словесы суть не сходна.

Второе сие: в заповедях (рече) Апостольских глаголет Божественное слово, изъявихом же вышше, яко во Апостольских заповедях, яже суть напечатаны в Кормчей, в тех отнюдь не обретается о брадах ничтоже, ни не брить, ни брить. Аще же и еще кия заповеди Апостольские обретаются кроме печати, о тех свидетельствует Кормчая, яко суть от еретик искажены, и соборне отвержены, якоже то прежде поведахом; к сему же и написатель того, в Служебнике оном приложенного, о брадах поучения преисполнен есть недостоверия, еже от части изъявлено будет в третьем о брадах рассмотрении.

Имя убо святого Епифания почитаем, о словесех же, под именем его написанных, сумнимся; многая бо бывают словеса под именами святых писаная, не от святых же творцов сочиненая; аще же и его Епифаниева суть истая словеса оная, то недивно, яко он написа от закона Моисеева, сам не от язык бывый Христианин, но от жидовских родителей, якоже в житии его пишется. Нас же от язык ко Христу обратившихся, и судом Апостольским от ветхозаконного ига свобожденных, та словеса Епифаниева (аще суть Епифаниева) не вяжут.

От великого старого Требника.

В лето миробытия 7133, в царство Государя царя и великого князя Михаила Феодоровича, в патриаршество святейшего Филарета, печатан в Москве Требник, в котором положен чин и устав, како достоит приимати, иже от Латин приходящих к святой восточной церкви. В том пишется сице:

Проклинаю богоненавидимую блудолюбного образа прелесть, душегубительные помраченые ереси, еже остригать браду, ейже бысть начальник беззаконный Петр Гугнивый, Римский папа. Во царях же тоя ереси начальник гноеименитый Константине, Кавалин– иконоборец; и в той ереси, и прочии Римские папы погрязоша, и вси латинстии епископи и попове, мнози же и мирские человецы, ум погубивши, ниспадоша в таковое прокажение, лица своего губяще доброту, Богом созданного им образа, еюже добротою украси Бог человека, по своему образу и по подобию. До зде Требник оный.

Зде всяк внемли и виждь, не яве ли сама обличается ересь анфропоморфитов (человекообразников), глаголющих Бога человекообразна, и по своему образу акибы создавша лице человеческо, в теле, а не в душе человеческой образ Божий быти сказующих.

Тая убо, яже в наших Российских книгах о небрадобритии законоположения, не суть законоположения; понеже с истиною не сходятся, антропоморфитам же последствуют, и всуе на тех наши Российские Христиане утверждают небрадобритие, и всуе кто сумнится о спасении своем, лишивыйся брады по указу.

Еще же и сие дивно, яко наши Россияне, утверждающии небрадобритие свое на ветхозаконной заповеди, вменяюще брадобритие в грех велик, не сумнятся остризати власы глав своих; а заповедь Божия ветхозаконным обоя купно и равно дадеся, еже не брить брад, и еже не стричь глав. Сице в книге Левитской в главе 19 пишется: да не сотворите стрижения влас глав ваших, ниже бриете брад ваших. Россияне же наши едину токмо заповедь Божию ту, еже не брить брад, крепко сохраняют; а еже не стричь глав, ту заповедь пренебрегают, остригают бо власы глав своих, и тем самим показуются быть преступники ветхозаконныя оныя Божия заповеди, на нейже утверждаются; едину бо хранят, а другую разоряют, согрешивый же в единой, не прав есть и в другой. Еда ли не един Бог обе тыя даде заповеди? еда ли едина другия есть больша, или едина другия есть меньша? не от единых ли уст Божиих обе тыя заповеди изыдоша? Аще браду не бриему по заповеди Божией соблюдаете, о Россияне, то почто главы ваша противу заповеди Божия остригаете ? и единому Богу, егоже слушаете, тому и противитеся ? Аще бо браду брити есть грех велик, понеже заповеда Бог, убо и главу остригать есть грех велик; ибо обоя та купно и равно заповеда Бог. Аще же остригать главу несть греха, убо и браду брить (мирским людем) несть греха.

Речете: апостол Павел глаголет: яко муж аще власы растит, безчестие ему есть[375]. Аз же вопрошаю вы: та словеса Павлова, ращение власов не похваляющая, согласна ли суть ветхозаконной заповеди Божией, не стричь, но растить власы велящей, или ни? Не можете рещи, яко согласна; ино бо заповедает Бог, а ино Павел. Бог велит; не стриги: Павел же велит, стриги. Аще же Павлова заповедь не то велит, еже заповеда Бог, то кого лучше слушати имате: Павла ли, или Бога? Аще слушаете Бога, то почто стрижете власы глав ваших противу заповеди Божией? Аще же Павловы ради заповеди не сумнитеся преступати заповедь Божию, то почто о брад многое вам сомнение, и спасения отчаяние ради брадобрития? Разуметь же буди, яко оная вышепомяновенная словеса писал есть Павел святой не к тем Христианам, иже от Еврей и левитов, власы растящих бяху, но к тем, иже от еллинского нечестия ко Христу обратишася: к Коринфянам, бывшим прежде идолопоклонникам, (якоже и наши Российские народы древле идолопоклонники бяху), у нихже обычай бяше не растить власов, растить же власы бесчестие им бысть, коего их еллинского обычая Павел святой не пременяя, ниже Еврейские обычаи в народ их вводя, свободных бо суд Апостольский сотворил есть языков от жидовских ветхозаконных обрядов (церемоний) якоже прежде рехом [376], пишет к ним, снисходя древнему их еллинскому обыкновению: вам (рече Коринфянам) от еллинства в Христианство призванным, растить власы безчестие есть. И не суть Павлова словеса ветхозаконной заповеди Божией противна; понеже не ко Евреям ветхозаконная хранить должньш та писа, но к языкам Еллинам, верою просвещенным и еврейскими ветхозаконными обычаями и обрядами (церемониями) неодолженным. Не языческим бо народом, но еврейскому токмо роду Бог ту заповедь, еже растить власы, даде. Язычестии же народи, идолом работавшей, обычай и закон имеяху не растить власов, но главу и браду стричь и брить идолопоклонения ради, а наипаче имевшии себе огнь в бога, якоже Киевляне и Великоновогородцы перуна, от молнии огненной тако нареченного, к немуже на поклонение приходившии должны бяху приходити с главою, власов не имущею, аки огненным пламенем ожженною. Евреям убо растить власы честь бяше, языкам же растить власы бяше бесчестие. И того ради Павел святой, пиша к Коринфянам, бывшим языком, рече: муж аще растит власы, бесчестие ему есть. И аще Павел, пиша к еллином Коринфским, не усумнеся несогласно ветхозаконной Божией заповеди о власах написать, древнего ради языческого обыкновения: то почто Россияне такожде не от Еврей, но от язык от идолопоклонников, нерастивших власов, ко Христу призванные, и ветхозаконными жидовскими обычаями неодолженные, сумнятся о брадах своих, отчаявающеся спасения своего? Еда ли небрадобритие есть от догматов веры? еда ли не растящему браду спастися не возможно?

Сия же глаголются не во уничижение старых и честных брад, но во истребление (якоже прежде рехом) неправоверного мнения, акибы брада была образ Божий, и во искоренение сомнения о спасении тех, иже бреют брады по указу.

2-е РАССМОТРЕНИЕ

От кого начатся брадобритие?

Наши Российские книги (якоже прежде слышахом) сказуют брадобритию начату быти в Цареграде от иконоборного царя Константина Кавалина или Копронима, в ветхом же Риме от Петра Гугнивого, папы Римского; нам же надлежит рассмотреть о Ковалине, от него ли начатся брадобритие.

В житии преподобного Стефана Нового, в великой Минеи Четии пишется, яко царь Константин Копроним повел дворянам своим безбрадым быти [377]; и по тому знаемы бяху того слуги, яко брады брияху.

Вестно же есть, яко и прежде Копронима, в древнейших царях, еще прежде Рождества Хрисгова, бяше брадобритие.

Пишет Плутарх о Великом Александре царе Македонском, яко некоего времени устроив полки к бою, егда вопрошен бысть, что более еще велит творить? Отвеща: ничтоже более требе, токмо да обриютея брады Македонянам. Удивляющуся же о словеси том другу его Пармениону, рече Александр: еда ли не веси, яко в бою многое творит брада препятие? егда бо начнете быть рать в близу, и снидутся ручным боем, тогда брадатый удобно от супостата за браду емлемый бываете. До зде о Александре. Отсюду яве есть, яко издревле, прежде Копронима, воины, на разе исходящии брияху своя брады. Что же мним о святых великомучениках Георгии и Димитрии, ихже обычно на иконах изобразуют безбрадых, аки бы отроков не у двадесяти лет достигших? Еда ли они не в совершенных мужеских летах воеводствоваху в полцех? Воистинну в совершенных; младенцам бо недораслим военачальство в ратях не попускается. Почто же без брад суть пишемы? Того ради, яко во оная древняя времена, по обыкновенно воинскому, брады своя брияху. А о царех Римских, западом и востоком обладавших, что вемы? растяху ли брады своя, или брияху? Дион описатель древних дел поганских повествует, яко Адриан царь Римский, первый он начат растити браду, некиих ради нелепотных на лице ему бывших язв, да власами тыя закрываются. Аще же Адриан в царех первый бысть раститель брады, убо вси прежде его бывшии царие брад своих не растяху, но брияху. А егда Юлиан царь апостата, из Христианина сотворивыйся бесам служитель, прииде во Антиохию, имый браду долгу: людие Антиохийстии, правовернии Христиане бывшии, узревше того брадата, ругахуся браде его, и творяще смехи между собою, нарицаху царя козлею брадою. Еже и святый Григорий Богослов во втором на Юлиана слове воспоминает, глаголя: или добро убо Римского царя ланиты зрети безлепотствующия, и смех мног подавающия [378] ? И паки ниже: ныне же брада есть обносима и обвлачима, и с труждавшимися купно смеема. До зде Богослов. Нам же отсюду зрети есть сие: аще царская брада от народа Антиохийского бысть посмеваема, кольми паче неублажаемы в них бяху растимые брады простых человеков, тех, иже прежде старости своея ращаху брады своя, ни вменяху брад в великую святыню и спасние. Яве убо есть, яко не от Кавалина начатся брадобритие, но прежде его то бысть;а Кавалин разве обновил бв в Царьграде древнее то брадобрития обыкновение, еже наипаче бываше в людях воинских, на рать исходящих.

О Петре же Гугнивом, папе Римском, от него ли начатся в ветхом Риме, в духовном чине брадобритие, о том мы не испытуем; что нам к Римлянам: не к ним бо сия наша надлежит беседа, но к своим Российским раскольникам; разве то вестно нашим сотворим, яко в Каталогах пап Римских Петр Гугнивый между папами не обретается.

В книге Кормчей на конце приложено слово о Римском отпадении. В том слове, папы отступившие от православной веры сочисляются сице: 1. Формос, иже бысть ереси начальник, 2. Вонифатий, 3. Роман, 4. Стефан, 5. Феодор, 6. Иоанн, 7. Венедикт, 8. Леон, 9. Христофор; по Христофоре положено Петра Гугнивого, аки бы он повелел своим Римским попам по седми жен имети, а наложниц елико кто хощет, и браду и ус и прочая всякому человеку остригати [379].

В Римских же и прочих иноземческих каталогах по Христофоре полагается Сергей, по Сергии Анастасий, потом Ландон, и прочии по ряду, а Петра Гугниваго весьма несть. Иже не иметь веры, сам да исследует каталоги пап Римских, обрящет ли? Разве не по Христофоре, но послежде иного времене бе Петр Гугнивый папа. Но и между последи бывшими папами, никийже Петр обретается, разве пременили имя Римляне тому папе. Сие же не есть истина, дабы который либо папа повелел попам своим имети по седми жен, а наложниц елико кто хощет: известно бо есть всем, яко попам Римским и единыя жены не леть есть имети, разве кто отай живет нечисто. И где грехопадения не бывает?

О брадобритии же мирян у Римлян вышше известися, яко в царях Римских даже до Адриана царя, такожде и в воинственных людях издревле бяше. А Петр Гугнивый папа разве духовному чину брадобритие в Риме уставил.

В лето миробытия 7152, в царство благоверного царя и великого князя Михаила Феодоровича, в патриаршество же святейшего Иосифа, печатана в Москве книга, под именем святого Кирилла Иерусалимского, егоже мало нечто словес, аки бы протолкованных, в начале книги положено; прочая же вся не его, но приложенная. В той книге обретается некоего Панагиота, аки бы философа, прение со Азимитом, который Панагиот на листе 235 сказует; яко брадобритие в Римском духовном чине начатся от папы; имене же тому папе, и в кое время начатся, не полагает: точию повествует случай, коего ради обрил браду свою папа. Случай же целомудренному слуху стыден; но якоже прение то не бысть чином любомудрия, сице и повествование его несть достоверно. Всяк благоразумный чтущь рассудит.

3-е РАССМОТРЕНИЕ

Брадобритие есть ли грех противу Бога?

Идеже заповедь Божия положена, тамо и грех сказан; преступить бо заповедь Божию грех есть: а идеже заповедь Божия не положена, тамо ни грех быть может. Не сущу бо заповеди преступлению несть и греха.

А понеже Христианам от Христа Бога нашего о брадах ничтоже заповедано, ни еже брить, ни еже не брить; убо брадобритие несть грех противу Бога.

А яко Христианам несть от Христа Бога о брадах заповеди, то видеть есть отсюду, яко ни в Евангелии святом, ни в Апостольских Посланиях; ни в коем-либо от соборов святых отец где положено что о брадах; разве кроме писания предание есть, еже чин духовный (а не мирской) хранить должен.

А иже на правила святых Апостол и на соборы святых отец шлется, акибы тии о брадах законополагают, да покажет убо нам поне едино кое о том, где Апостольское или отеческое соборное правило. А что Никита монах Студийский, и Панагиот, глаголемый философ, о брадах глаголют, тех словеса не суть правила, ниже бывали они между святыми отцы на соборах, ни истинствуют в словесех своих, ни долженствуем их слушать.

Российские же наши старопечатные книги требуют лучшего рассмотрения, рассуждения и исправления.

Шлющимся же на ветхозаконную заповедь Божию вышше ясно изъявися, яко Божия о брадах в Ветхом Завете заповедь не бысть от заповедей духовных, Божественных, вер и Богопочитанию подобающих, ниже от заповедей гражданских правдотворительных, яже и мы Христиане хранить должни есмы; но от заповедей плотяных, обрядам и церемониям належащих, яже Христос пришествием своим упразднил есть, от нихже Апостолы святые нас, иже от языков Христиане есмы, свободных сотвориша, якоже то уже показахом [380]. Приведеся же и свидетельство святого Иоанна Златоустого, на послание к Евреям, на главу 7 пишущего и глаголющего: омый плоть, очисти плоть, остризи плоть, обвяжи плоть [381], и прочая: сия, рцы ми, не плотская ли суть? До зде Златоуст. Иже в тех словесах – остризи плоть, яве показует небрадострижинию и брадострижению, древле быть в заповедех плотяных, церемониальных, пришествием Христовым упраздненных; не лежит убо Христианом о брадах закон, но произволение, и не подобает сумнитися о спасении брадобрития ради.

А иже в Христианах небрадобритие законополагают, брадобритие же в великий и превеликий грех ставят, тех умствование право ли есть, рассмотрим рассудно.

В Стоглавнике, вышше воспомяненном, в главе 40, брадобритие коль в великий грех поставляется, слышим. Правило (де) святых Апостол сице глаголет: аще кто браду бреет, и преставится тако, не достоит над ним служить, ни сорокоустия над ним петь, ни просфоры, ни свечи по нем в церковь приносить, с неверными да причтется; от еретик бо се навыкоша. До зде правило то, еже браду вышше души человеческой ставии. По рассуждению бо того правила, аще бы кий человек и добродетелен был, и праведен, и свят браду же бы обрил, той не спасется, и душа его по преставлении несть достойна Христианского поминания.

На то правило, под именем святых Апостол подставное, между правилами же Апостольскими не обретающееся, не по разуму написанное, ложное, и здравого разума чуждое, прежде даже отвещается, да положатся первее вопросы сия:

Что есть брада?

И что есть человеческая душа?

И брады ли ради, или души ради человеческой прииде Христос на землю?

Что есть брада? Брада есть влас нечувствен, излишие человеческого тела, вещество видимое, осязательное, жизни человеческой не нужное, ниже бо живит человека, ни умерщвляет; вещество временное, с телом в персть гробную вселяющееся, и рассыпающееся, прежде смерти мертвое, недейственное, ниже что пользующее, ни вредящее, растущее при влажных тела частях. Якоже бо на земли, идеже блатное, мокрое место, тамо растет излишняя трава, осока и тростие: сице и на теле человеческом при местах влажных растут власы.

Что же есть душа? Душа человеческая есть образ Божий невидимый, бессмертный, во веки пребывающий; душа есть естество бесплотное, разумное, плоть нашу оживотворяющее. И толь есть душа человеческой жизни нужна, яко без нее человек ниже на едино мгновение ока жити может.

Кого ради прииде Христос на землю: брады ли ради человеческой, еже соблюсти ю Целу не бриему, или души ради человеческой, еже спасти ю от вечной смерти ? Аще брады ради Христос прииде, то поистинне человек, брияй браду, несть достоин по смерти поминания церковного; аще же души ради человеческой Христос на землю прииде, то кое препятие преставльшейся Душе от обриеныя брады? И воистинну души ради, а не брады ради прииде Христос. И нарицается Христос, Господь наш, Спаситель душ наших: ибо за наши души пострада, кровь свою пресвятую излия, и умре на кресте, да нас введет в жизнь вечную, бессмертную.

Убо брада противу души ничтоже есть; и лживо есть правило оное, под именеи Апостольским подметное, не велящее души Христианской, по преставлениии тоя, поминать в церковных поминаниях, ни просфоры, ни свечи за нее приносить брады ради обриеной.

А что глаголет то подметное правило, аки бы Христиане от еретиков брадобритию навыкоша, противу того полагается вопрос сицевый: в Руси прежде крещения во идолобесии бывшии людие, брили ли брады своя, или ни? Аще кто речет, яко не брили, той солгет; понеже Русь не им жидовского ветхозакония, не слыхали тогда здешнии людие заповеди Божией о небрадобритии, ниже Бога знали, но идолом кланялись, и бесом служили: а идолопоклонникам обычно бяше брадобритие, якоже прежде сказася. Наставшей же святой вере в Руси, начата овии растить брады, а наипаче старые мужи, имже то и подобает: инии же по прежнему брияху, понеже от языков, ко Христу приходящих, Апостольский суд от ветхозаконных плотяных заповедей свобождает, якоже то вышше изъявихом. Не от еретиков убо, но от своего древнего, прежде крещения бывшего, обыкновения, Апостолами не возбраненного, Христиане бреют брадьг которые бреют: а иже навыкоша не брить, тии не бреют, не, по каковому Христианом наложенному закону, но по своему произволению.

В Служебнике же вышше помяненном старопечатном в слове о небрадобритии, на конце приложенном, на листе 626 и 627 пишется сице: Прочее же убо подвигнемся и о ереси сея возбранении словом показать; о нейже и в Ветхом сам Бог Моисею отрече: да не бриете брад ваших[382]. Что же к сим? Но яве убо есть, еже отречено, и Богу неугодно. Но се несть ли убо к большему сраму и страху бесстрашным? В правду убо по Божественному Златоусту рещи: се есть церковная рать; и добре убо, якоже глаголет иного некоего глаголюща, егоже мученическая кровь не может сего загладить греха. До зде слово то.

Кто слова того неправого бе творец, не вемы; видимо же показуется он быти лживый и безумный.

Лживый; ибо облыгает Златоустого святого, аки бы той о брадах писал, и аки бы нарече брадобритие церковного ратию. Но где то Златоустый написа, в коей книге, в коем слове, или беседе, или в коем нравоучении, того творец оного неправого слова не извещает: яве убо лжет.

Безумен есть творец оный; ибо сказует, яко греха брадобрития мученическая кровь загладить не может.

О безумия пребезумного! Еда ли брада более Христа есть? Вемы яко в Христианах несть большего греха паче сего, егда кто Христа отвержется: обаче аще покается таковый, и за Христа постраждет, мученическая кровь загладит грех его, и венца славы мученической на небеси сподобит. Образец сего святой мученик Иаков Персянин, ноября в 27 день почитаемый, иже отверглся бе Христа, потом покаялся, паки исповеда Христа, и пострада за него, излияв кровь свою, и та его кровь омыла грех его, и славы небесной сподобила. И другие таковые обретаются мученики святые, иже по отвержении Христа паки исповедаша Христа, и страдаша за него, и кровию своею мученическою прежний свой отвержения грех загладиша. А творец неправого оного, в старопечатном Служебнике приложенного, слова сказует, яко греха брадобрития мученическая кровь не загладит; убо по его безумному умствованию брада вышше Христа; понеже кровь мученическая той, еже Христа отврещися, грех омывает, а брадобрития греха омыть не может. Где таковое слышано безумие? и где таковое злочестивое содержится исповедание?

Паки тойже безымянный творец во оном своем слове брадобритие истребляя, небрадобритию же поучая, глаголет, или паче рещи, лжет, аки бы святые Апостолы, и седмь Святых отец вселенские соборы, и девять поместные, законоположили, еже брад Христианом не брить. Но мы уже подлинно все правила Апостольские и отеческие исследовавше, прежде рекохом, яко нигдеже что о брадах обретается, ни в Апостольских, ни во отеческих правилах, кроме подметов лживых. Творца же оного, иже правила Апостольские и отеческие облыгает, вопрошаем, который есть грех больший: браду ли брити, или лгати на Святое? Брадобритие есть от человек, ложь же от диавола. Кто убо горее согрешает: той ли, иже согрешает человечески, или той, иже согрешает диавольски?

Сия рекше, известно творим, яко в последней части книжицы сея, и в последней статии изъявлено будет, коего греха кровь мученическая загладить не может, и который святой учитель то глаголал есть.

Зде же еще сие речем: всяк грех имать некое услаждение в чувствах или плотских, или в душевных. В чувствах бо плотских содержится похотное, в душевных же яростное. Яростное убо услаждается мщением, похотное услаждается сладострастием плотским. Во власах же нечувственных бриемых, кое ощущается услаждение? Никоеже. Убо и грех никийже в тех обретается, и всуе кто сумнится о спасении своем брадобрития ради.

Глаголют же иные, яко браду брити есть самому на ся руку возложить. Мы же к ним глаголем: убо вам ниже щеткою или гребнем леть есть браде коснутися: ибо чешемой сущей браде, истерзаются власы, и осудитеся вы, яко сами на ся руку возлагающии. Но, о невежи, то ли есть руку на ся возложить, еже браду брить ? еда ли от обриеных нечувственных власов есть какова обида живому тело? Руку кому на ся возложить, есть отсещи нарочно каковый член живого тела своего, или самого себе убити коим либо образом: якоже Иуда убил себе удавлением; Саул, враждебник Давидов, убил себе мечем, прободся тем [383]. Раскольники убивают себе овии огнем, овии гладом: то самого на ся есть рук возложение, еже погубить себе каковою смертию. И коль велик есть той грех, в третьей части книжицы сея изъявлено будет.

4-е РАССМОТРЕНИЕ

В небрадобритии есть ли спасение?

Еже святый Апостол Павел о ветхо-законном обрезании к Галатом написа: ни обрезание что может, ни необрезание[384], то мы о брадах рещи можем: ни брадобритие что может, ни небрадобритие.

Якоже бо обрезание ветхозаконное языком, от идолопоклонения ко Христу обратившимся, и из начала к обрезанию призываемым бывшим, обрезание им не приношаше спасения, но вера во Христа Бога с добрыми делы [385]: сице небрадобритие ветхозаконное никомуже в Христианах приносить спасения, но вера правая и добрые дела.

Указуют брадорастители на святых Виленских мучеников: Антония, Иоанна и Евстафиа, аки бы тии за брады своя пострадаша [386]. Но ведати буди, яко онии не за брады пострадаша, но за Христа Господа. Брады же их в то время бяху знамением христианства между погаными, иже огня имеюще себе в бога, и тому кланяющеся, остризаху главы и брады своя в честь огню богу своему. Ныне же у нас в России, благодатию Божиею, идолопоклонничества несть, огню не кланяемся; все веруем во Христа Бога нашего, и не может быть небрадобритие у нас знамением христианства, якоже и брадобритие не может быти знамением идолопоклонничества; понеже несть в правоверных различия, но все единаче веруют, разве ныне раскольничества небрадобритие знамением будет. Кое же в небрадобритии спасение, сице рассуждаем:

Идеже не ощущается греховное сладострастие, тамо не может быть искушение на грех, ни подвиг борющся и противящся греху. А идеже несть искушения, ни подвига, тамо не могут быти венцы, ниже кое спасение: а понеже во власах ни кая же чувствуется сласть, аще они суть, аще не суть; убо якоже несть в бриении их греха, сице в небриении тех несть спасения.

Аще же бы в брадах небриемых и растимых состоялося спасение, то тии токмо спаслися бы, иже имут великие брады. И елико кто имать большую браду, того было бы большее и спасение: скудобрадым же человеком было бы и спасение скудное, а иже весьма брадных власов не имеют, тем никая же была бы спасения надежда. Что же бы рещи о младенцах умирающих? что о женском полу? Весьма бы тем быти чуждым спасения, яко без брад сущим.

Сия вся рекошася не в досаду старым и честным мужем, ихже брадою и сединами Бог и естество почти и украси; ни бо поучаем мы духовнии мирских людей брадобритию, ни небрадобритие величаем, ни хулим; понеже обое то ничтоже к спасению суть, ни пособствуют, ни вредят; ни имамы повеления от Христа Владыки нашего, еже браду проповедать, но на путь спасения человеки наставлять. А яже глаголются, та глаголются во увещание тех, иже браду имеют во образ Божий, в великую святость и в спасение: брадобритие же вменяют в тяжкий грех, и в тщету спасения, и в самую погибель, и вышше души своей ставят браду свою: не толико бо брегут о спасении души, елико о целости брады. Грехи смертные, душу погубляющие, в ничтоже имеют, самым же небрадобритием чают спасенны быть. Душу потеряти беззаконием ничтоже есть: браду же потеряти грех велик есть. Браду многими рублями окупити, душу же за денежку во ад продати готовы; и тако стала у них брада вышше души. Ниже самого Христа честнее своея брады вменяют. Христа бо по вся дни от сердца своего бриют скаредными своими помышленьми и делы, и не печалятся о том: о браде же им велие попечение, да соблюдут ю целу. Причащения Божественных тайн тела и крове Христовы бегают, и гнушаются аки некоего нечестия; а браду имеют в великое благочестие, и тако стала у них брада более Христа. Поистинне таковым подобает нарицатися бородиане паче, неже Христиане; ни душа бо, ни Христос у них в толиком почитании, в еликом брада их. Идет вор на воровство, на татьбу, на разбой, забыв Христа, забыв и душу свою, и нерадит о том; а о браде ему радение велико. Обидеть ближнего, грабить, похищать, неправды творить, озлоблять, слезы неповинных и кровь проливать, забыв Христа и Душу свою. все то яко ничтоже есть: едино токмо к спасению нужно, еже имети браду небриему. Житие скверное, свинское, во объядениях и пьянствах, и в нечистотах плотских, в прелюбодеяниях, в содомствах, и в прочих скаредствах провождать, и теми Христа от сердца своего отгонять, и душу свою на вечную погибель приуготовлять, все то малая вещь, все то даром: едино честно и свято, еже браду сохранить нерушиму. Та спасет, та в царство небесное введет, та пред Богом оправдит; а без нея невозможно спастися. О крайнего безумия безумных! Честна есть брада старого мужа, но святость в ней никаяже, аще сам грехов многих исполнен будет. Честны седины, но никоеже в них есть спасение, аще сам нерадит о спасении своем. Честны бяху брадами и сединами своими оные судии Израильстии, иже в Вавилоне хотяху насиловати блудно красную телом и душею Сусанну целомудренную [387]: но что им брада и седина поможе? Сице и коемуждо в день страшного суда Божия, и грозного испытания, не поможет брада, аще не обрящется житие праведно. Ниже повредить брадобритие, аще явится житие добродетельно. Не о брадах бо тамо истяжут, но о делех; и не по брадам дадут честь, но по богоугождению. Не той тамо блажен будет, егоже брады бритва не коснуся; но той блажен, егоже сердце чисто соблюдеся.

Никтоже убо от брадатых да уповает брадою своею спасение получить; и никтоже да сумнится о спасении своем брадобрития ради.

Глава 20. О усах

Зде же и о усах мало нечто да воспомянется вины ради сицевыя:

Слышах некиих хулящих, и еретиком нарицающих святого мужа, православного архиерея, блаженной памяти преосвященного Петра митрополита Киевского, прозываемого Могилу, за то, что он написал в своем великом Киевском Требнике, советуя иереям, великие усы имущим, излишние над устнами власы пристригати мало, чтоб не омакали много в кровь Христову. Сице в том Требнике, в части 1, на листе 249 пишется:

Аще священник имеяй косматы усы, от нерадения омочить я в Божественной крови, согрешает: но убо усты своими добре да осмоктает (оссет) я прежде, потомже покровцем да отрет. Да убо избегнути сицевого греха, возможеши, о иерею, скрути я себе добре, или прежде служения пристрижи. До зде Требник.

За то архиерея оного хулят нецыи здешнии и бранят, и еретиком нарицают, имже Бог судит. Аз же хулителем тем, вместо ответа, предлагаю вещь сицевую:

В Ростове, в дому архиерейском, бе черной поп престарелый, именем Варлаам, егоже все Ростовцы добре знаша, ныне уже покойный. Той им якоже браду не малу, сице и ус большой, и излишно над устнами велик. Единою же служащу ми святую литургию, сослужаше ми поп оный, и егда причастися от потира Божественной крови, весь ус омочив в кровь, видех его усами своими изнесша от потира большую часть крове Христовы, ни отерша добре усов своих, но шедша тако к антидору и ко умывальнице. Аз же ужаснувся о таковом небрежеиии и бесчестии крови Христовой, повелех попу тому, да никогдаже со мною служит, но особь себе да литургисает, еже бы ми не видеть такового бесчестия, деющагося святому причащению.

Зде вопрошаю: что честнее и святее: излишие ли власов усовых над устнами, или кровь Христова? И который больший грех: власы ли излишния над устнами мало пристригти, или кровь Христову усами великими вонь из потира святого износить, без страха и брежения?

Вем, яко хулители пошлются на старопечатные в Москве книги, на вышепомянутый Требник и на Служебник, в коих пишется сице: поощряет их (диавол) остругати брады своя, и усы притинати постригалы и бритвами. Еще же злейшее творят, яко и своими зубы укусывают власы брады своея и усы, самоядцем подобящеся.

На то краткими словесы отвещаю.

Кто писал та словеса, в того главе столько было ума, сколько во власах чувства: обретаяй же грех тамо, идеже несть греха, подобен есть тому, иже комара оцеждает, верблюда же пожирает. А егда кто браду и усы гребнем или щеткою чешет, и истерзаются власы, то в какий бы вменяти грех? Есть же иногда и ядущему влас от усов вплетется в снедь, и меж зубы с снедию внидет: то уже таковым (по оного суду) несть спасения.

Глава 21. О истории Евангельской и притчах

Еще и сие раскольников безумие, посмеяния достойное, да обличится, о немже недавно уведах, яко они Евангельскую историю не вменяют в правду, самим делом бывшую, но в притчу ставят, и мнятся утверждать безумное умствование свое толкованиями, яже на Евангелия. Якоже сие:

Пятьма хлебами и двема рыбами пять тысяч народа Христос в пустом месте насытил; то де не было в деле, но притча есть [388]. Пусто место де языки суть, к нимже Христос, оставивши Иудей, прииде; пять хлебы, пять чувств; две рыбы, две книги: Евангелие и Апостол; 12 кош, 12 Апостолы; тако де пишется в Евангельском толковании.

Паки:

О Самаряныне Евангельское повествование не было де самим делом, но притча есть [389]. Самаряныня есть душа человеческая; кладязь крещение; вода жива Дух Святой; пять мужей – пятеры книги Моисеевы.

Паки:

Лазареве воскресение не было де в деле, но притча есть [390]. Лазарь бо боляй, толкуется, ум наш, немощию человеческою побеждаемый; смерть Лазарева – грехи; сестры Лазаревы – плоть и душа; плоть – Марфа, душа – Мария; гроб – житейские попечения; камень на гробе – окаменение сердечное; обвязан Лазарь укроями – пленицами греховными ум связанный; воскресение Лазареве покаяние от грехов.

Паки:

Христово во Иерусалим на жребяти ослем вшествие не было де в самом деле, но притча есть. Ослица есть род жидовский, ярем закона Моисеева носящий; жребя – род языков; и оставив Христос жидов, седе на языки; предыдущие ученики – Ветхий Завет; последствующие ученики – новая благодать; ризы по пути плоть умерщвляемая; ваиа от финик – победа смерти; отроки зовущие суть незлобивые человецы.

Тая и другая чудесная Христова деяния, в Евангельской истории описанная, и преизрядными святых отец иносказательными нравоучительными толкованиями изъясненная, они безумные мудрецы раскольнические в притчу вменяют, а не в самое Дело, толкований ради в Феофилактове Благовестнике обретающихся, не разумеюще толковных чинов и образов, ни ведуще разнствия между историею и притчею, и рассуждати между толкованием истории и притч отнюд не умеюще, яко ума здравого лишенные, ни просвещенные разума светом, безумием же своим, аки Египетскою тьмою, помраченные [391]; и рассевают меж простым народом тыя своя плевелы, и вредят души невежествующих, Евангельскую облыгающе повесть. Кое их глупое умствование, яко недостойное ответа, хотех молчанием мимо идти; но убояхся, да не како, умолчавающу ми, умножится той в народе вред, и большей ереси сотворится начало, еже и воплощение Христово, и страдание, и все преславные его деяния и чудеса, не в дело, но в притчу вменять; и привидением, а не самым делом Христа плоть приемша и пострадавша, мнети, якоже древле Манихейская злоумная учаше ересь, от коея пагубные ереси да сохранит Христос истинный Бог и человек святую свою церковь. К сему же и вопросами неких честных лиц возбужден есмь, иже, слышавше то блядословие раскольническое вопрошаху мя о пяти хлебах с двема рыбами, и о Самаряныне, и о Лазаревом воскресении, и о Христовом на жребяти ослем во Иерусалим вшествии; поистинне ли та самим бяху делом, или притчи суть? Предложих убо с Божиею помощию, и то раскольническое глупое и душевредное умствование по силе моей возразити изъявлением сих:

1) Кая обдержима суть во святом Евангелии?

2) Вся ли, яже во Евангелии, требуют толкования?

3) Како толкуются та, яже требуют толкования?

4) О пяти хлебах, о Самаряныне, о четверодневном Лазаре, и о Христовом во Иерусалим вшествии, каковое в Феофилактове Благовестнике лежит толкование?

5) Почесому познавается во Евангелии самое дело, и почесому познавается притча?

ПЕРВОЕ ИЗЪЯВЛЕНИЕ

Кая обдержима суть во святом Евангелии?

В Евангелии обдержатся двоя сия:

История жития Христова

И глаголы учений его.

История повествует вся деяния Христова и чудеса, яже вочеловеченный Бог наш, на земли явившиея и с человеки жительствующи, содея, начен от пречистого своего из пречистой девической утробы рождества, даже до крестной смерти, и воскресения, и на небо вознесения; при Христовых же деяниях, и иных житиях и делах отчасти повествуются: Предтечево, Иродово, Апостольские, архиереев жидовских, Пилатово, и прочих.

Глаголы же изъявляют вся словеса проповеди и учений Христовых, яже он пречистыми своими усты к восследствующим ему и послушающим того изрече, и яже ныне Евангельским чтением нам проповедуются в душевную нашу пользу.

ВТОРОЕ ИЗЪЯВЛЕНИЕ

Вся ли, яже во Евангелии, требуют толкования?

Не вся, яже во Евангелии писанная, требуют толкования, но токмо та, яже не всякому суть уразумительна; а яже суть всем ясная, уразумительная, та не толкуются, но токмо проповедуются. Кто бо не разумеет проповедуемых деяний и чудес Христовых? От Девы в Вифлееме родися, пеленами повит и во яслех положен бысть; Ангели воспеша, пастыри ему поклонишася, звезда над ним ста, царие с дары приидоша; таже обрезан быв, принесеся в церковь, на руках праведного Симеона возлеже, бежа во Египет, оттуда, по умертвии Иродовом возвратися, в детстве своем дванадесятолетном в церкви Иерусалимской премудростию своею Божественною удивил старых учителей жидовских; в тридесятолетии же крестися от Иоанна во Иордане, в пустыни 40 дней постился и посрамил искусителя диавола; таже святые своя ученики и Апостолы собрав, первое чудо содея, в Кане Галилейской воду в вино претворив, и прохождаше грады и веси Палестинские, проповедая Евангелие царствия, и исцеляя вся недужныя: слепыя просвети, прокаженныя очисти, мертвыя оживи, бесы от человек отгна; в пустом мест пять тысяч народа пятьма хлебами и двема рыбами насыти, с Самарянынею у студенца Иаковля беседова, преобразися на Фаворе, посем Лазаря четверодневна от гроба воскреси, во Иерусалим на жребяти ослем славно вниде, из уст младенец и ссущих совершая себе хвалу, пострада, воскресе, на небо вознесеся. Та вся деяния Христова, самою истиною (а не притчею) бывшие, и Евангельскою историею описанная, совершенно ясная суще, никакового же себе толкования требуют, разве требуют изъявления будущих, яже собою прообразована. Суть бо таковая дела Христова, яже прообразоваша собою будущая, о чесом ниже имамы сказать.

Глаголы же и словеса Христова, от Божественной его премудрости в поучение к народу и учеником его изреченная, не вся всем уразумительна суть; понеже различный разум имеют:

Ова суть ясная,

Ова прикровенная,

Ова притчи и уподобления,

Ова заповеди,

Ова советы,

Ова обетования и утешения,

Ова обличения и прещения,

Ова пророчества.

И другая многая о различных вещех словеса его пресвятая.

От тех убо овая требуют толкования, овая же не требуют; от нихже некая зде да воспомянутся.

От ясных глаголов и словес Христовых суть сия:

О покаянии: покайтеся, приближибося царство небесное[392]. О добродетельном житии: тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела: и прославят Отца вашего, иже на небесех [393]. О приношении даров Богу: аще принесеши дар твой ко олтарю, и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя: остави тамо дар твой пред олтарем, и шед прежде смирися с братом твоим, и тогда шед принеси дар твой[394]. О молитве: молящеся не лишше глаголите, сице молитеся вы: Отче наш[395] и прочая. О посте: егда же поститеся, не будите якоже лицемери сетующе: помрачают бо лица своя, яко да явятся человеком постящеся [396]. О беззлобии: аще отпустите человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш небесный[397]; и прочая тем подобная, ясная словеса Христова в Евангелии обретаютея, та не требуют толкования.

От прикровенных глаголов и словес Христовых суть сия:

Камень, егоже небрегоша зиждущии, сей бысть во главу угла, падый на камень сей, сокрушится; а на немже падет, сотрыет и [398]. И паки: аще соблажняет тя рука твоя, отсецы ю: аще нога твоя соблажняет тя, отсецы ю: аще око твое соблажняет тя, исткни е. И паки: всяк огнем осолится, и всяка жертва солью осолится. Добра соль: аще же соль не слана будет, чим осолится? Имейте соль в себе[399]. И паки: иже имать влагалище, да возмет е, такожде и пиру; а иже не имать, да продаст ризу свою, и купит меч (нож)[400].

И паки: идеже будешь труп, тамо соберутся и орли[401]; и другая тем подобная прикровенная словеса Христова, тая требуют толкования, якоже и оная, яже о страдании своем Апостолом предрече: се восходим во Иерусалим, и прочая: тии же ничесоже от сих разумеша, и бе глаголь сей сокровен от них, и не разумеваху глаголемых[402]; требе бяше им толкования.

От притчей и уподоблений, глаголанных от Христа, сия суть:

О семенах, падших при пути, на камени, в тернии и на доброй земли. О плевелах всеянных от врага посреде пшеницы [403]. О человеце царе, иже отпусти рабу своему долг сто талант, раб же не отпусти клеврету своему сто пенязей [404]. О впадшем в разбойники и о милосердном Самарянине [405]. О богатом, емуже угобзися нива [406]. О другом богатом, иже не помилова нищего Лазаря [407] о фарисее и мытаре, вшедших в церковь помолитися [408]. О винограде и о наследнике, убиенном от делателей [409]. О сотворшем брак сыну своему; и о не имущем одеяния брачна [410]. О сотворшем вечерю велию и звавшем многия, иже и отрицахуся [411]. О талантах, розданных рабом [412]. О блудном сыне [413].

Еще же и сия:

Подобно есть царствие небесное зерну горушичну.

Подобно есть царствие небесное квасу.

Подобно есть царствие небесное сокровищу, сокровенну на селе.

Подобно есть царствие небесное купцу, ищущему добрых бисер.

Подобно есть царствие небесное неводу, вверженну в море [414].

Уподобися царствие небесное десятим девам [415].

Тыя и другия притчи и подобия, усты Христовыми изреченная, яко прикровенная, требуют толкования.

От заповедей Христовых сия суть:

Сия заповедаю вам, да любите друг друга[416]. Любите враги ваша, благословите кленущия вы, добро творите ненавидящим вас, и молитеся за творящих вам напасть. И паки: Аз глаголю вам не клятися всяко, ни небом, ни землею[417]. Не судите, да не судими будете[418]. Не дадите святая псом [419]. И прочая в Евангелии заповеди Христовы. Та, яко ясная, не требуют толкования.

От советов Христовых сия суть:

Аще тя кто ударит в десную ланиту, обрати ему и другую. Хотящему ризу твою взяти, отпусти ему и хитон. И аще кто тя поймет на поприще едино, иди с ним два. Просящему у тебе дай: и хотящаго от тебе заяти, не отврати[420]. Не скрывайте себе сокровищ на земли[421]. Не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете, и во что облечетеся[422]. И паки: иже хощет по мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой. Иже хощет спасти душу свою, погубит ю[423]. Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое, и даждь нищим, и гряди в след мене[424]. Иже аще хощет в вас быти вящший, да будет вам слуга. Иже аще хощет в вас быти первый, да будет вам раб[425]. Сия словеса Христова ясна суть, и не требующая толкования; разве токмо крест советуемый не веществен, но духовен быть да разумеется; и погубление души разуметь мученичество за Христа, или умерщвление своих вожделений.

От обетований и утешеиий Христовых сия суть:

Аще два от вас совещаета на земли о всякой вещи, юже аще просита, будет има от Отца моего, иже на небесех[426]. Всяк, иже оставить дом, или братию, и прочая: сторицею приимет, и живот вечный наследит[427]. Аз есмь с вами во вся дни до скончания века[428]. Знамения веровавшим сия последуют: именем моим бесы ижденут: языки возглаголют новы: змия возмут: аще и что смертно испиют, не вредить их: на недужныя руки возложат, и здрави будут [429]. Вся елика аще молящеся просите, веруйте, яко приимете, и будет вам[430]. Всяк, иже исповесть мя пред человеки, исповем его и аз пред Отцем моим, иже на небесех[431]. Ищите прежде царствия Божия и правды его, и сия вся приложатся вам[432]. Веруяй в мя, дела, яже аз творю, и той сотворит, и больша сих сотворит[433]. Аще кто любить мя, слово мое соблюдет, и Отец мой возлюбит его, и к нему приидева, и обитель у него сотворива[434]. Аз умолю Отца, и иного утешителя даст вам, да будет с вами во веки, духа истины[435]. Не оставлю вас сиры, прииду к вам[436]. Иду уготовати место вам[437]. И паки: прииду и пойму вы к себе, да, идеже есмь аз, и вы будете[438] Сия глаголах вам, да радость моя в вас пребудет, и радость ваша да исполнится[439]. Вы друзи мои есте: нектому глаголю вас рабы[440]. Мир возрадуется: вы же скорбни будете, но скорбь ваша в радость будет[441]. Паки узрю вы, и возрадуется сердце ваше, и радость вашу никтоже возмет от вас[442]; и прочая таковая обетования и утешительетва Христова, имиже возлюбленныя своя утешаше, ясная суще, толкования не требуют.

От обличений и прещений, яже Христос к грешникам глагола, сия суть:

Горе вам книжницы и фарисее лицемери, яко затворяете царствие небесное пред человеки, вы бо не входите, ни входящих оставляете внити. Горе вам, яко снедаете домы вдовиц. Горе вам вожди слепии, оцеждающии комары, велблуды же пожирающе. Горе вам, яко очищаете внешнее чаши и блюда: внутрь же суть полни хищения и неправды. Горе вам лицемери, яко подобитеся гробом повапленым, иже отвне являются красни, внутрь же полни суть костей мертвых и всякия нечистоты. Змия, порождения ехиднова, како убежите от суда огня геенскаго [443]? И паки, поношая градовом, глагола: горе тебе Хоразине, горе тебе Вифсаидо[444], и прочая. И ты Капернауме, иже до небес вознесыйся, даже до ада снидеши: земли Содомстей отраднее будет в день судный, неже тебе[445]. Горе миру от соблазн, горе человеку тому, имже соблазн приходить[446]. Горе вам богатым, яко отстоите утешения вашего. Горе вам насыщеннии ныне, яко взалчете. Горе вам смеющимся ныне, яко возрыдаете и восплачете [447]. Аще не покаетеся, вси такожде погибнете[448]. И сия словеса Христова не темна суть, ниже требуют многого толкования разве то разумети, яко комаром знаменуется меньший грех, верблюдом же больший грех: и сосуд, извне являются чистый, внутрь же нечистоты полный, знаменует лицемерника.

От пророчествий Христовых сия суть:

Се восходим во Иерусалим, и Сын человеческий предан будет архиереем и книжником: и осудят его на смерть, и предадят его языком на поругание и биение и пропятие: и в третий день воскреснет [449]. И паки Апостолам предрече: предадят вы на сонмы, и на соборищах их биют вас, пред владыки же и цари ведени будете[450]. Паки о гонении на церковь прорече: предаст же брат брата на смерть, и отец чадо: и востанут чада на родители, и убиют их[451]. О разорении Иерусалима пророчествова: приидут дние на тя, и обложат врази твои острог о тебе, и обыдут тя, и объимут тя отвсюду: и разбиют тя и чада твоя в тебе, и не оставят камень на камени в тебе [452]: и паки о Иерусалимской церкви прорече: не имать остати зде камень на камени, иже не разорится[453]. О антихристе и предитечех его предглагола: мнози приидут во имя мое, глаголюще: аз есмь христос: и многи прельстят[454]: востанут бо лжехристи и лжепророцы, и дадят знамения велия и чудеса [455]. И о смятении всего мира предрече: востанет язык на язык, и царство на царство, и будут глади и пагубы, и труси по местом[456]: будет тогда скорбь велия, яковаже не бысть от начала мира[457]. Наконец о страшном суде довольно глагола, пророчески предсказуя будущая. Вся же та пророческая его словеса бяху не требующая толкования, яко ясная и всякому уразумительная.

И аще словеса Христова не вся требуют толкования, ясная сущая; кольми деяния Христова самою истиною, а не притчею бывшая, и никоеяже темности имущая, не требуют толковатися, но токмо проповедатися; разве прообразованных ими вещей толковного изъяснения требуют. Суть бо (якоже прежде рех) некая деяния Христова, яже собою проявляху будущая, яже овая собышася, овая собываются: та толкуются в Благовестнике, якоже ниже узрим.

ТРЕТЬЕ ИЗЪЯВЛЕНИЕ

Како толкуются та, яже требуют толкования?

Писания Божественного, во святых Библиях, Ветхим и Новым Заветом обдержимого, сугуб есть разум:

и Духовный, т. Литеральный;

Писменный, т. Мистический.

Письменный разум есть исторический, повествовательный: духовный же разум есть мистический, таинственный. Писмя сказует дело, дух же рассуждает таинство: писмя повествует историю древних деяний, дух же толкует та, яже в древних деяниях прообразованная.

Письменный убо, иже и исторический Божественного Писания разум, есть близ себе, самим повествованием какового дела себе изъясняющ, и к ведению подающься.

Духовный же Божественного Писания разум мистический, таинственный, дальний есть, не изъявляющься близ повествовательными словесы, но повествуемым делом прознаменующься отдалече. Словеса бо повествовательная изъявляют вещь самым делом бывшую: изъявленная же словесы повествовательными вещь паки иную вещь знаменует таинственно.

Обоего же того разума ясное показание зрится в словесах святого апостола Павла; в послании к Коринфянам, идеже глаголет: отцы наши вси под облаком быша, и вси сквозе море проидоша: и вси в Моисеа крестишася во облаце и в мори: и вси тожде брашно духовное ядоша, и вси тожде питие духовное пиша. В тех и в последствующих тем словесах Апостольских сугуб есть разум: един письменный, близ себе сущь, повествующь вещи самым делом бывшия: яко сынове Израильстии, изшедше из Египта, проидоша Чермное море, ходиша под облаком. ядоша манну в пустыни, пиша воду от камене. Другий разум духовен, неизъявляющься словесы повествовательными, но повествуемыми вещьми знаменующься; ибо тем сынов Израильских, Моисеем из Египта изведенных, изшествием прознаменовашеся имевшее не скоро быти наше изшествие от работы прародительного греха, еже Христом Господем нашим содеяся. Морем Чермным прообразовашеся святое крещение. Манна образ бе тела Христова в Евхаристии святой. Водою же, от камене изведенною, прознаменовашеся кровь Христова; а камень бе образованием самого Христа, якоже глаголет Апостол: пияху бо от духовного последующаго камене: камень же бе Христос[458]. Внемлем словесам сим: пияху от духовного последующего камене, самым делом от вещественного пияху камене: от духовного же пити глаголются, понеже той камень вещественный прознаменоваше духовного каменя Христа, и действием духовного камене даяше Израильтянам воду камень вещественный. По письменному убо разуму камень бе веществом камень; по духовному же разуму, Христос камень: и тако сугубство разума, иже в святом Писании, ясно изъявися в словесах Апостольских.

Паки: Духовный мистический, таинственный разум, от Богословцов разделяется на различные толкований образы, а именно на три, яже Греческим языком глаголются:

Аллегория,

Анагога,

Тропология.

Якоже бо три суть богословския изряднейшия добродетели, Вера, Надежда и Любовь: сице и три в разуме духовном толкований образы.

Аллегория согласует Вере,

Анагога Надежде,

Тропология Любве.

Что же есть Аллегория, Анагога и Тропология, внемлите: хощете ли научитися, о несмысленнии Галате, раскольническии пустоумнии учители и кривотолки, и разумейте, аще можете разумети.

Аллегория речение греческое, славянским языком в Апостоле, в послании к Галатом, в главе 4, в зачале 210, в стихе 24 глаголется иносказание. Есть же образ толкования, знаменующь в Писании святом кроме письменного разума нечто ино, приличное вере или церкви воюющей на земли; якоже се: Авраам два сына име: единого от рабы, а другого от свободным[459]; то убо по письменному сказанию самым бе делом. Аллегорически же, еже есть иносказательне, знаменует Бога, имущего два сына, сиесть, два народа, и два завета от него данные: Иудейск, – от рода Авраамля, и Христианск – от языков; Иудейск бе в работе закона Моисеева, Христианск есть в свободе благодати Христовы. Иудейск закон бе плотян, Христианск духовен, и якоже тогда по плоти родивыйся (сын Авраамль) гоняше духовного, по обетованию рожденного: тако ныне Иудейское сонмище, от Христа отпадшее, злобною ненавистию своею гонит Христову церковь.

Анагога речение греческое, аще и неудобно есть к переводу на язык славянский, обаче может славянски рещися, вышний разум. Есть же образ толкования, знаменующь в Писании святом кроме писменного разума ино нечто, приличное жизни вечной, еяже чаем, или церкви, в вышних торжествующей, к нейже прейти желаем, и надеемся; якоже се глаголет Бог в псалмах: кляхся во гневе моем, аще внидут в покой мой[460]. По письмени убо разумеется земля обетованная в Палестине, в нюже не внидоша самые Израильтяне, изшедшии из Египта, но токмо дети их внити сподобишася: анагогически же, еже есть вышним разумом, разумеется жизнь вечная на небесех, юже обеща Бог любящим Его, идеже церкви торжествующей имать быти покой истинный, в оньже не внидут грешнии без покаяния от жизни сея отходящии.

Тропология речение греческое, сказуется нравов человеческих доброе обучение. Есть же якоже и аллегория, иносказание, о ином глаголющее, ино же разумеющее; разве в том разнствует, яко аллегория беседует о тех, яже суть веры и ратующие церкви: тропология же о нравах. Сей толкования образ знаменует в Писании святом кроме письменного разума ино нечто, приличное исправлению человеческому и добродетельному житию, якоже се глаголется в Писании: да не заградиши уста вола молотяща[461]. По письмени убо разумеется о самых истинных волах; тропологически же, еже есть нравоучительна, разумеется о труждающихся в проповеди слова лицах священных, да не возбраненно им будет препитание от народного подаяния. И паки глаголет Предтеча: всяко древо, еже не творит плода добра, посекаемо бывает и во огнь вметаемо[462]. Се по письмени глаголется о древе бесплодном, тропологически же разумеется о человеке не добродетельном.

Четырьмя убо образами разумеется Божественное Писание:

1) по письмени,

2) аллегорически,

3) анагогически,

4) тропологически

Вси же тыя образы изъявляются в едином имени сем:

Иерусалим

По письмени, еже есть исторически или повествовательне, Иерусалим сказуется град, в Палестине сущь.

Аллегорически, еже есть иносказательне, Иерусалим знаменует воюющую церковь.

Анагогически, еже есть вышним разумом, Иерусалим знаменует торжествующую горе церковь.

Тропологически же, еже есть нравоучительне, Иерусалим знаменует душу человеческую в жизни сей. И паки тыя четыре образа разумения, имиже Божественное Писание разумеется и толкуется, видети есть во Апостольском к Галатам послании, в зачале 210, в немже о Аврааме и двух сынах его пишется.

Письменный или исторический разум зрится в словесах тех: Авраам два сына име: единого от рабы, а другого от свободныя[463].

Аллегорический или иносказательный разум в словесах сих: сия еста два Завета.

Анагогический или вышний разум в словесах сих: а вышний Иерусалим свобод есть, иже есть мати всем нам.

Тропологический же или нравоучительный разум в словесах сих: якоже тогда по плоти родивыйся гоняше духовного, тако и ныне.

Та убо, яже во святом Евангелии обретаются, не требующая толкования, сказуются и проповедуются по письменному разуму, исторически, сиесть, повествовательне.

А яже требуют толкования, та толкуются:

Или аллегорически, еже есть иносказательне:

Или анагогически, еже есть вышним разумом:

Или тропологически, еже есть нравоучительне.

Техже Писания святого разумов есть и сокращеннейшее, яснейшее же у богословцов расположение, подобием пиршества изъявляемое, кое зде же да предложится.

Пиршество (глаголют) Божественного Писания три трапезы представленныя имать:

Первая есть трапеза разум исторический повествовательный, по письмени сказуемый и проповедуемый.

Вторая трапеза – разум мистический, сиесть таинственный, духовный.

Третия трапеза – разум нравоучительный. Первая трапеза неученых ради простцовь.

Вторая трапеза премудрых ради учителей.

Третия трапеза общая всем, ученым и неученым.

На первой трапезе пища дебелейша.

На второй трапезе пища тончайша.

На третией трапезе пища сладчайша.

Первая трапеза содержит вкус древних деяний.

Вторая трапеза содержит вкус таинств.

Третия трапеза содержит сладость добронравия.

Первая трапеза питает чудесы древле бывшими.

Вторая трапеза питает образованиями.

Третия трапеза питает словесы душеполезными.

В таковом богословском Писании святого разумов расположение, по первой трапез разума исторического, еже есть повествовательного: во второй трапезе разума мистического, еже есть таинственного, духовного, разуметь буди содержащуюся аллегорию и анагогию, таковыми бо толкований образы разум духовный изъясняется: в третией же трапезе разума нравоучительного веждь быти тропологию.

ЧЕТВЕРТОЕ ИЗЪЯВЛЕНИЕ

О пяти хлебах, о Самаряныне, о четверодневном Лазаре, и о Христовом во Иерусалим вшествии, каковое в Благовестнике лежит толкование?

Рекохом прежде, яко в житии Христовом, во святых Евангелиях описанном, некая Христова деяния прознаменоваху собою вещи будущие. Деяния убо Христова, яко истинные, самою вещью а не притчею бывшая, сказуются и проповедуются письменным разумом, еже есть историческим, повествовательным, вещи же будущие, делами Христовыми прообразованные, та толкуются подобающим им толкованием.

Пятью хлебами от Христа пяти тысящей народа насыщение самым бе делом, а не притчею, якоже то ясно Евангельская история изъявляет. Деяся же то во второе лето проповеди Христовы, по кончине святого Иоанна Предтечи, егоже от Ирода усекновение слышав Господь наш, отъиде в корабли оттуду, сиесть от отечества своего, еже бе ему в Галилейской стране, и иде обонъпол моря Галилейского, в место пусто един, уклоняяся от Иродовы области. И слышавше народи, по нем идоша пеши от градов. И видев Иисус мног народ, милосердствова о них; и напита их тамо в пустыне пятью хлебами [464]. То чудесное Христово дело образова собою будущая: пусто место образова языков, к нимже благовестие Христово от жидов прейти имеяше; пять хлебы образоваху собою пять чувств, или паче прознаменоваху пять больших язв пречистого тела Христова, в снедь верным датися имевшего; двумя рыбами прознаменовахуся две книги, Евангелие и Апостол; дванадесятьми кошами прознаменовахуся 12 Апостолы. Тех вещей, во оном чудесном хлебопитательном деле Христовом, прознаменование истолковано в Феофилактове Благовестнике и в ирочиих учительских книгах разумом духовным, мистическим, сиесть таинственным, по образу аллегорического толкования. И не сказуют учительские книги, дабы то чудесное Христово дело была притча, но самое дело, а не притча; дело же прообразовавшее собою будущая та, яже потом изъявишася.

О Самаряныни такожде, с неюже Христос у студенца Иаковля беседова, Евангельская история есть истинная, самым делом бывшая, а не притча. В коей истории духовным, аллегорическим разумом Благовестник изъявляет таинственно Самаряныню образованием быти души человеческой; кладязь – крещения прознаменование; вода жива – провозвещение Духа Святого; пять же мужи, яже име Самаряныня, показанием бяху сего, яко в Ветхом Завете пять книги Моисеевы не можаху в совершенное спасение привести души человеческой. Сие изъявляя Благовестник, не измещет Евангельской истории, самым делом бывшей, но таинство в деле том образованное показует.

Такожде и Лазарево воскресение не притча, но дело бысть: дело же образовавшее собою человеческие нравы. Толкование же Благовестниково несть по письмени историческое; история бо ясная сущи не требует толкования, но тропологическое, во нравоучение человеком положенное, та, яже делом образовахуся, изъявляющее в человеческих нравах: якоже бо Лазарь бе боляй, подобие ум наш немощию человеческою побеждаемый, болезненну душу творит, и прочая тамо истолкованная нравоучительне.

И Христово во Иерусалим на жребяти ослем вшествие самым бе делом, а не притчею. В коем деле образованные вещи истолкованы суть разумом аллегорическим; и бе то дело пророчеством будущих, якоже и преждепрореченных исполнением; ибо Христос, седши на ослицу и жребя, исполни пророчество Исаиино и Захариино, о том пророчествовавших [465]; исполняя же пророчество тех, начинаше вновь свое пророчество имевших потом быти вещей. Сице о сем Златоуст святой, в бесвде 66 на Матфея, глаголет: сед сам, (на осля) и исполнив сие (пророчество Захариино), ино паки начало даяше пророчества, имиже творяше будущая прообразуя. До зде Златоуст [466]. Такоже и святой Феофилакт Иоанна Евангелиста толкуяй, о Господнем на жребяти ослем седении глаголет: пророчество сбыстся Захариино рекущее: не бойся дщи Сионя, се Царь твой грядет к тебе, седя на жребяти осли:[467] бе же и будущему образ. Образ же нечистых от язык людей, на нихже име сести Слово Отчее, покоряя непокоривые яко жребца. От коих словес ясно показуется сие, яко Господь в своем славном во Иерусалим вшествии, исполняя пророчества святых Пророков о нем предвозвестивших, начинаше свое пророчество, дела прообразуя будущие, кая потом имеяху события; прообразования же та разумом духовным суть истолкованна.

Таково в Благовестнике и в прочих учительских книгах лежит толкование дел Христовых, самою истиною а не притчею бывших.

Аще бо насыщение хлебами народа была притча, а не самое дело, то како потом рече Христос ко учеником своим: не помните (ли) егда пять хлебы преломих в пять тысящь, колико кош исполнь укрух приясте[468]. И паки к народу рече: ищете мене, не яко видесте знамение, но яко ядосте хлебы и насытистеся[469]. Сия словеса Христова ложна ли суть?

Аще Самаряныня бысть притча, а не самое дело, то како ученицы, пришедше, чуждахуся, яко с женою глаголаше Христос? и како Самаряне пришедше, моляху Христа, дабы пребыл у них: и пребысть тамо два дни. Жене же глаголаху (Самаряне), не ктому за твою беседу веруем[470].

Аще воскресение Лазареве бысть притча, а не самое дело, то како мнози от Иудей пришедшии к Марии, видевше, яже сотвори Иисус, вероваша в него[471] ? И како совещаша архиерее, да и Лазаря убиют[472]? Притча бо не в веществе, но в слове сущая, како может убиенна быти?

И Христово во Иерусалим на жребяти ослем вшествие аще притча бысть, а не самое дело, то уже и страдание Христово, и распятие. и во гроб положение, и воскресение его притчею нарещи: и обновитися будет древней Манихейекой ереси, глаголавшей Христа привидением пострадавша, а не самым делом. О крайнего безумия ослепленных умом раскольнических лжеучителей и кривотолков.

ПЯТОЕ ИЗЪЯВЛЕНИЕ

По чесому познавается во Евангелии самое дело, и по чесому познавается притча?

Во святом Евангелии, егда каковое Христово дело на Божественной литургии проповедатися имать, начинается Евангельское чтение сице: во время оно; егда же притча кая, Христовыми усты глаголанная, имать проповедатися, чтение Евангельское начинается сице: рече Господь притчу сию.

Зде смотрите, о кривотолки, како начинаются тая Евангелия яже о хлебах, и о Самаряныне, и о Лазаре, и о Господнем во Иерусалим вшествии.

О хлебах Евангелие начинается сице: во время оно, виде Иисус мног народ, и милосердова о них[473].

О Самаряныне Евангелие начинается сице: во время оно, прииде Иисус во град Самарийский, глаголемый Сихарь[474].

О Лазаре Евангелие начинается сице: во время оно, бе некто боля Лазарь от Вифании[475].

О Господнем во Иерусалим вшествии Евангелие начинается сице: прежде шести дний Пасхи прииде Иисус в Вифанию, идеже бе Лазарь умерый[476].

Се не притчи, но самые дела Христова бяху, не начинаются бо яко притчи, не глаголется: рече Господь притчу сию: но, во время оно, виде Иисус, прииде Иисус, и прочая. Ино бо суть притчи Христом Господем нашим глаголанные, ино же дела его чудесные. Дела убо, яко дела, историческою повестью, по письмени проповедуются: притчи же, яко притчи, прикровенными словесы глаголанные, толкуются; а яже в делах Христовых бяху будущих образования, та яко таинственная, духовным разумом изъявляются.

Умудритеся убо о буии, и слепые узрите свет Евангельской правды, и заблуждшие на путь правый наставтеся, и познайте, что есть во Евангелии история дел Христовых, и что суть притчи, и кая тех толкования.

Глава 22. О милостыне втайне

И о милостыни неправое препростых невеж толкование и учение зде же да исправится.

Во святом Евангелии глаголет Господь: внемлите милостыни вашея не творити пред человеки, да видими будете ими: и проч. и паки: тебя же творящу милостыню, да не увесть шуйца твоя, что творить десница твоя: яко да будет милостыня твоя втайне [477].

Тех словес Христовых силы препростые невежи не разумеюще, учат отнюд не творити милостыни при человецех, но токмо втайне, никомуже видящу. Грех де давать милостыню, где люди видят; не велит де Христос творити милостыни пред человеки, да не увесть шуйца, что творит десница. Тако они словеса Христова нерассмотрительно толкующе, и сами при очесах зрящих не подают милостыни ншцим, и подающих укоряют и возбраняют. И творят сугубу тщету нищим и себе: нищим тщету творят, лишающе тех подаяния людекого, себе тщету творят, лишающеся воздаяния от Бога. И то убо их невежество да обличится, зде же и возразится, и исправится не от мене смиренного, но от великого учителя церковного, святого Иоанна Златоустого, и от изъяснителя толкований его, от Феофилакта. архиепископа Болгарского.

Златоустый святой, в беседе на Матфея девятойнадесять, та вышереченная словеса Христова толкует сице: рек (Христос) не творить (милостыни) пред человеки, приведе, ко еже видетися ими; есть бо и пред человеки творящу, не ко еже видетися творити, и не творящу пред человеки, паки ко еже видетися творити. Темже убо не просте бываемое, но изволение мучит и венчает (а). До зде Златоустый. Кая его словеса святый Феофилакт, архиепископ Болгарский, светлее изъясняя глаголет: аще и пред человеки милостыню твориши, не твориши же явитися похвалы ради, не осужден еси, ни мзду свою погубляеши: аще ли же помышление тщеславия имаши, аще и в сокровищи своем твориши, осужден будеши, и мзду свою погубляеши: мысль бо сердца или мучит, или венчает Господь. И паки о деснице и шуйце Феофилакт глаголет: шуйца есть тщеславие, десница же есть милостыня; сего ради нудитися повеле, да не уведевши тщеславие украдет милостыню твою. До зде Феофилакт.

От сих словес учителей церковных яве извествуется, яко не то есть даяти милостыню пред человеки, еже творити ю пред очима зрящих; но то даяти есть милостыню пред человеки, еже на тщеславие и похвалу творити ю, якоже творяху жидовстии книжницы и фарисеи. И не то шуйца, юже имаши руку твою; но шуйца мысль тщеславная, желающая похвалы человеческой. Аще бо и втайне кто творит милостыню, мысль же тщеславную имать, той не втайне, но яве творит; видит бо то шуйца его – мысль тщеславная. Сице Феофилакт рече: аще помышление тщеславия имаши, аще и в сокровищи своем твориши, осужден будеши, мзду свою погубил еси: и сопротивно: аще и пред человеки твориши милостыню, не на тщеславие же твориши, твориши ю яко втайне. Сице Златоуст рече: есть и пред человеки творящу, не ко еже видетися творити. И паки инде тойже; несть неблагоприятна Богу, яже узрится человеки милостыня, но яже того ради содеяся, да видима будет. Не та (рече) милостыня Богови неблагоприятна, юже видят человецы; но та, юже аще кто нарочно творит от тщеславия, да видимый и похваляемый будет от человеков.

Мы же глаголем: добро есть творити милостыню сице, дабы не видели очеса человеческая. Тако и святитель Христов Николай творяше, нощию, таяся, вверже нищему во оконце три узелцы злата. Тако и мнози богоугоднии творяху, отай подающе, идеже можаху отай подати; аще же невозможно будет человеческих очес утаитися, а видиши нища вельми скудна, и зело требующа твоего подаяния, ни возможно будет тебе потом видети того и дати, тогда не сумняся даждь ему, еже имаши дати. аще и пред очима человеческими должен бо еси дати, а не презрети; ниже погубиши мзды своея очес ради человеческих, не тщеславия бо ради даеши, но нужды ради требуюшего. Аще же хотя дати, и имея что дати, преминул еси скудного человеческих ради очес; согрешил еси противу любве к ближему: любы бо совершенная не ищет своих си, не ищет мзды своея. ни брежет о человечестем оглаголании, но едино зрит, дабы утешити ближнего нищего в скудости его [478].

Учащии убо отнюд не творити милостыни пред человеки, не добре уразумеша словеса Христова, и зле толкуют я, сопротивно учению Христову, и истинному толкованию Златоустову и Феофилактову.

И иных премного таковых обретается, ово Писания святого, ово учительских мест, толкуемых неправо от раскольников, яже вся зде полагать, и неправое кривотолков изобличать толкование, изъяснять же толкованием правым не достанет нам времени. Довлеет, яко показася толкование их быти неправо, и учение их ложно.

А понеже учение их есть ложно; убо несть душеполезно, но душевредно.

Статия вторая

Глава 23. О учении еретическом в Брынянех

Есть ли учение их не еретическо?

Сие яве показася в первой части Розыска, яже о Вере, в статии второй, яко раскольничествующии Брыняне, последующе своему преславному учителю Аввакуму роспопе, еретичествуют зело.

Троическое единосущие пресецают на трое.

Единого Сына Божия на два сына разделяют.

Из Троицы четверицу делают.

Воплощение Сына Божия, бывшее поистинне, не исповедуют.

Христа на особном от святой Троицы престоле посаждают.

И прочие еретичествования их, яже противу догматов веры, и яже противу церковных преданий, довольно тамо описашася и изобличишася.

А понеже учение их есть еретичества исполнено; убо несть душеполезно, но душевредно.

Статия третья

Глава 24. Хула раскольническая на четвероконечный крест, и розыски о кресте

Несть ли во учении их хулы на святые вещи?

Едва когда таковые издревле бяху лютые ереси, святыню церковную хулящие, якоже нынешние ереси Брынские, ихже гроб отверст гортань, смрад хулений испущающь: не точию бо хулят зле в всякую, яже в святой церкви святыню, но и гнушаются тоя, аки некоей мерзости, себе же выше всякой святыни превозносят. Нужда убо надлежит зде некая хуления их предложить во обличение злобы, безумия, упорства и заблуждения онех, и возразите та изъявлением истины.

В первых

Хулят честный крест четвероконечный, нарицающе того крыжем Римским, пустым крестом, сению в Ветхом Завете бывшею креста осмоконечного, мерзостию запустения, антихристовым идолом и печатию антихристовою. Кия их хулы и от писем их зде да воспомянутся.

Аввакум роспопа пишет:

Как так обманул диавол Русских людей бедных: явно идут в пагубу; Римскую блядь возлюбили – крест четвероконечный, паче истинного креста, от трех древ сотвореннаго, от кипариса, и певка, и кедра, да на немже на четвероконечном пишут распятие Христово. Так и стал крыж Польской, выблядок Римского костела.

Ерофей же ученик Аввакумов хулит сице:

Зри крест двоечастный, крыж Римский а не Христов; и везде в действах в церкви тричастный крест Христов действуется, а не крыж двоечастный, сень пустой, а не Христов; понеже Христос не на нем распят бысть: на земли кресты разняты, того ради, чтоб честен был животворящий крест Христов, а не те, иже на земли. Аще крест сей четвероконечный назовешь Христов, то я блядию Римскою без сомнения называю. Аще назовешь того крест Спасителев, то попру его. На теле два креста носим, един Христов, а другой пустой, от тела для бережи, чтоб трисоставный не дотыкался к телу. До зде Ерофей.

Сия ми пишущу, дойде в руце мои некий древний раскольнический свиток, преисполнен лжи, ереси и злочестивого на церковь Божию хуления; в том свитке написана хула на четвероконечный крест Христов, нарицающая того кумиром или идолом антихристовым, и мерзостию запустения, стоящею на месте святе, и проклятым древом.

Тойже злочестивый свиток нарицает и печатию антихристовою крест четвероконечный. Таяже на святой четвероконечный крест хула и везде слышится, происходящая от злохульных уст раскольнических; ибо и миропомазание святое, в немже по крещении печатию дара Духа Святого печатлеемый помазуется четвероконечного креста образом: они раскольники то не Духа Святого печатию, но печатию антихристовою нарицают. Сия же еретическая хула произыде древле от некоего немчина лютеранина еретика, Буллингера именуемого, миропомазание хулившего; не вем же како в Российския страны в раскольники вниде. Но не дивно; тойже бо злый дух в иноземческих еретиках действовавый, действует и в еретиках Русских.

Таковая нечестивая еретическая на четвероконечный крест Христов хуления возставиша мя на ревность по нем, и возбудиша на ответ противу хульников, и на показание ясное сего, яко вся сила креста святого есть в четвероконечии. Аще бо на кресте Господнем и титла бяше, и подножие аще бе, чесо ради осмоконечна креста обыкоша писати и делати? Обаче и титла и подножие, краткая древца суще, не в широте крестной, но в долготе бяху. Самый же крест четвероконечен, а не осмоконечен зряшеся, сый по образу человека имуща руце распростерты, вмещающ на себе Спасителя нашего, распростерта на нем пречистые своя длани; а не яко ныне того делают со излишним осмоконечием. Не хулим мы креста осмоконечного, ни отметаем, но любовию приемлем, благоговейно почитаем и благочестно тому покланяемся, воспоминающе Христово распятие.

Возражаем же хулу на крест четвероконечный, имже, яко знамением Христовым и печатию дара Духа Святого, при крещении нашем в миропомазании знаменани есмы, имже вся таинства церковная благословляются, и освящаются и навершаются; имже вси Христиане знаменаемся, не осмоконечие, но четвероконечие крестное на себе воображающе; понеже и Христос Господь наш не осмочастне, но четверочастне распят бысть.

Да заградятся убо хульная еретичествующих уста, предлежит нам зде о четвероконечном кресте розыскать сия:

1) Четвероконечный крест был ли в Ветхом Завете сению осмоконечнаго?

2) На котором кресте Христос распят бысть, на Римском ли, или на Брынском?

3) Есть ли четвероконечный крест крыжем Римским?

4) Есть ли кумиром или идолом антихристовым, и мерзостно запустения, стоящею на месте святом, крест четвероконечный?

5) Есть ли, или будет ли антихристовою печатию крест четвероконечный?

Но прежде даже тыя о четвероконечном кресте предложенные статии начнем розыскивать, первее положим зде ведение о древесах крестных.

Древес крестных известие в ветхом писании на двух местах мним быть: у пророка Исаии, в главе 60, и у Иисуса Сираха, в главе 24; оба убо та места рассмотрим по толкованию их.

Исаиа глаголет: слава Ливанова к тебе приидет кипарисом и певком и кедром[479]. Тех его словес толкование сугубо: историческое и духовное.

Историческое есть не о кресте, но о церкви Иерусалимской, обновленной по пленении Вавилонском. Ибо первее пророчествова о запустении земли Иудейской: опустеют (рече) грады невселением, и домове небытием человеков, и земля останет пуста[480]. Кое запустите совершися, нашедшу на Иудею Навуходоносору царю Вавилонскому; тогда Иерусалим царственный град Иудейский опустошен бысть, церковь Соломонова сожжена и разорена, и оста земля оная пуста. Таже пророчествова о обновлении Иерусалима, имевшего быть по исшествии людей от Вавилонского пленения. Просвещайся (рече), просвещайся Иерусалиме, прииде бо ти свет, и слава Господня на тебе возсия. Возведи окрест очи твои, и виждь собранная (по пленении) чада твоя: се приидоша вси сынове твои издалече, сиесть от Вавилона [481]. О обновлении же церкви Иерусалимской глаголет: слава Ливанова к тебе приидет кипарисом, и певком, и кедром, сиесть, якоже прежде Соломон, создав церковь, украси ю древесами от Ливана приносимыми, кипарисными, певковыми и кедровыми: тако и Зоровавель князь, от племене Давидова, праотец Христов, изшедши от Вавилонского пленения, обновить разоренную церковь и украсить ю таковыми же древесы кипарисными, певковыми и кедровыми. Се историческое по самому письмени толкование.

Духовное же тех словес пророческих толкование есть о святей церкви Христовой, яже новыи Иерусалимом нарицается, юже собра Господь наш явлением своим на земли. и юже осия и осиявает славою благодати своея; юже украшает даровании Духа Святого. В нейже праведный, яко кедр в Ливане, и яко прочая древеса благовонная возрастают, умножаются и зиждутся в церковь духовную, и в храм Духу Святому, якоже рече Апостол: вы есте церкви Бога жива[482]. И паки: телеса ваша храм живущему в вас Святому Духу суть[483]. Коему новому Иерусалиму, церкви святой, прииде слава Ливанова древом крестным, на немже Христос Господь наш за ны пострадать изволил есть: и наводятся оная о древесах пророческая словеса на крест Христов, во Октоих церковном, сказующем тому быти от кипариса, певка и кедра. Сице в гласе 2, в среду на утрени, в песни 9, стихе 2 чтется: Виден бысть возносим на кипарисе Владыко, и певке, и кедре, ради благости. В гласе же 3, в среду и в пяток на утрени седален сице: на кипарисе и певке и кедр вознеслся еси Агнче Божий и на других во Октоихе местах, и в прочих церковных книгах тоже обретается.

От тех убо древес, кедр вемы, и кипарис такожде знаем, певка же не вемы известно, кое то древо есть. Иные сказуют быти сосну: сице мнит иеромонах Епифаний киевлянин, шестодневник святого Василия Великого, с еллиногреческого языка на славянский диалект преведый, иже в беседе 5, на листе 16 на оборот, противу певка, на брезе написа сосну. Но не мнится сице быти; понеже и Соломон и Зоровавель украшаху церковь зданием от древес негниющих, сиесть не скоро гниющих; древо бо кедрово и кипарисно и до тысящи лет может не согнити, сосновое же едва сто лет цело пребудет.

Иисус Сирахов, описуя хвалу премудрости Божия, глаголет от лица ея: яко кедр вознесохся в Ливане, и яко кипарис на горах Аермонских, и яко финикс (или финик) возвысихся, иже на примории [484]: та Сирахова словеса толкователи наводят на крест Христов, сказующе в том быти древу кедрову, кипарисну и финикову. Нам же дивно есть сие, яко зде финик, а не певк полагается, не едино ли есть обое то, певк и финик, иже и пальма? Коему финикову древу в кресте быти и святой Киприан священномученик, епископ Карфагенский, древнейший учитель церковный свидетельствует глаголя к Христу Господу сице: возшел еси Господи на финик, яко то креста твоего древо знаменоваше торжество над дияволом [485]. До зде Киприан. И не неверно есть его слово, понеже в древних всегда финики бяху знамением победы и одоления над супостатом; и Христос Господь егда вхождаше славно во Иерусалим, сретоша его с ваиами от финик яко победителя смерти, и яко предзнаменующе финикову древу в кресте быть. Еще же и другое Писания святого свидетельство несть отметно, идеже от лица Христова глаголется: взыду на финик и удержу высоту его[486]; еже Кассиодор с Киприаном святым о древе креста Христова разумеют, яко Христос возшед на крест, удержа, и изпраздни всякое (миродержителей тьмы века сего) начальство, и всякую власть и силу. Есть же и финик от древес не гниющих, якоже и кедр с кипарисом. Но о том финик и певк едино ли суть, или не едино, много испытывать не надлежит нам нужда. Несть бо се догмат веры, ибо не в древеса крестные, но во Христа Господа укрестованного веруем.

Еще же зде прежде даже розыска о четвероконечном кресте имемся, да положится о древе животворящего креста повесть, аще и странная, обаче вероятия не недостойная.

Повесть о древе крестном, собранная от книг различных.

От книги глаголемой Ключ разумения, Львовской печати, в слове на воздвижение честного креста, лист 335.

От Иоанна Карфаена, книга 10, Омилия 19 о кресте Христовом.

От Николая Лирана, в толковании Евангелия Иоаннова, глава 5.

От Хроники Иакова Вергомиты, лист 59.

От хронографа Иоанна, прозываемого Навклира, лист 163.

И от иных повествователей, на иностранном диалекте обретающихся.

Тоже; аще и отменными речьми, обретается и в Российской рукописной книге, Избранник глаголемой.

Адам, егда разболеся к смерти, посла сына своего Сифа к раю, к Ангелу хранящему рай, просити от Ангела врачевства, соблюдения ради здравия, и продолжения ради жизни на земли. Врачевства же от елеа милосердия, от негоже Бог послати ему обеща, изгоня и от рая. (Елей, Богом обещанный Адаму, знаменоваше Сына Божия, его-же им Бог послати на землю на искупление рода человеческого от вечной смерти. Адам же, о вещественном врачебном елей мня, просить того веляше. Не буди же дивно кому сие, яко Сиф человек сый, к Ангелу послан бысть. Ибо не первое Сифу с Ангелом бе знание; еще бо в юности своей 10 лет от рождения имевый, восхищен бысть Ангелом в высоту по Божию повелению, и научен ведения многих таин Божьих, и виде расположения горной твари: движение небес, течение солнца, луны и звезд, и устроение планет небесных и действа тех уразуме. Свидетельствует о том Георгий Кедрин цареградец во своей исторической книге. Что убо дивно аще таковый послан бысть от отца Адама к Ангелу рай хранящему)? Ангел убо Божиим велением от древа заповеданнаго, от негоже Адам вкусив преступи заповедь Божию, даде ему три зерна, да от коего древа начатся грех человеческ, от того и спасние устроится человеческому роду. Сиф же от Ангела тыя зерна приемши, возвратися ко отцу своему Адаму, и уже не обрете его в. живых, но умерша и погребенна. Посади убо зерна тыя в землю при гробе отчем. От тех зерн прозябóша три леторасли, кедрова, кипарисна и финикова, яже и пальмова (или по Исаииному речению певкова); таже леторасли тыя срастошася во едино древо велие, от корене убо до верху едино бяше древо, в верху же ветви коегождо древа особь разделишася. И пребысть то древо даже до дней царя Соломона. Созидаемой же бывшей церкви Святая Святых во Иерусалим от Соломона, и многим древесам изрядным отвсюду бывшим приносимым, посечено бысть и оное древо яко изрядное, и во Иерусалим к зданию принесено; но смотрением Божиим не употребися в здание церковное, на ином бо месте бываше долго, на ином же кратко. Того ради древо то оставлено бысть в сенех церковных при стене, седения ради людям приходящим, и почить от труда изволяющим. Егда же царица Савска, именем Никавля, едина от древних пророчиц, сивилл глаголемых, прииде во Иерусалим слышати Соломонову премудрость: та рассмотряя пречудное церковное здание, узревши тамо оное древо, бысть во ужасе и пророческим духом прорече, яко на том древе имать Бог, в естество человеческое оболченный, умрети. Книга же Российская, Избранник глаголемая, и то повествует, яко тогда и сие тамо пророчески речено бысть: о треблаженное древо, на немже распнется Христос Господь!

Того ради древо оное повелением царя Соломона закопано бысть в землю глубоко при овчей купели, да никогдаже в руки человеческие приидет. Но то по многих летах Божиим строением из земли изыде, и по воде купели овчей плаваше. Коего ради древа и Ангел Господень на всяко лето в купель ону вхождаше, и возмущаше воду[487], древо то омывая; и подавашеся цельба болящему, иже первее по возмущении воды вхождаше в купель. Егда же Христос Господь наш естество человеческое на ся прием, на земли явися, и с человеки поживе, жидове емше его, и Пилату на распятие предавше, искаше древа тяжчайшего на крест, дабы тяготу Христу соделали. И увидевше преждепоминутое древо в воде купели овчей, водою намоченное и зело тяжко сущее, извлекоша е оттуду, и вдаша на соделание из него креста, иж; толь тяжек бе, яко нужда бяше да кто в пошении того Христу поможет; и задеша Симону Кирииейску понести крест его. До зде повесть, юже ни утверждаем, понеже нецыи мнят ю быти апокрифу (неподлинну), ниже весьма отмещем, понеже имать своя свидетели, и всемогуществу Божию вся возможна суть.

От сея повести является то, яко крест Господень соделан бе от такового древа, в коем три древеса, кедр, кипарис, финик или певк, в едино древо срастошася.

Но и еще (прежде даже о четвероконечном кресте имемся розыска,) умедлим мало рассмотрением о сем: было ли на кресте подножие. Титла бо на крест возложенная воспоминается в Евангелии, подножие же нигдеже воспоминается.

Речет кто: о подножии Пророцы прорекоша. Давид бо глаголет: возносите Господа Бога нашего, и покланяйтеся подножию ногу его, яко свято есть[488]. И Исаия от лица Христова глаголет: и место ног моих прославлю[489]. Мы же на обоя та пророчества посмотрим толкования, о коем подножии та глаголются. Но первее рассмотрим различие подножий Божиих: есть подножие, емуже кланяться велено, и есть подножие, емуже кланяться не указано. Глаголет Бог в Исаиином пророчестве: небо престол мой, а земля подножие ног моих[490]: тому подножию Божию, земле, никтоже кланяется, разве Создателеви ея Богу. Паки пишется в псалмах: рече Господь Господеви моему: седи одесную мене, дóндеже положу враги твоя подножие ног твоих[491]. И тому подножию Божию, врагам Божиим, кто хощет кланятися? Коему убо подножию кланяться Давид повелевает?

Тех словес Давидовых толкование сугубо: по самому письмени и по таинству.

По письмени толкование сицево: в Ветхом Завете кивот Божий, в немже бяше жезл Ааронов прозябший, и скрижали завета, и стамна златая, носящая манну; той кивот зовом бе Божие подножие, якоже то видети есть в книзе 1 Паралипоменона, в главе 28, идеже Давид царь к людем рече: помыслих на сердцы моем, да созижду дом, в немже покоится кивот завета Господня,и подножие ногам Господа Бога нашего[492] Чего же ради кивот звашеся подножием Божиим? Сего ради, яко верху кивота, между двумя Херувимами, на крилах их над кивотом распростертых, бяше дека от чиста злата, крилами держима, акибы покров кивоту. Бяше же та по подобию седалища или престола, на коем месте Богу невидимому седети от Израильтяне веровашеся, якоже в томже псалме, в стихе первом, пишется: седяй на Херувимех. Кая словеса они Израильтяне (по толковников сказанию) не о небесных невидимых Херувимах, но о Моисеевых зримых, златых, над кивотом завета поставленных, пояху. Но и сам Бог к Моисею глагола: возвещуся тебе оттуду, и глаголю тебе свыше очищения между двема Херувимома, яже суть над кивотом свидения[493]. Седящу убо Богу между Херувимами на седалищи златом, крилами их держимом, кивот бяше под ногами Божиими, и того ради звашеся кивот подножием Божиим, емуже кланятися Давид веляше: и покланяйтеся (рече) подножию ногу его, яко свято есть[494]. То по письмени толкование.

Таинственным же толкованием святой Афанасий Великий и прочие святые отцы разумеют быть подножие Божие, человечество в лице Христовом. Сице Афанасий глаголет: в вышних живый Бог, и имый под ногама все создание, бысть неизменно человек, нашему соединен естеству, еже подножие ею есть. Такожде и в Киевской великой печатной Псалтири, толкования на брегах имущей, пишется: ”Подножие Божие земля, тело пречистое Христово, от земли тела пречистой Девы взятое, в немже Христос истинный Бог походи, соединен с Божеством во едину ипостась, темже свято и пресвято есть.»

Се убо от обоих толкований, и еже по письмени, и еже по таинству, яве есть, яко не о том подножии пишется, еже на кресте делают или пишут. Наводится же то от церкви святой и на самый крест Христов, прокимен бо кресту поемый есть сей: возносите Господа Бога нашего, и покланяйтеся подножию ногу Его, яко свято есть[495]. Но то наводится на всецелый крест Христов, а не на часть токмо малую, якоже подножие малое зримо есть.

Еще же и Исаиина словеса, от лица Христова глаголющая сия: и место ног моих прославлю; та в Российских Библиях не обретаются, токмо в Триоди, в паремиях, в великую субботу чтомых; обретаются же словеса та в Римских Библиях, в Иеронимовом преводе, коим словесам толкование по писмени тоежде, еже и вышше о кивоте Завета, по таинству же, о церкви Святой: Богу бо, на небесном еедящему престол в, нодножие ему есть церковь его Святая, на земли ратующая.

Бяше ли убо на крест подножие, или ни, не извещает того Писание святое, ни толковники Божественного Писания. Видети же есть между сосудами преподобного Антония Римлянина, на Святом потире крест Христов изображен без подножия, четвероконечен, и титлу Христову имущь на хартии, а не на дщице написану [496]. Не прекословим мы творимому и пишемому на кресте подножию, токмо то извещаем, яко в древних святых книгах несть о том воспоминания и подлинной ведомости.

Кольми паче баснь есть то, еже в раскольническом свитке обретох писано сице:

О подножии креста зри в Алфавитах вопрос: Что ради пишут у креста Христова десную подножия Христова страну подъемлющуюся гор, а шуюю понизшуюся долу? Толк: Зане же на кресте стоя Христос, главу приклони на десно, да приклонить языки веровати и поклонитися ему; десную же ногу облегчи того ради, да облегчатся греси верующим в него, и во второе пришествие возмутся горе в сретение его; а шуюю того ради отягчи, подножию долу понизшуся, да неверующии в него отягчатся и снидут во ад. До зде то умствование.

Рекл бых, яко умствование то несть противно церкви Христовой, несть противно вере Святой: но понеже слышу людей простых, верующих басни той, аки самой Евангельской истине; церковь же непорочная, сущи невеста Христова, должна никаковых же баснословных умствований и самовымышленных толкований приимати, но на самом Писании Божественном утверждаться, и толкования истинного великих вселенной учителей (а не простых бающих мужиков) слушать. Того ради, ово ревнуя по церковной истине, ово же должность архиерейскую храня, оному неистинному умствованию не внимаю.

Лобызаю подножие крестное, аще косое, аще не косое, и обыкновению крестоделателей и крестоиисателей, яко церкви непротивному, не прекословлю, снисхожду: толкования же о косости подножия, в свитке раскольническом писаного, понеже то в древних Святых отцах и толкователях не обретается, не приемлю.

Зде приступим к розыску преждереченных предложений, положенных противу хул раскольнических, глаголющих, яко четвероконечный крест в Ветхом Завете бяше сень креста осмоконечного. Распеншуся же Христу на осмоконечном крест, сень и образ крест четвероконечный проста, и уже той четвероконечный крест сотворися аки бы крыжем Римским и мерзостию запустения, идолом антихристовым и печатию антихристовою.

Розыщем убо о том подлинно.

В ПЕРВЫХ

Четвероконечный крест был ли в Ветхом Завете сению креста осмоконечного?

Аще по раскольническому мнению крест четвероконечный в Ветхом Завете был сению креста осмоконечного, то подобаше всячески, дабы в Ветхом Завете был четвероконечный крест именно самым делом от никоего вещества соделан, и на некоем месте стоящ. Да покажут убо нам раскольщики, в Ветхом Завете где крест четвероконечный обретается? или поне имя то крест, в Российских Библиях в Ветхом Завете где написано? Еще же и свидетельство каково от Святых отец (а не от своих Брынских лжеучителей) нам да предложат, яко в Ветхом Завете бе крест четвероконечный образ креста осмоконечного? Повестям бо сумнительным без достоверного свидетельства не емлется вера. Мы же предлежащий вам творим розыск, испытующе в Писании ветхозаконном, был ли когда в том четвероконечный крест? или, поне имя крестное вь Ветхом Завете в Российских Библиях обретается ли, кроме тайных прописаний крестных, не яве, но тайно крест Христов образовавших? И аще не обретается в Ветхом Завете крест, ни именование крестное; то коея ради вины не обретается?

Розыск о сенех и прообразованиях крестных

В начале сие веем известно буди, яко то имя крест, не обретается в Ветхом Завете в Библиях Российских (не глаголю зде о иностранных Библиях, на иных языках обретающихся, но о Российских; понеже мне к нашим Россиянам слово). Кто читатель Российских Библий искусный? кто прочел добре весь Ветхий Завет? нашел ли в нем где четвероконечный крест? или поне то самое именование крест? Да соберутся отвсюду Российские раскольщики, и да читают с прилежанием во дни и в нощи в Российских Библиях Ветхий Завет даже до новой благодати, до Евангельского (глаголю) благовестия, обрящут ли где воспомянен крест? Никакоже.

Аще же и многая в Ветхом Завете бяху креста Господня прообразования и сени, обаче именно креста нигдеже обрящеши; ни бо нарицахуея именем крестным оная прообразовать, ниже от народа тогдашнего познавахуся быти крестная прописания, разве от некиих, имже от Бога открыся, Пророков. Познашася же та уже в новой благодати от Христиан, рассмотряющих ветхозаконная, и исследовавших, яко та бяху креста Господня прознаменования. От коих знатнейшая некая зде воспомянем вкратце.

Трегубая в Ветхом Завете бяху прообразования и сени Креста Господня:

Овая в веществах нечувственных, знатных же, или чудесную некую силу от Бога им вложенную имевших.

Овая в деяниях человеческих, Пророчески будущая предобразовавших.

Овая же в видениях и откровениях, бывших Святым праотцам и Пророкам.

Первая убо токмо силу креста Господня прообразоваху.

Другая и силу и образ креста тайно прописоваху.

Третия же с силою и образом купно и самое страдание Господне проявляху.

Первая прообразования и сени креста Господня в веществах нечувственных, знатных же и чудесных.

В начале, древо жизни, еже посреди рая, прообразованием и сению бяше креста Господня, имевшего быти посреди земли. Сице глаголет Святой Иоанн Дамаскин: сей честный крест преобрази древо жизни, в рай от Бога насажденное [497]. До зде Дамаскин.

Якоже бо древа оного райского плод животворен, идущему того даяй бессмертную жизнь: сице крестный плод – Христос, вкушающему того, подает живот безконечный, якоже сам глаголет: ядый Мою плоть, и пияй Мою кровь, имать живот вечный[498]. Того ради крест Господень древом жизни от церкве в ирмосах именуется, идеже поемо есть сице; крестное живоносное на земли насадися древо[499].

Зде вопрошаю раскольщиков, сказующих в Ветхом Завете кресту четвероконечному быти образом и сению осмоконечнаго, да скажут нам: То райское древо жизни, крест Господень собою прообразовавшее, бяше ли четвероконечно, якоже четвероконечный крест?

Ковчег Ноев, от древес негниющих соделанный, имже род человеческий спасеся от всемирного потопа: той (по умствованию книги о вере безъименного творца, печатаной в Москве, в патриаршество Иосифово, в лето 7156, на листе 67 на обороте) бе прообразованием и сению креста Господня, имже име быти спасение роду Христианскому от греховного потопа. Аз же вопрошаю: ковчег оный, крест Господень собою образовавший, бяше ли крестообразен, якоже четвероконечный крест?

Дрова, яже Исаак, ведомый от отца на жертву Богу, раменми своими понесе, прообразованием бяху креста Господня. Сице о том преподобный Ефрем гадательствует: Носяй Исаак дрова, идяше на гору заколен быти яко агнец незлобивый: понесый же и Спас крест, идяше к лобному мвету, заколен быти яко агнец за нас. Нож видя, разумей ми копие. Требище помышляя, смотри ми лобное место. И плахи (дровныя) видя, разумей крест [500]. До зде Ефрем. Вопрошаю: тыя плахи, крест Господень собою образовавшия, бяху ли четвероконечны, якоже четвероконечный крест?

Жезл или скипетр Иосифа, в Египте царствовавша, на егоже конец жезла Иаков поклонися [501], прообразование и сень креста Господня бяше. Сице чтется в Каноне на Воздвижение, в песни 7: Жезла обьемлет край Иосифова, будущая зря Израиль, царствия державное: яко возъимуществит преславный крест, проявляя. Той жезл Иосифов, крест Господень собою прообразовавый, бысть ли четвероконечный, якоже четвероконечный крест?

Паки: Моисеев жезл чудотворный, иже в змия претворяшеся, и змии волшебные поядаше, воды Египетские в кровь прелагаше, и иныя наводяше на Египтян казни: иже море Чермное пресече, и Израилю сух путь к прешествию сотвори: той прообразованием и сению бяше креста Господня, змиев адских истребити, кровию Христовою церковь, яже от язык, обагрить, и греховного мира казнить, новому же Израилю путь к небеси удобен сотворить имевшего. Той убо Моисеов жезл, крест Господень собою прообразовавый, был ли четвероконечен, якоже четвероконечный крест?

Такожде и Ааронов жезл прозябший нрообразованием и сению бяше креста Господня, якоже воспевает церковь: жезл во образ тайны приемлется, прозябением бо предразсуждает священника, неплодящей же прежде церкви, ныне процвете древо креста [502]. Той жезл Ааронов, крест Господень собою прообразовавый, был ли четвероконечный. якоже четвероконечный крест?

Древо, вложенное в горькия Меррейския воды, и усладившее горесть [503], прообразованием и сению бяше креста Господня. Сице в Каноне на Воздвижение в песни 4 читается: горькородныя преложи древом Моисей источники в пустыни древле, крестом ко благочестию языков проявляя преложение. Такоже и Иосиф, предпразднственного Канона творец, в песни 5 глаголет: Меррейския ослаждая прежде Моисей воды, знаменуя древом тебе честный кресте, имже сладость спасительную человеком искапал еси [504]. То древо, Мерру усладившее, крест Господень собою образовавшее, было ли четвероконечно, якоже четвероконечный крест?

Финик древо, под нимже Девора пророчица седящи судяше Израилю [505], прообразование и сень бяше креста Господня, на немже Господь суд сотвори на князя мира сего диавола, еже прогнану тому быти: ныне (рече) суд есть миру сему: ныне князь мира сего изгнан будет вон[506]. Той Деворин финик, крест Господень собою образовавший, бяше ли четвероконечен, якоже четвероконечный крест?

Челюсть осляя, еюже Самсон изби тысящу Филистинов, егда же возжадася и возопи к Богу, отверзе Бог язву на челюсти, и изыде из нея вода, и пи[507]. Та челюсть прообразованием и сению бяше креста Господня, имже мысленный Самсон – Христос изби адских филистинов отверз же язву в пречистых ребрах своих, изведе источник крове и воды, и напои тем жаждущее спасения естество человеческое. Та осляя челюсть, крест Господень собою прообразовавшая, была ли четвероконечна, якоже четвероконечный крест?

Гусль Давидова, еюже Давид, сладце поя, отгоняше от Саула духа нечистого, мучившего и [508]: та гусль прообразованием бяше креста Господня, на немже плоть Христова аки струна на доске гусельной бе протяженна. Егда же незлобивый Господь сладце молитву о убивающих его воспет, глаголя: Отче! отпусти им: абие далече отбегоша злобные духи, незлобием незлобивого Владыки побежденны и прогнаны. Та гусль Давидова, крест Господень собою образовавшая, была ли четвероконечна, якоже четвероконечный крест?

Палица Давидова с пятьма каменьми добрыми, избранными от потока, с нимиже Давид изыде противу Голиафа, якоже сам той исполин к Давиду рече: тако ли есмь аз яко пес, да идеши противу мене с палицею токмо и камением[509]? Та палица бяше прообразование и сень креста Господня, пять же камений добрых бяху прообразование пяти язв Господа нашего, на кресте приятых. Та убо палица Давидова, крест Господень собою образовавшая, бяше ли четвероконечна, якоже четвероконечный крест?

Древо Елиссеево, еже он в воду вверг, железу в воде погрязшему всплыть на верх сотвори [510], бяше прообразованием креста Христова. Сице святой Феодор Студит в Каноне крестопоклонной недели, в песни 8 глаголет: гряди Елисеев пророче, рцы яве, что древо оное, еже в воду вложил еси? Крест Христов, имже от глубины тли извлекохомся. То убо Елиссеево древо, крест Христов собою образовавшее, бяше ли четвероконечно, якоже четвероконечный крест?

И иная многая тем подобная обретаются в ветхозаконном Писании креста Господня в веществах прообразования и сени, яже вся сочислити не достанет нам времени, довлеют ныне сия ко изъявлению вещи, о нейже деется розыск. Разве едино еще воспомянем сие: древо, к немуже Ахиор воевода Аммонийский, от Олоферна пред градом Вефулиею б привязан рукама и ногама, за свидетельство истины [511], якоже о том в книге Иудифи пишется пространно, изволяяй да зрит тамо: то древо прообразованием и сению бяше креста Господня, к немуже Господь наш рукама и ногама бе пригвожден пред градом Иерусалимом. То убо Ахиорово древо, крест Господень собою образовавшее, бяше ли четвероконечно якоже четвероконечный крест?

Се толико показася в Ветхом Завете прообразований и сений креста Господня бывших в веществах нечувственных и никоторое же от них обретеся четвероконечно, якоже четвероконечный крест. Како убо можаше четвероконечный крест в Ветхом Завете сению быти осмоконечного, егда четвероконечный крест в вещественных прообразованиях и сенех не обреташеся?

Разве рекут раскольщики, яко оное древо, на неже Моисей вознесе змию в пустыни [512], бяше четвероконечный крест; сице бо и иконописцы пишут змию вознесенну на древе, четвероконечному кресту подобном. Но в Библиях святого Писания не тако стоит; пишется бо тамо сице: сотвори Моисей змию медяну, и постави ю на знамении. На коем знамении? Не речет ли кто, яко на крестном знамении? Да смотрит убо в Греческих Библиях того места, и тамо да прочтет и уразумеет, яко знамение то бяше не крестное, но полковое, воинское, рекше: знамя или хоругвь. Ибо в полцех Израилевых, в пустыни 40 лет ходивших, якоже 12 племен (кроме Левиина) бяше, и 12 князей, сице и 12 знамен или хоругвий (а не крестов) ношашеся; якоже то видети есть в книге Чисел, главе 2: идеже Бог учит Моисея, како устрояти полки Израилевы по чину, и по знамениях, и по домом отечества их[513], сиесть, по роду их: коегождо бо рода людие своего полка и знамени придерживахуся [514]. На знамя убо полковое вознесе Моисей змию в пустыни, сице Греческий диалект читает: ἐπὶ σημείου, сиесть, на знамя [515]. Коего писания и святый мученик Иустин Философ придержася во своей Апологии, юже писа к Антонину царю Римскому, повествует, яко Моисей змию ту вознесе на копии (на прапор) знаменном, и постави на сени святой, яже бяше жидом в пустыни вместо церкве [516]. Бяше же то знамя поистинне прообразование и сень креста Господня по словеси самого Господа, в Евангелии рекшего к Никодиму: якоже Моисей вознесе змию в пустыни, тако подобает вознестися сыну человеческому[517]: обаче по писаниях библийных то древо, на неже Моисей вознесе змию, не является быти образом четвероконечия крестного. Разве змиею четвероконечие крестное изобразися, вопреки оной бывшей на знаменном копии или на прапоре возложенной: якоже Иосиф, Канона, иже пред Воздвижением, творец в песни 8 глаголет: высоце на древе возвеси, впреки змия, яко писася, Моисей прописуя тя всечестное древо[518]; бывшей убо змии впреки прапора, четвероконечие крестное можашеся зрети. А само то древо не бе четвероконечно, якоже четвероконечный крест. Аще же бы и четвероконечно было то древо, то не осмоконечного, но четвероконечного креста было бы образование. А яко иконописцы пишут змия на крестообразном древе, тем леть есть, якоже хотят, по своему мнению писати. Тии и икону Христова Рождества изобразующе, пишут пречистую Деву при яслех лежащую, акибы больную по рождении Христа, аще она и без болезни роди, ни лежа: такожде и Христа пишут, бабою держима и омываема, акибы от скверны, аще той и без скверны родися, и послужения бабияго при рождестве того не бе, якоже то яве изъяснися в книге нашей, декабря в 25 день, в слове на Рождество Христово. Еще и сие о нерассудных иконописцех да воспомяну: в некоей честной обители, в паперти церковной видех стенное писание; имже изображено создание от Бога мира сего зримаго, в коем писании изображено покой Божий в день седмый сице: стоит кровать, а на кровати подушки постланы, а на подушках лежит Бог Отец, а над ним надписано: почи Бог от всех дел своих. О неразумия! лежит ли Бог на подушках, на кроватях? И иная многая нелепая обыкоша тии писати: якоже святого мученика Христофора с песиею главою, святых мученик Флора и Лавра с лошадьми. яже суть небылица. Подобне они пишут и змия на крестообразном древе, обаче сие несть церкви противно, токмо раскольников ради изъянися от писания, яко то древо бяше не четвероконечный крест, но знамя полковое, воинское. Изъявися же того ради, да не утверждают мнения своего, акибы то был четвероконечный крест, осмоконечного креста сень, разве четвероконечного прознаменование. Ибо сень (да тако противу их умствования возглаголю) должна быти по подобию вещи тоя, еяже сень есть; якоже и очи наши зрят, егда человек ходит во дни, сияющу солнцу, сень его зрится по все ну подобна человеческому подобию: имущу бо человеку едину главу, сень его не показует двух глав, такожде и две руце человеку имущу, сень его не показует четырех рук. Сице глаголати есть и о орудии том, на немже Моисей змию вознесе в пустыни: аще то орудие по раскольническому мнению (а не по Писанию святому) бе четвероконечно, убо четвероконечного креста бяше преобразование, а не осмоконечного.

Другая прообразования и сени креста Господня в деяниях человеческих, пророчески будущая предъобразовавших.

Иаков ветхозаконный праведник, пророческого дара исполненный, пред кончиною своею, благословляя двух сынов Иосифовых, Ефрема и Манассию, премени своя руне, положив десницу на юнейшего сына Ефрема;девицу же на старейшего сына Манассию [519]; то бяше прописание креста. Сице и церковь наша православная в праздник Воздвижения честного креста в стихирах на литии воспевает: рук пременение патриарха Иакова на благословение чад, державное креста твоего предъявляйте знамение [520]. Зде рекут раскольщики: се четвероконечный крест сень осмоконечного; мы же на то отвещаем: руце Иаковли, крестообразно преложенныя, не бяху самый четвероконечный крест, ниже имя крестное тамо обретается, но токмо тайное образование креста бяше; креста же не оемоконечного, но четвероконечного. Аще же раскольники хотят, дабы то Иаковле крестообразное пременение рук было сению креста осмоконечнаго; то подобает им, да приложат Иакову рук более, неже две, чтоб и концов было более.

Кровь агнчая во Египте, еюже повел Бог жидам помазати праги домов своих и обе подвои [521], та кровь (якоже учит Киприан святой) бяше прообразованием креста святого; понеже мазаху первее над дверьми верхний праг, таже нижний, таже обе подвои. Обаче то мазание четверочастное не бяше самый крест, но токмо тайное прописание креста; ниже бо имя крестное тамо обретается, ниже мазавшии знаяху то быти крестное прописание. Но мы в новой благодати сущии, разсмотряюще ветхозаконная, познаваем, яко то бяше креста прознаменование, креста же не осмоконечнаго, но четвероконечного. Аще же раскольники хотят, дабы оное от крове агнчия прагов и подвоев мазание сънию было креста осмоконечного; то да приложат в своих Библиях к первым прагом и подвоям еще по два праги и по два подвои, чтоб было во всяких дверях домов в Египте жидовских по четверо прагов и по четверо подвоев, во еже бы кресту осмоконечному прообразованну быти.

Пресечение Чермного моря жезлом Моисеевым [522] образование креста бяше. Положенну бо бывшу жезлу Моисееву впрек длины морской, образовася крест, чесо ради и церковь воспевает: крест начертав Моисей в прямо жезлом (море) Чермное пресече, Израилю пешеходящу[523]. Обаче то моря пресечение не бяше самый крест, но токмо тайное прописание креста; ниже бо имя крестное тамо в Библиях обретается, ниже знаяху людие оный, яко то крестное есть прописание. Но мы в новой благодати сущии, ветхозаконная рассмотряюще, познаваем, яко то креста бяше начертание, креста же не осмоконечного, но четвероконечного. Аще же раскольщики хотят, дабы оное жезлом Моисеевым Чермного моря пресечение сению было креста осмоконечного; то почто не молили Моисея святого, чтоб он жезлом своим не единощи впрек длины морской ударил, но трижды, даже бы осмоконечие крестное но их желанию изобразилося?

Видех же в челобитной Соловецкой к блаженной памяти благоверному царю Алексию Михайловичу написано сице: вселенныя учитель Иоанн Златоустый в воскресном толковом Евангелии, в неделю третию поста, Латинского крыжа за истинный крест Христов не почитает, но образ и сень его нарицает быти, и прочая. Аз же взем книгу, прочтох слово то, и не обретох в нем крыжа Латинского, ни четвероконечия, ни осмоконечия крестного, но токмо воспоминание креста Господня, жезлом Моисеевым прообразованного; коего же креста, четвероконечного ли, или осмоконечного, того тамо не воспоминает; но токмо то изъясняет, яко жезл Моисеев, Чермное море пресекий, в пустыни горькие воды Меррейския усладивый, и от суха камене воду источивый, Египта мучивый, воду в кровь преложивый, и прочих чудес делатель бывый, образ и сень Божественного и животворящего креста Христова бяше. Нам же рассудити предлежит, по чесому жезл Моисеов бяше образ и сень креста Христова, по концам ли своим? Но Моисеев жезл не бяше четвероконечен, токмо двоконечен, якоже обычно жезлы бывают, и не образоваше концами своими крестного образа. По чесому убо жезл Моисеев бяше образ и сень креста Христова? По чудотворной силе, от Бога в онь вложенной, еюже не образ каковый крестный, не число рогов крестных, но чудотворную имевшую быти силу крестную образоваше собою. Лжет убо Соловецкая челобитная, шлющаяся на оное именуемое Златоустово слово, акибы Златоустый о Латинском крыже пишет, и почитати того акибы не велит. Еще же и слово то не мнится быти Златоустово, но иного некоего. Се же двумя доводами показуется: первое, яко то слово толкует Евангелиста Марка, а святого Златоустого на Марка толкование не обретается, токмо на Матфея и Иоанна. Второе показание, яко в том слове пишется несогласно с историею Божественного Писания, Моисеем писанною. Пишется бо в том, акибы Моисей жезлом своим горькие воды Меррейекия услади; несть же се истина. Моисей бо Меррейския воды услади не жезлом своим, но иным неким древом, от Бога ему показанным, якоже то яве есть в книге Исхода, в главе 15, ндеже пишется: показа ему Господь древо, и вложи е в воду, и усладися[524]. Се ино некое древо, от Господа показанное, услади горькие воды, а не жезл Моисеев. И повествуют жидовстии раввины, яко то древо, от Бога на услаждение вод Меррейских Моисеови показанное, именуется аделфа, еже от естества своего есть горько зело и смертоносно. Хотя же Бог сотворити большее чудо, и всемощную свою людем показати силу горьким и смертоносным древом, горькие и смертоносные услади и здравы сотвори воды, противная противным врачуя. Мы же речем, яко в сем прообразовася горесть вольного страдания Христова и крестной его смерти, еюже огорченному грехом человеческому роду и в смерть поползшемуся дадеся спасения и жизни бессмертной сладость. Та крестного страдания Господня горесть услади Апостолом в благовестии Христове подъемлемые болезни и труды, мучеником страдальческие подвиги, преподобным постнические обучения. Та и ныне услаждает всякую бед горесть тем, иже выну во ум своем Христа распята носят. Ино убо древо, а не Моисеев жезл услади горесть водную в пустыни. По тем двум доводам познавается, яко слово оное несть Златоустого, но иного некоего, не весьма искусного. Мы же обратимся паки к прообразованиям крестным, в деяниях человеческих бывшим.

Три мужие святые: Моисей, Иисус Навин, Иона пророк, простертыми дланьми в высоту, молившиися к Богу, крест Господень образоваху.

о Моисее в стихирах на Воздвижение честного креста поют сице: Моисей предобрази тя, руки простер на высоту: и побеждаше Амалика мучителя, кресте пречестный, верных похвало.

О Иисусе Навине в седальнах того праздника поют сице: Проображаше таинственно древле Иисус Навин креста образ, егда руце простре крестовидно, Спасе мой! и ста солнце, дóндеже враги низложи.

О Ионе в песни шестой: Водного зверя во утробе длани Иона крестовидно распростер, спасительную страсть проображаше яве.

Обаче то их рук распростертие не бяше самый крест, но точию тайное креста преобразование: ниже бо имя крестное при простертии рук их воспоминается, разве духом пророческим они провидели Господне на кресте страдание, и тако простертыма дланьма к нему молишася, образующе собою крест; крест же не осмоконечный, но четвероконечный. Аще же раскольщнки хотят, дабы Святых мужей тех рук распростертие сению было креста оемоконечного; то подобает им, дабы коемуждо мужу приложили еще рук по две двоицы, чтоб у коегождо было по шестеро рук, и тако по желанию их изобразилось бы осмоконечие крестное.

Еще же и Даниила, в рове между львами руце крестообразно распростерша, и молитвою уста зверем заградивша, сказуют; якоже и церковный ирмос извествует, пояй: Руце распростер Даниил, львов зияния в ров затче [525]. Но и того рук распростертие образом и сению бв креста четвероконечнаго, а не осмоконечнаго.

Устроение полков Израилевых в пустыни на четыри части [526], прообразованием бяше креста Господня четвероконечнаго, сице:

Посреде сень бе свидения с Кивотом Завета, и племя Левиино, сущее священническо.

Напреди от востока три полка: Иудин, Иссахаров, Завулонов.

Созади от запада три полка: Ефремов, Манассиев и Вениаминов.

На десной стране от полудне три полка: Рувимов, Симеонов, Гадов.

На левой стране от севера три полка: Данов, Ассуров и Неффалимов.

И тако ополчение Израильтянов в пустыни бе крестообразное.

То и в Каноне воздвиженском воспоминается, в песни 4, стихе 3, сице: Священно ополчаются четворочастнии людие предходяще образом свидетельства Скинии, крестообразными чинми прославляемии.

Обаче то их крестообразное ополчение не бяше самый крест, но токмо тайное прообразование креста. Ниже бо имя крестное при ополчении том в Библиях воспоминается, ниже знаях людие онии, яко то бяше образ креста. Но мы, в новой благодати сущии, ветхозаконная разсмотряюще, познаваем, яко то бяше креста прообразование; креста же не осмоконечного, но четвероконечного. Аще же раскольщики хотят, дабы оное крестообразное Израильтян ополчение сению было креста осмоконечного; то подобаше им присити Моисея, чтоб, не слушали Бога, велящего устроить полки на четыре части, послушал бы их, и устроил бы полки на осмь частей, дабы осмоконечие крестное но их желанию соделалося.

Два поленца, яже жена вдовица в Сарефе Сидонской собираше, еже испещи мал опреснок [527], бяху (по толковников сказанию) креста Господня прообразование. Сице в толковании пишется: того ради вдовица два поленца собираше, яко во образе Илиином приемляше Христа; два поленца собрать хотяше, яко креста таинство желаше познать. Тыя убо два поленца не бяху самый крест, но токмо тайное прообразование креста; креста же не осмоконечного, но четвероконечного. Аще же раскольщики хотят, дабы тыя поленца были сению креста осмоконечного, то умолить было вдовицу ону, дабы не два, но четыре поленца собрала, и тако бы по их желанно осмоконечие крестное прописалося.

Третия прообразования и сени креста Господня, в видениях и откровениях бывших святым праотцем и пророком.

Лествица Иаковля, юже он во сне виде, утвержденная на земли, еяже верх досязаше до небес, та, якоже пречистой Девы Богородицы, сице и креста Господня бяше прообразование, по свидетельству святого Кирилла Александрийского и святого Германа патриарха Цареградского [528]: Господь же утверждаяйся на ней прознаменоваше, яко приемши плоть человечу от утробы пречистой Девы, имать ко кресту пригвожден быть, и лествицею к небеси крест соделать. Крестною бо лествицею и сам взыде, якоже глаголет: не сия ли подобаше пострадати Христу, и внити в славу свою[529]. И восследователем своим велит крестом, сиесть страданьями к небеси восходить, глаголя: иже хощет по мне ити, да возмет крест свой[530]. Сице святая мученица Перпетуа, февраля в 1 день почитаемая, пред страданием своим виде лествицу златую велию зело, до небес досяжущую; по о бою же боку тоя лествицы множество бе натченно острого железного оружия: мечи, ножи, бритвы, копии, гвозди, удицы и иная тем подобная [531]; все же то прознаменоваше тоя страдание, и к небеси преславное восхождение. Такожде и святой Садоф, епископ Персидский, февраля в 20 день почитаемый, пред страданием своим виде лествицу, небес досяжущую, и святого Симеона епископа, прежде пострадавшего, на ней стояща в славе велицей, и воззвавша к нему на земли стоящу: взыди ко мне Садофе [532]!

Письмя Греческое ταυ глаголемое, пишемое по подобию нашего тверда начальнаго, имже Ангель Господень знамена люди Божия на челех их во Иерусалиме, во еже соблюстися им от находящия убийственныя смерти; якоже то виде во откровении святой Иезекиль пророк [533]. То писмя прообразованием бе креста Господня, имже мы печатлеемся в Миропомазании, и знаменующеся тем, сохраняемся от всякого зла силою Господа нашего, на кресте пострадавшего.

Жезл и палица, о нихже утешается Псаломник, глаголяй: жезл твой и палица твоя, та мя утешиста[534], бяху прообразованием креста Господня. Сице святой Афанасий архиепископ глаголет: жезл и палица верным крест, тем бо укрепляются и спасаются. Такожде и Евфимий толкователь глаголет: жезл и палицу разумей крест, двема бо частьми сочиняется, от неюже палица глаголется стоящая просте, еюже восставихомся лежавшии в заблуждение поперечняя же часть жезл именуется, имже удари Господь и сокруши демонов. Обыкоша бо хотящии креще ударити возносити жезл, и впреки держаще, ударение нанести, да болезненнейше биение наложат. До зде Евфимий. Нам же известное ведение есть, ишо жезл и палица, во откровении пророческом бе образование креста, креста же четвероконечного, а не осмоконечного.

Власть на раме Еммануилевом, о нейже пророчествова Исайя, рек: емуже власть бысть на раме Его[535], прознаменоваше (по толковников сказанию) крест, егоже им Христос понести раменми своими.

И иная многая Пророком Божиим о кресте Господнем бяху откровения: якоже Давиду от лица Христова рекшему: ископаша руце мои и нозе мои[536]. И Исаии глаиолющу: Той грехи многих вознесе на древо[537]. И Иеремии от лица христоненавистников сказавшу: приидите вложим древо в хлеб Его[538], сиесть древо крестное наложим телу Христову, хлебом небесным именующуся. И другая другим Пророком бывшая о том явления, яже вся зде собирати не достанет нам времени; довлеют воспомяненная ко изъяснению вещи, о нейже розыскиваем.

Се толико предложихом прообразований и сений креста Господня, ово от веществ нечувственных, ово от деяний человеческих, пророчески будущая предобразовавших, ово же от откровений, святым Пророком от Бога бывших; и нигдеже обретохом самым веществом четвероконечного креста, иже бы был сению осмоконечного: ниже имене крестного где в Ветхом Завете слышахом. Токмо обретохом сие, яко некая бяху образования креста четвероконечного, а не осмоконечного, и та в сенех и гаданиях, а не яве.

Еретичествуют убо раскольники, хуляще четвероконечный крест Господень, нарицающе того пустым крестом, сению осмоконечного, и прочими блядословиями порицающе.

Не отметаем мы и осмоконечного креста, и множайшия концы имущего: вся равне (якоже и прежде рехом) почитаем, воспоминания ради страдания Господня; но безумное раскольническое обличаем и отвергаем умствование, хулящее крест Господень четвероконечный.

Коея ради вины не обретается в Ветхом Завете крест, ни именование крестное?

Крестная казнь бяше не жидовская казнь, но языческая. Римская и Еллинская, и прочих поганских народов. В жидах же в Ветхом Завете такового обычая не бяше, еже казнити кого креетною смертию; в них от времене исшествия из Египта, даже до настатия царей, обычные бяху казни смертные три сия: камением побивати, сожещи жива, повесити на древе; не на крестном древе; аще бо на крестном бы древе кого казнили, то всячески бы было в писаниях их воспоминание крестное; но просто на древе, рекше на виселице, или на древе стоящем на корени своем с ветвьми. И пишется у них о висельниках: проклят всяк висяй на древе[539]. Егда же наста у них царство, тогда и четвертая казнь приложися, еже мечем убивать повинных; сице Соломон уби мечем Адония и Иоава [540], и Ирод святого Иоанна Предтечу. Крестов же у них отнюдь не бяше, ниже деловахуся когда в родех их кресты, ни знаяху тех, даже до того времене, в неже воевода Римский Помпей, с силою воинскою на Палестину пришед, взят град Иерусалим, и всю Иудею Римскому царству покори, и данники сотвори; бяше же то до Рождества Христова за 50 лет и вящше. Тогда жидове увидеша и познаша кресты; егда начаша Римляне казнить их крестною казнью, распинающе бунтовщиков жидовских на крестах своих Римских, якоже распята Антигона царя жидовского, иже бе пред Иродом. А донележе под областию Римскою не бяху, дотоль и крестов не знаяху. Того ради в ветхозаконном их Писании нигдеже кресты обретаются, ни именование крестное воспоминается.

От сего убо розыска яве показуется, яко в Ветхом Завете не бывал крест четвероконечный сению осмоконечного.

Токмо бяху прообразования и сени креста четвероконечного, а не осмоконечного.

Аще же раскольщики, упрямствующе, хотят лживую свою на четвероконечный крест хулу праву сотворить; да покажут убо нам ноне едино кое от святого Писания, или от святых отец (не от своих нововымышленных лживых и хульных писем, но от древних церковных) свидетельство, еже бы хулило крест четвероконечный, а един токмо осмоконечный почитати повелевало. Честен крест осмоконечный, но и четвероконечный не нечестен, о немже вся (якоже рекохом) ветхозаконная бяху прообразования, и егоже четвероконечия образом вся благословляются и освящаются. Вем, яко они свое о осмоконечном кресте умствование утверждающе, прежде реченными во Октоихе написанными словесы, сказующими: на кипарисе и певке и кедре распяту быти Христу[541] наводят: понеже не от двух древес, но от триех соделан бяше крест Христов, убо не четвероконечный; мы же речем, но ни осмоконечный, разве будет шестероконечный. От триех бо древес осмоконечный крест быти не может, разве приложат и четвертое некое древо, дабы осмоконечие крестное исполнилося.

Рекут: яко титла на кресте, юже возложи Пилат, та исполнила есть осмоконечие крестное. То глаголющии да поведят нам, на чем бяше та написана титла? на хартии ли, якоже ту от иконописцев пишему видим (и якоже меж сосудами преподобного Антония Римлянина на святом потире изображен крест Христов зрится, имый титлу Христову на хартии написану), или на жести поведят быти Христовой титле, или на меди, или на древе? В наших бо Российских книгах не обретается подлинное известие, на чем написана бе та Христова титла. Есть негде о том известие, но не в наших Российских книгах, но в иностранных, о чесом речется ниже. Зде же глаголем, аще на хартии, или на жести, или на меди написана бе титла; то при шести концах троедревесного креста не можаху два концы знатны быти, ни исполняшеся осмоконечие крестное. Аще же на древе титла бяше, то на коем древе? И подобает к трием преждереченным древесам всячески четвертое некое древо приложити, да будет крест осмоконечный. Приложившужеся к трием четвертому древу, не будут (да тако противу раскольнического умствования реку) истинствовати преждепомянутая в Октоихе написанная церковная словеса, на триех токмо древесех распятию Христову быти глаголющая: уже бо четвертое некое древо в кресте станет. Неведомо убо чесому раскольщики станут наровити, осмоконечию ли, или троедревесию. Аще бо от триех токмо древес рекут кресту Христову быти; убо не будет по их умствованию крест осмоконечен, разве шестероконечен. Аще же титл рекут осмоконечие крестное исполняти; убо не будет троедревесный крест Христов, но четверодревесный. И тако их вера, ово в троедревесие, ово в осмоконечие крестное, аки в Бога верующая, не будет своего твердого основания имети. Мы в едином Христе Спасителе нашем, четвероконечне, (а не осмоконечне) крестообразно на кресте распятом бывшем, веру и надежду полагающии, а не в троедревесие или в осмоконечие верующии, вемы, и глаголем со святою Церковию, яко и троедревесен крест Христов бе, и титла на кресте, бе: но то троедревесие и осмоконечие четвероконечного креста Христова не отметает, ниже претворяет того во идола антихристова, в мерзость запустения, и в печать антихристову. Которое писание где хулит сице крест Христов четвероконечный? которые Апостолы и вселенной учители отмещут крест Христов четвероконечный? Никтоже; едини токмо раскольщики то безумным своим умствованием вымыслили, более во осмоконечие крестное, неже в самого Христа верующии, и о осмоконечии крестном весь труд мудрствования своего, и всю веру полагающии.

Мы же глаголем, яко испытовати о том много и преизлишно, любопытства есть паче, неже благочестия. Кольми паче о том раздоры в церкви Христовой делати и народ простый от соединения церковного отрывати, есть злочестие и противление самому Христу Спасителю нашему. Не в числе бо древес крестных, ни в числе рогов крестных вера и спасение наше состоится, но в самом едином Христе Госнодв нашем, на кресте распятом. Довлеет веровати и исповедовати, яко на кресте Господь наш за ны распят бысть. В числе же древес или рогов крестных веру и спасения надежду полагати, не будет ли противно самому Христу, всяк суди. Древеса ли, или роги крестныя нас искупиша? не Христос ли нас иску пиль есть, излияв кровь свою за ны на кресте? И не по числу древес, ни по числу рогов крест Христов есть честен нам, но по самом Христе, егоже кровию пресвятою обагрися. И действуяй чудеса и силы кийлибо крест, не собою действует, но силою распята бывша на нем Христа, и призыванием пресвятого имене его. Честен крест осмоконечный, честен и четвероконечный, оба равно честны, обою равна сила; кождо ею нарицаемый есть животворящий крест Христов: оба же не суть нам бози, да быхом в ня веровали, но знамения суть страдания Христа Бога нашего, в негоже единого веруем, и егоже ради крест кийлибо почитаем. Кая убо нужда надлежит раздиратися церкви четвероконечного ради креста? еда ли четвероконечие крестное есть ересь и богопротивство? такожде и осмоконечие крестное еда ли догмат веры есть?

Еще же в заграждение злохульных еретических уст и свидетельства о четвероконечном кресте зде да приведутся.

О четвероконечном кресте свидетельства:

Месяца сентября в 14 день, на утрени, по великом Славословии, в стихирах на поклонение кресту, поют сице: Четвероконечный мир днесь освящается, четверочастному воздвизаему твоему кресту Христе Боже. В Каноннике Московскому честному кресту канон, творение святого Григория Синаита, в том Каноне, в песни первой пишется сице: Кресте всечестный, четвероконечная сила, Апостолом благолепие.

В томже каноне, в песни 4, чтется сице: Твоя высота, живоносне кресте, воздушного князя биет, и глубина всея бездны закалает змия, широту паки воображает, низлагая мирского князя крепостию твоею. Се четвероконечный крест, имеяй высоту, глубину и широту.

Паки в томже каноне, в песни 8, читается: Воздвигл еси наше падшее естество Христом распеншимся, и совосставив, высото Божественная, глубино неизглаголанная, Христово ты еси знамение, кресте пребогате, и широто безмерная, и знамение непостижимыя Троицы, жизноносче.

Се в кресте Христовом четвероконечие, а не осмоконечие прославляется: высота, глубина и широта. И потому крест глаголется трисоставный, трелюбезный, треблаженный, триипостасной Троицы образ. Высотою бо знаменует Отца, в вышних живущего, глубиною Сына, сошедшего даже до ада, широтою же купно и долготою знаменует Духа Святого, везде сущего и вся исполняющего. Того ради и знаменующеся крестным знамением, глаголем: Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.

Святой Афанасий Великий в вопросе 41 глаголет: Крестному образу, от двою древу слагаему, покланяемся, иже на четыре страны разделяется[542].

Святой Иоанн Дамаскин, в книге 4, о православной вере, в главе 12, пишет сице: яко четыре края креста, средним центром держатся и состягаются; тако Божиею силою высота же и глубина, долгота же и широта, содержится.

В книге, глаголемой Евангелие учительное Воскресное, на Москве печатанной, в слове на Воздвижение честного креста, лист 347 на обороте, пишется сице: Крестный образ, на четыре страны разделяемый, от посреднего знамения показует, яко вся Божественною силою содержима суть; вышняя убо вышним рогом содержатся, нижняя же нижним, посредняя же двоими странами, сиесть, двоими концами пречестного древа крестного.

И паки тамже пишется: сие и блаженный Павел знаменуя, к Ефесянам глаголет: да возможете разумети со всеми Святыми, что есть широта, и глубина, и долгота, и высота[543]. Знаменуя высотою небесная, глубиною же преисподняя, широтою же и долготою посредние концы, всесильною державою содержимы.

Златоустый же святой, таяже словеса Павлова толкуя, глаголет: широту и долготу нарицает, и глубину и высоту: сиречь величество любве Божия познати, како всюду распростреся[544].

Прочая же о четвероконечном кресте свидетельства зри в книге Жезл нареченной, и в книзе Увет глаголемой.

Но и мир сей зримый подобием крестного четвероконечия созда Бог. Созда бо того на четыре части: восток, запад, полудень, полунощь.

И человека созда Бог по подобию четвероконечия крестного; егда бо распростирает человек руце, бывает яко четвероконечный крест.

Се толикая от Святых отец и церковных книг о четвероконечном кресте свидетельства! раскольщики же всячески хулити того не ужасаются.

ВТОРЫЙ О КРЕСТЕ РОЗЫСК

На котором кресте Христос распят бысть: на Римском ли, или на Брынском?

Сие, на котором кресте Христос распят бысть, подлинно розыскати хотя, полагаю вопрос: кто распят Христа? речете: жидове распяша. Отвещаю: не жидове. Аще бо и предаша жидове Христа на крестную смерть, или, паче рещи, купиша у Пилата мздою крестною Христову смерть, и быша распятия Христова виновны, по оной притчи: инеми творяй, собою творить; обаче не своими руками распяша его, ни по своему жидовскому закону (в немже крестной казни не бяше) предаша того на крестную смерть. И егда рече к ним Пилат: поймите его вы, и по закону вашему судите ему; реша ему Иудее: нам не достоит никогоже убити[545]. Реша же то сего ради, яко они жидове уже в то время не имеяху прежнего своего самовластия, под властию Римлян суще; и не достояше им никогоже судить и смертию казнить. Но игемон Пилат, кесарев во Иерусалиме наместник, вся суды в жидах управляше, и повинных предаваше смерти. Того ради жидове, Христа Пилату предавше, реша: нам не достоит никогоже убити; убо не жидовские руки Христа распяша.

Кто же Христа распят? Пилат с своими воины; тому бо предаша Христа аки бунтовщика, противника кесарева, глаголюще: обретохом сего развращающа язык наш, и возбраняюща кесареви дань даяти, глаголюща себе Христа царя быти[546]. То глаголюще жидове, молиша Пилата, да распнет его по своему Римскому закону и обычаю, якоже бунтовщиков распинати им бе обычай. Се же двоих ради вин сотвориша: ово да оправдят себе пред народом, Христа любившим; акибы не по своей каковой злобе предали его на смерть, но по вине кесарева бесчестия, акибы противен был кесареви; ово же да бесчестнейшею смертию погубить его, язычески а не иудейски, купно же и болезненнейшею крестною.

Зде паки вопрошаю: Пилат с своими воины, распеншими Христа, кто бе родом и верою, жидовин ли? Никакоже, но Римлянин; прислан от кесаря Римского содержати град Иерусалим, жидом тогда уже под игом Римским в работе бывшим; и воинство с Пилатом все Римляне: ниже бо мощно бяше жидом свое жидовское воинство имети, в порабощении бывшим и владомым Римлянами; убо Римляне Христа распяша. И невозможно инако рещи, токмо сице: яко Римляне Господа нашего крестною умучиша смертию, жидом на то настоявшим. Сице и святой Апостол Петр (в деяниях Апостольских) к жидом глаголет: Мужие Израильстии, слышите словеса сия: Иисуса Назореа, мужа от Бога извествованна в вас, силами и чудесы и знамении, яже сотвори тем Бог посреде вас, якоже и сами весте: сего руками беззаконных пригвождше убисте: егоже, Бог воскреси [547]. До зде Апостол. Внемлите словесам Апостольским сим: руками беззаконных пригвождше убисте. Не своими (рече) руками пригвоздисте и убисте, но руками беззаконных. Кого же зде Апостол нарицает беззаконными? не жидов, тии бо имеша закон Моисеев, но Римлян, не имевших закона Моисеева. И егда глаголет Апостол, Иисуса Христа руками беззаконных распята, яве извествует сие, яко Римляне, от Иудей наважденнии, Христа распяша.

Паки вопрошаю: аще Римляне Христа распяша; то на чием, и на коем крест распяша его? В жидовстве крестов не бяше, понеже (якоже и прежде рекохом) никогоже распинаше закон их, ниже деловахуся кресты у них. В Россию, в Брынские скиты по осмоконечный крест (в негоже раскольники аки в Бога веруют) не посылаша; еще бо тогда Россия была во идолобесии, не знающи Христа, ни креста, и Брынские леса были без нынешних скитов; ниже восхотели бы распинатели – Римляне ждать дотоль, донележе бы из Русских стран, от Брынских скитов, осмоконечный был крест во Иерусалим принесен.

Распяша убо Римляне Христа на своем их кресте, на таковом, на каковом обычно им б всехь злодеев распинати.

Аще же на Римском кресте от Римлян Христос распят бысть, убо четвероконечный крест, (егоже раскольники крыжем Римским нарицают) почитать подобает яко истинный крест Христов.

Почитаем мы правоверные и осмоконечный крест равно, якоже и четвероконечный, ниже противни есмы церковному Октоиху, сказующему, яко на кипарисе, певке и кедре Христос распят бысть; но томужде разумению последуем. Еще же и о титле слышим некиих толковников, сказующих, яко та написана бе в на дщице масличной, юже Дщицу и до ныне глаголют быть храниму в Риме, в церкви креста святого, юже церковь Иерусалимом Римляне у себе нарицают; (якоже и у нас в Ростове церковь, яже под колоколами, Иерусалимом нарицаема есть); утверждают же те толковники сказание свое словесы премудрости Божия, в книге Сираховой, акибы о древесах крестных предсказавшей, и в тех прославляющейся и глаголющей: яко кедр вознесохся в Ливане, яко кипарис на горах Аермонских, и яко финикс (финик) возвысихся на примории, и яко маслина благолепна на поли[548]. Кои четыре древеса; имже премудрость Божия уподобися, сказуют они в крест быти от кедра, кипариса, финика, (или, по Исаииному пророчеству, певка,) самый крест, от дщицы же древа маслична, титла на крест. Аще же и сице бе, обаче четвероконечному, а не осмоконечному кресту видом быти глаголем; понеже и титла, и подножие (аще бе подножие,) краткая древца суще, не в широте крестной, но в долготе зряхуся. Крест же самый бе по образу человека, распростертыя длани имуща, вмещающь на себе Христа, распростерта на нем пречистые своя руце; того ради крест Христов четвероконечный от нас почитается, яко Христос на нем четверочастне (а не осмочастне) распят бысть: глава его пресвятая в высоте, тело и нозе в долготе, руце в широте.

ТРЕТИЙ О КРЕСТЕ РОЗЫСК

Есть ли четвероконечный крест крыжем Римским?

Зде противу безумного мужичьего умствования простою речию беседующе, простой вопрос положим: вы, о Брыняне! крест четвероконечный не крестом, но крыжем нарицающии, рцыте нам: Христос Спаситель наш, на крестную смерть от Пилата осужденный, и на распятие ведомый, что несяше раменми своими, начен от претора даже до Голгофы, крест ли, или крыж? и что задеша Симону Киринейску понести: крест ли Христов, или крыж? Аще речете, яко крест, убо яве будете своему си умствованию противны; понеже вы четвероконечный крест не нарицаете крестом Христовым, но крыжем Римским. А егда Христос Господь несяше раменми своими крест, тогда крест той не бе еще осмоконечен, но токмо четвероконечен; понеже не бе еще на нем ни титла, ни подножия. Не бе титла, тую бо уже на Голгофе, Христу распяту бывшу, повеле Пилат возложити на крест. Не бь подножие, понеже еще не вознесен бысть Христос на крест, и не ведаху воини, до коего места досяжут нозе Христовы, ни содеяху подножия 3 разве то уже на Голгофе сотвориша. Несомый же раменми Христовыми крест весьма не бе осмоконечен: но четвероконечен; и невозможно инако рещи, токмо сице, яко четвероконечен б крест 3 раменми Христовыми носимый. И подобает вам раскольником крест той Христов, по вашему умствованию, не нарицати крестом, но крыжем; понеже четвероконечен бе, а не осмоконечен. Аще же крыжем его наречете, то яве будете противни всем четырем Евангелистам, иже на Российский диалект преведены, не крыжем, но крестом его нарицают, четвероконечна бывша. Чтите в Евангелиях, не тако ли пишется: нося крест свой, изыде[549]. Исходяще же обретоша человека Киринейска, именем Симона: и сему задеша понести крест его[550]. Се Евангелисты святые, на Российском диалекте, крест Христов четвероконечный, раменми Христовыми несомый, крестом, а не крыжем нарицают: вы же, окаяннии, ни слышати хощете, дабы кто таковый крест нарекл крестом, но крыжем того нарицаете. И кто лучший, Евангелисты ли святые, Духом Святым умудренной, или вы мужики простые, безумные? и кому лучше яти веру: Евангелию ли Святому, или вашему безумному умствованию?

Паки Вопрос:

Крест четвероконечный нарицающии крыжем Римским, да скажут нам первее сие: ведят ли они язык Римский? таже,

Да рекут: како крест языком Римским нарицается? посем да скажут, коего языка есть речение сие: крыж? Не хотят ли они, дабы все народы и язы́цы, иже в поднебесней, крест святой, Российским языком, крестом нарицали? и не мнят ли они, яко и во время страдания Господня, Российским языком во Иерусалиме и на Голгофе говорено, и крест Господень крестом Российским нарицано? Им мнится, яко и Христос Господь, и святые Апостолы, и святые отцы все Российскою речию беседовали. Но, о невежи! не слышасте ли разделения языков в столпотворении? и не весте ли, яко всяк народ и страна, всякую вещь своим природным языком нарицает? Жидове беседуют, жидовски, Греки гречески, Римляне римски, а мы Россиане нашим языком беседуем, российски. И крест убо, всяк язык по своей речи нарицает: жидове нарицают гетс, Греки нарицают ставрос, Римляне крукс, а не крыж, мы глаголем крест. Речение же то, крыж, несть речение Римское, но Польское; того же ради Поляки своим их языком крест крыжем нарицают; понеже не суть они Российского языка, но своего Польского, от Бога им данного. Кождо бо язык не сам собою бысть, но от Бога всякому народу и стране дан. Аще Турский, аще Татарский, аще Немецкий, аще Жидовский, аще Греческий, аще Римский, аще, кийлибо, вси суть от Бога данны и разделенны; убо и Польсьий язык от Бога Поляком дан, якоже и нам Россианом Российский. Поляки убо по своему их языку крест крыжем нарицают; ниже хула есть се на святой крест; егда поляки своим их языком нарицают того крыжем, якоже мы Россияне нарицаем крестом.

Се убо яве показася, яко четвероконечный крест несть крыж Римский, но Польский; ниже хульно есть то именование, крыж, но честно, якоже и у нас крест. Раскольники же в хулу крыжем крест нарицающии, себе хулят; обличаются бо быти глупи и невежи, неведущие речей иных языков.

четвертый о кресте розыск

Есть ли кумиром или идолом антихристовым и мерзостию запустения, стоящею на месте святе, крест четвероконечный?

Блядословный раскольнический свиток, хуля честный четвероконечный крест Христов, кумиром же и идолом антихристовым и мерзостию запустьния нарицая, приводит, акибы во свидетельство лжам своим, словеса Христова, и словеса акибы Златоустаго.

Словеса Христова:

Евангелие от Матфея зачало 99: егда узрите мерзость запустения, реченную Даниилом пророком, стоящу на месте святе, идеже не подобает, кто чтет да разумеет: тогда сущии во Иудеи, да бежат на горы [551].

Толк раскольнический словесам Христовым:

Место святое разумей на всяком месте, идеже церкви Христианские в алтаре имут престол – место святое, на немже священницы приносят жертву Богу, освящают хлеб и вино в тело и кровь Христову; ибо во алтаре, в церквах Христианских два святых места – жертвенник и престол: едино есть на приношение, а другое на освящение; о том и Хрисостом святой глаголет, яко антихрист прежде пришествия своего учинит везде жертвенники свои: истинную жертву истребить, и кумир свой на святом месте поставить, сиречь, крыж Латинский.

Таяже словеса своя лживая ниже, акибы известнее, полагают сице:

Толк к Коринфянам 1, зачало 150.

О том бо Златоустый глаголет: яко антихрист прежде пришествия своего учинит, яже везде жертвенники своя, истинную жертву истребит, сиречь, крест Христов, и кумир свой поставит на святом месте, сиречь, крыж Латинский проклятый.

Да обличися убо ложь раскольническая, взыщем первее словесам Христовым истинного толкования. разсмотряюще сия:

Христос Спаситель оная своя словеса: Егда узрите мерзость запустения, и прочая:

О коем времени предрече?

О коем месте святе? и

О коей мерзости?

О времени глагола Господь не о нынешнем нашем, в неже сказуют раскольщики уже антихристову пришествию быти; но о оном, еже име быти по Господнем на небеса вознесении в 40 лет, егда име сила Римская с воеводою Веспасианом и сыном его Титом найти на Иудею и Иерусалим. Свидетельствует о том святой Иоанн Златоуст в беседе 15 на Матфея, на листе 511, глаголя: Тогда приидет кончина, не скончания (мира), но Иерусалима. Тоже и святой Феофилакт, на листе 155, глаголет: Тогда приидет кончина, не всего мира, рече, но Иерусалима. Паки Златоуст в беседе 76, на лист 320 на обороте, глаголет: Показуя (Христос Господь) величество беды, рече: молитеся да не будет бегство ваше в зиме, ниже в субботу[552]. Зриши ли яко ко Иудеям слово ему, и о иже онех злых постигших беседует. Не бо Апостолы имяху субботу блюсти, или тамо (во Иудеи) быти, внегда Веспасиан сия содела; ибо предвариша предъотниедше множайшии: аще же кто остася, в иных странах вселенныя живяше тогда. И паки на листе 321 на обороте глаголет аще не прекратилися быша дни оны, не бы спаслася всяка плоть[553]. Аще на многа держалася бы рать Римлян, яже на град (Иерусалим), вси убо погибли бы Иудеи; всяку бо плоть зде Иудейскую глаголет. До зде Златоуст.

От коего толкования яве зрети есть, яко оная словеса не о наших временах предрече Господь, но о оном Иудейского и Иерусалимского от Римлян разорения времени. Лжет убо блядословный свиток раскольнический, оное преждереченное Христом Господем о разорении Иудейском и Иерусалимском время наводя на нынешняя времена наша.

О коем месте святе Господь глагола? О церкви Иерусалимекой жидовской единой, яже тогда у них бе, а не о наших церквах Христианских, по вселенней сущих. Не рече бо Господь: узрите мерзость, стоящую на местех святых, но на месте святе, на едином Иерусалимском, а не на иже по вселенней Христианских святых местех. Якоже бо о едином разорении Иерусалимском тогда предглагола Господь, сице и о единой Иерусалимской церкви.

Лжет убо раскольнический блядословный свиток словеса Христова, о единой Иерусалимской жидовской церкви реченная, наводящий на все церкви Христианские.

О коей мерзости, стоящей на месте святе, рече Господь? Рече о идоле кесаря Римского, егоже Римляне, вземше град, внести в церковь и на месте святе поставити имеяху. Сице о том свидетельствует святой Иоанн Златоуст в беседе 15 на Матфея, на листе 512: „мерзость же, идола иже тогда град емшаго, рече, иже и запустошивый град, и храм постави внутрь, темже и запустение сего нарицает, и Такожде и святой Феофилакт, на листь 155 на обороте, глаголет: „мерзость запустения, о идол сие глаголет. Иже бо взя Иерусалим, той идола своего постави в невходных храма, запустение же глаголет, понеже разорися град; мерзость же, понеже идолы и образы человеческие, Иудее мерзости нарицаху.» До зде Феофилакт. Джет убо раскольнический блядословный свиток, словеса Христова о идоле кесаря Римского реченная, наводящий на четвероконечный крест Христов.

Еще же той нечестивый свиток без стыда лжет, приводя во утверждение и свидетельство своему безумному умствованию словеса преждереченная, акибы Златоустого святого, кая словеса нигдеже в книгах Златоустовых обретаются. Акибы Златоуст в толковании на послание первое к Коринфянам, на зачало 150 пишущи, сказует: яко антихрист своя жертвенники везде учинивши, истинную жертву – крест Христов (осмоконечный) истребит, и кумир свой на месте святе поставит – крыж Латинский проклятый [554].

Тую нечестивую раскольническую ложь хотяй известно уведати, да возмет в руце беседы Златоустого на Павлова послания, и обрет в первом к Коринфом послании зачало 150, на кое они шлются, да прочтет все, начен от листа 877, даже до листа 893; обрящет ли поне воспомяновение некое малое о антихристе, о жертве, о кресте, о крыже? Никакоже. Лгут окаянные на свою главу, и своею лжею облыгают святого Златоуста! о и прочих Святых, хотяще, дабы и Святые лжам их пособствовали.

О крайнего наших Русаков ослепления, лжам раскольническим веру емлют, аки самой истине; самую же святую истину, православными учительми проповедуемую, в ложь вменяют!

Не точию же ложь их явная в словесах оных лживых, под именем Златоустого солганых, обличается, но и безумие их велие, смеха достойное, от глупого тех умствования показуется: нарекоша бо крест истинною жертвою. О пребезумные! Еда ли крест за ны пожреся? еда ли крест за ны кровь свою (еяже древо не имать) излия? еда ли крест за ны умре, а не Агнец Божий – Христос? како можаше древо нечувственное жертвою быти за весь мир? не Сын ли Божий за ны на крест (а не крест) пожреся, и бысть Богу Отцу благоприятна жертва? Паки, нарицают крест четвероконечный (от них крыжем именуемый) кумиром или идолом; и в том их явно есть безумие. Кумир бо или идол должен быти подобен тому человеку, егоже есть идол, имети подобну тому главу, лице, руце, нозе, и все тела человеча подобие: антихрист убо будет человек, имый главу, руце, нозе и все члены человеческие. Крест же четвероконечный есть ли человеческо иодобие? имать ли крест главу, лице, очи, уши, уста, руце, нозе и прочие человеческие члены? Како убо четвероконечный крест может кумиром или идолом быти антихриста человека, не имый человеческого подобия? Паки: крест четвероконечный, крыжем от них именуемый, нарицают проклятым, глаголюще: крыж Латинский проклятый. И на другом месте в свитке их написано: Древо, в немже истесан кумир, сиречь крыж Латинский, и вместо Бога именуют его, проклято есть и с тем, кто его истеса.

В тех они злохульных словесах своих и лживи, и преизлишно дерзновении суть. Лживи, неправдующе, акибы кто крест четвероконечный вместо Бога имать. Кто крест боготворить? Ни Римляне, ни мы; несть бо крест Бог, разве они раскольники осмоконечный крест в Бога себе имеют. Дерзают же проклятым нарицати крест четвероконечный; да покажут убо, откуду они взяша на крест четвероконечный проклятие? от коего собора? Ибо без соборного от церкви проклятия несть мощно проклятым кого или что нарицати. Который убо собор анафему на четвероконечный крест положи: вселенский ли который, или поместный? разве их еретическое, в Брынских лесах сошедшееся соборище, честный крест Господень четвероконечный проклятию предаде, сами суще прокляти. О дерзновения безбожного!

О кумире антихристовом сказуется во Апокалипсисе, яко имать глаголати, якоже и живый человек; сице о том пишется: дано бысть ему дати дух образу зверину, да проглаголет образ зверин[555]. Крест же четвероконечный, егоже кумиром антихристовым раскольщики нарицают, имать ли глас и речь каковую человеческую? глаголет ли что к кому крест? Не токмо не глаголет, но ниже уста имать. Како убо крест четвероконечный есть кумиром или образом антихристовым, ничтоже глаголан, ниже уст имый? Лгут убо раскольники с свитком своим блядословным, нарицающии святой четвероконечный крест Христов кумиром антихристовым, и мерзостию запустения, на месте святе стоящею. Но и во всех своих умствованиях и учениях еретических лживи суть, и аки изумленные не ведят, что бредят. Препростые же невежи веру им емлют, и в след их идут в заблуждение и погибель.

ПЯТЫЙ О КРЕСТЕ РОЗЫСК

Есть ли, или будет ли антихристовою печатью крест четвероконечный?

От книги святого Иоанна Богослова, Апокалипсис нареченной, ясно показуется то, яко в последние дни, в пришествии антихристов, двух вер будут народи: едини во Христа верующии, друзии же во антихриста. Обоих же тех вер народи будут имети печать на челех своих: верующие во Христа будут имети печать Христову, верующие же во антихриста будут имети печать антихристову.

О народах, верующих во Христа, пишется сине: видех ин Ангел восходящ от восхода солнца, имый печать Бога живого: и возопи гласим велиим к четырем Ангелом, имже дано бысть вредити землю и море, глаголя: не вредите ни землю, ни море, ни древа, дóндеже запечатлеем рабы Бога нашего на челех их [556].

О народах же, имущих веровати во антихриста, пишется сице: даст им (антихрист) начертанье на десней руце их, или на челех их, да никтоже возможет ни купити, ни продати, токмо имеяй начертание, или имя зверя, или число имене его [557].

Неверующих убо во антихриста антихрист убивати будет, сице пишется: иже аще не поклонится образу звериному, убиен будет[558].

Не имущих же печати Божия на челех своих гнев Божий казнить имать, сице пишется: взыде дым от студенца яко дым пещи велики, и омерче солнце и аер от дыма студеничного. И от дыма изыдоша прузи на землю, и дана бысть им область, яко имут область скорпии земнии. И речено бысть им, да не вредят травы земныя, ни всякого злака, ни всякого древа, но точию человеки, иже не имут печати Божия на челех своих [559].

Мы же розыщем, кая печать Божия, кая антихристова?

Кая печать Бога жива во антихристовы дни будет на челех людей Божиих? Святой Андрей, архиепископ Кесарии Каппадокийской, толкователь Апокалипсиса, ясно сказует, яко печать будет святой крест. Сице той толкователь на словеса во Апокалипсисе сия: видех иного Ангела, имущаго печать Бога живаго[560], пишущи глаголет: еже Иезекилю древле открыся о облеченнем в ваддин, сиречь в льняную ризу долгую, и стенящих чела знаменующем, да не погибнут праведные с неправедными, за недоведомое сокровенныя святых добродетели и Ангелом [561]. Сие и зде блаженному (Иоанну Богослову) указуется, превышайшей святой силе, повелевающей казнителем святым Ангелом, ничтоже соделати согрешившим, прежде даже познают истины служителей, запечатлением разделенных бывших. Сие же аще и частне древле бысть веровавшим Христу, разорения Иерусалимля от Римлян избегшим, во многие совершающим тьмы, (сиесть, во многия умножившимся тысящи тысящей,) по велицем Иакове, являющем блаженному Павлу множество их. Но убо, якоже речеся, во время пришествия антихристова наипаче будет, (умножение верных): печати животворящего креста, отделяющей от неверных верные, непосрамленне и дерзновенне знамение Христово пред нечестивыми носящие [562]. Темже глаголет Ангел: не повредите землю, ниже море, ни древеса, дондеже запечатлеем рабы Бога нашего на челех их[563].

Тойже святой Андрей Кесарийский на другом месте глаголет: на конце лукавых деяний сокровенна есть душевредная смерть, ейже подлежат незнаменаннии на челех божественною печатию и просвещением животворящаго креста [564]. До зде Андрей. Согласует ему и святой Ипполит, в слове своем в неделю мясопустную, на листе 127 и на листе 133 на обороте, сказуя, яко крест Христов печать верных будет. Тоже свидетельствуется и в книге о вере безъименного творца, печатанной в Москве, в лето 7156, в патриаршество Иосифово, в нейже, в главе 9, о кресте, на листе 69 на обороте, пишется сице: Во время второго пришествия Христова вси святии знаменани будут знамением креста. До зде та книга. И что сего показания и свидетельства яснее может быти?

Не рекут ли раскольники, яко осмоконечный крест печать будет на челех верных? Но да внемлют первым словесам святого Андрея, иже, воспомянув Иезекилево видение, подводит Иоанново, глаголя: еже Иезекилю древле открыся, и прочая: сие и зде блаженному. Что же виде Иезекиль? Вышше рекохом в прообразованиях крестных. бывших в видениях и откровениях Пророком, и зде тоже повторим: виде Иезекиль Ангела знаменающа людей Божиих на челех их, 6е же знамение письмя греческое ταυ глаголемое, пишемое по подобию нашего тверда начального. То письмя прообразованием бе креста четвероконечного, а не осмоконечного; приложивши бо тому письмени на верху титлу Христову, сице:

абие четвероконечный крест Христов узриши. Якоже убо тамо вид Иезекиль прообразование четвероконечного креста: сице во Апокалипсисе Иоанн Богослов виде самый четвероконечный крест, имже Ангел печатле рабы Бога жива; еже Иезекилю открыся, сие и зде блаженному. Сие глаголет, а не иное; сиесть, не осмоконечие, но четвероконечие крестное открыся Иоанну святому. Еще же и отсюду четвероконечному, а не осмоконечному кресту печати Христовой быти извествуется. Пишет святой Ипполит в слове своем на мясопустную неделю, на лист 131 на обороте: Чесо ради антихрист поклонником своим даст печать свою на руце десной и на челех? да никтоже честный и животворящий крест сотворит десною своею рукою на челе, но связана рука его будет, и оттоле власти не имать знаменати своя уды. До зде святой Ипполит. Тоже и святой Ефрем глаголет: Даст (антихрист) на руце десной человеку, такоже и на челе мерзский образ, да области не имать человек знаменатися десною рукою знамением Христа Спасителя нашего [565]. До зде Ефрем. Яве же есть, яко четвероконечным крестом знаменаем чело наше и прочие уды, а не осмоконечным, десницею нашею крестящеся.

Убо четвероконечный крест, печать Христова, якоже ныне есть, сице и тогда будет на челех людей верных во антихристовы дни.

Кая же печать будет антихристова? святой вышепомянутый Ипполит яве извествует, яко не крест, но ино нечто будет антихристова печать. Сице той святой в вышепомянутом своем слове, на листе 121 глаголет: Даде Господь знамение иже в него верующим честный крест; и той (антихрист) подобне даст свое знамение. И паки на листе 133 на обороте глаголет: Вси уклонишася от Бога, и лестцу (антихристу) вероваша, приемше начертание скверного богоборца, вместо животворящим креста Спасова.

Се яснейше солнца свидетельство сего святого древнего и славного во архиереях и мученицех мужа Ипполита, яко не крест будет печать антихристова. Что же таково? Раскольщики к словесам Ипполитовым в свитке своем лживом приложиша крыж Латинский; акибы Ипполит святой глаголет, яко имущии веровать во антихриста приимут начертание его, вместо животворящего креста Спасова, крыж Латинский. Но тех словес, крыж Латинский, отнюдь несть во Ипполитовом слове нигдеже. Брыняне то лжеглаголивии, с отцем лжи диаволом, та словеса от своего злоумия к словесам святого приложили; к злату блато, к свету тьму, к истине лжу, хотяще охудити крест четвероконечный. А кая печать антихристова будет, явно ясно сказует святой Иоанн Богослов во Апокалипсисе: яко начертание, или имя зверя, или число имене его[566]; то будет печать антихристова. Тоже и святой Андрей Кесарийский свидетельствует, глаголя: Уготовит (антихрист) избивати, де покланяющияся ему и начертание пагубного имени отступнича на всех наложити потщится. До зде Андрей. И что более дерзнет кто лишше сего умствовати? разве кто восхощет о имени антихристовом взыскивати, кое имя его будет. Но того никтоже может уведати; утаил бо есть то Бог пред любопытством человеческим, якоже глаголет Андрей святой, Аще была бы потреба (якоже нецыи реша учители,) яве ведати каково имя (антихристово), узревый бы его откры: но не изволи божественная благодать в Божественней книге имени пагубному написану быть. До зде Андрей. Аще же Бог не изволи открыть, кто убо увесть утаенное Богом? Взыскивали нецыи от древних святых о антихристовом имени, и обретали некия имене его следы и подобия, но гадательно, а не утвердительно о том беседоваша. Сице святой Ипполит в вышереченном своем слове, на листе 131 на обороте, глаголет: Печати его число 666, еже непщую, не бо опасно свем сего писания. Внемлем словесам его сим: Непщую, сиесть, мню, но не утверждаю, не бо опасно свем сего писания; и глаголет: многая бо имена в числе сем обретаются, и прочая о именах число антихристово в себе содержащих, тамо писанная, изволяяй да чтет. Такожде и в Андреевом на Апокалипсисе толковании, в слове 13, на листе 62 [567]. И в книжице преосвященного Стефана архиерея Рязанского, в главе 8. Мы же глаголем: аще древним святым та не открыся тайна, еже бы подлинно имя антихристово уведати, то кто от нынешних уведати может ту тайну, юже Бог никомуже откры? и испытовати о том несть потребно, ниже полезно. Добре глаголет Андрей святой Известное ведение числа, якоже и прочая о нем (антихристе) писанная, время открыет [568].

Нам же, о четвероконечном кресте Господнем розыск творящим, довлеет, яко обретохом не ложная святых отец свидетельства, не быти четвероконечному кресту Христову печатию антихристовою. Лгут убо раскольники, и еретически хулят четвероконечный крест Христов, неправедно нарицающе того печатию антихристовою.

Аще же хотят ложь свою праву сотворити, да покажут убо нам поне едино от Божественного Писания, или от древних святых отец свидетельство, кто написа, кто рече, Апостол ли кий, или Пророк, или учитель, или исповедник, или мученик, или преподобный который извести, или церковные книги свидетельствуют то, еже бы четвероконечному кресту печатию антихристовою быти? Не показующим же свидетельства достоверного, но токмо своим ложным и еретическим вымыслом то глаголющим, кто имет веру? якоже бо дом без основания, на песце созданный, не может стояти: сице всякое слово и учение без свидетельства истинного и ясного показания не может вероятно и твердо быти. Да свидетельствуют убо от святых старых свидетельствованных книг, а не от своих новых и лживых. Но нигдеже могут показати такового свидетельства, разве пошлются на отца лжи, на своего же учителя и наставника диавола, иже ненавидя Христа и Христова оружия – креста святого, имже от него побежден бысть, и сени крестныя бояся и трепеща, хулу на святой четвероконечный крест усты учеников своих, в нихже живет, произносит.

Аще же бы по их раскольническому блядословию и крестом четвероконечным антихрист печатлел своя поклонники; нам убо того ради гнушатися ли святого четвероконечного креста? да не будет. Антихрист и Христом наречется: не бо он антихристом зватися будет, но Христом. Ибо и жидове по своему мнению не антихриста ждут, но Христа: обаче мы правоверные Христиане не гнушаемся имене Христа Спасителя нашего, аще и антихрист тем именем нарещися имать. А яко антихрист Христом наречется, свидетельствуем Андрей святой, в слове 10, в главе 11, на листе 49: себе быти христа известит. А Ипполит святой, на лист 121, глаголет: По всему убо хощет уподобитися льстец Сыну Божию. Аще по всему: убо и именованием Христа себе нарицая. Но и сам Господь в Евангелии рече: Мнози приидут во имя мое, глаголюще, аз есм христос[569]. Мнози, сиесть, антихристовы предитечи. И аще тии имя Христово на ся приемлют, кольми паче сам антихрист Христово имя на ся приимет.

Якоже убо Христа Сына Божия не гнушаемся, аще и антихрист Христом Сыном Божиим нарещися имать: сице ни креста четвероконечного гнушалися быхом, аице бы и антихристовою был печатию. Но якоже Христа Сына Божия любим, и исповедуем, и веруем в него, сице и святой четвероконечный крест, яко его истинный, почитаем и облобызаем, и тем знаменаемся и печатлеемся в Миропомазании, яко истинною печатию Христа Бога нашего, а не антихристовою. Тем и вся таинства навершаем, и людей правоверных и трапезу благословляем, и всюду себе четвероконечным крестом ограждаем.

Аще же раскольщики гнушаются четвероконечного креста потому, что, якоже они бредят, антихристова печать есть; подобает убо им и самого Христа Сына Божия возгнушатися; понеже антихрист Христом Сыном Божиим наречется. Но оле безумию их и еретичеству и злобе! хуляще бо крест Христов, самого распеншегося на нем Христа хулят.

Еще же и в сем посмеяния суть достойны: четвероконечный крест Христов хулят, нарицающе того антихристовою печатию, а четвероконечным крестом знаменаются; убо антихристовою (по их блядословию) печатию знаменуются, и не суть Христиане, но антихристиане. Подобает вам, о раскольщики! четвероконечного креста гнушающиеся, осмоконечный же любящие, не четвероконечным крестом но осмоконечным знаменатися, изображающе первее титлу на челе, и протяжение до пупа сотворити, таже на раменах крестную широту, посем подножие навскось на чреве начертати: и тако будете по своей вере истиннии христиане.

Тако подлинным розыском рассмотрихом, о возлюбленнии, о святом четвероконечном кресте Христовом, и обретохом сие:

яко крест четвероконечный не был в Ветхом Завете сению осмоконечного;

яко на четвероконечном Римском, а не на осмоконечном Брынском. Христос распят бысть;

яко четвероконечный крест несть крыжем

Римским;

яко несть кумиром или идолом антихристовым, ни мерзостно запустения, крест четвероконечный;

и яко несть, ниже будет, печатию антихристовою крест четвероконечный, но печатию Христа Бога жива есть и будет.

Глава 25. О знамении крестном

Доносится же слуху нашему и сие, яко от раскольничествующих части нецыи, нарицающе четвероконечный крест Христов антихристовою печатию, и до толикого безумия доидоша, яко начаша уже и о знамении крестном, четвероконечном сущем, десницею на теле изображаемом, усумневатися, боящеся, да не антихристовою печатию себе знаменают; и уже друзии весьма не крестятся, аще и в церковь кто от них иногда по случаю внидет. Вопрошают же: кто повеле Христианом знамение крестное четвероконечное на себе воображати, и коль давно от кого то начатся? и паки вопрошают: не возможно ли без знамения крестного молитися к Богу, и не воображающе на себе креста, кланятися?

На то их безумие довлело бы отвещати краткими, прежде воспомяненными, святого Иоанна Златоустого словесы, на второе послание к Фессалоникийцам, в беседе 4 написанными: предание есть; ничтоже вящше ищи[570]. Довлеют ко ответу на сие и словеса святого Василия Великого, архиепископа Кесарии Каппадокийской, приведенные в книге Увет нареченной, на листе 128, глаголющая сице:,,Еже знаменати крест на лице и персех, Апостольское есть древнее предание, поучением, а не писмены нам преданое.» До зде словеса Василиева. Но понеже слепые проводника и маловернии подлинного указания ищут, укажем убо им и от церковных повествований, коль давно крестное знамение в Христианах начатся.

Начатся крестное знамение в первенствующей церкви от дней Апостольских, от самых святых Апостол, научившихся от самого Христа Господа, во оное время, егда по воскресении своем извед их до Вифании, и воздвиг руце свои, благослови их[571]. От тогда Апостоли святии, якоже сами от Христа благословени быша, сице и они начаша благословляти иныя, и чудеса знамением крестным творити, якоже то абие явленно будет.

В житии святого Евангелиста Иоанна Богослова пишется: некогда (Иоанн святой) обрете при пути лежаща больного человека, люте огнем содержимого, и исцели его крестным знамением[572]; а писал житие Иоанново Прохор ученик его.

В томже житии пишется и сие: Бысть некий Христианин, иже в толикую нищету прииде, яко не имущи чим воздати долгов своих заимодавцем, от зельной скорби умысли сам ся убить. И моли некоего волхва жидовина, да даст испить ему яд смертный. Сей, яко враг Христианам, друг же бесам, сотвори то, даде ему смертоносное питие. Взем же Христианин от него отраву смертную, иде в дом свой: размышляше же и бояшеся, не ведый что сотворити. И последи знаменав крестом чашу, испит ю, и ни мало вредися от нея; ибо знамение крестное весь яд от чаши отъят. Много же дивяшеся в себе, яко здрав есть, и не слышит вреда ни мала. Паки не терпя скорби от заимодавцев, иде к жидовину, да даст ему лютейший яд. Жидовин же удивися, яко жив есть человек той, и даде ему лютейшую отраву, юже прием человек, иде в дом свой, и много мыслящи, егда хоте испить, такожде сотвори знамение креста святого на чащи той, и испит ю, но ничтоже пострада. И паки тече к жидовину, и показася ему здрав; ругашежеся жидовину, яко неискусен есть в своей хитрости. Жидовин же трепетен быв, вопроси его: что творяще пиющи? Онь же реле: ничтоже ино, точию крестом святым знаменах чашу. Жидовин же позна, яко сила креста святого прогоняет смерть. И хотя истину уведати, даде от того яда псу, и абие пес, вкусив пред ним, издше. Се же видев жидовин, тече ко Апостолу со оным Христианином, извещающи, еже им случися. Святой же научи, жидовина веровати во Христа, и крести его: Христианину же оному убогому повеле, да принесет бремя сена, еже Апостол знамением крестным и молитвою в злато претвори; и повеле ему, да тем златом отдаст долги своя заимодавцем, останком же да препитает дом свой [573].

В житии святого Евангелиста Матфея пишется: Князь, хотяй яти Апостола, внезапу ослепе, и искаше вожда. Начат же молити Апостола, да простит ему грех, и да просветит ослепленная очеса его. Апостол же, сотворив знамение крестное на очесех князевых, прозрение ему дарова [574].

В житии святого апостола Филиппа, иже от дванадесяти Апостолов, пишется: Яко повел Апостол некоему мужу, именем Иру, крещением святым просвещенну, да своею рукою крестный образ начертает на Аристархе больном, знаменая врежденные члены его. И егда то Ир сотвори, абие исцеле усхшая рука Аристархова, и око прозре, и ушеса услышаста, и весь здрав бысть [575].

В житии святого Дионисия Ареопагита пишется: Егда святой апостол Павел исхождаше от града Афинейска, слепец некий, егоже знаяху вси, яко от рождения своего не видит, сей моли Апостола, да подаст ему прозрение. Он же сотворив крестное знамение на очесех его, рече: Господь мой и учитель Иисус Христос, иже брение сотворив, помаза очи слепорожденному, и даде ему прозрети, той и тебе силою своею да просветит. И абие слепорожденный прозре [576].

Святая первомученица Фекла, ученица Павла апостола, егда собрано бысть множество дров и хврастия на сожжение ея, она на все то, знамение креста сотворши, взыде, и ста верху; огнь же ей не прикоснуся [577].

Святая мученица Василисса Никомидийская, знаменавши себе креста знамением, вниде посреди пламене в пещь разжженную, и стоя на мног час во огни горящем, без вреда соблюдена бысть [578].

Святии мученицы Авдон и Сеннис, князи Персидские, Декием Римским царем в Рим заведенные, и зверем в снедь за Христа вданные, знамением крестным ограждающеся, от зверей неприкосновенни пребыша [579].

Святые мученики, Зинон, Александр и Феодор с прочими, иже в страдании святого мученика Терентия, Апреля в 10 день почитаемого, воспоминаются: мучени бывше от игемона Фортунатиана близ идольского храма, знамение Христово крестное сотвориша на челах своих, и дунуша противу капища, и абие в нем идолы падоша с великим громом, и в прах рассыпашася [580].

Святому великомученику Прокопию, по многих лютых, за Христа подъятых, ранах, в темницу ввержену бывшу, егда в полунощи явишася ему два Ангела пресветлии в подобии юнош прекрасных, и реша к нему: воззри на ны, и виждь. Он, воззрев к ним, рече: кто есте вы? отвещаша тии: Ангелы есмы, послани к тебе от Господа. Тогда рече к ним мученик: аще Ангелы Господни есте, то поклонитеся Господеви пред очима моима, и знамением крестным себе оградите, да иму вам веру. Ангелы же абие то сотворше, реша: ныне убо веруй, яко послал ны есть Господь к тебе [581].

Святому Григорию, епископу Неокесарийскому, грядущу от пустыни на свой престол, прилучися на пути некий идольский храм; бе же вечер, и дождь велий настояше, того ради нужда бысть святому с спутники своими внити в той идольский храм, и обнощевати в нем. Бяху же тамо идол и мнози, в нихже живяху беси, и яве жерцу своему являхуся, и беседоваху с ним. Ночуя же тамо Григорий святой, совершаше обычная своя полунощная же и утренняя пения и молитвы, и знаменаше знамением крестным воздух, оскверненный бесовскими жертвами. Устрашившежеся беси крестного знамения, и святых Григориевых молитв, оставиша храм свой и идолы, и бежаша [582].

В житии святых мученик Киприана и Иустины пишется: яко един от князей бесовских, Киприаном волхвом к девиц Иустине послан, преобразився во образ женский, прииде, и прельщаше ю многими словесы к браку с нечестивым и блудолюбивым юношею Аглаидом, приводя от Божественного Писания Апостольская словеса: брак честен и ложе нескверно[583]. Таковая словеса слышащи Иустина, позна всехитрого прелестника диавола, и лучше неже Ева, победи его: не входящи бо в большую с ним беседу, притече скоро к пристанищу креста Христова, и положи знамение честное на лице своем, и сердце свое воздвиже к Богу жениху своему, и абие исчезе диавол с большим студом, паче первых. Прииде же он гордый князь бесовский к Киприану смущен, и позна Киприан, яко и той ничтоже успе, рече к диаволу: и ты ли девицы тоя победити не возмогл еси, сущи князь сильный, и паче иных в таковом дел искуснейший: то кто от вас сотворит что непобедимому тому девическому сердцу? Рцы убо ми, которым оружием возбраняется вам? и како силу вашу крепкую немощну творит? Диавол же силою Божиею принужденный, и неволею исповеда: не можем, рече, на знамение крестное зрети, но бежим от него, якоже бо огнь опаляет нас, и далече прогонит [584].

Тамже пишется: Уведав добре Киприан, яко знамению крестному и имени Христову ничтоже может одолети, прииде в себе, и рече к диаволу: пагубниче, и всех прелестниче, сокровище всякия нечистоты и скверны, ныне уведах твою немощь, аще бо сени крестныя боишися, и имене Христова трепещеши, что убо сотвориши, егда сам на тя Христос приидет? Аще знаменающихся крестом победити не можеши, кого убо изшеши из рук Христовых? Ныне разумех, яко ничтоже еси, и ничтоже можеши, и не имаши силы ко отмщению. Прельстихся аз окаянный послушав тебе, и веровав лести твоей, отступи убо от мене прокляте, отступи, подобает ми молити Христианы, да мя помилуют; подобает ми к доброчестивым прибегнут, да мя избавят, и попекутся о моем спасении. Отъиди, отъиди беззаконнее и ненавистниче? Сия слышав диавол, устремися на Киприана, да его убиет, и нападши нань, нача давити биющи. Не имеяше же Киприан ни от кого пособия, и не ведяше, како помощи себ, и извинутися от лютых рук бесовских, и уже еле жив сущи, воспомянув знамение креста святого, имже противляшеся Иустина всей бесовстей силе, и рече: Боже Иустинин помози ми. Воздвиг же руку, прекрестися; и абие диавол яко стрела напряженна отскочи от него. Он же отдохнувши прият дерзновение, и призывающи имя Христово, знаменашеся крестным знамением, и крепко сопротивляшеся бесу, кленущи его и укоряющи. Бес же далече от него стоя, и не смея приближитися к нему знамения ради крестного и имене ради Христова, грозно ему претяше, глаголющи: не измет тя Христос от руку моею. И много ярився на него, рыкну якоже лев, и отъиде [585].

В житии преподобных отец Варлаама и Иоасафа Индийских пишется, яко беси от волхва Февды послани бывше разжещи похотию юношу Иоасафа царевича на грех плотский; егда ничтоже успеша, и возвратишаея бездельны, Февда укоряше я, глаголя: тако ли вы немощни есте окаяннии, яко единого отрочате не победисте? Они же принуждени силою Божиею бывше, и не хотяще исповедаша истину, глаголюще: не можем терпети силы Христовы, и ниже воззрети на знамение крестное, имже себе отрок ограждает [586].

В житии преподобного Илариона великого пишется: бес приведе полк своих другов, и возопи таковыми гласы, да Иларион, от самых точию гласов их устрашився, оставить пустыню ону, и бежит. Разумев же Иларион, яко та суть бесовская страшилища, знаменася крестным знамением, и щитом веры вооружився, паде на колена, прилежнее молящися к Богу, да подастся ему от Бога свыше помощь. И лежа на молитве, стоящего над ним врага низлагаше [587].

Преподобный Антоний великий сваряся с бесы, нань нападающими, глаголаше: аще что можете, Господу вам область на мя попущшу, се аз есмь, пожрите преданное: аще же не возможете, то почто вотще трудитеся? ибо знамение крестное, и вера к Богу, непреборимая стена есть [588].

Тойже преподобный Антоний, поучая братию, глагола: егда в помыслех наших ничтоже возмогут бесове, тогда мечтаньми искушают, и устрашают ны, преобразующеся овогда в женско, овогда в скорпиино подобие и в великия некия плоти, даже до верху храма протязающе главу; и в бесчисленные образы и в воинственная полчища, яже вся по первом креста знамении исчезают [589].

Тойже преподобный Антоний Великий, грядый в пустыне к преподобному Павлу Фивейскому, узре человека, коню подобна, егоже стихотворцы Иппокентаврон нарицают. Того видев, спасенным креста знамением вооружися, и дерзостне вопроси: слыши ты, в коем месте раб Божий обитает? Зверь же преклонився о словеси святого, и не могий гласом провещати, рукою показоваше страну, в нюже к Божию рабу ити потребно [590].

Святого Епифания Кипрского, в детстве того еще некрещена бывша, осля свирепое сверже с себе, и пад отрок со осляте, разбися, и лежаше плачущи, и не могущи востати; понеже боляше бедром ударенным о землю. Христианин же некий, тамо прилучшийся именем Клеовий, приступль осяза бедро его, и крестным знамением трижды знаменав, сотвори того здрава [591].

Тойже святой Епифаний. егда в Египетской стране быв, им прю от книг с некиим еллинеким философом Евдемоном, виде сына Философова единым оком слепа, знамена убо око его слепое крестным знамением трижды, и абие отверзеся око, и прозре отрок ясно [592].

Макрина преподобная, сестра святого Василия Великого, имея некий вред лют на персех ея сотворшийся, и не хотя открыти того врачем к целению, моли матерь, да десницу свою положили на вреде ея, знамение крестное на нем сотворит. И егда мати, вложши руку свою в недра ея, осяза место вредное прекрестящи, не обрете вреда: Божиею бо силою исцеле вред, и болезнь отъиде, токмо оста малое знамение вреда оного в память чудесе Божия [593].

Преподобный Зосима в пустыни святую Марию Египетскую узрев, исперва ужасеся мня быти бесовское привидение. И трепетен быв, знаменася знамением крестным, и страх отложи [594].

Егда преподобный Зосима святую Марию молящуюся к Богу виде на воздусе, от земли яко локоть един стоящую, и смутися мыслию, мня быти привидение: святая Мария, извествуя себе быти плоть, а не дух, ни привидение сущую, знамена крестным знамением чело свое и очи и устне и перси [595].

Таяже святая Мария знамением крестным Иордан знаменавши, взыде на воду, и ходящи верху воды, реку прейде [596].

Вь Лимонаре святейшего Софрония, патриарха Иерусалимского, пишется о некоем во иноцех пресвитере Кононе, в монастыре Пенфокли, емуже поручено бысть приходящия от еллин к святой вере, крестить мужы и жены. Он же, крестя жены, соблазняшеся мыслию, ощущаше бо в себе страсть похотную, и бояся тоя соблазни, хотяше отъити оттуду. Во един же от дней прииде девица Персяныня креститися, яже бе зело доброзрачна; пресвитер же Конон, да не видит в крещении и Миропомазании наготы тоя девицы, взем ризу свою, отъиде оттуду, глаголя: не имам ктому обитати на месте сем. И егда исходя оттуду, взыде на гору, се святой Иоанн Креститель срете его, и тихим глаеом рече к нему: возвратися в монастырь твой, и облегчу ти брань твою плотскую. Авва же Конон рече ему со гневом: веру ми ими, не возвращуся; многажды бо обещал еси сотворити ми сие, и не сотворил еси. Иоанн же святой емь его, посади, и открыв ризы того, прекрести трижды знамением крестным под пупом, и глагола ему: веру ми ими пресвитере Кононе, яко хотех, дабы еси имел мзду за брань сию; но понеже не хощеши, се уже отъях от тебе брань, мзды же за то лишен будеши. И возврати вся в монастырь пресвитер, во утрие крести девицу ону, и миром ю помаза, и никакоже ощути похоти в себе от зрения наготы ея, акибы не женск пол крестил есть [597].

В том же Лимонаре пишется о некоем святом Иулиане епископе Востретем, егоже нецыи от великих и богатых граждане возненавидеша, и умыслиша отравою уморити того. И наустиша отрока служащего ему, многия дары обещавше, и вдаша отроку зелие смертное, да егда подаст чашу епископу, всыплет в ню яд смертный: и сотвори отрок, якоже научен бысть. Божественный же Иулиан, Божиим откровением разумев совет их, взем чашу, постави пред собою; и ничесоже глаголав отроку, посла призвати вся начальный града, в нихже быша и тии, иже совет смертный нань совещаша. Епископ же святой, не хотя обличити сотворших таковая, кротким гласом рече ко всем: аще вы мните смиренного Иулиана отравою уморити, се пред всеми вами яд той, от вас мне уготованный, испиваю; и знаменав десницею чашу трижды, творя на ней крестное знамение, рече: Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, испиваю чашу сию пред всеми вами, и испив всю, пребысть без вреда. Устроившии же яд, быша трепетни, и припадше к ногама его, исповедаху грех свой, и прощения просяху [598].

Подобне и преподобному Венедикту игумену, от некиих возненавидевших его братий, в обедний час, яд смертоносен, с питием смешен, в стеклянице дан бысть. Он же егда крестное знамение на стеклянице сотвори, абие сосуд той стекляный разсядеся и сокрушися от креста святого силы, аки от каменного ударения [599].

В житии преподобного Симеона столпника пишется: Завидяй добру диавол, претворися во Ангела светла, и показася святому близ столпа, с колесницею огненною и коньми огненными, аки с небесе сходя, и глаголаше: слыши Симеоне, Бог небесе и земли послал мя есть к тебе, якоже видиши, с колесницею и коньми, да якоже Илию возму та на небо, достоин бо еси чести таковыя, святыни ради жития твоего: пришел же есть уже час твой, да трудов твоих плоды снеси, и приимеши венец доброты от руки Господни. Гряди убо не медля, рабе Господень, да видиши Творца своего, и поклонишися ему, иже тя по образу своему созда: да узрят же и тебе Ангелы и Архангелы с Пророки, Апостолы и мученики, иже тя видети желают. Сия и Сим подобная глаголющу бесу, не позна святой прелести вражия, рек же: Господи! хощеши ли мя грешннка к небеси взяти? Подвиже ногу десную, во еже ступити на огненную колесницу, обаче простре и руку десную, знаменаяся крестным знамением, и абие диавол с колесницею и коньми исчезе, яко прах от ветра возметаемый. И познав Симеон бесовскую прелесть, каяшеся [600].

Се толик облак свидетельств о знамении крестном, и о чудесной силе крестного знамения; и бесчисленная о том свидетельства всюду в книгах Святых обрящеши, яже вся не возможно собрати в малую книжицу, разве бы великою книгою та объяти.

Еще же и от учителей о томже поне мало нечто воспомянем:

Святой Ипполит о антихристе и о имущих веровати в онь глаголет: Даст им знамение на руце десней и на челе; да никтоже честный крест сотворит десною своею рукою на челе, но связана рука его будет: и оттоле власти не имать знаменати своя уды [601]. До зде Ипполит. Мы же внемлем: Ипполит святой о знамении крестном глаголет: Знатно убо есть, яко во дни его бе обычай в Христианах знаменати себе знамением крестным, и на скончании века будет, якоже и ныне есть в православных.

Святой Иоанн Златоуст в беседах на Евангелие Матфеево, во нравоучении 54, глаголет: Яко венец, сице да обносим крест Христов; ибо вся тем совершаются, яже по нам. Аще и породитися треба будет, крест приходит; аще и напитатися таинственною оною трапезою; аще и рукоположитися; аще и яково ни буди ино сотворити, везде одоления (над супостаты) нашего предстоит образование: сего ради и на храмах, и на стенах, и на дверях, и на челе, и в мысли, со многим написуем его тщанием. И ниже: Ниже бо просте перстом начертати того подобает: но первее произволением со многою верою. И аще сице вообразиши его зрению, никтоже близ тебе стати возможет от нечистых духов, зря мечь, имже язву прият; зря мечь, имже беду прият. Аще бо мы места зряще, на нихже посецаются осужденные, ужасаемся; помысли, что постраждет диавол и бесове, оружие зряще, имже всяку силу их разруши Христос, и дракону (змию) отсече главу [602]. До зде Златоуст.

Святой Ефрем в слове 103 глаголет: На дверех животворящего креста знамение да полагаем, на челе же, и на персех, и на устех, и по всем удом нашим: сим да знаменаемся, и сим вооружаемся. Сие бо есть оружие Христианам, и победа смерти, упование верным, свет концем, отверзитель раю, еретичеству потребление, утверждение вере великое, сохранение и похвала Христианам, егоже Христиане на всяк день и нощь, и во вся времена и часы непрестанно приносят на всяком месте. Без него убо ничтоже начинай, ниже скончавай, но и сия, и востая, и делая, и в путь шествуя, аще и по морю плаваеши, аще и чрез реку превозишися, вся уды твоя животворящим крестом утверди, и не приступить к тебе зло сего бо видяще противные силы, потаившеся, отбегнут [603].

Святой Кирилл Иерусалимский, в Катехизисе Московскому в лето 7204 печатаном, приведеный на лист 43, учит, глаголя: Твори знамение честного креста, ядя, пия, седя, стоя, беседуя, или ходя. И не начинай и единого твоего дела без сотворения знамения честного креста, в дому, на пути, во дни и в нощи, и на всяком месте.

Се толикая показания о крестном знамении! Что убо речеши противу сих, о раскольниче, о знамении крестном усумневаяйся, и отвергаяй то, и бояйся якоже и бес крестного четвероконечия? Апостолы святые, образ благословения от Христа приемше, знамением крестным силы и цельбы в людях деяти начаша; Мученики святые знамением крестным вооружахуся; Ангелы Господни, святому Прокопию мученику явльшиися, крестное знамение на себ сотвориша; святой Иоанн Предтеча, по многих кончины своея летех, Конону пресвитеру явльшися, крестным знамением страсть похотную в нем умертви. Угодники Божии бесовекую силу и всякая страхования знамением крестным прогоняху. Вся церковь Христова от начатка своего даже доселе той благочестивый Христианский обычай, еже знамением крестным знаменатися, и вся освящати, содержит. Ты же, о крестоборче, знамения крестного боишися, и якоже бес трепещеши, да не осенит тебе крестное четвероконечие.

Аще четвероконечный крест Христов печатию антихристовою нарицаеши, что убо печатию Христовою наречеши? осмоконечный ли крест? но кто когда осмоконечие крестное на себе изображал. или изображает? кто осмоконечием крестным кого или что благословляет? не четвероконечным ли крестом и сами себе знаменаем, и людей, и таинства освящаем, и трапезу благословляем? Яко то есть знамение и печать истинная истинного Христа Бога нашего, свидетельствуем о том Дамаскин, глаголяй: Сей нам знамение дадеся на челе, имже образом Израилю обрезание; сим бо вернии от неверных разстоим и знательствуемся; сей щит и оружие и одоление на диавола; сей печать, да не коснется нас всегубительствуяй [604].

До зде Дамаскин. Се той учитель церковный, согласуй преждепомянутым учителем, знамение крестное четвероконечне воображаемое, нарече печатию Христовою, а не антихристовою. Да постыдятся убо и посрамятся еси, иже честный четвероконечный крест Христов печатию антихристовою нарицают, и боятся крестного четвероконечия якоже и беси.

Глава 26. О хулении раскольническом на треперстное сложение

Еще же и другое о печати антихристовой в Брынянех безумное умствование слышится: Треперстное к знамению крестному сложение нарицают печатию антихристовою. Сице в еретическом злохульном их Свитце пишется: Аще кто знаменает лице свое щепотью, сиречь, тремя Персты, той отвержеся Христа, и предается сатане; занеже есть то антихристова печать. До зде Свиток. И тако у них стало две печати антихристовы: одна печать антихристова, – крест четвероконечный, другая печать антихристова – треперстное сложение. Неведомо убо, коему у них умствованию веруяти, первому ли, или другому; понеже сами себе не согласуют, ниже подлинной печати антихристовы обретают? Шлются же на святого Ипполита, акибы он треперстное сложение нарицает печатию антихристовою; но в том яве лгут. И как не стыдно им пред Богом и пред всеми человеки лгати? Ипполит бо святой ниже кое воспомяновение сотвори о перстных киих либо сложениях, ни о треперстии, ни о двоперстии; якоже и о четвероконечном кресте не написа, дабы той был антихристовою печатию; убо якоже крест четвероконечный несть и не будет печатию антихристовою: сице и треперстное сложение несть и не будет печатию антихристовою. Понеже той свидетель – святой Ипполит, на негоже раскольщики шлются, не свидетельствует по их блядословию. Прочти всяк с прилежным вниманием и рассуждением оное Ипполитово слово, на неже Брыняне шлются, и разбери е по единому писменцу и реченийцу, обрящеши ли тамо кое о сложении перстов воспомянение? Никакоже. Почто убо лгущии на свою главу дерзают лгати и на святого Ипполита? Разве да яве покажут себе быти детей отца лжи–диавола.

Видех же в списках от писем Аввакумовых написано, яко той лжеучитель, двоперстного (по Арменску) сложения учай, треперстное же отметаяй, блядословит сице:

Тогда возрыдает Никонианский род не исповедавше чисте Единородного, стекшимся дву естествам божества и человечества, нашею ради спасения, но знаменующеся трема персты в три духи нечистый, суть бо дуси демонстии, яко жабы. исходят на всю вселенную: блажен бдяй и блюдый ризы своя, да не наг обрящется. Ей, отцы и братия моя, треперстная ересь есть нагота душевная и телесная, сохранимся от нея всяцем образом. До зде Аввакумово блядословие.

Теми словесы своими Аввакум показует себе быти лжива, еретика, кривотолка и богохульника, еже абие рассмотрительнымь рассуждением обличится.

Лжет Аввакум, нарицая нас правоверных Христиан родом Никонианским. Еда ли Российское Христианство от Никона прият свой начаток? еда ли от того святым крещением просветися? Слышим, яко святейший Никон бе архиерей Божий великий, патриарх Московский, муж в Святом Писании искусен и благочестив, и житием свят: но нам не родоначальник ни по плоти, ни по духу, не от него бо родихомся, ни от него веру прияхом. Но произыдохом рождением по плоти от племене Иафета–сына Ноева: рождением же духовным от святого равноапостольного князя Владимира, от того бо веру и крещение вся Россия прият; Владимир же прият от Греков, Греки прияша от древних Святых архиереев и учителей вселенныя; древние архиереи и учители прияша от святых Апостолов; Апостолы прияша от самого Христа: убо есмы Христиане, а не Никониане есмы, по словеси святого апостола Петра, род избран, царское священие, язык свят, людие обновления[605]. Аввакум же с своими ученики, отпадший церкве Христовы и православный веры, чий еси род? Разве род противника Христова – диавола.

Лжет паки Аввакум, клевеща на нас, акибы мы не исповедуем в единородном Сыне Божием Христе Господе нашем двух естеств – божества и человечества, стекшихся нашего ради спасения. Он сам то творит, якоже прежде в первой части, во второй статии. показася, идеже обличися еретическое его умствование, сказующее особного Сына Божия быти на небеси со Отцем, а особного во утробе пречистыя Девы.

Еретичествует Аввакум, хуля наше треперстное в знамении крестном сложение, и ересию то нарицая, имже мы благочестно и правоверно изобразуем три лица Пресвятой Троицы, и полагающе на себе треперстным сложением знамение крестное, глаголем: во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Он же то треперстное сложение отметая, отметает Троическое исповедание.

Кривотолк, купно и богохульник великий показася быти Аввакум, неправо толкуя словеса, яже во Апокалипсисе, в главе 16, пишутся сице: видех из уст змиевых, и из уст звериных, и из уст лживого пророка, духи три нечистыя яко жабы исходящая[606], и проч. Он же та словеса кривым своим толком наводить на наше треперстное сложение, акибы мы трема персты знаменаемся в три духи нечистыя, и в три жабы, на вселенную исходящая. Наводя же то, хулит самую Пресвятую Троицу, в еяже имя мы трема персты знаменаемся, глаголюще: во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. А он Отца, и Сына, и Святого Духа, нами призываемого Бога, нарицает трема духами нечистыми, и трема жабами. О хулы тяжкия! о хулы богомерзкия! о нечестия богопротивного! Кто когда от века слышал таковую хулу на Пресвятую Троицу? никая же ересь, ниже кое нечестие похули тако Пресвятую Троицу, якоже Аввакум богохульник похулил есть. Такового учителя имеют себе раскольщики, таковому последствуют, таково их правоверие.

Паки, Свиток раскольнический, треперстное к знамению крестному сложение хуля, начерта руку, три перста сложены имущую; на едином убо перст написа са, на другом та, на третием на, сиесть сатана; и подписа, яко то имя есть скверного богоборца антихриста, еже он даст на десней руце верующим в онь. И хулит нас правоверных, акибы мы во антихриста, а не в Христа веруем, и акибы антихристово имя на триех перстах носим, и антихристовым акибы именем знаменаемся. Таковыя хулы блядивый той Свиток наносит на ны, в Христа (а не в антихриста) верующия, и не антихристовым именем знаменующияся, но именем Пресвятыя Троицы, Отца, и Сына, и Святого Духа. Приводит же ложне акибы во свидетельство святого Ефрема и святого Ипполита, акибы тии треперстное сложение нарицают знамением антихристовым, но в тех святых (якоже и прежде известихом) отнюдь то не обретается. Самый се диавольский вымысл, и адовых уст дыхание.

Приличнее им раскольщиком на своем Арменском двоперстном сложении написати имя демонское: на едином персте де, на другом мон, и тако будет на двух их перстах сидети демон, егоже они давно в сердцах своих носят, и того слушают, и егоже духом учими, мудрствуют хульная и ложная на Христову церковь. Но Бог отмщений, Господь, Бог отмщений, воздаст им но делом их, и по лукавствию их погубит их.

В томже раскольническом Свитке, двоперстного Арменского к знамению крестному сложения учащем, пишется сице:

В Потребнике большом печатном, лист 659: Аще кто не крестится двома персты, якоже и Христос, да будет проклят.

Аз же взем Требник оный больший печатный, и посмотрив места оного, обретох инако напечатано сице: Аще кто не крестит двома перстами, якоже и Христос. И абие показася ложь раскольническая, в печати бо написано: аще кто не крестит; они же приложишь сие, ся, аще кто не крестится. Так они людей простых обманывают лжами своими, прилагающе к писанным не писанная, якоже и то, ся приложиша: ино бо есть крестити кого, а ино крестити себе.

Помыслити же буди здравым разсуждением сие: крестился ли Христос Господь крестным знамением живущь на земли с человеки? слагал ли как персты своя ко изображению на себе крестного знамения? было ли прежде страдания Христова творимо знамение крестное в святых, последовавших Христу Апостолех, или в преждебывших Пророцех и праотцех.

Еще же и сие: крестил ли кого Христос Господь двома персты? где о том написано? в коем Евангелисте или Апостол? Вемы написано в Евангелии Лукином, в последнем зачале, како Христос Господь, возносяся на небо, благословил святых Апостол: воздвиг руце свои, благослови их; а о сложении перстов тамо не пишется. Целыми дланьми, всеми персты благослови их. Слагати же персты послежде вниде обычай в верных, и есть той обычай добр; обаче не догмат веры.

Но о сложении перстов беседы аз не простираю; понеже уже о том довольно написано и изъяснено в книге Жезл, и в книге Увет, глаголемой, и в Псалтырях исправленных; тамо да чтет изволяяй.

Глава 27. О хулении их на Божественныя тайны

Еще раскольники хулят пречистые божественныя тайны: тело и кровь Христову, под видом хлеба и вина совершаемые.

Хулят и гнушаются превысочайшия тоя святыни аки некия мерзости, нарицающе причащение таин божественных скверною, паче всех скверн сквернейшею. О безбожного хуления, и лютого безчестия Христу Господу нашему, в пречистых его тайнах нами почитаемому и приемлемому! о тяжкие досады Владыце нашему от тех бесстудных и бесных псов, отверзших нань лаятельные уста своя, ихже часть с глаголавшими: возми, возми, и распни Его!

Хулят же они и гнушаются божественных таин триех ради (якоже известихомся) вин:

Ово креста ради четвероконечного, на святой просфоре изобразуемого:

Ово Служебников ради новопечатных:

Ово же ради священнодействующих иереев.

Крест четвероконечный нарицают антихристовою печатию:

Новопечатные Служебники нарицают новою верою:

Священнодействующих же лиц порицают о двою: о пошлинах указных за поставление, яже они раскольники нарицают мздою, и о житии акибы развращенному,

И наводят, акибы тех ради вин попы, не попы; литургия, не литургия; жертва, не жертва.

Мы же рассмотрим трое то:

1) Четвероконечный крест, на святей просфоре изобразуемый, есть ли препятием приносимей святой жертве, во еже бы ей не быти телом Христовым?

2) Новопечатные Служебники суть ли препятием святой литургии, во еже бы не быти ей истинною литургиею?

3) Пошлина, уставленная за поставление и развращенное иерейское житие, возбраняет ли найти Духу Святому, и действовати божественныя тайны, егда иерей литургисает?

ПЕРВОЕ РАССМОТРЕНИЕ

О четвероконечном на просфоре кресте; есть ли препятием святеи жертвеи

Вопрошаю:

В священнодействии божественных таин, что приносится под видом хлеба в жертву Богу Отцу о всем мир: крест ли кий либо, иже на просфоре печатию изобразуемый, или сам Христос, крестообразно распятый?

Аще крест в жертву приносится, убо не Христос; ибо подобало бы не существу тела Христова, но существу древа крестного под видом хлеба быти, еже есть безместно и нелепо.

Аще же сам Христос приносится в жертву, убо не крест; ибо не крест жрется за мирский живот и спасение, но Агнец Божий, вземляй грехи мира, крестообразно жрется.

А понеже не крест, но Христос приносится в жертву; кая убо препона жертве от четвероконечного креста, на просфор печатию изобразуемого?

Паки вопрошаю:

Христос Спаситель егда на кресте за ны распятся, распростер пречистыя своя длани, был ли тогда осмоконечен Христос, или четвероконечен?

Осмоконечна его быти не можете рещи, о Брыняне! разве четвероконечна: глава пресвятая в высоте крестной, протяженное тело в долготе, нозе в глубине крестной, руце же в широте: еже и на приносимой просфоре четвероконечным крестом изобразуется.

Кое убо жертве препятие от четвероконечного на просфоре креста, имже изобразуетея тело Христово, четверочастне на крест распято бывшо?

Паки:

Егда Агнец Божий, жремый на святом дискосе, копием разрезуется, образом ли осмоконечного креста жрется, или четвероконечного? Поистинне, образом креста четвероконечного, в длину и впреки разрезуемый в четыре концы и части, а не во осмь концов и частей.

И аще жремый Агнец на четыре части четвероконечным крестом не оскверняется; кая убо скверна и препятие святей жертве от оного четвероконечного креста, иже с верхней страны Агнца напечатан?

Паки:

Егда иерей священнодействуяй, по изречении словес Христовых и призывании Духа Святого, глаголя: И сотвори убо: и проч. осеняет знамением крестным святые дары; киим крестом осеняет: осмоконечным ли, или четвероконечным? Воистинну четвероконечным.

И аще четвероконечным крестом осеняемые святые дары не оскверняются, но освящаются; то кая скверна и препятие может быти жертв от оного четвероконечного креста, иже печатию на Агнце изображенный?

ВТОРОЕ РАССМОТРЕНИЕ

О новопечатных Служебниках; суть ли препятием святей литургии?

Вопрошаю:

В новопечатных Служебниках переменен ли древний чин святой литургии? переменены ли молитвы и словеса Христова, и призывание Духа Святого? Никакоже: но якоже в старых, сице и в новых напечатано непременно.

Аще же в новопечатных Служебниках не пременен чин святой литургии, ни молитвы, ни словеса Христова, ни призывание Духа Святого; но якоже в старых, сице и в новых непременно напечатано: кое убо препятие святой литургии от новопечатных Служебников?

Паки вопрошаю:

Кто литургисает, кто в литургисании молится к Богу, кто призывает Духа Святого на Святыя дары, и совершает жертву? книга ли – Служебник старый, или новый; или человек на то освященный, рекше, иерей?

Аще книга – Служебник старый или новый, та вся действует; убо иерея не требе, но самую токмо книгу на престоле положити.

Аще же иерей а не книга литургию совершает, то кое препятие от новопечатного Служебника, из негоже иерей чтет молитвы тыяже, яже и в старом Служебнике, и вся словеса таяжде глаголет, и все действо тоежде действует, якоже и в старом указася?

Глава 28. О иерейских пошлинах

третие РАCСМОТРЕНИЕ

О иерейских пошлинах за поставление, яже раскольники нарицают мздою, и о житии развращенном; возбраняют ли та Духу Святому действовати святыя тайны?

О пошлинах.

Вопрошаю: едино ли есть то обое: пошлина и мзда? Аще едино; убо иереям, служащим алтарю, нельзя питатися от алтаря; обыче бо подаватися им пошлина от правоверных за всякая церковная действа: за крещение, за венчание, за исповедь, за молебствование, за погребение, за поминание, за хождение со святынею и прочая: а вся та, яко дарования Божия, должна суть не продаема бывати, но туне подаватися. И како Апостол велит делающим священная от святилища ясти, и служащим олтарю от олтаря имети свое препитание [607]?

Вестно убо буди всякому, яко ино есть пошлина, а ино мзда. Пошлина от церкве указана в препитание служащим алтарю; мзда же возбраненна, яко святокупство, еже симония нарицается, Симона ради волхва, хотевшего сребром купити себе от Апостолов благодать Святого Духа [608]. Пошлина явна бывает всем, мзда же тайно даема есть; чесо ради и святотатством именуется. Пошлина есть безгрешна, яко церковию узаконена: мзда же грех, церковию возбраненный. Пошлина малое число, мзда же множеством числится. Пошлина долг церковный отдает, мзда же отай церкве церковная купует. Пошлина убо в милостыню вменяется, якоже то видети есть от словес благочестивого царя Греческого Иустиниана, в книге Кормчией, на листе 323. идеже пишется сице: Сему не токмо не возбраняем бывати, но и паче повелеваем им таковая за спасение души своея творити. Мы бо она едина возбраняем, яже особным человеком некто дарует, а не святым церквам. До зде словеса Иустинианова. И поистинне за спасение души пошлина бывает; та бо, яже даются клириком, в препитание им даются, а яже архиерею, та абие в милостыню нищим раздаются. Мзда же, яко сребролюбие и неправедный прибыток, и яко лихоимство в тяжкий грех ставится; и отлучением и проклятием казнится; якоже то видети есть в книге Кормчией глаголемой, в главе 1, во Апостольских правилах, на листе 7 на оборот.

Правило 29 святых Апостол.

Иже епископ, или поп, или диакон, имением приял будет сан, да извержется сам, и святивый его.

И прочая таковая зри в тойже Кормчией, лист 184 на обороте, и лист 211 на обороте, и лист 283, 284, 289 на обороте, и 290 на обороте.

О пошлинах же безгрешно подаваемых от поставления, зри в тойже книге, Кормчией глаголемой, главу 42; в заповедях Иустиниана царя, число на брезе 32, на лист 319: тамо именно указуется, что давать от поставления. Царь же Иустиниан наста на царство Греческое в лето по Рождестве Христовом 527.

Феодор патриарх Антиохийский, прозываемый Валсамон, в своих на Апостольская правила, и на Святых отец соборы толкованиях, под главою 54 [609], воспоминает благочестивого царя Греческого Исаака Комнина, яко той царскою своею грамотою утверди, да от поставляемого пресвитера дается святителю седмь златиц, расположением сицевым: от клиричества златица едина, от диаконства златиц три, и от священства три. Исаакий Комнин начать царствовати в Грецех, в лето по Рождестве Христовом 1057; Феодор же Валсамон писа на правила толкование в лето 1202.

Смотри всяк, коль древних лет безгрешная от хиротонисаемых пошлина уставися благочестивыми царьми в Греческой церкви; отнюдуже мы прияхом веру и церковные уставы и законоположения.

Извествуется же и сие, чесо ради пошлина от поставляемых уставися: Должен есть новопоставленный поп, или диакон, по своем поставлении, представити архиерею и клиру его трапезу обеда. А понеже не всяк может учредити архиереа и клир его, якоже подобает, не богат сущи; того ради повелеся отложити цена обеда седми златицами. Но каковы тыя в Грецех тогда бяху златицы, многоценны ли, или малоценны, не вемы. У нас же не златицами пошлина емлется, и не многоценно: вместо бо златиц прежднии архиереи Российстии уставиша гривны. О чесом пишется сице: Во дни святейшего Кирилла (иже бе третий того имени) митрополита Киевского и всея России, ставлену бывшу Серапиону епископу Владимирскому, (о лете бытия мира 6782, воплощения же Бога Слова о лете 1274), быша на поставлении оном архиереи сии: Игнатий святой епископ Ростовский, Феодот Переяславский, Симеон Полоцкий; тии архиереи с новопоставленным утвердиша, да новопоставляемый поп дает на клирошан седмь гривен.

В книге Правильной рукописной старой, в правилах шестого вселенского собора, по 22-м правиле, и по толковании того, пишется сие [610]: Приходящии к таинству священства на поставление, да приводятся к епископу местному. Дают же таковии на проторы всякия и исторы: на свещи, на вино (церковное), на фимиам и на просфоры, и на служения священникам и на прочие проторы, и на трапезу епископу. Таковая же не оклеветаются, ни оглаголуются, понеже ничтоже вреждается в сих, и поставление туне бывает, якоже рече Христос: туне приясте, туне и дадите. Ино бо есть еже взимати мзду за поставление, сиречь продаяти и куповати священные степени; ино же проторы суть и исторы. Несть бо се продаяние и купование, и всюду чин сей бывает, и зазрения о сем, ум имеющим, несть, якоже и Апостол глаголет: кто воинствует своими оброки когда? но всяко приемлет от тех (оброки) за нихже воинствует. Или кто насаждаешь виноград, и от плода ею не яст? или кто пасет стадо, и от млека стада не яст? Еда по человеку сия глаголю? не и закон ли сия глаголет? В Моисеове бо законе пишется: да не заградиши устну вола молотяща, (сиесть, скоту труждающемуся в твоем деле не возбрани ясти, накорми его). Еда о волех радит Бог? или ради нас всяко глаголет? Нас бо ради сия написашася [611]. И паки: Аще мы духовная сеяхом вам, велико ли, аще мы ваша телесная пожнем[612]?

Да воспомянется же зде сие:

В преждняя лета, во дни раздельных княжений Русских, под владением Ордынским бывших, во град Псков востали бяху нецыи еретики, глаголемии Стригольники, (якоже нынешнии Капитоны Брыняне), иже хулы некия на церковь Божию наводяще, отторгошася от нея, и многия к своему еретическому упрямству привождаху. Между иными хулами охуждаху чин духовный пошлин ради, акибы мздою приемляхуся духовныя степени; и того ради чуждахуся иереев и церкве. О чесом уведав святейший Филофей патриарх Цареградский, (в то время святому Алексию митрополиту с Романом архиереем о престоле Киевском прю имевшим), писа патриарх ко Псковичам грамоту увещательную, кая его грамота обретается в старых рукописных правильных книгах, вложена между правилами шестого вселенского собора, между 22 и 23 правилом, юже зде полагаем.

Грамота святейшего Филофея, патриарха Цареградского.

Благороднии и честнии боляре, мужие Псковичи, сын мой посадник, тысяцкии, и сотскии, и вси дети мои христоименитии людие, подлежащей святей митрополии всея Руси, в Русском граде Пскове, и в пределах его обретающиися, чада о Господе возлюбленная нашего смирения, нарицаю бо вы вся сыны и чада! Еще же и оны, иже отлучишася от соборныя Церкве, и Христианского общения отступиша действием лукавого беса. Уведавше наше смирение, и иже с нами велицыи Святии святителие, божественный собор, како нецыи от вас изветом благочестия, еже мнетися хранити Божественная Писания, и священных канонов известие, отлучишася соборныя Апостольския церкве, вся еретики мняще, святителей и священников, и вся клирики, и прочия люди Христианы, яко се, поставляющия и поставляемыя; себе же токмо правоверных мняще. Сие убо мы слышавше, опечалихомся зело сердцем, и внутренними поболехом о отсечении Христовых уд. Каковыя бо болезни и печали нам не имети, слышащим наша уды отсекаемые врагом истины, из начала человекоубийцею, борителем нашего естества? таков бо ему нрав есть всегда: егда не возможет яве братися, неявленно совещавает, мнящим от десныя. Тако введе всяку ересь в церковь Христову; понеже бо по плотнем пришествии Христове всяко идолослужение без вести бысть, и не имяше места диавол, еже покорити человеки идолослужению: с десныя подвижеся братися, ибо яве не возможе прельстити, да многим покланяются богом, научи убо некия, да Сына Божия тварь именуют: тако и прочия ереси введе изветом от десна. Днесь же видим и в вас бывающая, да ся по малу отставят от Христианства и от церковного священия, еже святители и священницы подают людем, без коего невозможно кому спасения имети надежды, аще бы и ангельски на земли жил: ложную же сию клевету всеет в вас, и сотворить веровати, акибы по мзде церковь Божия поставление творит. И который лукавый демон толико их прельсти, еже таковую вещь прияти? Ибо церковь Божия Христова, Соборная, Апостольская, от конец земли до конец пребывающая, благодатию и силою самого Христа Бога нашего в правоверии неподвижимо водружена крепце, и в священныя канонех извесгно есть пребывание ея и строение. А поставляющия на мзде, яко продающия непродаемую благодать Всесвятого Духа, с Симоном и с Македонием и с прочими духоборцы сочетаем. Всяко убо церковь Христова тако мудрствует повсегда. Аще же нецыи суь сие нечестие действующии и дерзающии по мзде поставляти, то несть се, несть соборныя церкве: суть бо нецыи, тайно любы деющии, но егда обличатся, запрещаются, и от церкве осуждаеми бывают и изметаеми. Аще же и суть нецыи епископи, по мзде поставления творящии, обаче не подобает сего ради отсещися от церкве, и мнети, вся еретики, но совокупленным быти и церкве причастником. Творящего же зле епископа возвестити своему митрополиту: и аще он не сотворит исправления, то наказан будет от нашего смирения, егоже устави Бог отца, учителя, патриарха всея вселенныя, Царяграда. Сего ради пишем, и извествуем вам отечески, яко своим чадом, яко церкве участию, яко удесам самого Христа–главы всея церкве, престаните от раздоров и разлучений; и, совокупльшеся единомысленно церковному чину, согласно славу возсылайте Богу. Ибо церковь Христова в правоверии славится, и во истове житии: а еже на мзде поставление, нечестие нарицает явно. Поставляемой же многажды о себе сами исторы сотворяют, на свещи, на вино, и на фимиам, и на прочия проторы, и на трапезу. Таковая же не вреждают сих; ибо поставление туне бывает, якоже рече Христос: Туне приясте, туне и дадите. Ино бо есть еже взимати мзды поставления деля, ино же о нуждных потребах исторы. Обретаем и Господа Бога нашего Иисуса Христа, входяшу ему во многие домы со ученики своими, в достойныя приятия его, и учащу истинному слову и благоразумию, и чудеса многа творящу, приемлюща яже от них бываемая. Егда бо вниде в дом Матфеа мытаря, сотвори ему той учреждение велико. И в дом вшедшу ему Марии и Марфы, Марфа тщашеся о мнозей службе; и другая многа такова обрящеши. Божественный же апостол Павел от Моисеева закона приводя, не заградиши рече, устну вола молотяща[613]. Также разум Божественного Писания толкуя, рече: Еда о волех радит Бог? но нас деля всяко глаголет. Такожде: священная содевающии от церкве ядят, и олтарю служащии со олтарем сделяются. Тако и Бог повеле, еже Евангелие благовествующим, от Евангелиа жити. Аще мы вам сеяхом духовная, велико ли, аще мы ваша телесная пожнем [614]? Многа же сицевая хотяй обрести, имать в Божественных, яже с разумом правым бываемая и благою совестию, ничтоже споны творят поставлению, туне, без мзды сотворяемому: яже вся разумевающе, потщитеся исправити зле бывшая. Сего бо ради посла наше смирение, и великий собор, боголюбивого, архиепископа Суждальскаго, Дионисиа, мужа честна, и благочестива, и добродетельна, и священных Канонов известна хранителя, да видит вы от нас, и благословит, и поучит, и накажет, и увещает, и подобающая устроить и совокупить соборней Апостольстей Божией церкви. Да увесте, яко отлучаяйся от церкве, самого того Христа Бога отлучается; несть им участия, ни жребия, ни в сем веце, ни в будущем. Коей бо церкви прилепятся, ни убо. Аще бо отлагаетеся от церкве своей виною мзды поставления, и отсекаетеся яко от еретик, то уже Христос днесь на земли церкве не имать по вашему слову, и ложь есть слово оно, еже рече: яко с вами есмь до скончания века. Но несть ложно, не буди то. Буди же вам, познавше спасения путь и совокуплшеся с братиею своею, в едином сочетали славити Бога, егоже благодать и милость со всеми вами буди. Сия же написахом от многа вмале, большее же поручихом архиепископу Дионисию, елико той из уст речет вам, приимите яко наше слово, и хощем, да пишете к нам, да увемы исправление бывшее благодатию Божиею, и прославим Бога, и возвеселимся о возвращении тех, и о покаянии, о немже радуются Ангели и человецы, по Господа нашего Иисуса Христа глаголу. егоже буди всем нам получити милость и человеколюбие в сем веце и в будущем. До зде грамота патриаршая.

Посем о лете бытия мира 6883, воплощения же Бога Слова о лете 1375, правоверные людие, ревнующе по благочестии, побиша Стригольников еретиков: диакона Никиту, и Карпа простца, и третияго человека с ними, и свергоша их с мосту, развратников! бывших святыя ввры Христовы. Обаче ересь их не абие погибе, но протяжеся и до дней святейшего Фотиа, митрополита всея России, иже прият престол о лете бытия мира 6917, воплощения же Бога Слова о лете 1409, и той такожде к Псковичам писа грамоту увещательную, еяже всея зде не полагаем, ради простертия речей, развв токмо некая от нея вкратце воспомянем.

Пишет святейший Фотий митрополит в своей к Псковичам грамоте словеса сия:

Наше смирение, многу веру и пользу душевную слышах о благочестии вашем от писания ваших священников, слышах, и возрадовахся: о отлучающихся же Божия закона и православия, зовомых Стригольников, смутися, чада моя, скорбию сердце мое не мало, и неусыпающ о сих ум имех. И поисках в Божественных правилех, и писах вам, и тех ради уверения, иже среде вашея православныя веры суть, зовомии Стригольницы, помраченнии прелестию диавольскою, и ослепленнии еретичеством лукавства его, и не ведят света истинного Христа, ни разумеют праведных судеб его, и не видят истинных путей его, и прочая. Таже глаголет сие: аще и хульнейшая кто имать глаголати на епископа или на священника, не подобает отлучатися кому от причащения их, дóндеже будет истинно испытание, и прочая.

О пошлинах же глаголет сице: уставление великого Иустиниана повелевает на поставление священническо пошлину давати. Приснопоминаемый же царь Исаакий Комнин ко иным вещем и сия написав, рече: Царство наше, поставлению священническому, по уставленных древних воображениях быти повелевает, да ничтоже лишше емлемо бывает от ставления, разве 7 златиц. Сих же уставов древних подтверждая соборный суд, бывший от патриарха Михаила – верха философом, такожде уставив утверди и запечатле. И другое соборное уставление, еже бысть от патриарха Николы Царяграда, такожде повелевающа, и такожде. якоже и прежде написано, толико же устави даяти на поставления.

Прочая же в грамоте оной писанная ведати изволяяй, да чтет ю в тойже книге, и в томже мвсте, идеже и святейшего Филофея патриарха грамота вложена.

Мы же, толикая о безгрешии пошлин ставленических показания предложивше, глаголем: Аще православными (якоже слышахом) царьми и патриархами Цареградскими, и древними архиереями Российскими уставися даяние на поставлении; убо даяние то несть мзда, но указная пошлина. А понеже не мзда; убо и не возбраняет пришествию Духа Святого быти на святые дары, и действовати пресуществление, и прочая таинства.

Глава 29. О иерейском житии

Развращенное иерейское житие возбраняет ли Духу Святому приходити на святые дары, и совершати я?

Вопрошаю:

Иерей священнодействуяй себе ли приносит в жертву Богу Отцу за грехи всего мира, или Сына Божия? Поистинне, Сына Божия, а не себе; ниже бо может иерей жертвою быти за грехи всего мира приносимою, но токмо сам Сын Божий, о немже и глаголется в начале проскомисания: жрется Агнец Божий, вземляй грехи мира, за мирский живот и спасение.

Паки вопрошаю:

В святом литургисании, приносиму сушу Сыну Божию в жертву Богу Отцу за грехи всего мира, кого ради Дух Святой на предложенную жертву сходит: иерея ли ради, или Сына Божия ради? Воистинну Сына Божия ради; ибо Бог Отец со Святым Духом смотрит паче на приносимого Сына своего, неже на приносящего иерея, аще и тому подобает не недостойну зрения нань Божия быти.

Глаголю убо:

Аще бы иерей себе в жертву приносил, и иерея ради аще бы сходил Дух Святой, то вправду было бы препятием развращенное житие иерейское нашествию Духа Святого. А понеже Сын Божий в жертву приносится, и Сына Божия ради Дух Святой приходит; кое убо от развращенного иерейского жития возбранение Духу Святому, еже приити на предложенныя дары, и преложити я в тело и кровь Сына Божия?

Речеши:

Авеля праведного приятна бысть Богу жертва, Каина же грешного жертва неприятна. Подобает убо иерею житием праведну и святу быти, дабы жертва, юже он приносит, была благоприятна Богу: грешну же иерею сущу, жертва, не жертва, не приятна бо есть Богу, яко и Каинова.

Отвещаю:

В Ветхом Завете призираше Бог на приносящего, а не на приносимое, и по усердию приносящего приемляше приносимое; сице пишется: призре Господь на Авеля и на дары его, первее на Авеля призре, и видев того боголюбие истинное, призре и на дары его[615]. А идеже не видяше в приносящем боголюбия истиннаго, тамо и на приносимые жертвы не призираше, глаголет бо: не прииму от дому твоего тельцов, ниже от стад твоих козлов. Еда ям мяса юнча, или кровь козлов пию? Пожри Богови жертву хвалы[616]: и проч. И бы ваше в Ветхом Завете жрец более жертвы.

Ныне же, в новой благодати, не тако. Несть жрец более жертвы; но жертва более жреца. Жрец, иерей; жертва, Сын Божий. Жрец, человек грешен; жертва, Агнец непорочен и несквернен – Христос. И все призрение есть Бога Отца на жертву, на единородного Сына своего; а не на житие иерея, жертв предстоящего и служащего. И не по житию праведному иерейскому жертва приносимая благоприятна есть Богу; но по тому самому, яко Сын Божий в жертву Богу Отцу приносится. Аще убо праведен, аще грешен есть иерей, обаче единаче жертва жертвою благоприятною Богу бывает, Духу Святому невозбранно на предлежащая находящу и таинство совершающу.

Потребно есть поистинне к служению и иерейское добродетельное житие; дабы яко Ангел видимый, с невидимыми Ангелы предстоял бескровней жертве. И кождо иерей должен по силе своей о сем пещися, еже чисте и достойне предстати алтарю Божию, да не в суд и муку себе предстанет. Любит бо Бог служащих ему чисте иереев, и мзду им на небеси готовит: дерзающих же нечисте и недостойне на служение приходити, имать предати мукам. Обаче и грешное иереево житие несть препятием действию Святого Духа ко освящению и совершению святых даров: вси то учители церковные согласно утверждают.

Во свидетельство сея истины, да приведется вместо многих святых отец един святой Иоанн Златоуст. Той в своих на послания Павлова беседах, на второе послание к Тимофею в главе 1, в нравоучении 2, извествует [617]: яко истинный есть принос, аще и нечисто житие имать приносяй, и глаголет: нравами действоваше Бог у Кивота, егда хотяше спасти люди. Еда бо житие священническое? еда бо добродетель толикое нечто споспешествует? не мощно сицевым, яже дарует Бог, еже от священническия добродетели, совершатися все благодати есть, сего (иерея) есть отверзти точно уста, все же Бог соделовает; образование сей токмо исполняете. И паки глаголет: хощу нечто преславное рещи, но не чудитеся, ниже смущайтеся. Что же сие есть? Принос тойжде есть, аще и случивыйся принесет. Мы же внемлем словесам Златоустого: аще и случивыйся (рече) принесет _ сиесть, аще и худый житием будет иерей, обаче принос тойжде есть, таяжде а не иная жертва, якоже и святого коего мужа; и глаголет: аще и Павел, аще и Петр, (принесет), тойжде есть (принос), егоже Христос учеником даде, и егоже ныне священницы творят: и ничимже сей меньши оного, зане и сего не человецы освящают, но сам той, иже и оного освятивый. Якоже бо глаголы, яже Бог провеща, тыяжде суть, яже священник и ныне глаголет: сице и принос тойжде есть. До зде святой Златоуст.

Еще же во утверждение сея истины да приведется зде и повесть о преподобном Марке прозорливом, о немже в Прологе, месяца марта, в 10 день, пишется сице:

Глаголаху о Марке монахе Египетском, яко пребысть тридесять лет не исходя из келлии своея. Имеяше же обычай пресвитер приходити к нему, и совершив святую службу, подаваше ему святых таин причащение. Диавол же позавидев добродетели старца и терпению, восхоте во осуждение вринути его; и приведе к нему человека, дух лукавый имуща, акибы молитву и благословение прияти; наученный же диаволом человек, прежде всего глаголаше старцу: пресвитер твой полн есть всякого смрада греховного, и уже не даждь ему внити к тебе. Богодухновенный же муж Марко рече к нему: чадо! вси людие скверну вон измещут; ты же ко мне ю прииесл еси; а писано есть: не судите, да не осуждени будете; обаче аще и грешен есть, но Бог спасет его. Пишется бо: молитеся друг за друга, и исцелеете. Сие рек старец, сотвори молитву, и отгна беса от человека, и отпусти его здрава. И яко прииде пресвитер, прият его старец с радостию. Благий же Бог видев беззлобие старче, показа ему знамение; хотящу бо пресвитеру стати пред святым алтарем, виде старец Ангела Господня с небес сошедша, и положивша руку свою на главу пресвитера, и абие пресвитер бысть весь яко столп огнен. Старцу же чудящуся о видении, бысть глас к нему глаголющь: о человече! что чудишися о вещи сей? Аще бо земный царь не хощет вельможам своим скверно предстати пред собою; но чисто и со славою многою; кольми паче Царь небесный не очистит ли служащих святым тайнам, и предстоящих престолу его? Воистинну очистит их, и славою небесною осветит. Сие преподобный Марко видев, поведаше всем, да никтоже осуждает иерея о грехе его; понеже иереи предстатели суть Божии, и Ангелом сослужебницы.

Подобное сему обретается в Патерике Скитском, в слове 9: Ко отшельнику никоему прихождаше пресвитер от монастыря, творя ему приношение святых таин. Некто же пришед ко отшельнику, оклевета пресвитера, яко грешна. Пресвитеру же по обычаю пришедшу сотворити приношение, отшельник не отверзе ему дверь, яко недостойну, и отъиде пресвитер вспять. И се глас услышася ко отшельнику свыше глаголяй: взяша суд мой человецы. И бысть отшельник яко в восторге, и виде студенец изряден, и ведро злато, и уже злато, и вода чиста зело: зряше же некоего прокаженна, черплюща от студенца воду ведром оным златым и преливающа. Хотяше же пити зряй то, но не пииише; яко прокажен б черплющий. И се глас паки бысть к нему, глаголяй: почто не пиеши воды добрыя? кая вина есть от прокаженнаго, иже почерпает? Пришед же в себе отшельник, и видения силу разсудив, призва пресвитера сотворити святое приношение, якоже и прежде, и причастися от руку его пречистых таин.

От сих доводов и свидетельств яве показуется, яко развращенное иерейское житие несть возбранением благодати Духа Святого приходити на святыя дары, и совершати я.

Се подлинно розыскали есмы о пречистых Божественных тайнах, и обретохом сие:

Яко ни крест четвероконечный, на просфоре печатаемый,

Ни новоизданные Служебники.

Ни пошлина указная за иерейское поставление.

Ни развращенное иерейское житие возбраняет быти пришествию Святого Духа на приносимую жертву.

Всуе убо раскольщики хулят пречистыя Божественныя тайны, и гнушаются их аки некия скверны.

Глава 30. О святом Агнце жремом и закалаемом

Свиток же их раскольнический, хуляй Божественные тайны, приносимую нами бескровную жертву, и ругаяйся проскомисанию, в немже хлебного Агнца режем, и закалаем, глаголюше: жрется Агнец Божий, и проч. И паки: един от воин копием ребра ему прободе: и проч. тому действу посмеваяся оный их блядословный Свиток, пишет сице: Господа (де) на крести единожды копием в ребра прободоша, тогда изыде кровь и вода; понеже Иисус на кресте смерть вкуси, в кресте прободение, сиречь в ребра. Разумей, невозможно есть всякому человеку дважды или больши убиену быти: всяк единожды смерть вкусит убийственную. И паки ниже: кому убо возможно человека убиенного убити многажды? До зде Свиток.

Всяк убо правоверный внемли зде, и разумей раскольнический безумный ум, коим духом, коею мыслию они сия глаголют. Не еретическим ли духом сия умствуют, еже бы не быти истинному телу Христову в приносимой и священнодействуемой нами жертве? Акибы Христос единою на крест пожерт, и копием прободен быв, уже более не жрется за спасение мира: и несть жертва жертвою, юже священницы совершают.

Противу того их безумного умствования ниже мало что отвещати хотел бых, яко недостойным; пишется бо: не повем врагом твоим тайны твоея. Но досадная та хула на Божественныя тайны, от них произносимая, на ревность мя подвижет; и должность архиерейская не молчати, но защищати честь пречестнейшего таинства повелевает. Да возразится убо их то злочестивое хуление, и постыдится; принуждаюся и не хотящ (нужда бо и закон изменяет) объявити им вкратце некая от тех, яже в Божественной жертве деются тайны, ихже они слышати и ведати не суть достойни. Обаче да ведят: недостоин бяше и Валаам волхв и идолопоклонник явления ему Ангельского, обаче потребе надлежавшей, да заградятся уста его хотевшая хулити и проклинати Израиля: Ангел Господень с мечем обнаженным явися ему, и запрети да не хулить, ни кленет Израиля [618].

Да заградятся убо и зде хульная раскольническая уста, самого Христа Господа в пречистых его тайнах хулящая: буди им ответ наш, тайну Божественной жертвы открывали, яко меч претяй и отсецаяй хулу тех еретическую.

1) Тайна Божественной жертвы.

Совершаемая священнодействием Божественная жертва несть убиение и самая смерть бессмертного Христа Бога нашего на небеси прославленного плотию со Отцем царствущего во веки, о немже глаголет Апостол: Христос воста от мертвых, ктому уже не умирает; смерть ему ктому не обладает [619]; но воспоминание преждебывшего убиения и смерти его. И егда жрется на дискосе часть, от просфоры во образ тела Христова изъятая, Агнцем нарицаемая, жрется в воспоминание самого Агнца Божия Христа, на кресте за ны пожерта бывша. И егда закалается копием на дискосе часть, глаголемая Агнец, закалается в воспоминание самого Агнца Божия Христа, на крест за ны копием в ребра прободена бывша. Творити же то сам Христос Господь повелел есть святым Апостолам, глаголя: сие творите в мое воспоминание [620]. Слышите, о хулители, и внемлите, что Господь глаголет: не рече, сие творите в мое вторичное убиение, в мое заклание, но в мое воспоминание, сиесть, в воспоминание вольного страдания моего и смерти, в воспоминание преждебывшего ми от Иудей убиения и заклания. Того ради святой Василий Великий в своей литургии от лица Христова глаголет: сие творите в мое воспоминание: елижды бо аще ясте хлеб сей, и чашу сию пиете, мою смерть возвещаете, мое воскресение исповедуете. А святой Златоуст в своей литургии, моляся ко Христу, глаголет: поминающе убо спасительную сию заповедь, и вся, яже о нас бывшая: крест, гроб, тридневное воскресение, и проч. Се убо видите окаянные хулители, яко приносимая нами Божественная жертва не убивает Христа, но воспоминание преждебывшего ему от Иудей убиения совершает.

2) Тайна Божественной жертвы.

Часть та, яже в начале проскомисания от просфоры бывает изъята, и Агнцем нареченна, и на святом дискосе во образ тела Христова положенна, егда режется и закалается, не самое тело Христово режется и закалается, но простой хлеб, непресуществлен еще в тело Христово, образ токмо тела Христова сущи. Образу же чиему на чесомлибо начертанному, режему и закалаему сущу, страждет ли живой человек телом своим то бываемое начертанному его образу резание и заклание? Никакоже. Сице и Христос Господь, прославленным своим телом, никоему же страданию уже подлежащим и бессмертным, ничтоже страждет, ни умирает, егда образ тела его Агнец хлебный в проскомисании режется и закалается.

3) Тайна Божественной жертвы.

Не токмо прежде пресуществления в тело Христово хлеба на дискосе предложенного, Христос в нем, яко во образе своем режемом и закалаемом ничтоже страждет; но уже хлебу тому Духа Святого действием и пресуществившуся, и уже не хлебу, но истинному сущу, под видом хлеба, телу Христову, Христос никаковагоже страдания имать раздробляемый и снедаемый. Единою бо той пострада плотию своею за ны на кресте; по воскресении же своем не подлежит страданиям. И якоже тогда, во время вольного его страдания, божество, неотступно ему сущее, ничтоже страдаше: сице ныне человечество его, бесстрастием и бессмертием прославленное, совершаемой Божественной жертве, ничтоже страждет; убо совершаемая нами Божественная жертва Христа вторицею не убивает, ни уморяет.

4) Тайна Божественной жертвы

В Божественной, приносимой нами, и священнодействием совершаемой жертве, аще и ничтоже плотию своею страждет Христос Господь наш, ни умерщвляется; обаче режемый есть, и закалаемый, и кровь проливали без всякия болезни своея, еже Божественными откровении древле святым отцам бывшими известися. Слышите, что преподобный Ефрем в слове 86 пишет о старце, ему же о Божественных тайнах бе откровение [621]: Видех (глаголет старец) небеса отверзта, и огнь сходящь со множеством святых Ангел, и верху тех ина два лица прекрасна, еюже несть мощно доброты исповедати, бе бо свет их яко молния, и посреде двою лицу мало отроча. Ангели убо сташа окрест святыя трапезы, лица же она два верху святыя трапезы, и отроча посреде их. И егда скончавашеся Божественных таин действие, и приближишася диаконы преломити хлеб предложения, видех аз (глаголет старец) два лица, яже беста верху святыя трапезы. связавшия руце и нозе отрочате, еже бе верху тех; и иместа нож, и закласта отроча, и излияста кровь его в чашу, яже бе верху святыя трапезы; и содробивше тело его, положиста верху хлеба, и бысть хлеб тело. И прочая тамо писанная чтите даже до того места, идеже пишется, яко по совершении святой литургии видены быша тыя Божественные силы на небо возносящияся, и отроча посреде их живо, а не умерщвлено. Подобно тому и в житии преподобного Арсения Великого пишется [622]: Брату некоему о Божественных тайнах сумнившемуся, два велицыи старцы о нем целую седмицу с пощением помолившеся к Богу, егда купно с ним в церкви во время святой литургии сташа на едином месте, отверзошася им очи, и егда положен бысть хлеб на святой трапезе, видеша отроча мало; простершу же иерею руку, еже преломити хлеб, узреша Ангела Господня с небеси сошедша, имуща в руку нож, иже заклав отроча, излия кровь в чашу: и егда преломляше иерей хлеб, Ангел раздробляше тело на части. И егда приидоша братия причаститися святых таин, прииде и неверовавый брат, и прият в руку мясо сыро и кроваво, и в чаше такожде виде кровь, и убоявся, возопи, глаголя: верую, Господи, яко хлеб тело твое есть, и вино кровь твоя. И абие мясо бысть хлебом, и кровь вином, и причастися со многим страхом и умилением. Не точию же достойным, но и недостойным таково по Божию изволению бываше откровение. В Прологе, месяца ноября в 26 день, пишется: в Диосполе граде, царя Сарацынского Нунермиа братанич в церковь святого Георгия вшед, иерея, святую литургию служаща, виде, яко закла детище, и источи кровь его в потир, а тело на блюд раздроби; и по скончании литургии, вси людие мясо ядоша, а кровь пиша. Такожде и в житии святого Василия Великого писано есть [623]: яко совершающу ему Божественную службу, жидовин некий, вместо Христианина, хотя уведати, яже о святых тайнах, прилепися к верным, и вниде в церковь, и виде святого Василия, имуща в руку своею отроча, и раздробляюща; причащающимжеся верным от руку святого, прииде Евреянин, и подаде ему святитель, якоже и прочим Христианам, святых даров часть, юже прием жидовин в руку, виде, яко истинная бе плоть; посем к чаши приступив, вид яко истинная в ней кровь бяше.

Се видите окаяннии хулители, яко Христос Господь наш в Божественных тайнах своих истинен есть под видом хлеба и вина режемый, и закалаемый, и кровь источаяй за спасение наше; обаче страданиям не подлежащь, ни убиваемый, ни умерщвляемый, но присно живый, и ядом, никогдаже енедаемый. Сия убо от многих не многия, и вкратце вам изъявленныя о Божественной жертве тайны, да заградят хульная ваша еретическая уста, о пребезумнии раскольщики, блядословящая, акибы мы с таковым намерением священнодействуем, во еже бы нам вторицею или многократно паки Христа прободающе убивати и умерщвляти: и ругающеся нам, паче же самому в Божественной жертве Христу, глаголете: кому возможно человека единою убиенного, убити многажды? Киими словесы изъявляете еретичествование ваше, акибы Христос единою на кресте пожерт, и копием прободен быв, уже более не жрется за спасение мира? И аще бы тако по вашему безумному еретическому уметвованию, было; то чесо бы ради Христос повелел святым Апостолом, глаголя: сие творите в мое воспоминание? чесо бы ради святой Иаков брат Божий, и святой Василий Великий, и святой Иоанн Златоустый, (имже и вы веру емлете) сочиняли своя литургии? Но о пребезумнии, вконец от пути истины заблудисте, и погибаете, ниже хощете видети погибели своея.

Глава 31. Паки хула раскольническая на Божественныя тайны

Толь великая на Божественные тайны хула раскольническая слуху нашему доносится, яко и мерзостию запустения нарицати я не ужасаются. И уже в безумном умствовании их не едина мерзость запустения мечтается, ово бо крест четвероконечный, ово церкви наша святые, ово же Божественные тайны, мерзостью запустения нарицают. Противу убо первых их хулений, яже на церкви и на четвероконечный крест, уже довольно отвещахом. Противу же сея тяжкия и богопротивныя хулы, яже на Божественные тайны, готовы отвещати. Но первее хощем слышати от них вину, коея ради вины Божественныя тайны мерзостно запустения нарицают, вине бо не изъявленной сущей, кто может судити? Да скажут убо нам первее, чесо ради Божественные тайны суть запустения мерзость? Еда ли несть истинно уставление Христово, преданное от него святым Апостолом и всем верным, и дóндеже приидет[624], совершатися повеленное? Еда ли изнеможе Божия сила, и преста действовати Дух Святый? Еда ли солга Златоуст, рекий [625]: Принос тойжде есть, егоже Христос учеником даде, и егоже ныне священницы творят; и ничимже сей меньши оного, зане и сего не человецы освящают, но сам той, иже и оного освятивый: и прочая, якоже напреди уже сказахом? Но ничтоже таково могут рещи окаяннии, ниже каковую вину истинную обрести, разв ложную, хульную, якоже обыкли суть лгати, хулити, и яко псы бесные на Божественную святыню лаяти. Сам убо Христос Бог наш, во святых Божественных своих тайнах сый истинен, хулимый же от них досадно, той за себе отвещает им хулителем своим во оное время, егда жидове воззрят нань, егоже прободоша, а они раскольщики воззрят нань, егоже в Божественных того тайнах похулиша и обругаша, мерзостию запустения нарекше.

Глава 32. Хула их на чин архиерейский

Еще раскольники хулят чин архиерейский, клевещуще, аки бы архиереи купуют себе сан святительский.

Ответствую;

О прежних временах, как в царствующем граде Москве водилось, мы от Киевских стран призваннии, не вемы, ниже испытуем о вещи нам ненужной. Ныне же не слышится то, дабы владущими и начальствующими кая мзда взыскивалася от возводимых на степени архиерейства; но благодатию Божиею кождо по достоинству своему приемлет туне степень свой. И аз грешный, аще и недостоин есмь сего святого архиерейского сана, обаче Богу изволяющу. сподоблен есмь, не по моему желанию, ни исканию, ни по мзде, свидетель ми есть Бог, (да со Апостолом реку), емуже служу духом моим[626]; но смотрением и строением Божиим, грамотою великого Государя призван. А еже о себе глаголю, то и о прочих братиях моих архиереях, оттудуже призванных, и на степени святительские возведенных известно свем, яко туне, не по мзде, но благоволением Божиим, государевым же изволением, по достоинству своему сан святительский прияша. Аще же кто от здешних прежде нас и мздою поискал власть, нам что к нему; себе смотрим. Вемы же, яко единого ради или двою лиц, святокупством согрешивших, вся церковь Христова не храмлет, ниже падает. И между Апостолами при Христе обретеся Иуда святотатец, обаче того ради лик Апостольский не разорися. Якоже между пшеницею, донележе та на ниве есть не пожата, не возможно не обретатися между ею плевелам: обаче пшеница пшеницею пребывает, ниже оставляема есть от господина своего ради не многих между ею обретшихся плевел, но ждется до жатвы; тогда господин повелит жателем собрати пшеницу в житницу свою, плевелы же воврещи во огнь. Подобне и в святей церкви, донележе та аки пшеница на ниве во удоле сем плачевном пребывает, не возможно между добрыми не обрестися злым. Обаче тех ради не оставляет Христос Господь церкве своея, и даже до кончины века не оставит, якоже обещал есть, глаголя: Аз есмь с вами во вся дни до скончания века[627]. Егда же аки жатва, суд страшный приидет, тогда отлучит злыя от добрых, аки плевелы от пшеницы. Мы же внемлем: аще сам Христос не оставляет церкве своея, аще и обретаются в ней злии между добрыми; кольми паче верному Христианину не подобает отлучатися церкве Святыя некиих ради преждебывших архиереев, мздою сан поискавших, ихже мы не вемы, ниже ведати хощем. Такожде ни чина архиерейского кому хулити подобает, некиих ради архиереев погрешивших. Еда ли хулит кто лик Апостольский, Иуды ради между Апостолами обретшегося?

В Свитке раскольническом хулители и ругатели архиерейского чина начерташа лица демонов, держащих архиерейские жезлы, акибы в нынешние времена не истинные пастыри в церкви Христовой, но демоны пастырствуют. Таковым своим умышлением и не хотяще изъявиша своих пастырей, сущих демонов, иже пасут их в скитах их не в живот вечный, но в смерть вечную. Кождо бо скит их раскольнический, особую веру себе содержащей, есть сонмище сатанино, и имать особного себе пастыря – демона. Юже убо хотеша на нас нанести хулу, тою себе обличиша.

Глава 33. Два начальнейшая раскольническая на церковь Божию хуления возражаются

Но да не продолжим речей ответы дающе противу всех лаяний их, иная и пренебрежем, яко недостойная ответа. Разве сие токмо еще речем, яко во всех, яже на церковь Божию хулениях их, начальнейшая суть два сия:

1) Аки бы отъятся благодать Божия от церкве, и уже она без благодати Божией есть ныне;

2) и аки бы ересей есть исполнена.

На то вкратце ответствую:

Аще отъятся благодать Божия от церкви Святой; то где неложная словеса Христа Бога нашего, пречистыми усты его реченная: Аз есмь с вами во вся дни до скончания века?

Паки:

Аще церковь ересей ныне исполнена; то где словеса Христова к святому Петру, Христа Сына Бога живого быти исповедавшему, реченная: на сем камени созижду церковь мою, и врата адова не одолеют ей[628]?

То рек, вопрошаю:

Ложна ли суть словеса Христова, или ни? Воистинну неложна. Верен Господь во всех словесех своих[629]. Небо и земля прейдут, а словеса Господня не мимо идут[630], не солгутся.

Убо не отъятся благодать Господня от церкве, ейже Христос присутствует до скончания века: идеже бо Христос, тамо и благодать его.

Убо несть исполнена ересей церковь, ейже врата адова не одолеют. Аще бо прияла бы каковыя в себе ереси, то уже бы врата адова одолели ей, ни истинствовали бы словеса Христова. Но той даде церкви своей твердую непогрешность, якоже глаголет Апостол: церкви Бога жива, столп и утверждение истины[631].

А окаянные Брыняне, раскольники, словеса Христова не ужасаются во лжу ставити, словеса Божия, словеса истинная; своя же еретическая блядословия и лжи выше словес Христовых ставят: акибы они лучше истинствуют, земля суще, брение, персть, прах и пепел, неже Христос Сын Божий и Бог наш; и безумное свое мужицкое умствование тщатся простому народу во уверение подати паче, неже Божию силу и Божию премудрость. И кто не посмеется безумию их? и кто не поболит сердцем о досадных хулах на церковь Божию, от гнилого их ума и уст, аки от адской бездны, исходящих? паче же кто не поболит о самих их заблуждении и погибели, прельщающих и прельщаемых? Церковь бо аки камень высок, посреде моря стояй, и от волн морских выну во дни и в нощи биемый, не повреждается: хульники же, аки волны о камень разбивающейся, без вести бывают. Та прославится, а тии постыдятся; та воцарится с главою своею Христом, а тии с предводителем своим диаволом в бездну геенскую вринутся; та во веки восторжествует на небеси, а тии во веки восплачутся и возрыдают в подземных адских заклепах. И кто может хуления их на Святую церковь, на чин духовный и на всякую церковную святыню, подробну исчести и исповести, яже суть безчисленна? Довлеют ныне реченная на изъявление их лжи, и еретичества, и злобы, от самого диавола ими заимствованныя.

Се, о возлюбленнии правовернии людие, истинный Христова стада овцы, и Святой церкве его искренняя чада, разломихом здравым рассуждением и другой Брынского сада плод, учение их, и подлинным розыском розыскали трое то:

1) Есть ли учете их не ложно?

2) Есть ли учение их не еретическо?

3) Нееть ли во ученги их хулы на святым вещи?

И обретохом в плоду том, якоже в Содомском красноцветном яблоке, не вкус сладкий, но смрадный прах и пепел; обретохом, глаголю, яко учение их есть

лживо.

еретическо,

хул исполнено.

Убо учение их несть душеполезно, но душевредно.

Часть III. О делах раскольнических

1. О сугубстве раскольнических дел

Розыск о раскольнических делах.

Не хощу аз глаголати зде о делах человеческих тайных и безвестных, ниже о гресех, бывающих или от немощи, или от неведения, и яже на церковь Христову не восставляют брани. Да не возглаголют уста моя дел человеческих[632] таковых; кто мя постави судию над ними? и аз грешен есмь, и немощам человеческим подлежащь; аще бо святый Илиа (по Иаковлю словеси) человек 6е подобострастен нам[633]; кольми паче мы грешные. Довлеет комуждо своя грехи зрети; есть общий всех судия Владыка наш, хотяй судити живых и мертвых.

Но о тех делех речь ми есть, яже, деются яве, в противность святой Христовой церкви. И не от немощи деются, но от злобы диавольской, и не от неведения, но нарочно от упрямства; о таковых делах предлежит нам слово.

Суть же в них, якоже слышим, и добрая (по человеческому мнению) дела: пощения многая, молитвы продолженные, поклонов число многое, трезвость и воздержание от хмельного пития, и от ядения мяс и рыб, и самое то их пустынное (акибы по подражание Святых отец) пребывание, и иные подвиги и труды, имиже Богу угождати мнятся, яже мы не охуждаем, рассмотрит же та всевидец Бог.

Но понеже доносится слуху нашему о их хвастании, имже над церковь Христову превозносятся, хвалящеся о своих подвизех и трудах молитвенных и постнических: нас же укоряют о ядении и питии, и о всем житии нашем в грешныя ны, себе же в святые вменяюще. Нужда убо ми надлежит и о добрых делах рассмотрение сотворити, якоже и о злых: злыми бо они своими делы яве противятся святой церкви Христовой мнящимися же добрыми их делы, отай, якоже свиния рыющая носом, подкапывают церковь, многия от простолюдинов лицемерием своим прельщающе.

О делех убо обще рекущи, о злых и о добрых, сотворим розыск.

Сугубая в человецех дела обычно делаются: ово добрая, ово злая.

Злая дела всегда суть злая, ниже могут когда быти добрая, якоже не может быти сажа снетом, блато златом, желчь медом.

Добрые же дела.

и) Овогда совершенно зрятся быти добра, но о Богоугождении неизвестна.

2) Овогда под образом добрости вельми суть зла и неугодна Богу.

3) Овогда аще и поистинне суть добра, обаче безплодна, спасения себе не заслугующая.

Первее убо о добрых делах раземотрим вкратце.

Статия первая

О делах добрых.

Глава 2. О делах мнимых быть добрых, но о Богоугождении неизвестных

1) Рассмотрение о делах, зрящихся быти добрых, но о богоугождении неизвестных.

Дела добрая; богоугодная, вемы написанная в Божественном Пиеании: ово в заповедех Божиих, ово в советех Евангельских и Апостольских, ово в книгах учительских и постнических; и имамы безчисленныя образы богоугождения в житиях святых, ихже по силе нашей подражати должни есмы, и в живых добродетельных мужех та видети можем; но сами в себ не можем их подлинно знать, угодно ли творим Богу, яже творим. Аще бо человек ведал бы, яко дела его угодна суть Богу, убо и о спасении своем был бы известен. Но якоже о богоугождении, сице и о спасении своем известен быти никтоже похвалится. Не отчаиваемся спасения нашего; имамы надежду на Бога, хотящего всем спастися: но не может кто от нас рещи: аз угодих Богу, аз от числа спасеных есмь, моя дела суть добра и благоприятна Господу. Глаголет Приточник: кто ся похвалит чисто имети сердце? или кто дерзнет чисть быти от греха[634]? Тщимся, елико можем, соблюсти себе от прогневания Бога; трудимся, елико немощная наша сила, помощию Божиею укрепляемая, понесет, еже бы угодным нам явитися пред лицем Христовым. Но вси наши подвиги и труды не могут рещи о себе: возлюбихомся мы Богу. Красне то рассуждает Церковник, глаголяй: праведнии, и мудрии, и делания их в руце Божией: любовь же и ненависть несть человек видяй[635]. Кое писание ин превод изъяснительнее чтет сице: суть праведнии и мудрии, и делания их в руку Божию: обаче не весть человек, любления ли (от Бога) или ненавидения достоин есть. Доброе дело есть пост, но не уже той угоден и любезен есть Богу, иже постится до изнеможения тела; иногда бо глаголет Бог: не такового поста аз избрах[636]. А Златоуст святой в Маргарите разеуждает, глаголя:[637] Что же ли аще и постимся, что бо есть пост: удержание ли от брашен глаголется пост, или удержание похоти? аще бо и брашен телесных удержимся, а не удержимся похоти душевныя, никоея же утехи сотворить воздержание брашна, плод творяща злобы. Аще бо от хлеба воздержуся, а не удержуся от гнева, еже на ближнего, уже несмь человек; понеже бо зверь тако творить: зверь бо не яст хлеба, но плоти яст [638]. Доброе есть дело не пити пиянственного пития, ни ясти мяс, ни рыб, воздержания ради: но не уже той угоден и любезен есть Богу, иже воздержится от хмельных питий, и от браше мясных или рыбных, глаголет бо, рассуждая Златоуст святой: Аще вина кто не пиет, ни мяса яст, да не величается тем, ничтоже бо вящше скота сотворил. Всякий бо скот мяса не яст, ни вина пиет, и вол, и осел, и овца. Доброе есть дело, еже измождающему плоть свою, повергати себе на голей земли к малому сну, но не уже той угоден, и любезен есть Богу; о таковом бо тойже учитель в томже слове глаголет: Аще кто на земли лежит, не требуя постели, ни рогозины отнюдь, но самыя токмо кости телесные постеля ему есть, да не хвалится о сем таковый, не величается, яко бы мнится исправил паче всех, та бо суть в естестве скотии. Никакоже бо сия дивна, но паче и хульна, аще мы причастницы суще словесе, худше скота будем. До зде Златоуст. Доброе есть дело продолженная молитва; но не уже той угоден и любезен есть Богу, иже продолжает пение молитвенное на многие часы, сам бо Господь в Евангелии рече: не во многоглаголании услышаны будете[639]. А святой Феофилакт, оная словеса Господня толкуя, глаголет: Не подобает продолжати молитвы, но часто, мало же глаголати. И паки: лишшеглаголание (в молитве) есть празднословие. Но и в Златоустовых на Апостольския послания беседах, на листе 1830, на брезе написано: Иже лишше глаголет в молитве, не молится, но празднословит. Доброе есть дело, еже облагать себя многими трудами, в пустынных скитах жительствовать, и всячески умерщвлять тело свое: но не уже угодил есть Бегу таковая творяй, ниже весть известно, яко трудом каковым угодит ему. Обретаем бо некия во отеческих книгах, иже постническое, пустынное, трудолюбное, в совершенном тела своего умерщвлении, житие проводиша, в неизвестии же спасения своего от жизни сея отъидоша. Плачется святой Иоанн Лествичник о некоем пустынножителе Стефане [640], иже многая лета в пустынных трудах проводи, звери дивии кротцы тому бываху, леопарду бо из руки своея хлеб даяше в пустыни: умирая же бысть во испытании страшном от видимых явльшихся ему грозных лиц, и истязуемый от них, на некая ответствоваше добре, на иная же не можаше дати ответа; и бе воистинну видение грозно и страшно, (глаголет Лествичник) невидимо и непрощаемо испытание. О чудо! молчальник и отшельник глаголаше о некиих своих согрешениях, яко противу сему что рещи, не имам; имея близ четыредесяти лет во иночестве, имея слезы: увы мне, увы мне! и окончавает о том сказание Лествичник сице: и тако испытуемый от тела изыде. Что суд, или что конец, или отвещание его, или окончание испытания, явленно не сотвори. До зде Лествичник.

Нам же отсюду страх и боязнь о неизвестии спасения нашего, яко не вемы, угодна ли суть Богу наша мнимая быти добрая дела, или ни? любления ли от него, или ненавидения есмы достойни? страшно есть Божие в псалмах слово сие: егда прииму время, аз правоты возсужду[641]. Не дивно, яко грехи наша имать судить; но то ужасно, яко и правды наша, сиесть добрая наша дела: пощения, молитвы, воздержания, трезвения, умерщвления, и иныя многие подвиги, якоже и грехи судить хощет. Для чего так? Для того, понеже многажды и в добрых наших делех некая обретается грешность; никтоже бо совершен есть, а наипаче обыче в нас под добрыми нашими делы таитися мнение о себе, акибы мы угождаемы Богу, и уже есмы праведны и святы; кое мнение, аки пожар огненный, все наши труды и подвиги, и все наши заслуги погубляет. И не дивно человеку грешному не сподобитися царства небесного: дивно будет тому, иже мнимый есть зде праведен и свят, а тамо вон от царствия небесного ижденется. Не дивно пространным путем идущему не внити в живот: дивно тесен и прискорбен путь проходящему, в смерть, а не в живот улучити. Не дивно пиянице, чревоугоднику, не получити наслаждение небесных благ: дивно постнику, пиянственного пития отнюд не вкушающему, отчужденну быти сладостей небесных. Не дивно дебелому телом человеку, утывшему, отолстевшему, не пройти во узкие врата небесных обителей: дивно иссушившему и измождившему плоть свою многим воздержанием, и труды, и токмо кости кожею покровенны имущему, не втиснутися во оный узкий вход, и вне райских селений обрестися. Егда бо праведный Судия начнет правоты наша якоже и грехи судить, обрящется в той час не в единого правотах тайная некая кривота, еяже сам в себе человек видети не может, или паче рещи, не хощет: аще бо быхом себе разсуждали, (глаголет Апостол) не быхом осуждены были[642]. Тайная, глаголю, кривота наша пред всевидящим Судиею обрящется; тогда бо (по Апостольскому словеси) Господь во свете приведешь тайная тьмы, и объявит советы сердечныя[643]. Имже объявленным сущим, киих прегрешений не обрящется? что чистее лучей солнечных, яже всего воздуха просвещают? а егда луч солнечный оконцем или скважнею в храмину внидет, о коль многое множество в ней движущегося праха зрится! Сице в добрых делах наших, яже в последний день освечены имут быть, о коль многия наша немощи и недостаточества явятся! Кто бо может чист быть от прегрешений, аще и не самым делом содеянных, обаче помыслом соизволительным похотенных? И како кто может чист явиться пред Богом, пред нимже (по Иовлю глаголу) звезды нечисты суть: кольми паче человек гной, и сын человеческий червь[644]? Тогда многая наша добрая дела высокоумствовахом, святых же и праведных себе быти мнехом, та явятся, якоже и грехи Богу неугодна, мерзостна: все бо, еже человек мнит в себе быти высоко, то пред Богом мерзостно. И вся правда наша, с высокоумием творимая, есть пред ним яко рубище повержено; слышим Исаию пророка глаголюща: яко порт нечисть вся правда наша[645]. И тако добрая дела наша, на няже высокоумне надеяхомся. купно с грехами вменятся, и в муки праведным судом Божиим пошлются; того ради полезно оберегает Апостол глаголяй: со страхом и трепетом свое спасение соделовайте[646]. Не просто, со страхом, но и с трепетом: работайте, рече, Господеви со страхом, и радуйтеся ему с трепетом[647]. Аще бы еси известно ведал себе на спасенном пути стояща, обаче бойся, пишется бо: мняйся стояти, да блюдется, да не падет[648]. Аще бы еси подвигами твоими и в толикую меру достигл, еже бы теб чудотворения дар прияти, еже бесы изгонити, будущая прорицати, недужныя целити, обаче бойся; сам бо Господь в Евангелии глаголет: мнози рекут мне в он день: Господи, Господи! не в твое ли имя пророчествовахом, и твоим именем бесы изгонихом, и твоим именем силы многи сотворихом? И тогда исповем им, яко николиже знах вас: отъидите от мене делающии беззаконие [649]. О страшных судеб твоих Владыко! кто не устрашится сердцем, кто не вострепещет душею слыша таковый ответ Божий грозный, не токмо к грешным, но и к некиим чудотворцем, мневшимся святым быти, будущая нровозвестившим, бесы изгнавшим, силы многи сотворшим, яже вся стяжаваются не в нерадении и в лености лежащи, но во многих молитвах и пощениях и трудах, якоже и Господь о изгнании бесов рече: сей род не исходит, токмо молитвою и постом[650]: а Судия праведный, и молитвы и пощения и прочие труды тех, о нихже не благоволить, не точию в доброе дело не ставит, но и беззаконием та нарицает, к постившимся и трудившимся и молившимся глаголющи: отъидите от мене делающии беззаконие. Чесо ради тако? не за некое ли тайное о себе высокоумное мнение? но кто ведати то может? Судьбы Господни бездна многа[651]. Неиспытани судове его, и неизследовани путие его. Кто бо разуме ум Господень? или кто советник ему бысть[652]. Того ради Давид, судеб Господних устранится, молится к нему: не вниди в суд с рабом твоим, яко не оправдится пред тобою всяк живый[653].

Не величайся убо хвастанием твоим, и над церковь Христову не возвышайся ты Брыня, мнящаяся быти святая; ни велеречи о твоих подвигах и трудах, о долгих молитвах и о многих пощениях, о безхмельном водопитии и квасопитии. Егда не можеши быти известна, приятна ли суть Богу та ваша мнящаяся быти добрая дела, или ни? Простите ми, не дела ваша, глаголемая быти добрая, охуждаю; но высокоумия и хвастания вашего не ублажаю: не у от земли подъястеся, а уже выше небес стояти мнитеся, нас же до ада низлагаете.

Глава 3. О делах лицемерных

2) Рассмотрение о делах мнимых быть добрых, под ихже образом великая бывают злая и небогоугодная.

Дела добрая, творимая притворно, лицемерно, та не суть добрая, но злая: якоже волк во одежди овчей несть овца, но токмо образ овчий, сам же и естеством и нравом волк есть; сице дела лицемерная образ носят святости, благоговеинства, богоугождения, внутрь же суть самое зло и беззаконие и богопрогневание.

Кая же под лицемерным добрых дел образом утаеваются злая: се на явь изводим я.

Первое зло есть гордостное тщеславие.

Другое зло – тщетные труды.

Третие зло – другоосуждение.

Четвертое зло – прелыцение инех.

Пятое, последнее зло – лютая пагуба своя и прельщенных.

Зде всяк рассуди, мала ли суть та злая, под образом лицемерных дел таящаяся.

Велие есть зло, под образом добрых дел, тщеславие гордостное; понеже то самому Богу, гордым противляющемуся, противится. Противится, ибо не Божия, но своея славы ищет; не Богу, но человеком угождает, и не Бога ради трудится, но себе ради; да почитаемый будет яко свят, да ублажают его человецы, яко велика Божия угодника. Таковый, егда постится, помрачает лице свое, яко да явится человеком постящься; егда молится, молится яве, продолжая молитву свою, яко да видим будет человеки молящься [654]. И что либо добро творя, творит не в тайне, но яве, да хвалимый будет человеки. Уподобляет убо такового Христос Спаситель наш повапленному гробу, к лицемерным Фариеям в Евангелии глаголя: горе вам книжницы и фарисее лицемер, яко подобитеся гробом повапленным, иже отвне убо являются красны, внутрь же полни суть костей мертвых, и всякия нечистоты. Тако и вы, отвне убо являетеся человеком праведни, внутрь же есте полни лицемерия и беззакония [655].

Велие зло, под образом добрых лицемерно творимых дел, тщета трудов, яко весь труд, на явление человеком творимый, и пощение и молитва и всякий подвиг погибает. Зде восприемлет мзду свою человеческое хваление, а в будущем веке не обрящется, красне ту тщету трудов изъявляет святой Иоанн Лествичник [656], глаголя: Тщеславие есть деланиям расточение, потов пагуба, сокровищу навет, неверию огрод, презорству предитеча, в пристанищи истопление, в гумне мравий; дробна убо сущи (мравий) на всякое же дело и плод наветует. Ожидает мравий совершитися пшенице, и тщеславие собратися богатству (добродетельному); ов убо (мравий) радуется, да украдет; ов же (тщеславный) да расточить. И паки: Тщеелавного пост без мзды и молитва без прибытка; хвалы бо ради человеческой обоя делает. Тщеславен постник пакость приемлет сугубу, тело убо изсушая, и мзды не приемля. Кто не посмеется тщеславному делателю? До зде Лествичник.

Велие зло, под образом добрых лицемерно творимых дел, другоосуждение, якоже то видети есть в тщеславном фарисее, с мытарем в церкви молившемся, иже глаголаше: Боже, хвалу тебе воздаю, яко несмь якоже и прочии человецы: хищницы, неправедницы, прелюбодее, или якоже и сей мытарь [657]. Мытарь убо, иже от фарисея 6е осужден, той пред Богом обретеся оправдан: фарисей же иныя осуждали, сам осужден изыде, и в ничтоже быша добрая его дела.

Велие зло, под образом добрых лицемерно творимых дел, есть прельщение иных, на еже веру яти лже. И ложная дела аки истинная вменять, и притворного святца аки самого святого почитать, и словеса его аки словеса правды иметь, и учению его повиноваться. Таковым лицемерным образом многие еретики многих прельстиша от православный веры в зловерие; таковый подобен есть сатане, преобразующемуся в Ангела светла[658]; тьма светом является, да прельстит человека, и от спасенного пути совратит его.

Последнее же и большее зло есть погибель вечная; творяй бо добрая дела лицемерно, на тщеславие, равне осудится, якоже и творяй злая; само бо лицемерие и тщеславие зло суть.

Изнуряяй своя силы на лицемерная дела осудится якоже лукавый раб, иже вверенное себе от господина богатство крадет, и зле расточаете. И той бо, дарованная себе от Бога дарования, не на Божие прославление, но на свое велехваление обращает.

Осуждаяй иных, осудится яко и антихрист. Не пишется ли в отеческих книгах: яко осуждаяй брата своего антихрист есть? Что пострада Иоанн Саваитский, како за едино – ох, еже суда брата изрече, бысть в видении от Христа Господа на кресте распятого отгнан, антихристом наречен, и мантии лишен? Изволяяй да чтет о том в Прологе, месяца октября в 22 день.

Прельщали иныя осудится яко соблазнитель, емуже, по глаголу Господню, уне есть, да обложится камень жерновный о выи его, и ввержен будет в море[659].

Не сам же погибает таковый, но и прельщенных от него влечет за собою в туюжде погибель: якоже и змий оный, егоже святой Иоанн Богослов виде с небеси свержена, не сам паде, но отторже с собою третию часть звезд небесных[660]. Погибают прельщенные купно с прельстившим их; извествует то святой Златоуст на послание к Филиппийцам в беседе 2 [661], глаголя: Есть ли что сквернейшее диавола, умыслившего проповедь, ходатайствующую муку приять покоряющимся? зриши ли, коликими злыми прободает своих си? Муку и томление им от проповеди и от трудов своих умышляет. До зде Златоуст.

Толь великая и лютая злая крыются под образом добрых дел, лицемерно творимых.

Зде противники церкви Христовой, мнящиися и мнимыи быть святи и праведни и преподобии, да рассмотрят сами свою совесть, и да испытают дела своя, несть ли под образом добрых их дел пяточисленного оного зла. Аз грешный не осуждаю тех, но свою паству, вверенную ми от Христа Владыки моего, по должности моей оберегаю, глаголя к словесным овцам Христовым словеса Христова: внемлите себе от кваса фарисейска, еже есть лицемерие[662]; блюдитеся от приходящих к вам лицемерников, притворными добрых дел образы вас прельщающих. Возлюбленнии, не всякому духу веруйте, но искушайте духи, аще от Бога суть: яко мнози лжепророцы (лживые учители) изыдоша в мир[663].

Глава 4. О делах добрых, но бесплодных; понеже от самолюбия

3) Рассмотрение о делах добрых, но бесплодных, спасения себе не заслугующих.

Дела добрая, плода спасения не приносящая, бывают та, яже делаются:

Или не от самой любви к Богу, но от самолюбия.

Или яже вне православной кафолической церкви делаются.

О ДЕЛАХ ДОБРЫХ ЯЖЕ ОТ САМОЛЮБИЯ

Та, яже не от самой любви к Богу, но от самолюбия делаются, добрые дела изследуются сице:

Человек или Бога любит лучше себе, или себе лучше Бога. Любяй Бога лучше себе, той не себе в делах своих ищет, но самого Бога. Любяй себе лучше Бога. той не Бога, но себе в делах своих ищет. Ищай Бога в делах своих боголюбец, вся добрая дела, яже делает, делает Бога ради, любви ради Божественной, да угодит тому, егоже любит. Ищай же себе в делах своих самолюбец, той вся, яже делает, добрые дела, себе ради делает, своего ради никоего добра, или временного или вечного.

Временного ради добра самолюбец добрые дела делает, да или не попадет в тщету, в студ, в поношение. в наказание и казнь за злодеяние; или да получит корысть каковую, или честь и похвалу от человеков за доброе делание: злой за страх мук не делает зла, а всячески бы делал зло, аще бы не было наказания и казни. Добрый корысти ради или чести и похвалы ради человеческой делает доброе, а всячески бы не делал добра, аще бы за то какового воздаяния, или почитания и хваления от человек себе не чаял. Обою добрая суть дела, и оного, иже не творит зла за страх мук, и другого, иже творит доброе за воздаяние и честь: обаче обоя та, понеже не от самой любви к Богу делаютея, но от самолюбия, своей ради корысти; того ради бесплодна суть пред Богом, не заслугующая себе вечного спасения, но зде свое воздаяние и корысть приемлют. Не делающему бо злая за страх мук, воздаяние и корысть есть то само, яко не попадает в муки. Делающему же добрая, своего ради добра, то само есть воздаяние, получаемая корысть и честь и похвала, коея ради добрая делает.

Но и вечного ради добра трудяйся кто добрыми делы, аще будет самолюбец паче. неже боголюбец, той малоплоден, или весьма бесплоден в трудах своих пребывает; мало бо заслугует, или отнюд не заслугует себе спасения, еже изъясняется сице:

Три суть вины (причины), ихже ради человек, спасения себе желаяй, уклоняется от зла, и творит благое:

1) Или страха ради мук вечных,

2) Или получения ради царства небеснаго,

3) Или самой ради любви божественной. Делаяй добрая, страха ради вечных мук, есть в чину раба и невольника, иже делает, да не будет биен и мучим; и аще бы мук не боялся, не делал бы добра, но на злая всячески бы уклонился.

Делаяй добрая; получения ради царствия небесного, есть в чину наемника, иже делает, да приимет мзду: аще же бы не чаял себе воздаяния, никакоже бы восхотел в добрых трудитися делах.

Делаяй же добрые самые ради любви божественной есть в чину сына, иже делает не мук бояся, ни воздаяния чая, но самой ради любви отчей; и имать себе яко муку то само, еже прогневать отца: а еже любить отца, и любиму ему быть от отца, то имать – яко превелие воздаяние и богатство. И вся, яже делает, во угождение любимому отцу делает, и не в особную свою корысть и приобретение; вся бо отчая имать яко своя, и вся своя отчая быти глаголет.

Не хулится раб, добрая делаяй, ни охуждается наемник, в добрых делах трудяйся: но сын, паче оных похваляемый и превозносимый есть, понеже ино того намерение, а ино тех; той желает во всем благоугодить отцу, себе пренебрегая: сии же своего добра ищут, мало брегуще о богоугождении: и имеют добрые дела, но намерение непохвально, имже аще намеряют не в той конец, еже дабы Богу угодить, но еже дабы себе добро обрести. Ибо страх мук свою блюдет целость, да не понесет ран: желание же небесного царствия своего добра и корысти ищет. И суть без любве то, еже ветвь без корене, яже не приносить плода, но усыхает, и непотребна бывает. Сице о том извествует святой Григорий Беседовник (Двоеслов), в беседе 7 на Евангелие: Якоже многие ветви древа от единого корене происходят, сице многие добродетели от единой любви божественной родятся. Ни имать, коея зелености ветвь–доброго дела, аще те пребудет на корени любве. До зде Григорий. От коих его словес яве извествуется сие, яко всякое доброе дело, аще не от любве к Богу, но своего ради токмо добра бывает творимо, есть яко ветвь от древа отпадшая, яже не плодоносить, но усыхает, и непотребна содеетея.

Добро есть боятися мук, и боязни ради мук блюстися зла, делати же доброе: но аще та боязнь растворена будет любовию божественною, аще та ветвь пребудет на корени любве, еже боятися, купно и любити Бога, тогда добрая человека того дела не лишаются плода спасения своего.

А без любви божественной самая токмо боязнь, еже бояться Бога, аки зверя люта–да не съяст, аки мучителя–да не убиет; та боязнь вся, яже делает добрая, погубляет; ветвь то без корене сущи, усыхает, и без плода бывает: боязнь без любве не заслугует себе спасения.

Добро есть и царствия небесного желать, и делать добрая получения ради того, но аще то желание растворено будет любовию божественною; та аще ветвь пребудет на корени любви, еже желать быть в небеси. не толико своей ради утехи, елико славы ради Божия, еже хвалить того во веки, тогда добрая человека того дела не лишаются плода спасения своего. А без любви божественной, само токмо желание небесного царствия, есть яка ветвь без корене, не плодоносящая, но увядающая; утверждает то Апостол глаголяй: аще имам всю веру, яко и горы преставляти, любве же не имам, ничтоже есмь. И аще раздам вся имения моя; и аще предам тело мое, во еже сжещи е, любве же не имам, никая польза ми есть [664].

Глава 5. О делах добрых, но бесплодных; понеже вне православной церкви

О делах добрых, яже вне православной церкви

Та, яже вне православныя церкве, делаются добрая дела, аще и зело будут добрая, обаче суть безплодна, не заслугующая себе спасения; понеже вне церкве, ейже глава Христос, глаголяй: иже несть со мною, на мя есть, и иже не собирает со мною, расточает[665]. Иже бо придержится Христовы церкве, придержится самого Христа, припрягшагося церкви своей, яко глава телу, и выну присутствующего оней. Чуждаяйся же Христовы церкве, чуждается самого Христа–главы церковной; без Христа же вся, яже мнится собирати добрая дела во спасение, не собирает, но расточает, ни заслугует себе спасения. Член, от тела главою оживляемого и управляемая, отсеченный может ли жив и действен быти? Розга от лозы виноградной отрезаная, и ветвь от яблони отломившаяся, могут ли плодотворить? Никакоже. Сице и человек Христианский, аще бы и добродетельное житие проходил, егда отлучится от соединения православной Христовой церкви, не может спасения получить. Внемлите, еже святейший Афанасий, патриарх Александрийский, в своем символе в начале глаголет: Иже хощет спастися, прежде всех подобает ему держати кафолическую веру; еяже аще кто целы и непорочны не соблюдет, кроме всякого недоумения, во веки погибнет. Такожде и на конце глаголет: Сия есть кафолическая вера, еяже аще кто верно и известно верити не будет, спастися не возможет. До зде Афанасий. От коих его словес яве видеть есть, яко никтоже может спасен быть вне православной кафолической церкви; якоже во дни Ноевы никтоже спасеся от потопа, иже вне корабля Ноева обретеся, но токмо тии спасошася, иже в корабль внидоша, не вшедшии же вси погибоша: сице разумети есть и о святой Христовой церкви (тоя бо корабль Ноев бе прообразованием), яко ни един от тех получит спасение, иже не обретается внутрь ея: не достоин бо той имети Бога во отца себе, (глаголет Киприан святой) иже церкве не имеет в матерь [666]. И Евангелие глаголет: аще кто не слушает церкве, буди тебе яко язычник и мытарь[667]. Не смотри на добрая дела его, егда несть церкви послушен. Многие и во Агарянах обретаются добродетельные человецы, правду хранящие, милосердие показующие, никого же обидящие, любовь же и благодеяние инем, не токмо своим, но и Христианам творящие, обаче та их добрая дела спасения им не соделовают; понеже чужды суть Христа и Христовы церкви. Подобий и тии, иже имя Христово на себе носят, Христиане нарицающеся, церкве же Христовы чуждаются, погибнуть со своими (аще я имеют) добрыми делы. Яве то извествует Златоуст святой в толковании на Павлово к Филиппийцам послание, на главу 1, в беседе 2 [668], глаголя: Ничтоже диавола сквернейшее, сице везде труды неполезными своих си облагает и растерзает. И не токмо на трижнений (мзды) небесныя не оставляет получити, но и муце повинных творити весть. Не точию бо проповедь, но и пост сицевый, и девство им законополагает, еже не точию мзды лишит, но и велие зло наведет то проходящим, о нихже глаголет инде: сожжени своею совестию[669]. До зде Златоуст. Мы же внемлем, яко и пост, и чистота, аще и девственная, и проповедь еретичествующих, и прочие их подвиги и труды, не точию им спасения не приносят, но и муку вечную ходатайствуют. Неложная уста Златоустовы то известиша.

Глава 6. О нравах учителей лицемерных

Сицевое о раскольнических мнимых быти добрых делех разсмотрение предложив, не премину лицемерного учителей их нрава, имже они прельщают души незлобивых и препростых людей, слышно бо нам есть, како тии волцы хищнии приходять в Христово стадо во овчиих одеждах.

В первых усматривают (якоже слышим) домов нескудных, богатых; в убогие же и нищие дома не входят. Сице и волк делает; не приходит туды, идеже не чает что себе в снедь похитити, но идеже слышит скотов собрание, тамо приходит. Еще же усматривают и лиц удобь преклоняемых к прелести их, каковы суть простолюдины, а наипаче пол женский.

Таже, всельшеся в кой дом, являют благоговеинство велие, и словом и нравом показующеся быти Божии рабы, святи, и праведни и преподобии.

Приносят с собою свой хлеб, и ничтоже хотят вкусити от предлагаемых им снедей, дóндеже прельстят на свое зловерие жителей дому того. Не вкушают убо брашен их, ово аки скверными гнушающеся, ово же постничество свое являюще, и постятся до вечера, или чрез день, и более, мало вкушающе от принесенного с собою хлеба.

Продолжают молитву свою прилежную к Богу со умилением, да видими будут человеки; о таковых молебниках рече Христос в Евангелии: Непщеванием долго молятся, сии приимут лишшее осуждение[670].

Предлагают чтение книжное, и от того простирают учение свое, не да спасенному пути научат, но да на свое единомыслие прельстят. Беседуют же к слушающим их со воздыханием и умилением и слезами. Весь образ святыни, вся дела богоугождения являют, но коварным нравом, лукавым намерением, по подобно оныя притчи, юже в Лествичниковой чтем книге [671]: Притворяет себе лисица сон, бес же целомудрие; ова убо да куря имет, ов же да душу погубить. Сице онии лицемерники притворяют себе целомудрие, святыню, пост, молитву и иная мнимая быти добрая дела, все же лицемерно, на прелесть душ незлобивых.

Людие же, препросты суще, ни разумеюще их коварства, удивляются таковому онех житию, пощению, молитвам, кроткому нраву, и почитают их яко великих Божиих угодников, и отверстыми усты слушают учения их в сладость.

Тогда они, углажден уже путь к человеческим невежествующим сердцам имуще, начинают своя еретические всевати плевелы. В начале церковь Божию хулят, аки не имущую веры, и чин духовный и книги и всякую церковную святыню и вся таинства.

Таже скиты свои Брынские и чин и веру и житие высокими похвалами превозносят. При сем пророчествуют о втором Христовом пришествии, сказующе, дко уже то настоит, уже и антихрист царствует в мире. И тако прельщают незлобивые души, и от церкви Христовы отделяют я, в свое же зловерие приводят, и приемлют от них милостыни многие, и возвращаются во своя с корыстию, якоже волцы с похищенною снедию; еще же и лица некая с собою уводят, акибы на спасение, самым же делом на погибель.

Глава 7. Добродетельное житие не утверждает неправой веры

Мы же увещаваем вас и молим, о словеснии Христовы овцы, блюдитеся от тех прелестников, от лицемерных праведников, имущих образ благочестия, силы же его отвергшихся; сих отвращайтеся: якоже бо Ианний и Иамврий противистася Моисею, тако и сии противляются истине, человецы растлении умом, и неискусни о вере [672]. Ниже прельщайтеся являемым ими образом добродетельного жития их, ведуще известно, яко добродетельное чие житие не утверждает веры неправыя. Обретаетея бо иногда и в добродетельных зловерие, якоже и в недобродетельных правоверие: а яко добродетельное чие житие не утверждает веры неправыя, яве то изввствуется отсюду.

Пишется в житии святого Кирилла патриарха Александрийского [673], (тоже и в Прологе, февраля в 25 день; обретается Старец некий бяше в нижних странах Египта, той аще и свят бе житием, обаче груб и препрост сый, от невежества своего глаголаше, яко Мелхиседек есть сын Божий. Возвещено же бысть сие святейшему Кириллу и послав; призва к себе старца онаго; ведя же яко и знамение творит старец, и еже просит от Бога, то являет ему Бог, а еже он о Мелхиседеке глаголет, от невежества глаголет: употребил есть патриарх таковыя мудрости, с кротостию глаголя: Авво, молю тя, понеже глаголет ми помысл, яко Мелхиседек есть Сын Божий, а другая мысль глаголет ми, ни, но человек есть, и архиерей Божий; и сомнюся о сем в помыслех моих, нарочно убо призвах тя, да помолишися к Богу, и известиши ми. Старец же, уповая на житие свое, рече с дерзновением: ослаби ми владыко поне три дни, и аз вопрошу у Бога о сем; и возвещу ти, еже ми будет откровенно. Отшед убо старец в келлию свою, и на три дни затворив себе, моляшеся к Богу, да явит ему о Мелхиседеке; и получив просимое, пройде к святому Кириллу, глаголя: человек есть Мелхиседек, а не Сын Божий. Глагола патриарх: како веси отче? он же рече ему: Бог показа ми вся патриархи по единому, и видех коегождо мимоходяща предо мною, от Адама и до Мелхиседека; и рече ми Ангел: се Мелхиседек есть сей; известен убо буди владыко, яко воистинну тако есть. Возрадовася же зело Кирилл святый, яко спасл есть душу оного старца, и благодарствовав, отпусти его. И шед старец проповедаше всем, яко Мелхиседек человек есть, а не сын Божий; таковою мудростию угодник Божий Кирилл невежу на путь истинный наставил есть.

Мы же смотрим: свят бе Той старец, и чудотворец, и вся от Бога просимая получали, а в неправой о Сыне Божием вере пребываше; и погибл бы всячески, аще бы в том зловерии скончался. Можаше ли убо добродетельное его житие утверждати ту неправую веру, Мелхиседека Сыном Божиим нарицающую? И в Лимонаре, в главе 37, чтем о некоем столпнике, во Иерапольских странах бывшем, зловерия Севирова державшемся, егоже потом святейший Ефрем, патриарх Антиохийский, чудесне к правоверию обрати. Той столпник донележе в Севировом зловерии пребываше, столпническим своим добродетельным житием, в пощениях и молениях проводимым, можаше ли утвердити веру Севирову, еяже держашеся? Что же речем о Евдоксии патриархе Цареградстем, ему же святый великомученик Феодор Тирон явился бе, повелевая устроити коливо во святую четыредесятницу Христиан ради, якоже о том в Синаксаре субботы первой великого поста пишется. Той Евдоксий патриарх, сын бывый святого мученика Кесариа, во огне сожженого за Христа, не проходил ли добродетельного жития? Обаче добродетельное того житие не можаше утвердити веры его неправой; Ариева бо зловерия бяше, и в том умре, и с еретики погибе, проклятию от Святых отец предан. Такожде и Сергий патриарх, ризу пречистой Девы в море омочивый, и корабли Скифские под Цареградом в море молитвами своими погрузивый, акафист пречистой Деве Богородице в похвалу пети в субботу пятую великого поста уставивый; той не прохождаше ли добродетельного жития? Обаче добродетельное того житие не можаше утвердити веры его неправой; начальник бо бяше ереси Монофелитской, о коей пространно в житии преподобного Максима исповедника, января в 21 день пишется; и в той ереси Сергий патриарх умре, и с еретики вменен, проклятию от Святых отец предан. Се яве есть, яко добродетельное чие житие не утверждает веры неправой. Тоже извествуется и от словес святого Иоанна Златоустого [674], имиже он добродетельно жительствующих, неправоверно же учащих блюстися повелевая, учить глаголя: Аще убо веры учение имать развращено, аще и Ангел будет (житием,) не повинуйся; аще ли же право учит, не житию внимай, но глаголом. До зде Златоуст.

Убо и Брыняне, житием своим мнимым быти добродетельным. не могут утвердити неправых вер своих. Вер, глаголю, а не единой веры; понеже в них, (якоже и прежде рехом) не едина вера, но многие. Елико скитов, толико вер; а всяк скит свою веру хощет возвеличити и праву сотворити; и посылают в мир тайные, лицемерные же проповедники своя и учители, аки Апостолы Христовы, на коих учителех совещаются Апостольская словеса сия: лжеапостоли, делатели льстивии, преобразующеся во Апостолы Христовы [675]: и не дивно; сам бо сатана преобразуется во Ангела светла: не велие убо, аще и служителие его преобразуются, якоже служителие правды, имже кончина будет по делом их.

Статия вторая

Глава 8. О делах раскольнических злых, и о учителях

Дела раскольническая злая, яве в противность церкви Святей от них творимая, якоже о тех доносится нам, суть неисчетна, о нихже подробну писатн и глаголати не возможно, разве знатнейшая зде предложим. Не от себе же предложим, аз бо смиренный не в сих странах рожден и воспитан, ниже слышах когда о расколах, в стране сей обретающихся, ни о лесах Брынских, ни о скитах, ни о разнствии вер их, ни о делах их; но уже зде, по Божию изволению и по указу Государеву жити начен, уведах слухом от многих доношений. Предложим убо та, яже подлинно (известно), ово от неложных повествователей уведахом, ово от самовидцов слышахом. овая же на письме прияхом.

В начале предложим некая от блаженной памяти преосвященного Игнатия митрополита Сибирского, от триех его посланий, яже он во дни своего в Сибири пастырства писал во всю епархию свою, обличая и истребляя вред раскольнического еретичества, верных же увещавая не прельщаться душевредными еретичествами.

В первом послании сказует о трех учителех раскольнических, бывших в странах Сибирских на Тюмени, ихже имена: Оська (Иосиф) лжечернец, емуже прозвание Астомен, родом Армянин, от града Казани; Да Якунька (Иаков) отступник, прозванием Лепихин; да Аврамко (Аврам) жидовин, прозванием Венгерский, лживый чернец. Тии три учаху людей не ходить в церковь, не исповедоваться, не причащаться, не венчаться по церковному чину в законный брак; знамение крестное на себе творить не по древнему от Грек приятому обычаю, не тремя первыми персты правыя руки, но двумя перстами, по обычаю Армянской ереси. И иная нелепая, церкви Святой противная и душевредная, своя учения разсеваху меж народом: и терзаху церковь Божию, многих прельщающе, и в след себе влекуще. От тех трех раскольнических учителей, два с третьим аще и согласии бяху во многих еретичествованиях своих, обаче в сем не соглашахуся, яко Оська с Якунькою учаху людей сожигатися, акибы за Христа; и пожгоша многих, отведше в леса и в дебри, в пустые места: а Аврамко возражаше то их учение и дело, не веля людем сожигатися, но токмо церкве чуждатися и церковных таинств. Еще же и другое их несогласие преосвященный Игнатий в третьем послании своем близ конца воспомяну, яко Якунька Лепихин научен от псевдопророка Аввакума протопопа, глаголаше не быти антихристову пришествию чувственно, но токмо мысленно тому в мире обретатися, и уже акибы обретается: а Аврамко жидовин учаше, яко чувственно антихрист приидет во свое ему время, и воцарится в мире; раздельшимся убо им от себе со ученики своими, лепихинцы нарицахуся правоверцами, аврамовцев же именоваху чувственниками. Есть же и до ныне в Брынских лесах скит чувственников глаголемых, ихже мним произшедших от оного Аврамка жидовина, прозванием Венгерского, чернца лживаго.

И сие о тех лжеучителей буди вестно, яко Оська Астомен, Армянин, из Казани в Сибирские страны в ссылку провезен бысть в лето миробытия 7168 (1660), после Аввакума роспротопопы, в четвертый год. Бысть же Оська первее в Тюмени, таже в Енесейск отвезен; всюду же по градам и весям, аможе путь ему надлежаще, остави следы раскольничества своего в людех препростых, ихже возможе прельстити. А Якунька Лепихин бе прежде в Верхотурью служивой атаман, имев же первую жену, уби ю, и поят другую, и роди с нею дщерь; таже в раскольническое мудрование уклонився, наречеся поп, и не освящен сый, иерейская действоваше кроме литургии: жены раждающия молитвою очищаше, младенцы крещаше, людей исповедоваше, и причащаше неведомо каковым причащением, акибы ему издалече отнекуду приносимым; и в чин иноческий изволяющия постригаше; и мертвых погребая, разрешательную им чтяше молитву.

Отвезену же бывшу Оське Армянину от Тюмени в Енесейск, осташа по нем тамо Якунька и Аврамко, развращающе люди Божия от пути правого, и написаша многия хулы на церковь Божию, между коими хулами бе и сия: Якунька сам сый иконописец изобрази на листе церковь и диавола, во образе змия, оплетшася окрест церкви, и изблевающа яд свой скверный на пречистые Христовы тайны; таковые листы многие написав, людем раздаяше, и во окрестные посылаше пределы, да людие мерзятся церковию, и чуждаются пречистых Христовых таинств.

Во втором послании своем преосвященный Игнатий архиерей Сибирский сказует, яко лжеучители онии, учащии людей сожигатися, собравше себе ученики и единомысленные други, и поспешники злым делам своим, сие лютое и бесчеловечное творяху беззаконие и мучительство: многих прельстивше, и в пустая места заведше жены, и девы, и отрочата, первее оскверняху тех всяким блудом, таже во избы, на то в лесах уготованные, затворяху оныя, и закрепивше вход, сожигаху, а имения их взимаху себе. И тако сугубою смертию погубляху прельщенных, душу и тело убивающе, душу грехом, тело же огнем.

Учаще же людей жити с женами без венчания, младенцов от них рождающихся веляху крестить простым мужикам, от священного же чина не принимать ни венчания, ни крещения, ниже коего либо благословения.

Глава 9. О Капитоне, Аввакуме и о прочих

В третьем послании своем преосвященный Игнатий архиерей Сибирский, по довольном обличении ереси Армянской, и по описании преждебывших еретиков Великоновгородских, в жидовство уклонившихся, о нынешних расколах и ересях повествование начинает от некоего ересиарха Капитона чернца, в Костромском уезде, в пустыне Колесниковой жившего, и ученики себе собравшего. Нецыи бо от поселян, видевше постническое его житие, приидоша, и сожительствоваху тому, и наставника себе того имеяху. Он же толикое показоваше пощение, яко ни в праздник Рождества Христова, ни на святую Пасху хотяше разрешити на сыр и на масло, или на рыбу; но точию хлеб, и от семен, и от ягод, и от иных плодов земных вкушаше со ученики своими. В пресветлый же праздник Воскресения Христова, вместо красных яиц луковицы (цебулю) червленныя даяше братиям. Мня же себе быти велика и свята, начат презирать чин духовный, и не хотяше принимать благословения от лиц духовных: таже начат новое изобретать учение и веру по своему зломудрию, и творити расколы и раздоры в церкви Христовой, веля чуждатися соединения церковного и благословения иерейского; учаше же не покланятися святым иконам новым, но старым токмо; и арменски воображати на себе крестное знамение двема персты; и иная противная правоверию умствования той произнесе, и многих научи, и бысть начало Капитоном, от имени его тако проименованным.

В царствующем же граде Москве восташа раскольники: Аввакум протопоп, да Григорий протопоп, прозванием Неронов (сей послежде покаяся, и прощен бысть); да Лазарь поп, да Никита поп, прозываемый пустосвят, да Федор диакон, иные многие от духовного и мирского чина, и от двора Царева нецыи, Армянския двоперстныя ереси защитители, и иных раздоров изобретатели.

Глава 10. Девка изюмом причащает

В таже времена, в уездах Кинешемских, и Решемских, и на Плесе, явишася иныи раскольщики, глаголемый подрешетники, нареченный тако от учителя своего, егоже имеяху некоего поселянина, прозываемого Подрешетников, иже, последуя ересиарху Капитону, учаше людей не ходить в церковь Божию, ни отцов духовных имети, ни к благословению иерейскому приходити, и всех таинств церковных чуждатиея. Тии сами в домах своих творяху некия церковныя службы по чину иерейскому, не освящении бывше, и младенцы крещаху: причастие же у них бяше некое волшебно, не хлеб, но ягоды, изюм глаголемыя, чарованием напоенныя, их же причащахуся чином сицевым: изберут от между себе едину девку, и в подполье избы введше ю, в цветное платье нарядят, та по час исходить из подполья, носящи на главе своей решето, покрытое чистым платом, в решете же ягоды изюм; а в избе множество собравшихся мужей и жен и детей. Вышедши убо из подполья девка с решетом, на главе своей носимым, глаголет по подобию иерейскому: всех вас да помянет Господь Бог во царствии своем, всегда, ныне и присно, и во веки веков; они же поклоншеся отвещают: аминь; сие же девка оная глаголет трижды, а они трижды аминь отвещавают. И по том девка та дает им то богохульное приношение, вместо причащения святых таин: вкусившии же от тех ягод абие желают себе смерти, аки бы за Христа, или сожещися, или удавитиея, или в воде утопитися, аки изступльшии от ума; и многии тако себе сами погубили.

Глава 11. О сожигающихся радуются бесы

В пределах Нижнего Новгорода обретаются села дворцовыя, Княгинино прозванием, и Мурашкино; от тех сел, и от окрестных слобод и деревень, собравшеся множество мужей и жен со детьми, приуготовашася сожещися на гумне некоем во овине, и причастившеея своего волшебного причастия, повязавшеся тонкими вервами по два и по три в снопы, оставиша же от между себе двух человеков на то, дабы огнь подложили и возжгли их. Человецы же тии аще и прияша в руце свои причащение их, но не снедоша, Богом соблюдени бывше, на уведание погибели окаянных оных мучеников демонских. Егда же тии два возжгоша огнь, и объят пламень весь овин оный, и хотяху уже и сами тии два в разгоревшийся огнь себе вринути на сожжение, абие узреша верху пламене в дыму двух бесов черных, по подобию ефиопов, по воздуху летающих, криле имеющих яко нетопыри, (мыши летающие), радующихся и плещущих руками, и вопиющих гласно: наши, наши есте. То бесовское над погибшими радование оныи два человека узревше, содрогнушася, и реша друг ко другу: видиши ли, брате, како погибаем от учения проклятого? и начаша крестное знамение на себе творити и бежати оттуду. Пришедше же к священнику веси своея, исповедаша ему вся, и каяшася; не точию же священнику, но и веем прочим с плачем поведаху то, еже видеша над погибшими, бесовское радование, и благодаряху Бога избавльшего их от тоя погибели.

Глава 12. О сердце младенческом, разрезанном в чарования

От града Вологды, в пути ведущем к Каргополю, на стране, яже от моря, в месте пустынном живяше некий враг Божий, волхв и чародей, пустынножительное носяй имя, и лицемерную имеяй добродетель, и мнимый бяше от окрестных поселян свят и преподобен; и мнози пришедше сожительствоваху тому, имуще его себе учителя и наставника. Не точию же мужей, но и жен и девиц та пустыня уже наполнилася бяше; учением бо его лестным и лицемерным житием влекомы бяху к нему, аки к великому угоднику Божию. Учаше же той окаянный мнимый святец тайно, еже всем жити блудно без всякого зазора, глаголя, яко несть грех плотское совокупление по согласию, но любовь есть; токмо да не венчаетеся, ниже да благословитеся в супружество. Некий же человек от Вологды града, отягчен быв многими грехами, и в чувство пришед, каяшеся пред Богом; и положи обет, еже прочее время жизни своея пожити чисто, и ити в пустыню, да в безмолвии пожив, получит от Бога прощение грехов своих. Слышав же о оном пустынножителе, яко мнози к нему собравшеся живут в пустыне, пойде тамо, не ведый тайного их жития блудного. И пришед ко оному пустыннику и пустынножителей блудных начальнику, моли его, да повелит ему при себе жити в пустыне, якоже и прочим; он же глагола пришедшему: брате любимый, добре пришел еси к нам, ныне бо несть уже на земли церкви Божия, вси уклонишася и непотребни быша; понеже в церквах поют и читают по новому, а у нас еще зде милость Божия покрывает, и новости никаковой не приемлем, и крестимся по преданию блаженного Феодорита, а Никонова предания не приемлем; добре убо сотвориль еси избежав от антихриста. Человек же той, слышав сие, со умилением рече к нему: аз, честный отче! молю тя, да наставиши мя на путь спасения; сего бо ради приидох ко твоей святыни, слышав твое по Бозе житие, могущее приводити души ко Христу Богу; спаси убо мене желающего спастися. Окаянный же той пустынник отвещав, рече: чадо доброе, подобает тебе прежде постом искуситися, да не яси, ниже пиеши дни некия, дóндеже нам известит о тебе Господь Бог, и тогда тя приимем с радостно. Он же обещася вся повеленная ему творити без сумнения, спасения ради души своея. Пустынник же повеле ввести его во внутреннюю, едину от келлий своих, храминку малу, яже б присовокупления к келлии его, идеже сам живяше; в храминке же оной едино токмо бяше оконце, к пути зрящее, зело малое, точию да свет будет в храминке; вход же затверди крепце, во еже всажденному никакоже изыти оттуду.

Пребывая же человек оный в затворе том дни три без пищи и пития, начат в стене келлии ко оному пустыннику творити малу скважню, между бревнами мох истерзан, и сотворив, смотряше, что творит той пустынник. Зрящу же ему оною скважнею, се приидоша к пустыннику два человека глаголюще: отче святый! девицу оную беременную Бог простил есть, родила младенца мужеска полу, что повелеваеши о нем творити? Той же окаянный мнимый святый пустынник рече им: не рех ли вам прежде сего, да егда та девица родит отроча, абие у новорожденного младенца ножем подняв груди, измете сердце, и да принесете на блюде ко мне? идите убо, и сотворите, якоже рех вам. Они же абие отшедше, по малом часц принесоша на блюде древяном оное новорожденного младенца сердце. еще живо сущее и движущееся, и вдадоша ему; он же взем нож, своима рукама разреза е на четыре части, и рече им: приимите сие, и в пещи изсушив, истолките. Скверные же тии слуги окаянного оного пустынника шедше сотвориша повеленное им, и паки принесоша к нему истолченное на муку то младенческое сердце. Пустынник же, взем лист писчия бумаги, и на малыя бумажки раздробив, вложи по малой части истолченного сердца в те бумажки, и призвав некия послушники своя, рече им: возмите бумажки сия со святынею (чарование свое святынею нарек,) и идите во грады и веси и деревни, и входяще в домы глаголите людем, чтоб отнюд не ходили в церковь, и у попов нынешних благословения не принимали бы, и к ним бы не исповедывалися, и никаковой святыни церковной не причащалися бы, а крест бы на себе творили двема персты, а троеперстного сложения да никакоже приемлют, то бо есть печать антихристова. И аще вас послушают или не послушают, вы от сего данного вам истолчения тайно влагайте им в брашно или в питие или в сосуд, идеже у них вода бывает в дому, или в кладязь. Егда от того вкусят, тогда к нам обратятся на истину, и имут веру словесам вашим, и самоизвольнии мученики будут.

Сия видев и слышав седяй в затворе человек весь от страха оцепен, и не ведяше что творить. Начат же прилежно молитися ко Господу Богу, в Троице Святой славимому, о своем от таковой беды избавлении, и крестное знамение на себе начат трема персты творити, (прежде бо двема персты то творяше, якоже от скверного оного пустынника научен бысть). Бог же, молящияся ему в бедах слушали, человеку тому, в затворе седящему, посла свобождение сицевым образом: во утрие купцы некие путем мимо келлии тоя грядяху, затворенный же тех узрев, и рукою к оконцу призвав, исповеда им тайно вся, яже о себе и о пустыннике, что виде, и что слыша, и моляше их, да избавят его оттуду. Како же бы им его избавити, научи: да скажут, яко раб их, окрад имения их, бежа, и крыется зде и да молят пустынника, отдати им раба их. Купцы же сожалевшеся зело о затворенном том, притворишася, акибы ищут раба своего, окрадшего их и бежавшего от них; и акибы уведаша, яко крыется в пустыне той: и молиша пустынника того, да отдаст им раба их. Пустынник же, призвав от затвора человека, глагола ему: что се сотвори ль еси брате? обольстил еси нас, сказуяся, акибы спасения иский, ты же, окрад господей своих, притекл еси к нам. Человек же той, пад на землю, глаголаше: согреших отче на небо и пред тобою, злыя люди на сие мя наустиша: но молю тя, да не предаси мя в руце господей моих; ибо не быти мне живу от них. Пустынник же рече: иди брате, и служи им, якоже велит Апостол: раби повинуйтеся господем своим. Моляше же пустынник притворных гоеподей тех, да не сотворят зла рабу своему, аще имение их возвратит. Они же даша слово пустыннику, еже не озлобити раба своего; и поемше человека того отъидоша.

По отшествии же купцов тех с человеком оным возвещено бысть пустыннику, яко вся тайны его ведомы сотворишася купцам оным от человека бывшего в затворе. Пустынник же той собрався со всеми ученики своими, с мужеским полом и женским, и келлии оныя сожег, иде в пределы великого Новгорода, и вселишася в пустыни на озере некоем, в монастыре Палеостровском, и завладеша монастырем тем; начата бо и тамо к нему мнози от окрестных весей собиратися, учением его лестным прелыцаемы и волшебством привлекаемы. Слышав же о них преосвященный Корнилий, митрополит великого Новгорода, посла к ним честныя мужи от духовного чина и мирского увещати я к согласно церковному: тии же развратники пустынножители с предводителем своим не точию увещания не послушаша, но и погибели предашася. Ибо хуливше первее много Святую церковь и все православныя Христианы, затворишася в монастыре том, и зажгоша церкви, и келлии и ограду окрест, и тако вей с монастырем сгореша и погибоша.

Глава 13. Сожженные вопиют под землею: ох, погибли!

То самосожигательство простреся даже и до Сибирских стран, от ссылочных раскольников умножаемо: егда бо Оська Армянин лжечернец привезен бе на Тюмень, прельсти в свое развращение некоего попа, именем Дометиана; и купно с предреченным Якунькою Лепихиным прельщающе, многих, и в пустыни отводище, сожигаху. Таже Оське в Енесейск отвезену бывшу, поп Дометиан шед в пустыню, и обрет негде чернца Иванища, равна себе злобою, пострижеся от него во иночество, и наречен бысть Даниил. По пострижении же своем устрой себе особное в пустыни жилище, не зело далече от оного чернца Иванища, исходя же в мир, рассеваше свое еретичество по селам, и развращаше люди невежествующия, дабы чуждалися Святой церкве и всех церковных святынь и таинств: и сказоваше им антихриста уже царствующа в мир, и яко день судный уже настоит, и устрашаше души препростыя; и, собирая послушающия его, отвождаше в пустыню к своему тамо жилищу. Собрав же мужей и жен и детей, яко тысящу и седмь сот, писа к чернцу Иванищу, прося совета: Собрашася (рече) ко мне в пустыню добродетельнии мужие же и жены и девы и отрочата, и просят вси второго неоскверняемого крещения огнем: что убо твоя святыня повелевает сотворити? Окаянный же чернец Иванище отписа ему смеха достойное слово, глаголя: заварил еси кашу, да яси убо ю, якоже хощеши. Дометиан же, иже и Даниил, окаяный отступник и развратник, начать приуготовляти яже к сожжению, и делати избы от дебелого древа, яже устроив, повеле наносити смолы, и бересты, и конопли, еще же приуготова и серы, и пороху стрельбищного, во еже бы людем оным абие огнем объятым быти, егда зажгутся. Тако им к сожжению готовящимся довольное время, и жещися не ускоряющим, но и еще множайшия к себе собирающим, уведа о том преосвященный Павел (иже бе пред Игнатием), митрополит Сибирский, и поболев душею о погибающих, посла к ним скоро от духовного чина и мирского мужи честны и благоразумны, увещати я, и отвести от злого их начинания. И егда посланнии к ним доидоша, и увещавати я начаша, они абие затворишася в избах, на жжение уготованных, и многия хулы на церковь и на чин духовный глаголавше, зажгошася. И абие от пороху стрельбищного, и серы, и смолы, и бересты, и конопли, отвсюду огнем быша объяты, и сгореша. На месте же том, идеже сожгошася, смрад велий исхождаше долгое время, яко не возможно бяше кому то место минующу пройти, не заткнувшу ноздрей своих.

Многии же, имже случися в раннюю или в вечернюю зорю миновати место оное, слышаша плачевныя на том мест гласы, аки под землею вопиющия: ох, погибли! ох, погибли! И свидетельствоваху мнози о таковых плачевных гласех, яже быша по Божию откровению, во извещение погибели прельщенных, во увещание же прочим, да не прельщаются раскольническими лжеучительствы.

Такожде бысть и в Томском уезде: Отступник некий, именем Васька Шапошников, разврати многия от мужеского и женского пола и сведе в пустыню, еже сожещи я. И устрой великие три храмины деревянные, и вся, яже к скорому возжжению, уготова. Воевода же града Томска, слышав яко собрашася мнози в пустыни жещися, посла к ним иереи и иные мужи, еже увещати я, да не погубляют сами себе. И егда тии к прельщенным доидоша, Васька всех собранных в храмине запер, сам же на верх возшед, глаголаше к пришедшим: мы горим здешним огнем, вы же огнем вечным и ныне горите, и тамо горети будете: отъидите отсюду; егда бо начнет селитра и порох рватн хоромы, тогда и вас бревнами побиет. Сие же глагола окаянный, устрашая пришедших, да отъидут; не бяше бо у них много пороху и селитры. Пришедшей убо то слышаще, отступиша далече от храмин тех; а Васька, сошед в храмину, глагола: изыду в окно из храмины, да зажгу собранное окрест хврастие, и паки семо вниду. Девка же некая рече ему: не иди ты, но малу девочку пошли зажещи; он же сам хотяше изыти акибы зажжения ради, самою же вещию да зажег их, сам убежит. Уготовал бо бяше меж храминами теми тайную яму и земный исход далек, да туды убежит со имением, еже остает по сожигаемых. С тем бо намерением окаянной тии прельщаху людей и сожигаху, да имения тех себе возмут; людей убо сожигаху, а сами бегству вдавахуся. Хотящу убо тому окаянному Ваське изыти из храмины, акибы во еже зажещи, девка оная с прочими, нападше на него, держаху того крепце, глаголюще: нас хощешь погубити, а сам хощешь бежати. И испустиша окном малу девочку, да зажжет уготованное хврастие; девочка же тая зажегши, и погибель сожигаемых видевши. бежа ко иереям, издалече стоявшим, и возвести им вся, како Васька в храмине удержан, и погибе окаянный со всеми прельщенными от него. По сожжении же тех, поселянин некий тогоже Томского уезду тужаше и плакате, яко от дому его Васька он проклятый осмь душ мужеского и женского пола, прельстив и в пустыню свед, погуби с собою сожжением. Пришед же поселянин той на оное место, идеже сожгошася прельщеннии, хождаше над пепелом, рыдая о домашних своих; и абие услыша плачевныя гласы от пепел а исходящия: ох, погибли! ох, погибли! он же ужаса от гласов тех исполнився, и мало постояв, иде скоро оттуду, и возвести во граде и в селех, яже слыша. До зде от триех посланий преосвященного Игнатия, архиерея Сибирского.

Сему подобно поведа нам Устюга города человеке гостинной сотни, Максим Данилов, прозванием Пивоваров, быв у нас в Ростове сего 1709 года о святой недели светлого воскресения Христова, сказуя сице: На Устюге великом, в приказной избе в делах пишется: во 196, или во 197 годах, (сказать де подлинно года не упомню) в Устюжском уезде, в Череповской волости, от Устюга града 120 верст, в лесу были раскольники с 300 человек; и по изветом сотских волостей тех и крестьян известно было воеводе Тимофею Ивановичу Ржевскому, что живут в лесах раскольщики; и он воевода посылал к ним людей для взятья тех раскольщиков в город; и они раскольщики учинилися ослушны. А в тех лесах сделаны были у них раскольщиков великие храмины, и кругом ограда, а под храминами ископаны были в земле пещеры. Посланные же от воеводы егда хотели взять их, они раскольщики учинилися сильны, и не далися; и те свои храмины со многолюдством обволокли соломою, и зажгли, и сами в них сгорели, а другие в пещерах, яже под храминами, задхлися и изгибли. И многия годы в том месте, где они сгорели, по вся нощи слышахуея гласы плачевные кричащие: ох, погибли! ох, погибли! Есть же и до ныне на том месте смрад великий.

К таковому самоизвольному сожигательству и погибели предводители раскольническии не токмо прелестными словесы прельщают, но и волшебными чаровании привлекают; якоже то и прежде вестно сотворися, и последствующее сказание яве сотворит.

Глава 14. О волшебных чарованиях, и о попе, в пещь огненную ввергшемся

В нынешнем 1709 году, месяца февраля, в первых числах, донесл словесно и на письме нашему смирению иеромонах Игнатий, стар леты, Углецкого Воскресенского монастыря постриженик, а как он пострижен уже тому назад 26 годов, а в мире имя ему бе Иаков; жил он в Пошехонском уезде, в Белосельской волости; попом был в церкве святой Пятницы лет седмь; и сказывал, яко в его приходе сожглося душ обоего пола и всякого возраста 1920, кроме иных окрестных сел и деревень, в коих бесчисленное множество народа пожгошася, прельщенны и волшебством очарованны от раскольнических учителей; и исполняшеся воздух от трупов сгарающих смрадной вони на многи дни. А яко волшебством очарованный вдавахуся сожжению, известие истинное он иеромонах Игнатий сказа, и на письме нам подаде сицевое: Во оное (де) время, в неже множество людей в Пошехонском увзде сожигахуся, князь Иван Иванович Голицын из Москвы приезжал в вотчину свою в Белосельскую волость, в село Кузмодемьянское для уговору крестьян своих, чтоб престали жещися. А жглися (де) крестьяне его по злому научению, тогож Пошехонского уезду, вотчины болярина Ивана Максимовича Языкова, деревни Холма, крестьянина Ивана Десятины. О том мужике прелестнике уведав князь, повеле его сыскать, и пред себя поставить, и про его учение спрашивал, и уговаривал престать от такового злодеяния и душегубства; мужик же той Иван Десятина выбросил из зепи своей три ягоды, деланые от некой муки, бяху же те ягоды величеством подобны клюкве, и начал, те ягоды ногою растирать. То увидев крестовой княжий поп, (а как имя тому попу старец Игнатий не упомнит) бросился, и ухватил едину ягоду, и поднял, и растер перстами на хлебе, и бросил собаке. Собака же съядши той хлеб, бежа вон; а на дворе в то время возгнещен бысть огнь ради варения кушанья; и текши собака на огнь вижжя и скогля, распростреся на огне, и сожжеся. А крестовой он поп, как ту ягоду на хлебе растер и собаке поверг, персты своя, имиже ягоду растирал, принесе ко устом, хотя вкус ея уведати; и абие сотворися вне ума, и лицем и очима изменися; и вси тому внезапному его изменению и изумлению удивишася, и ужасни быша. Князь же, жалея о нем повел его свести в подклет, а в подклете в то время топилася печь ради припасов кушанья про князя; и егда поп он в подклет введен бысть, и узре в пещи огнь, абие ввержеся в пещь огненну, и сгорел бы тамо, аще не бы скоро люди княжии оттуду за ноги вытащили его; и ожжеся глава его и лице, власы главные и брада огоре; и пребысть без ума целые сутки. Потом прииде в себе и образумився, нача со слезами благодарить изъемших его от огня; и извествоваше князю, и всем яве сказуя: Егда (де) мене в подклет введоша, и узрех пещь горящую, показася мне пещь яко рай, а устие пещи яко дверь райская. В пещи же во огне видех седящия пресветлыя юноши, иже призываху мя к себе, глаголюще: пойди к нам; аз же абие к ним вергохся. То поп оный князю и всем сказывал со слезами; а был при том сей, иже нам сия донесе, иеромонах Игнатий, тогда еще в мирских попех зван Иаков, и всего того самовидец и самослышец бе. И якоже видь и слыша, тако и донесе нам по священнической совести и имем ему веру, человеку уж гораздо стару сушу.

Глава 15. О жидовском и раскольническом волшебстве

От послания Иосифа священника, иже в мимошедших недавно годах по указу Государеву был на Олонецком верву, и писал к раскольническим во оной стран учителем: к Даниилу Викулину, да к Андрею Дионисову, и ко всему сонмищу их. Той священник Иосиф, обличая раскольщиков о чарованиях их, приведе первее сотворшееся иногда от жидов в королевстве Польском дивное волшебное дело, выписаное из книги глаголемой Зерцало Короны Польской, из артикула пятого, яко жиды некоей от жен Христианских великую цену дали, дабы продала им млека Христианского; жена же оная возвести о сем мужу своему, и по его научению продаде им млека кравияго, вместо человеческого Христианского. Жиды же с радостию то млеко приемше, наняша некоего человека, и идоша с ним к висильниц, на нейже злодей повешен бысть, и совершивше там своя над млеком волшебная чарования, повелеша наятому человеку, да млеко то обволхвованное ими влиет в ухо висящему злодею, и приклонив свое ухо к уху мертвого злодея. Он же егда то сотвори, вопросиша его жидове, что слышит? Тойже отвеща: рычание скотов слышу. Жиды же опечалившеся, идоша к жене оной Христианской; и лаяша ю яко обманувшую их. Потом бысть но всем королевстве Польском велий мор на скот; имел же бы той мор быти на Христиан, аще бы жена оная Христианская человеческого Христианского млека продала им. То священник он Иосиф привед, глаголет к раскольником: тако и вы раскольницы, над отступление благочестия, чарованием якоже и жиды действуете, ходяще по домом, и обоея плоти простых человек прельщающе, и которые прелести вашей не возследствуют, тех чарованием обаяете, якоже известихомся от достоверных свидетелей сице.

В Березовом на Волоке в Кольском присуде, тамошнего места житель, человек не последний, имевый дом полный, и семью изрядную, и знающий козни ваша прелестные, именем Григорий, иже послежде монашеский образи, прият, и благочестно скончася; той сам о себе поведа: Егда тамо собравшеся раскольницы с предводительми вашими, устроиша на озере острог на острове: некий тамошний обитатель богатый, прельщенный от них со всем домом своим, человеков до семидесяти, в той остров вселися. и иных не мало с ними тамо вселишася; и начаша оттуду в дом оного Григория почасту приходити и прельщати. Он же, зная лукавство ваше, не внимаше тем прелестем, и домашния своя опасно охраняше. По некоем же времени, слышавше лютые человецы тии, яко скоро из Олонца будет на них высылка: тогда наипаче начаша к нему Григорию приходити, и всячески обольщевати к своему зловерию; он же непреклонен пребываше, имеяше бо брата в Олонце в чину воинском, и от него совершенно наказан бысть не приимати ложного вашего учения. Некоего же времене пришедше раскольники тии, обнощеваша у него Григориа: он же наипаче тогда оберегаше домашния своя; тии же окаяннии с вашими стаинники, видевше его непреклонна к прелести их, что творят? Начаша почасту исходити из избы в сени; он же исперва оплошився небрежаше о том, таже содрогнувся помысли, за чим исходят: и изыде сам, и начат в сенех осматривати, не подложиша ли что, и ничтоже обрете. Посем некия ради нужды дойде потреба воды, он же паки изыде в сени, и снем покрытие с сосуда, в немже вода, виде верху воды, акибы мука плавает; он же собирая то в сосудец да удобнее рассмотрит, виде некия кости жженыя в воде: а прежде того времени, жена и сноха его и несколько детей воду оную пиша. По обнощевании же, тии злии человецы отъидоша, а уже вскоре ожидают воинства, имущего приити на них от Олонца, домашние убо Григориевы, которые очарованную воду пиша, начаша проситися у него к раскольником во острог, он же всячески удержаваше их, претя и со слезами моля: но никакоже возможе удержати, бежаша бо от него ко оным проклятым. И потом в скором времени приидоша посланнии воини; онии же злобеснии началопагубники (раскольническии учители) затворивше всех во остроге том, ихже прельстиша, зажгоша, а сами бежаша. И тако вси прельщеннии огнем погибоша. Зрите окаяннии, (поп Иосиф к раскольщиком глаголет): зрите прелести вашея кознь, идеже словесы не можете прельстити, тамо вы чародейств употребивше, обаяете и погубляете: такова ваша святость. До зде послание Иосифово.

То о сожигательстве и чарованиях раскольнических речеся; еще же и о другой их самоизвольной смерти, како уморяются гладом, да речем, еже совершенно от самовидцев уведахом.

Глава 16. О морелыциках

Есть у них скит, глаголемый Морельщики, тии, якоже и сожигатели, простых людей, мужей и жен прельщают, еже в затвор постничеством и гладом умрети, акибы за Христа: приводят же им во образ от житий святых, како мнози Христа возлюбльшии в постах просияша, а инии во изгнаниях и темницах веры ради гладом и жаждою скончашася. И Писание – де глаголет: яко многими скорбьми подобает нам внити в царство небесное. В жизни же сей быти кая польза? Уже бо веры правыя на земли несть, отцев духовных несть, архиереи и иереи – вси волцы, а церкви – хлевы и мерзость запустения; и антихрист уже царствует в мире, и страшный день судный настоит. Подобает убо (они глаголют), хотящему истинно спастися, пострадати зде; и якоже мученики и исповедники гладом и жаждею скончатися в малом сем времени, да вечных избывше мук, со Христом воцаритися. Постраждем убо зде вмале, да не приобщаемся тем, иже веру правую оставиша, и нас ея ради гонят и мучат. Уне бо есть нам в малом времени гладом и жаждею истаяти, неже с ними в вечные муки осудитися. Тако глаголют окаянные прелестники, со многим умилением, воздыхающе и плачуще. И аще кого прельстят, молят его, да, шедши во едину келлию или в пещеру, покается прежних грехов своих, и постническим венцем яко мученик увенчается. Суть же у тех Морельщиков устроены на то особые места в лесах: ово хоромы древяные, ово же ямы в земли. Хоромы иные с малыми дверцами, аможе всаждают прельщенного, и затворяют крепко; иныя же без дверей, но сверху тамо впущают. Ямы же или пещеры глубоки, из нихже нельзя кому изыти, и сверху бо заграждают и закрепляют вельми. Посаждают же иногда единого, иногда двух, и триех, и множае. Посажденнии убо беднии, по первом, и втором, и третием дни, и по множайших, стуживше от глада, вопиют, кричат, молят, чтоб испущенни были оттуду; но несть слушающего их, ни милосердствующего о них. А еже ужаснее есть слышати, яко идеже посажденни будут два или три, или множае, не стерпевше глада, друг друга жива яст кой коего одолети может. И да не мнится кому сие недостоверно быти, еже в заключении и гладе ясти друг друга, егда и сам себе человек в таковой нужде яст. Пишет Георгий Кедрин Цареградец, в Синопси историй, о Зиноне царе Греческом злочестивом, яко от многого пиянства беснованию нань часто находящу, и падающу ему на землю, и аки мертву долго лежащу, царица Ариадна жена его возненавиде его, и не хотящи в живых того видети, умертви его сице: егда возбеснився Зинон паде на землю, и бысть аки мертв, царица вземши его, положи в гробе в земли глубоко, землею же не засыпа, но камень велий возвали над двери гроба, и страж пристави. Идеже по времени царь Зинон в себе пришед, начат взывати, да испущен будет, но не послушаша его стражие; бе бо им крепка от царицы заповедь. И жив до трех дней во гробе быв, вопия и рыдая, умре. По умертвии же того, открыта гроб, и видеша его изъядша на руках тело свое даже до рамений от глада; то пишется в Греческих историях. Вероятно убо есть, яко и у Брынских Морелыциков заключенные в земных или древяных затворах ядят друг друга, гладом зельным убеждаемы. Кий тамо вопль? кий плачь? кое рыдание? кая туга и скорбение? и кое тамо спасение от невольного того мученичества? И тако проклинающе день рождения своего погибают смертию сугубою, телесною и душевною: не в царство бо небесное, но в адские муки душы тех отходят, яко самоубийц. И кая им польза от горькой тоя смерти? ибо Христу Господу то мученичество несть приятно, имже кто сам себе погубити изволит, якоже то ниже изъявлено будет.

Глава 17. Не ставят в грех блуда, но в любовь Христову

И сие дивно, яко на смерть себе или огненную или гладную предают, акибы Христа ради: вожделений же своих плотских, яже конечно требе истинному рабу Христову умерщвляти, не умерщвляют, но живут блудно. Сие же глаголю не о всех; слышно бо есть, яко мнози в них живут чисто и целомудренно: множайшии же блуда и в грех не ставят, но любовию то Христовою нарицают окаяннии, якоже абие услышим.

Воевода Ростовский господин Семен Еремеевичь Пашков поведа нам, в прошлом де 1703-м году был он по Указу Государеву послан за делом в Балахонский уезд, в Заузольскую волость, там при его бытности от учителей раскольнических содеяся вещь сицевая: есть село Бор от Николы зовомое, в том селе у попа Сисоя два раскольника подговорили жену его с деньгами, и повели в Брынские раскольнические места; акибы на спасение. И не дошед реки Керженца те раскольники привели ту попадью в некую храмину пусту. А прежде их пришествия, по смотрению Божию, два бортники Толоконцовской Дворцовой волости тамо пришедше, и печь мало протопивше, взыдоша на полати почити, и уснуша. По часе же обудишася, ощутивше приход оных раскольников с попадьею, юже они бортники добре знаша, муж бо ея поп Сисой духовный им отец бе; и молчаху седяще на полатях, и смотряху тайно, что хощет быти. Раскольники же тии с попадьею вшедше, и теплу храмину обретше, седоша; мнеша же, яко никтоже ин есть в храмине, не ведяху бо бортников оных. Таже начаша к попадье глаголати: сотвори сестро, с нами Христову любовь. Она же вопроси их: какову любовь Христову с вами имам творити? Они же реша ей: буди с нами совокуплением плотским, то бо есть любовь Христова; она же ужасшися рече: того ли ради вы мене от мужа моего подговорили есте? аз чаях спасение души моей вами получити, и последовах вам, яко святым и душеполезным наетавником и учителем, вы же изведосте мя осквернити: и не соизволяше им на грех. Они же начаша ю насильно принуждати ко своему беззаконию; и един от них удари ю рукою в лице. Тогда бортники онии, на полатях тайно седящии, имуще пищаль заряженую порохом просто без пульки, стрелиша верху тех. беззаконников, и крикнуша. Онии же окаянные святцы Брынскии, страхом велиим устрашившеся, бежаша скоро из храмины, оставивши попадью с деньгами, и без вести быша. И обрадовася попадья о своем избавлении от рук блудников беззаконных, иже блуд любовию Христовою нарицающе, хотеша ю осквернити. Бортники же те поемше попадью, ведоша к мужу ея, к отцу своему духовному к попу Сисою, и вдаша ю ему целу с деньгами и с чистотою ея. Поп же зело обрадовався, даде бортником тем неколико рублей денег за приведение к нему жены его.

Той же Господин Семен Еремьевич поведа и сие, что Заузольской и Толоконцовской волостей крестьяне дочерей своих, и сестр, и свойетвенниц девок, отводят в Брынския леса к святым отцам, (тако раскольнических учителей святыми отцами нарицают), и вдают их тамо аки на любовь Христову, самым же делом на блуд. Толь окаянных тех ослепи демон, яко блуда не точию в грех не вменяют, но в добродетель имут, в любовь Христову почитают; законное же супружество нарицают беззаконием и невольническою работою. Егда же тыя девки очреватеют, и они раскольники тех чреватых девок отводят в прежния их места, которая из которого места приведена. А как они родят у отцов своих или у свойственников, и шесть недель по рождении поживут, паки в теже брынские леса отводимы бывают.

Сему преждереченного господина повествованию емлем веру; понеже и в нашей епархии тоже деемое слышим. Донесено нам недавно подлинно о некиих во град Романове, посадских людях, имением нескудных, (имен их не воспоминаю, ведят тамо жительствующии,) от коих три: Иван Григорьев сын Трусов, прозванием Мыльников, сослал три дочери; Василий Григорьев сын Трусов, прозванием Мыльников, сослал одну дочерь; Иван Михайлов сын Шанин, прозванием Дураков, сослал одну дочерь; Федор Стефанов сын Лыков одну дочерь; по единой дочери; а четвертый Мыльников три дочери, отпустили в Брынские леса, в некий тамо женский скит, с довольными деньгами, с намерением же неведомо коим. Еда ли им не бе и несть монастырей девичьих в Епархии Ростовской,аще хотели дочери своя уневестити Христови. Такожде и у нас в Ростове един мнимый быти добр человек Иван Менкин дочерь свою девицу, брачных лет доростшую, тайно выслал в раскольнические жилища, а для чего, Бог весть.

Глава 18. О скитах Брынских

В яснейшее же изъявление дел раскольнических небогоугодных, церкви Святой противных, паки некия скиты их, в первой части вкратце помяненныя, зде да повторятся пространнее мало.

Жилища раскольническая в лесах Брынских сугубо именуются: скиты и толки. Скиты того ради, яко скитаются в пустынях, акибы древним Святым отцем пустынножительным подобящеся. Толки же того ради зовутся, яко всяк скит Божественное Писание по своему злоумному мудрствованию толкует инако, не согласно инем; и по окрестным селам и деревням толки своя распространяют, кождо своея веры людей препростых учаще, и к своему толку преклоняюще.

В первых убо Христовщина да предложится.

В том ските или толку обретается некий мужик, егоже зовут христом, и яко Христа почитают; а кланяются ему без крестного знамения. Пристанище того христа в селе, зовомом Павлов перевоз, на реке Оке, за Нижним городом 60 верст. Сказуют же того лжехриста родом быти Турченина; а водит с собою девицу красноличну, и зовет ю материю себе, а верующии в него зовут ю богородицею. А девица (или паче рещи блядка) та родом русская, из Нижегородского уезду, села Ландюха, посадского человека дочь. Имать же той лжехристос и апостолов 12, иже ходяще по селам и деревням проповедуют христа, акибы истинного, простым мужикам и бабам; и кого прельстят, приводят к нему на поклонение. Той толк, глаголемый Христовщина, аще и хулит церковь Божию, обаче в церковь входить, ко иконам святым и к кресту прикладываться, и к иерейскому благословению приходить не возбраняет; тако бо христос оный ложный верующим в онь попускает лицемерия ради: не сквернить де вас то, да бысте не познани были. Поведавый же нам сие монах Пахомий, слыша от самовидца, видевша оного христа лживого, приведен бо бе к нему от ученика его на поклонение. Бе же тогда той христос на рек Волг, в селе Работки глаголемом; за нижним Новгородом верст 40, по Волге вниз. Есть же в том селе на брезе реки церковь ветха и пуста, и собрашася тогда к нему людие верующии в онь на мольбу в церкви оной.

Изыде же христос оный из алтаря к людем в церковь и в трапезу, и зряшеся на главе его нечто велико обверчено по подобию венца, на иконах пишемого, и некия малые лица красные, по подобию птиц летаху около главы его, ихже глаголют быти херувимы; (нам же мнится, яко или беси в подобиях таковых мечтательно людем зряхуся, или красками писаны бяху херувимы на писчей бумаге, и окрест венца прицеплены.) Седшу же ему, вси людие тамо собравшиися падше поклонишася тому до земли, аки истинному Христу; и кланяхуся непрестанно молящеея на мног час, дóндеже изнемощи им от молитвы. В молитве же взываху к нему овии: господи, помилуй мя, глаголюще; овии же: о создателю наш, помилуй нас. Онь же к ним пророческая некая словеса глаголаше, сказующи что будет, каковое воздуха пременение, и утверждаше их верити в онь несумненно.

Ануфриевщиша, яже и Поповщина.

Той скит или толк болий всех, вера бо злочестивая Ануфриева по многих градех разширяется и по нашей епархии. Придержащиися того толка и веры словут Поповщина, а сам начальник Ануфрий сказывают не поп, но простой старец. Попов приемлют тех, кои прежде Никона патриарха ставлены были, ихже не много обретается. Аввакума распротопопу еретика, проклятию преданного и погибшего, во святых почитают, и нарицают его новым страстотерпцем, и образ его пишут и покланяются тому аки святому, и службу ему сочинили, и празднество памяти его совершают, и письма того еретическия содержат, и так веруют, и прочих учат так веровати, и славить трисущную Троицу. И свидетельствует о Аввакумовых письмах ученик его Ерофей Андреев: светлее де солнца письма Аввакумовы, и все добры. Еретик о еретике дает свидетельство, оба же со своими единомысленники похвалу имут от начальнейшего учителя своего диавола во аде.

Паки Поповщина.

Скиты или толки, кои попов нынешних приемлют, сии суть: Павлиновщина; Андреяновщина, Иосифовщина, и иные в зловерии тем подобные. Приемлют же попов тех, кои суть извержены и не покоряющиеся святей церкви. Перекрещивают людей пристающих к их вере, кии суть ниже шестидесяти лет; наше бо православное крещение нарицают еретическим крещением и глаголют, яко крещение еретическое несть крещение, но паче осквернение: а иже выше шестидесяти лет, тех не перекрещивают, сказуют бо их истинным крещением крестившихся; понеже прежде патриаршества Никонова, и прежде исправления книг крестишася; такожде и иноков перестригают. А попов нынешних, коих приемлют, первее велят им проклянуть свое иерейское освящение, и того архиерея, кой ставил. Таже дают им от себе власть, еже деяти священная, и служат от тех попов нецыи отай в пустых церквах по старым Служебникам на седми просфорах, но не часто, токмо запасных ради даров, чесо ради велику просфору творят, чтоб на долго стало. А другие попы их сказуют, яко старыя у них дары суть, и теми причащают. Есть же смеха достойна вещь сия: Нецыи села и деревни, иже их толка, в дальнем расстоянии сущии, егда родит жена, и не могут скоро призвати к ней попа, ово дальности ради, ово же яко во иныя деревни случается попу отъити, пошлют к нему наскоре человека с платом белым, чистым; поп же молитву, подобающую рожениц, в плат проговоря, и имя младенцу нарек, совьет плат, и даст посланному. Тойже возвратився, плат оный развив, над лицем роженицы потрясет, и имя младенцу скажет: и тако роженица бывает обмолитвена. Подобне и егда умрет кто, а попу за дальностию или за коим иным делом недосужно к мертвому приити, и разрешальную молитву проговорити; взем плат белый, чистый, в плат молитву разрешальную читает, и прочет, и плат согнув, посылает потрясти плат над лицем умершего, и тако мертвый, акибы разрешен от всех грехов своих, погребается. О пребезумного ума безумных тех раскольщиков!

Еще же и сие достойно смеха: аще кто от их веры по случаю с нашими правоверными будет ясти, или пити, или в церковь внидет; над таковым читают молитву тую, яже чтется над сосудом, в оньже что впадет скверно.

Беспоповщина.

Скиты или толки, кои попов никаких же приемлют, суть сии: Волосатовщина, Андреевщина, Иларионовщина, и другие согласны им в расколах. Тии неосвященны суще, сами некая иерейская действуют: крестят, исповедуют и постригают во иночество, и молитвят рожениц и мертвым разрешальную молитву читают. Еще же и бабы у них крестят младенцев, и шлются на книгу Кормчую, акибы в той есть таковое святых отец правило, еже велит бабам тайну крещения совершати. А живут не в законном супружестве, но в беззаконии блудном, и пребывают с ними купно в единых келлиях жены и девицы и монахини, и бывает у них общее смешение. Учат бо учители их, яко лучше есть жити без венчания, неже венчатися по еретически, (нас православных нарицают еретиками) и гнушаются тех, иже венчаны суть по церковному чину в супружество. И аще в тех, иже по церковному чину и Христианскому закону венчашася в супружество, родится отроча, то уже они с ними тогда ни ядят, ни пиют, ни беседуют, ни молятся, аки с погаными. Того ради отцы и матери, кия имеют дщерей, не вдают их законному браку, но велят без венчания с кем хотят жити. Причастие у них сказуют давное, еще прежде Никона патриарха акибы освященное; и егда того причастия не стает, делают тесто пресное, и растерши остающую часть причастия на муку, посыпают тем тесто, и делают просфоры большие, чтоб надолго стало, и пекут: и рассылают по своим толкам, сказующе, яко то тело Христово есть. Егда же паки не стает, паки такожде просфоры делают, посыпающе тесто растертое на муку остающею причастия частию, и тако у них древнее причастие, акибы прежде Никона освященное, никогда же не умаляется. Тии же толки суть и сожигатели: Андрей Поморянин сожегл людей более трех тысящей; Волосатой старец сожегл людей более двух тысящ. Устрояют же на то особые храмины по лесам великие, и сажают в одну храмину по сто и по двести душ и более; а детей малых, чтоб не убежали, сажают на лавах, и одежду их гвоздками около их крепко прибивают. И тако обволокши избу соломою и хврастием, зажгут; и стоять около огня берегучи, чтоб кто не убежал из огня: а кто избежит, они того прибьют, и паки во огнь вбросят. Пожегши же людей тех, пожитки их себе емлют.

Иные скиты и толки:

Серапионовщина: от Серапиона монаха. лжеучителя, иже учаше моритися гладом на смерть; собра же к себе во свой скит инокинь множество, и начальник им бысть. По смерти же того Серапиона, наста брат его родной монах Симеон, той всех инокинь и иже в ските том бяху трудников на самоизвольное прельщая мученичество, поморил гладом в затворах душ с пятьдесят, оставив же едину, яже 6е начальница, иде с нею в Казань, и тамо на ней женился.

Стефановщина: от Стефана диакона, той уже умре, а толк его еретический оста. В том толке (якоже и в Феодосиевщине, о нейже в первой части) брак блудом нарицают, сами же зовутся девственники; а живут купно с женским полом, и блудствуют, ниже ставят себе в грех блуда, но в любовь. Обаче таятся пред нашими правоверными, акибы девственно живут. Но самое тех с женами в единых келлиах пребывание обличает их. Како бо может сено со огнем вместити? Родящияся же от них младенцы заносят в лес далече, и повергают их тамо; и бывают те младенцы в снедь зверем и птицам или псом. То сказывал нам монах Макарий, иже родом есть уезду Ростовского, села Зверинца, а жил близ скитов Брынских меж раскольщиками лет пять. Таже обратися ко православнию, и пострижеся во иночество в новопостроенном Успенском монастыре от игумена Питирима. И быв у нас в Ростове в сем 1709 году, о святой недели светлого воскресения Христова, поведа нам то, еже зде предложихом.

Козминщина: такожде брак блудом нарицают, церквей святых и священников и святых таин нигде не сказуют на земли; а в молитвах своих за царя Бога не молят. Тоже и по иным скитам.

Монастыря девичьего, Ростова града, монахиня именем Анфиса, леты стара, в Брынских лесах жившая прежде, та сказует вещь сицеву: назад тому лет более двадесяти, Аврамий монах на реке Керженце содела себе скит. Той Аврамий сотворився учитель раскольническия своея веры по своему толку, прельщаше к своему зловерию многия, и постническое житие проходити являшеся; приходящия же к нему в скит его перекрещиваше. А собираше к себе монахинь, ихже перекрещивая, перестригаше; бяху у него изряднейшия две монахини, ихже он прельсти к себе: Киликия и Матрона. С Киликиею убо аки с истою женою живяше, вменяя блуд в душеспасительную любовь; Матрону же имеяше вместо дщери, иприжит с Киликиею отроча мужеска пола. По некоем же лет Киликия разболеся. болезнию тяжкою, он же чая яко умрет, исповедал ю сам, и причастил, и постриже в схиму: она же по неколицех днех, нача приходити в здравие, и воста от одра болезни. Здрава же бывши, восхоте паки с ним любовь блудную творити по прежнему; но он не изволяше, сказуя, яко нельзя любитися плотски со схимницею; а уже с нареченною дочерью Матроною начат жити блудно. Киликия же возревновавши, и гнева и ярости исполнившися, бежа во иный скит, и нанявши тамо двух сильных человеков, посла убити Аврамия; они же шедше нападоша на скит его. А Аврамий, познав злое их намерение, побеже от них; и един от тех человеков кинул за ним копием, и удари его в плечо, и уязви; обаче уязвенный емшися бегству, убежа, а они Матрону бивше, еле живу оставиша, и побравше пожитки их, во своя возвратишася.

Посем оный старец Аврамий с Матроною видены были во граде Ярославле, учащии тайно и прельщающии к своему зловерию людей препростых. Изрядное постничество и подвиг того раскольнического учителя!

О лете бытия мира 7210, в начале моего в Ростов пришествия; изыде от лесов Брынских волочай некий именем Федька или Федор, Ростовец родом, а с ним две монахини прелестницы. Той пришед в Ростов в девичь монастырь, нача отай подговаривать монахинь здешних, сказуя, яко невозможно зде во граде спастися, и не будете спасенны, аще не побежите в Брынские леса и скроетеся в пустыни. То глаголя, даяше им на благословение от Брынских пустынь ягоды клюквы, ихже с собою имеяше с решето, кии убо клюкву ту ели, тии абие желанием велиим возжелаша бежати в леса Брынские; и побегоша в след его монахини: Евфросиния и Мастригия; и другие две по них. Федька же той пойде по граду и по уезду Ростовскому, и многих прельстив жен и девиц; с пожиткажи их поведе в Брынские леса. Идеже достигши своего скита, пожитки от них обрал, а самих их по иным скитам развел. Сие послежде поведа нам игумения Наталия девичьего Ростовского монастыря и прочие сестры.

Суть же в них и такия скиты или толки, иже ни к поповщине, ни к беспоповщине пристают; тии крещения у себе не имеют никакового, и многие у них поросли без крещения, и поженилися без венчания, и дети поплодили, и весьма Христианства чужды. Каково бо тамо Христианство, идеже уже несть и крещения!

Что же речем о Субботниках, иже ножидовски субботы постят? Не обновили ли тии жидовствования оного, еже востало бе в великом Новгороде, в княжение великого князя Иоанна Васильевича, при архиепископе Новогородском Геннадии, во дни преподобного Иосифа игумена Волокаламского? Тогда бо мнози духовного и мирского чина человецы, прельщении бывше от неких жидов, в великий Новгород пришедших, жидовствоваху отай без обрезания.

Еще же и ин некий слышится новый толк, от Брынския мудрости недавно явившийся, глаголемый Рогожники или Рубищники, иже в рубищах, рогожах по миру ходяще, святыми себе быти являют; таковых повелевают правила церковная от градов изгоняти. Кормчия, лист 191 на обороте, правило 12.

Но кто изочтет безумная их изобретения, и зловерных вер их различия, и еретическая мудрования, и дела истинному церкви Христовой благочестию противная? А яже зде от различных свидетельств воспомянухом дела их, та да предложатся кратким перечнем к удобнейшему разсуждению.

Глава 19. Перечень дел раскольнических мнимых им быти добрых.

1) Сожигают.

2) Сожигаются.

3) Пред сожжением женск пол блудом оскверняют.

4) Сожженных людей имения себе похищают.

5) Морят гладом на смерть.

6) Их виною друг друга яст жива в затворе.

7) Девка изюмом волшебным причащает.

8) Младенца закалают.

9) Чародействы людей к себе привлекают.

10) Брак законный блудом нарицают.

11) Блуд любовию Христовою глаголют быти.

12) Мужика христом делают, и аки Христу кланяются тому.

13) Лицемерствуют.

14) Еретика Аввакума проклятого в святых почитают.

15) Перекрещивают и иноков перестригают.

16) Попов, приемлемых ими, переставливают.

17) В плат молитву читают попы их.

18) Несвященные, простые мужики иерейская действуют.

19) Причастие ложное творят.

20) За царя Бога не молят.

21) Инныи и крещения отнюд не имеют.

22) Инныи субботствуют по жидовски.

Сия вся дела их добрая ли суть и богоугодная ли, всяк здравым разумом рассуди и виждь.

Глава 20. Рассуждение дел раскольнических

Доброе ли есть дело, еже сожигати толикое множество людей обоего пола и младенцев незлобивых, ничесоже ведущих? несть ли се явное убийство? Якоже бо кого дреколом или оружием коим убити, сице и огню на сожжение предати, тоже убийство есть. А заповедь Божия велит: Не убий[676]; и градския законы убийцев казнят смертию; понеже и Бог к Ною глагола: Проливали кровь человечу, в нея место его прольется[677]. И аще единого человека убити велие сеть зло: кольми паче многия и бесчиеленныя предати смерти есть люто. Маврикий благочестивый царь Греческий добр бе и предобр, ни уби кого, но токмо яко не искупи пленников от Кагана, за малую цену отдаемых, и бысть виновен тех посечения: за то праведным судом Божиим предан бысть на убиение Фоке мучителю, иже первее сынов его пред очима его посече, таже и самого мечем обезглави. Кий убо суд понесут раскольническое предводители, толикия тысящи людей пожегшии? В Прологе, месяца февраля, в 3 день пишется, яко разбойник некий, убивый неповинное детище, покаяся и бысть инок; и пребысть девять лет в велицем воздержании и трудах иноческих, и о прощении грехов своих не сумняшеся, надеяся на Божие милосердие. Обаче по вся дни, идущу ему в церковь, являшеся убиенный от него младенец, глаголя: почто мя убил еси? И по девяти летех, оставив иноческое одеяние, мирское же прием, иде в Диосполь град, хотя по градскому суду мучен быти за грехи своя: и ять быв тамо, прият смертную казнь яко убийца. Что же сотворят раскольники, толикия тысящи незлобивых отрочат, и ссущих сосцы младенцев, огненной смерти предавшей? Кий ответ дадут Богу? что отвещают тем пожженным от них младенцам, егда тии на страшном суде Божием возопиют к ним: почто нас пожгосте? А раскольщики, ныне сожигающии всяк возраст мужеска и женска пола, мнятся службу приносити Богу [678], и учат простых людей, дабы не ужасался, и о спасении своем не сумняся, на огнь дерзали акибы за Христа, а самою вещию ни за что. И учить раскольнический их преждепомянутый учитель Аввакум, глаголя: всяк верный, не развешивай ушей тех, не задумывайся, гряди с дерзновением во огнь, и с радостию Господа ради постражди, яко добр воин Иисус Христов, правости ради, древних ради книг святых. И паки, ублажая сожигающмхся своею волею, глаголет: блажен извол сей о Господе [679].

Но о пребезумный Аввакуме лжеучителю, или паче рещи мучителю! неси ли ты подобен диаволу человекоубийце искони, радующемуся о убийстве человеческом, и на убийство человеков подвизающему? Учиши бо и подвизаеши человеки самих себе вдавать смерти, и погибать телесы купно и душами. Зде бо телеса их сгорают, а тамо души их огнь геенский приемлет. Ты же, обоим смертем их сущи виновен, кий ответ праведному судии Богу даси за всех, твоим учением и советом погибших?

Доброе ли есть дело, послушавшим раскольнического учения и совета, сами себе вдати в смерть огненную, и сожигатиея с женами и детьми своими, и быти самим себе убийцами? Се то есть возложить на себе руки, еже самого себе убить коим либо убийством, аще оружием, аще удавлением, аще водою, аще огнем: все то самоубийство есть и ничтоже пользует то страдание, но паче вредить; понеже аще и кровь свою излиет себе убивали, обаче та кровь ему не во спасение, но во осуждение; и мученичество то не в венец, но в лютейшую адскую казнь; ибо велий есть грех самоубийство, больши неже человекоубийетво. Велик грех еже убить человека: самого же себе убить больший есть паче оного. Слышим святого Иоанна Златоустого, в беседах на Павлово к Галатам послание, пишуща о тех, иже сами насилованною смертию и удавою, и инеми некиими смертьми разрушают жизнь свою, и глаголюща сице: Бог таковыя мучит паче нежели мужеубийцы, и вси омражаемся (сиесть гнушаемся самоубийцы); и в правду, аще бо иных убивать не добро, много паче себе [680]. И паки тойже Святой на послание к Филиппийцам, в беседе 13 глаголет: Распни тебе самого, глаголю, да не убиеши сам себе: не буди; ибо сие нечестиво есть [681]. До зде Златоустый. Се слышите вселенского. великого учители святого Иоанна Златоустого, что глаголет, како о самоубийцах рассуждает: яко Бог таковыя по кончине их не милует. но мучит; и яко таковии суть мерзки Богу и человеком, и яко таковое дело несть благочестиво, но нечестиво. А раскольнически учитель Аввакум учеников своих жещися учить, и ублажает таковое дело, глаголя: блажен извол сей о Господ. Но кому лучше веру яти: Златоустому ли патриарху Цареградскому, или Аввакуму роспопе Московскому? древнему ли истинному вселенной учителю, или новому раскольническому лжеучителю, сами судите.

Вемы, яко древле святые мученицы во огнь себе ввергали Христа ради, но егда бяху от мучителей яты, и за Христа мучены и на огненное осужденны сожжение, и уже ко огню приведены, тогда они не ждуще ввержения сами себе вметаху во огнь: и бысть хвально пред Богом таковое их дело. А кроме рук мучительских сами на себе огня не налагали, ниже во огнь ввергалися, но ждали, донележе их погане имут, и мучити начнут, и огнь на них возжгут. Нынешние же неблагочестивые мученики раскольнически, аще и несть гонения за Христа, и никтоже прннуждает их ко отвержению Христа, ни мучит их кто за Христа; обаче они сами на себе огнь возжигают, и сожигаются самовольно, и мнят, акибы мучатся за Христа. Но суетна их надежда, тщетно их упование; не за Христа бо страждут, но за свое упрямство, и идут душы их не ко Христу, но к диаволу: не суть бо мученики Христовы, но демонские; ибо и диавол своя мученики имать. Кто же мученики диаволи? тии, (якоже от Златоустого слышим), иже сами себе убивают. А понеже жгущиися раскольники сами себе убивают; убо не суть Христовы мученики, но демонские. По таковых и поминовение творить отеческая возбраняют правила: святейшего бо Тимофея архиепископа Александрийского правило 14 глаголет: аще кто сам себе убиет, или заколет, или удавит, приношение не принесется за него, токмо аще не будет воистинну ум погубил. Зри о том в книге Кормчией, лист 270 на обороте. Убо и раскольническии ученики, сами себе огнем погубляющии, недостойны суть по пагубной кончине своей поминовения, яко самоубийцы. Приношение за них не принесется. Память их с шумом погибе.

Доброе ли есть дело, еже прельщенных, пред сожжением их, жен, девиц и отрочат, посквернити блудом, еже бысть на Тюмени? 0 чесом свидетельствует блаженной памяти преосвященный Игнатий митрополит Сибирский во втором своем послании, якоже то выше в части сей третьей написахом. Аще за едино отроча соблазненное горе люто, якоже сам Христос Господь в Евангелии рече: иже аще соблазнит единого от малых сих, верующих в мя, уне ему есть, да обесится жернов осельский (камень жерновный) о выи его, и потонет в пучине морстей [682]. Кольми паче за соблазнительство многих отрочат, девиц и жен, блудом оскверненных, осквернителем горе, от нихже комуждо не един обесится о выи камень тяжек, но елико кой соблазни лиц; и погрязнет в пучине огненной, яже во аде. Ибо сугубо зло творят таковые соблазнители: душу и тело погубляют; душу грехом, а тело огнем. О обоем убо том каковый суд понесут, помыслити ужасно.

Доброе ли есть дело, еже сожженных людей имения себе похищать? Не на тое ли истое прельщают и сожигают, дабы от имений их, богатиться? и несть ли се явный разбой, убивающий огнем человеки имения ради? И воистинну лютейший сей разбой от раскольников. неже бываемый по путем от разбойников. Разбойник бо, на путях заседаяй, имение токмо отъяти хощет: раскольник же и душу погубити ищет. Разбойник аще и убиет тело, но души не может убити: раскольник же и душу с телом убивает. Низведши бо человека в душепагубную ересь, тело огню, душу же предаете аду.

Доброе ли есть дело, еже затворять прелыценных в избах глухих, или в погребах глубоких, и морить я гладом, и быть виною страшного и от веков. неслышанного мучительства сего, еже затворенным на гладную смерть, не стерпевши лютого глада, ясти друг друга жива, кой кого одолеет? Где в поднебесной таковое слышится мучительство? и кто от веков таковый изобрете путь богоугождения и спасения? Воистинну путь сей несть богоугождения, но богопрогневания; и не спасения, но погибели. И начинают таковии беднии еще в жизни сей муку свою, и с тою идут в вечный тартар. О безбожного изобретения и безчеловечного мучительства!

Доброе ли есть дело, еже девке вместо Христианского истинного причащения, изюмом обволхвованным людей причащати, еже бысть в уездех Кинешемском и Решемском, якоже о том выше глаголахом; коего волшебного причастия причастившиися, обезумившеся, сами себе погубляху, овии огнем, овии водою, инии же удавлением?

Доброе ли есть дело, младенцу новорожденному изъять сердце, и иссушить е, истолчи на муку, и всыпывать отай в еству и питие человеком, и в кладязи сыпать на очарование людское, и таковыми чародействы привлекать людей к своему еретическому единомыслию?

Доброе ли есть дело, вменяти в блуд брак законный, по чину церковному венчанный? несть ли се противно закону Божию и законам градским? И в неверных закон супружеской хранится, а в раскольницех, мнящихся быти верных и святых, закон той естественный разоряется. Где убо поденут Писание святое, усты самого Христа в Евангелии глаголанное: несте ли чли, яко сотворивый искони мужеский пол и женский, сотворил я есть? И рече: Сего ради оставит человек отца своего и матерь, и прилепится к жене своей, и будета оба в плоть едину. Темже к тому неста два, но плоть едина: еже убо Бог сочета, человек да не разлучает [683]. И кто от правоверных закон той Божий и закон Богом созданного естества дерзнет нарицати блудом, егда и Апостол о нем свидетельствует, глаголя: честна женитва во всех, и ложе нескверно[684]?

Доброе ли есть дело блудствовать, аще и не яве, но отай, и нарицать блуд любовию Христовою? где таковую любовь повеле Христос? и кто от Апостол, или от Пророк, или от святых отец учит в блуде пребывать? Не паче ли вси возбраняют жития блудного, наказуют же жестоко, а иногда и смертьми казнят за дела блудные? Не повелено ли в законе Моисеове камением побивати блудников и прелюбодеев[685]. А святой Апостол о таковых что глаголет? Всяк блудник и нечисть не имать достояния в царствии Христа Бога [686]. И паки: блудником и прелюбодеем судит Бог [687]. Самому же Христу, Господу нашему, пречистому и нескверному, от пречистыя Девы рожденному, и источнику всякия чистоты сущему, коль есть не люба и мерзка нечистота блудная, мощно видети отсюду, пишется во Апокалипсисе: Христос Господь наш, явився возлюбленному ученику своему Иоанну, рече к нему: Ангелу Пергамския церкве напиши, сия глаголет имеяй мечь обоюду изощрен: имам на тя яко имаши держащия учение Валаамово, иже учаше Валака положити соблазн пред сынами Израилевыми, ясти идоложертвенная, и блудотворити: Тако имаши и ты держащия учение Николаитское, егоже ненавижду. Покайся: аще ли ни, прииду скоро, и брань сотворю с ними мечем уст моих [688]. До зде словеса Христова. Мы же внемлем сему; яко Христос Господь ненавидит учения Николаитского, егоже (рече) ненавижду. И кое то бяше Николаитское учение? Тоже, еже и Валаамово; якоже бо той древле научил Валака прельстити людей Израилевых блудными женами: сице Николай Антиохианин во дни Апостольския учил людей, еже обще жены иметь, и блудотворить без опасения и воздержания, греха бо в том не сказоваше быти. Господь убо изострил есть меч свой на таковыя, и яве возвестил, яко учения того Николаитского, сиесть блуда, ненавидит, и хощет брань сотворити на блудники мечем уст своих. А окаянные раскольщики не ужасаются нарицати блуда любовию Христовою.

Рекут они: яко не вси суть таковы, не вси блудотворящии, и в грех блуда не вменяющей. Ответствую: имы не глаголем о всех; ибо обретаем в книгах; яко и в поганех мнози от мужеска и женска пола бяху хранящии чистоту и девство, аще и во идолопоклонении; кольми паче в Брынянах могут быти пребывающии в девстве и чистоте. Обаче еже слышим и видим, то глаголем. Слышим бо часто, бежащия от епархии нашей туды девицы и черницы; видим же оттуду возвращающихся с брюхами, и на что более свидетельства?

Доброе ли есть дело, еже простого мужика нарещи христом, и почитати его аки Христа, и молитися к нему аки к Христу, и верити в него? Не о сем ли предрече сам Христос в Евангелии, глаголя: Тогда аще кто речет вам: се здесь Христос, или онде; не имите веры: востанут бо лжехристи? [689]

Доброе ли есть дело, еже лицемерствовати, и являтися человеком, аки бы святы и праведны и преподобны? Лицемерство бо и добродетельному мужу спасения не приносить. Кольми паче под образом святости лукавая помышляющему, и на прелесть человеком овчею кожею волконравие покрывающему, не спасение, но погибель исходатайствует, не токмо самому лицемернику, но и прелыценным от него.

Доброе ли есть дело, еже еретика Аввакума роспопу проклятого, и от церкви Христовы аки гнилый уд отсеченного, в святых почитать, образу его покланяться, и празднество ему совершать, и книги его еретические аки православныя иметь, и учения его душевредного придержаться?

Доброе ли есть дело, еже крещенных православным крещением, тех перекрещивать в раскольническую веру? не возбраняют ли сего Апостольские правила? Зри в книге Кормчией, на листе 12 на обороте, правило 47: Крещенного истинным крещением аще кто крестить второе, да извержется.[690] А Златоуст святой что глаголет? Спогребохомся ему (Христу) крещением в смерть. Якоже убо несть второе распятися Христу, сице ниже креститися нам. И ниже тамже глаголет: Иже убо второе себе крещаяй, паки его распинает.

Доброе ли есть дело, еже попов переставливать, иноков перестригать, неосвященным простым мужикам дерзать деяти иерейская, крещать и исповедовать? како может простец, иерейския власти не приемый, разрешить человека от грехов его?

Несть ли смеха достойна вещь та, яко в плат молитву поп наговаривает, и посылает к родильниц или к мертвецу, еже стрясти над лицем плат той? может ли что та молитва?

Доброе ли есть дело то, яко простые мужики неосвященные причащение неведомо кое творят, и вместо истинного тела Христова темь пустым и ложным причащением людей причащают? аще же и поп который, от иже к ним приставших, совершить где в пустой церкви по старом Служебнике на седми просфорах литургию: то каково служение того, иже отлучися православной церкви, и освящение свое иерейское прокля, и святившего и архиерея, и всея святыни отвержеся, и прият власть акибы священнодейства от простых неосвященных мужиков? каково тамо Духа Святого нашествие, идеже Дух Святой похулен есть?

Доброе ли есть дело, еже за царя Бога не молить, в егоже живут державе, и гнушаться имени его в молитве, аки еретического? Писание же святое и о неверных царях молитися повелевает. Сице святой пророк Варух ко Иудеом своим в пленении Вавилонском пишет: Молитеся за житие Навуходоносорово царя Вавилонска, и за житие Валтасара сына его, да будут дни их яко и дни небесные на земле, да живем под сению Навуходоносоровою, и под сению Валтасарею сына его. Кто бысть Навуходоносор? и кто бысть Валтасар? не идолопоклонники ли нечестивии? А Пророк велит молиться о них. Такожде и святый апостол Павел егда учил молиться за царя и за вся, иже на власти бяху[691]: в то время кто бяше царь? не Нерон ли нечестивый идолопоклонник, великий гонитель церкви Христовы и лютый мучитель верных? а Апостол молиться о нем веляше. Брыняне же, аще и не во всех, обаче во многих скитах своих царя Христианского правоверного от молитв своих измещут. Разве не суть достойны молитвы их, от неправоверных уст исходящие, дабы имя царя Христианского правоверного было в тех воспоминаемо? а святой Златоустый како учит, внемлите: Подражай Бога, аще всем хощет спастися, влепоту за всех подобает молиться; аще всем той восхоте спастися, хощи и ты; аще ли же хощеши, молися: Богу сие угодно, и яко подобии ему по сему бываем, по немуже таяжде с ним хотети [692]. Да не убоишися прочее о Еллинех моляйся, и той сего хощет: убойся точию еже на ня молитися, сего бо не хощет. Аще же ли о Еллинех молитися подобает; явленно есть, яко и о еретицех (подобает молиться;) о всех бо человецех молиться достоит, а не отгонити. До зде Златоуст. Молимся убо мы о поганех, да просветить их Господь светом святой веры; молимся о еретицех отпадших церкве, да обратить их Господь паки к церкви Святей своей. Брыняне же о правоверных не хотят молиться.

Доброе ли есть дело, еже Христианами нарицаться, а крещения истинного, по чину церковному бьвающего, не имети, но от простых неосвященных мужиков или баб без нужды крещену быти, или отнюдь крещения не имети? Суть бо и таковые, якоже прежде речеся, иже и поросли, и дети поплодили, а крещения не имеют.

Доброе ли есть дело, еже ветхозаконное субботствование жидовское обновити, якоже то о некоем в них толке слышится? Не возбраняют ли сего правила отец Святых? Зри в книге Кормчией, лист 14, правило 53, и лист 18, правило 64, и лист 59, правило 17.

Рекут Брыняне: не во всех скитах и толках таковая дела делаются. Ответствую: аще и не во всех единыя дела, обаче каждый скит или толк особная некая делаеть в противность церкви православной, якоже то изьявися уже прежде. Вси же единомысленно и единогласно раскольничествующе, и хуляще нечестивыми хуленьми церковь Христову, вси купно уловлени суть диавольского сетию во свою его диавольскую волю, и вси купно делают диавольское хотение.[693] Друг другу убо в расколах и в хулениях на церковь Божию по диавольскому хотению соглашаяйся, друг друга недобрых дел есть обещник, по оному Апостольскому суду: согрешивый в едином бысть всем повинен.[694]

Глава 21. Раздирающего церковь вся добрая дела зла суть

Аще же в раскольницех и добрая (по мнению человеческому) некая творятся дела, якоже, многия пощения, продолженные молитвы и иная тем подобная; обаче та вся в них суть яко и недобрая, понеже в раскол творимая, от раздирающих церковь Христову, имже раздором глава церковная – Христос прогневан бывает до – зела. Что бо сице прогневанна творит Владыку нашего Христа, якоже раскольничество, противящееся церкви его Святой, честною того кровию искупленной; и творящее раздоры в верных, но подобию Ариеву, раздирающе Христову ризу, или паче самое тело Христово, еже есть церковь его, пресецающе полма? Слышите, что великий учитель церковный святой Иоанн Златоуст глаголет: Ничтоже тако раздражает Бога, яко еже церкви разделятися, аще и бесчисленная будем содеявше благая, от иже тело его пресецающих, не меньшую приимем казнь, ссецающе исполнение церковное [695]. Внемли зде всяк глаголом Златоустого: Аще кто и бесчисленная будет содеваяй благая, а егда исполнение церковное раздорами и расколами пресецает, не спасется, но погибнет; понеже прогневляет Христа тольма, акибы кто пресецал его тело. И еще той вселенский учитель к глаголом своим другая, на устрашение творящим расколы приложити хотя, приводить безъименпо святого священномученика Киприана епископа Карфагенского [696], древнейшего учителя церковного, бе бо Киприан пред Златоустом более неже сто лет. Киприан Карфагенский пострада в лето по рождестве Христов в 261; Златоуст же во Антиохии Мелетием архиеппскопом в диаконы освящен в лето 382; того убо святого Киприана речение Златоуст безъименно приводя глаголет: Муж некий святый рече, нечто быти мнящееся дерзостно, но обаче провеща. Что же сие есть? Ниже мученическая кровь может сего загладити греха; рече: рцы бо мне, чего ради мученик еси? ни ли славы ради Христовы? предаяй убо душу по Христе, како церковь разрушавши, за нюже Христос душу предаде? Слыши Павла глаголющего: яко несм достоин нарещися Апостол, зане гоних церковь Божию, и разрушах ю [697]. До зде Златоустый. Се слышите двух Святых учителей церковных, Киприана и Златоустого; извествующих, яко кровь мученическая не может омыти греха раскольничества, еже церковь Святую раздирати. Всех убо недобрых двл раскольнических недобрейшее и злейшее есть дело, самый творимый от них церкви Христовой раздор, имже и добрая их (аще кая суть в них) дела уничтожаются. Да не преминется же зде и святого Кирилла Александрийского о раскольницех речение, в слове о исходе души написанное, сие: Иже церкве и причастия себе удалиша, врази Божии бывают и демонов друзи [698].

Глава 22. Известие откровенное о делах раскольнических, яко не суть богоугодная

Слышахом прежде, что блаженной памяти преосвященный Игнатий митрополит Сибирский, в третьем своем в свою Сибирскую епархию послании написал есть, яка в Нижегородских пределах, сел дворцовых, Княгинина и Мурашкина люди, егда с женами своими и с детьми на гумне в овине зажгошася и согараху, видены были два ефиопа черные, в дыму над огнем по воздуху летающие, и плещущие с радостию, и глаголющие: наши, наши есте!

А егда на Тюмени множество людей в лесах сожгошася, слышаны быша по вся нощи на том месте плачевные гласы: ох, погибли! ох, погибли! Смрад велий от места того долгое время исхождаше. Тоже бысть и в Томском уезде, якоже о том прежде речеся. Тоже бысть и в Устюжском уезде, в Череповской волости, якоже о том подлинно сказывал тамошний человек Максим Данилов, еже выше наиисахом.

Мощно же разумети Божие о раскольнических ересях неблаговоление и от кончины попа Никиты пустосвята роспопленого, иже покаялся бе от ереси своея, и паки в ню, аки свиния в кал тинный, возвратися; о коем преосвященный Игнатий в послании своем третьем близ конца сказует, яко в 7190 году, во время бывшего в Москве от возволновавшихся стрельцов смущения, он Никита с сковники своими, имея время себе подобно, и пособие крамольников смущающих царственный град, вселися в слободу стрелецкую, яже бе за Яузою, полку Семена Титова: и оттуду исходя на красную площадь, кричаше воплем велиим, со многим дерзновением к народу глаголя: постойте православии народи за истинную веру; ныне бо несть истинной церкви на земли, ни в Руси, ни в Греках; токмо мы еще держим православную Христианскую веру, и крестимся, якоже блаженный Феодорит написал есть, двема персты, изобразующе в том Божество и человечество сына Божия: а трема персты кто крестится, той со антихристом в вечной муке будет, то бо есть печать антихристова, Тако блядословя окаянный, учаше народ не входити в церкви нынешния, и никаких от церкве святынь приимати. Прошаше же, да изыдет патриарх со всеми духовными властьми на Лобное место, и да будет тамо прение о вере. Таже июля месяца в 5 день, проклятый той еретик Никита с единомысленники своими, безстудно к царским палатам пришед, дерзновенно просяше словопрения о вере с патриархом и со архиереи. Поставиша же близь церкви Собора Архангельского аналогии, и положиша принесенные с собою иконы, и сами ставше на скамиях, кричаху хуляще церковь, и учаще народ крестное на себе знамение творити (по-армянски) двема персты, а не во образ Святой Троицы, трема персты. Святейший же патриарх Иоаким посла к ним из соборныя великия церкве два иерея, увещати Никиту, и иже с ним, да престанут от такового злого начинания. Они же устремившеся на иереи тыя, биша я довольно, яко едва возмощи иереям тем избежати от рук биющих. Видев же патриарх умножающуюся еретическую молву и мятеж, востребова царския обороны церкви Святой. Пресветлые убо цари, Иоанн Алексиевич и Петр Алексиевич повелеша собору быти в их царской грановитой палате, на коем соборе председе их царская мати, благоверная царица Наталия Кириловна, и их царская тетка, благородная царевна Татиана Михайловна, и их царские сестры, благородные царевны, София и Мария Алексиевны; соседяше же им святейший патриарх Иоаким со архиереи. И вшед Никита пустосвят со своими единомысленники, подаде свиток, в коем написано бяше все безумное его умствование. и вся хулы на Святую церковь, и челобитная, еюже просяше правого суда, у пресветлых царей, в церковных исправлениях. Творящуся же довольному от святых книг разглагольствию, Никита о всем своем еретическом злоумии обличен и постыжден быв, устремися безстудно на препревшего его преосвященного Афанасия архиепископа Холмогорского, и удари его в перси, за кое дерзновение и безстудие, абие повелением царским Никита и иже с ним изгнани быша от палаты царския. Они же идуще градом до Лобного места; велиим гласом аки волцы выюще взываху: победихом, победихом: не могоша бо противу нас на соборе ничтоже рещи никтоже. Возшедшим же им на Лобное место, и таяжде к народу взывающим, сам Господь Бог, не стерпев хуления тех на церковь свою, обличи еретическое мудрование их внезапною казнию: злый бо дух порази предводителя еретического Никиту пустосвята, и абие пад на землю Никита оцепене и бесновашеся. Тогда вси людие, видяще на нем Божие отмщение, познаша. яко явный еретик есть Никита, и хульник церкве Святой, и враг Божий; и во утрие иснолнившеся ревности вси пехотнии полцы, яша того проклятого еретика, емуже первее бяху пособники, и связавше приведоша в гражданский суд, и повелением царским казнен бысть смертию той Никита, яко еретик и возмутитель народа.

Нам же отсюду известно видети есть Божие о раскольнических злоумствованиях неблаговоление; ибо Никиту еретика, яве хулившего церковь Божию, яве предаде во область сатане пред лицем всего Московского народа. И бысть Никитине беснование, обличение явное зловерия его, и всех того единомысленников.

Сверх же сих всех, Пахомий монах, егоже в первой части книжицы сея воспомянухом, иже в детстве своем из Пошехонского уезду в леса оныя завезен быв, возрасте тамо, и дважды от раскольщиков был перекрещиван после здешнего истинного крещения: первее перекрещивали его в толку, глаголемом Беспоповщина; другое же в толку, глаголемом Поповщина, имя ему б в мире Панька, сиесть Пантелимон. Обратився же к святой церкви, пострижен есть во иночество преждевозпомяненным игуменом Питиримом: той монах Пахомий повода нам та, яже весть подлинно, во время бо его тамо между раскольниками пребывания деяхуся.

В толку Ануфриевском есть скить женск старицы Елены, в коем ските монахинь вящше ста обретается. Бысть же у них вещь сицевая: назад тому годов с пять, умерла едина старица, и лежала не погребена двои сутки, ждали учителя и наставника своего Ануфриа, а он был негде в отлучке. И прежде даже приити к ним Ануфрию погребения ради умершия, та мертвая старица оживе, и седе на немже лежаше месте; и начат звати к себе начальницу, глаголя: матушка! пойди ко мне. Бысть же страх на всех тамо бывших. И приступи к ней начальница, она же ожившая, повеле собрать к себе всех монахинь, и приступльшим к ней всем, сказала им то: что де мы все Ануфриевского толку не в рай идем, но в муку; то рекши, абие ляже, и паки умре. Тогда все монахини ужасошася зело, и начаша мнози смышлятися, еже отъити оттуду, и возвратиться к святой церкви. Тем временем Ануфрий пришед, и сотворшееся чудо уведав, начат их уговаривать, глаголя: то-де сатана подействовал, и привидение вам бысть мечтательное, а не самая истина.

Иван Васильев сын, толку Беспоповщины, жил на Язвицах, (Починок или деревня тако нарицается, Шереметьевых вотчина той умерл был назад тому будет года с четыре, и лежал день обмыть, и наряжен. Мати же его приседяше телу его плачущи, таже ожив мертвый, начат вопити: тону, тону. Устрашившижеся мати, побеже от него. Он же опамятовався, начат со слезами призывать к себе матерь. И приступи к нему мати с иже в храмине бывшими, и начат оживший сказывати, где бе душею, и что виде. Некии-де ефиопы пришедше пояша мя, и вбросили в блато велико. Посем прииде некий человек хорош собою, и поемши мене повел по местам страшным огненным, и показа всех скитов и толков души во ад мучимы, лютым огнем горящие, коих знавал прежде в живых бывших, а они уже померли, учители разных скитов, и простые, тех всех во огне видел. Видех же (рече) и поле темное, на коем сказано мне, яко ту души неверных. Бога не познавших, и учения Христианского не слышавших. Тех убо души во тьме, но не во огне. Водяй же мя вопроси: покаешися ли ты, и начнеши ли ходить в церковь, и пойдеши ли по всем скитам сказывать, яже видиши зде? аще же ни, то посажу тя во огнь с твоим толком. Аз же обещахся покаятися, и вся повеленная творити. Муж же той изведши мя от оных мест страшных, приведе над некую тину, (грязь) и врину мя тамо. Аз же воскричах: тону, тону, и обретохся жив. То Иван оный от мертвых оживший, сказа матери своей, и иже тамо тогда прилучишася. И пойде по всем скитам, сказуя яже о себе, како умерл бе, и како водимый был по мукам, и что виде, и како в живыя паки возвращен бысть. Но не яша ему веры, паче же посмевахуся тому, и ругахуся. Он же после того, вышел оттуду с материю в город некий, (именно города сказать Пахомий не упомнит,) и пожив малое время между православными, преставися в благочестии.

От таковых известий откровенных мощно всякому уверитися о раскольнических делах, коль суть Богу неугодны, и не спасение, но муку им заслугующия.

Да слышат же сия вси, иже оставляюще церковь Христову, и истинных тоя пастырей и учителей, в след раскольнических лжеучителей шествуют: и да внемлют и видят, кого слушают, кому веру емлют, кому возследствуют: человекоубийцам, душегубцам, волхвом, чародеям, еретикам, лицемерникам, блудникам, беззаконникам, отступникам святой веры, хулителем превысочайших святынь Божиих, отметникам благодати Духа Святого, имиже путь истинный хулится, имиже Христос Господь наш в пречистых его тайнах бесчестится, имиже Христианское нарицание ругаемо бывает, ихже погибели бесове радуются, ихже души по смерти огнь геенский приемлет. Темь возследствующие какового себе спасения могут чаяти и надеятися? Разве тояжде погибели, яже предводителей их приемлет.

Се, о возлюбленные правоверные люди, истинные Христова стада овцы, и святой церкве его искренняя чада! разломихом здравым рассуждением и третий Брынского сада плод, дела их, и подлинным розыском розыскали:

О мнимых быти добрых делех их,

И о недобрых, яже они одобряют.

И обретохом в том плоду, якоже в Содомском красноцветном яблоке, не вкус сладкий, но смрадный прах и пепел, обретохом глаголю, яко:

Добрые дела их не суть богоугодна; понеже лицемерно творимая. Аще же кая и не лицемерно у них делаются, обаче и та не суть приятна Богу, ни заслугуют им спасения: понеже делаются вне православной кафолической церкви, без коея никомуже спастися возможно.

Недобрая же их дела, яве в противность церкви святей творимая, кто может одобрить? разве той, который любит нарицати тьму светом, и нощь днем, и блато златом, и огнь водою, и сажу снегом, и желчь медом: той и злое наречет добрым. Но горе таковому, вопиет Исаия пророк: горе глаголющим злу добро, и добру зло, полагающим тьму свет, а свет тьму, полагающим горькое сладко, а сладкое горько [699].

Глава 23. Окончание книжицы, и увещание правоверным

Сице розыском подлинным исследовася:

Вера раскольническая, и

Учение их, и

Дела их:

И яве показася то: яко,

Вера их неправа,

Учение их душевредно, и

Дела их небогоугодна.

Увещание правоверным

Смотрите убо, о людие Божии, и разумейте прелесть и душевредство раскольников, и блюдитеся от псов, блюдитеся от злых делателей[700]. Блюдитеся от волков, иже из лесов Брынских исходяще, к вам тайно во одеждах овчих приходят, и лживыми пророчествы и ученьми вас прельстити, и в свою погибель привлещи тщатся. Тии то суть поистинне лжепророцы и лжеучители, о нихже предрече святой верховный Апостол Петр, глаголя: быша лживии пророцы в людех, якоже и в вас будут лживии учители, иже внесут ереси погибели, и изкупльшаго их Владыки отметающеся, приводяще себе скору погибель: И мнози последствуют их нечистотам, имиже путь истинный похулится, И в преумножении льстивых словес вас уловят: ихже суд искони не коснит, и погибель их не дремлет [701].

Тии то суть, коих блюстися велит святой верховный Апостол Павел, глаголя: молю вы братие, блюдитеся от творящих распри и раздоры, кроме учения, емуже вы научистеся, и уклонитеся от них[702].

Тии то суть, иже инако учат, и не приступают к здравым словесем Господа нашего Иисуса Христа, и учению, еже по благоверию, и гордятся, ничтоже ведуще, недугующе же зловерием, состязаются, и словопрятся [703].

Тии то суть, от нихже бывает зависть, рвение, хулы, непщевания лукава, беседы злыя растленных человеков умом,и лишенных истины, непщующих быти приобретение мнимое, им свое благочестие злочестивое [704]. В злочестии бо суще, мнят себе благочестивыми быти, и прельщающе людей, приобретают себе имения их, корыстуются богатыми подаянии их. От таковых прелестников, истины лишенных, умом растленных, лукавых хулителей, Павел Тимофею велит отступати:

Тии то суть поныряющии в домы и пленяюще женишца отягощены грехами, водимы похотьми различными, всегда учащиися, и николиже в разум истины приити могущии [705].

Тии то суть лукавии человецы, и чародеи, преуспевающии на горшее, прельщающе и прельщаеми[706].

Тии то суть, ихже нравы изъясняет святой Иоанн Златоуст, глаголя: не токмо волцы суть, но и казители нечестивии, и противницы, и врази, и навътницы, и хульницы, и лицемери, и татие, и разбойницы, и лжеучители, и лжепророцы, и наставницы слепии, и прелестницы, и лукавии противницы Христовы, и блазнители, и сынове лукавого, и духоборцы, охулившии дух благодатный, имже не отпустится ни в сем веце, ни в будущем, нмиже путь истинный хулитися имать [707]. К сему же чада лукавого диавола, якоже глагола к ним Господь: яко вы отца вашего есте диавола[708]. И паки Богослов Иоанн; ведома, рече, суть чада диаволя. До зде Златоуст.

Таковых блюдитеся, о возлюбленнии! молю вы, и увещаваю; ниже внимайте баснем их. Сице бо и святой Павел Тимофея увещаваше: скверных и бабиих басней отрицайся: обучай же себе ко благочестию[709]. Блюдитеся собеседования их, ниже внимайте лжеучительству их, кольми паче бегайте сожительства их, ниже в своя домы приемлите таковых, иже ищут вы от пути истинного развратити. Слушайте полезного совета святого Иоанна Богослова, иже глаголет: всяк преступаяй, и не пребывали во учении Христове, Бога не имать: пребывали же во учении Христове, сей Отца и Сына имать [710]. Аще кто приходит к вам, и сего учения не приносить, не приемлите его в дом, и радоватися ему не глаголите. Глаголяй бо ему радоватися, сообщается делом его злым. Якоже бо касаяйся пекле (смоле), очернится ею, (глаголет Сирах)[711]: сице общаяйся еретикам, точен им будет.

Веждьте же известно, о правовернии, яко всяк приятствуяй раскольников, врагов сущих Церкве Христовы, и дружбу с ними имеяй, и подаяние им от имений своих творяй, враг есть самому Христу, иже есть глава церкви своей. Якоже бо кто содружаяйся врагу цареву, и питаяй того, несть друг царев, но враг. Сице содружаяйся врагом Святой церкви, сущия тело главы Христа, несть раб верен Христу, но враждебен ему есть. И якоже сын любяй врага отча, не любить поистине отца своего, ниже сам от отца достоин любления: сице Христианин, любяй враги Христовы раскольщики и еретики, не любить поистине Христа, ниже сам от него любимый есть; Христос бо любящия его любит. Како же той может о себе рещи, яко любит Христа, иже общается раздирающим ризу Христову, и пресецающим тело его, сопряженную ему церковь святую? Аще Христа поистине любиши, далече буди от тех иже Христову хулять церковь, и яко псы лают на ню, и яко волцы выют и терзают ю на уды. Добро подражати Давида глаголюща: не ненавидящия ли Тя, Господи, возненавидех, и о вразех Твоих истаях? Совершенною ненавистию возненавидех я, и во враги быша ли [712]

Сия любви вашей предложив, о правоверные люди! навершаю мою к вам беседу словесы святого Иоанна Богослова, сими:

Иже знает Бога, послушаешь нас: а иже несть от Бога, не послушаешь нас: о сем познаваем Духа истины, и духа лестча[713].

Бог же премилосердый, не хотяй смерти грешных, развратившияся в расколы и раздоры, и отпадшия церкве его святыя, да обратить их на путь правый, имиже весть судьбами, и да присоединить тех паки святому своему избранному стаду.

Вас же чад своих, придержащихся матере своей святой кафолической церкви, и в правоверии пребывающих, да утвердит и укрепит в святой вере непоколебимы, и церковь свою да соблюдет непреодоленну адовыми враты до скончания века, аминь.

Сию книжицу убогого труда моего полагаю разсуждению церковному, Преосвященнейшим архиереям, и всему духовному чину. Не бо мнюся о себе мудр быти, ни уповаю на свой убогий разум. И аще что в ней обрящется неправо, прошу любезного исправления. Аз же готов во всем повиноватися церковному велению, еяже есмь последнейший член, и нижайший послушник и работник.

[1] Августа 32, лист 661 на обороте.

[13] Св. Злат. на послан. 1Солун. 4, нравоучен. 8, лис. 2265.

[16] Книг. 4, гл. 11 о вере.

[17] На послан, к Евр. бесед. 21, лист 2978, глава 11.

[23] Злат. на 1Кор. 13, бесед. 34, лист 967.

[28] В Соборнике великом печатном, лист 325.

[29] Лист 325 на обороте.

[30] В Соборнике великом печат. лис. 325 на обор

[31] Листь 23 на обороте

[32] Святой Дамаскин книга 4, о Вере, глава 12

[33] В книге той же, глава 17

[34] Рождества Христова в лето 1553

[36] Кормчия лист 74 на обор.

[37] Кормчия лист 180 на обор.

[39] Евсевий книга 6 гл. 84.

[40] Никифор книга 5, гл. 31.

[41] Кормчия лист 44 на обор, и 179, 566 и 567.

[46] Скрижаль, лист 282.

[48] Скрижаль, лист 609.

[51] Феофилак. в предислов. на Матф.

[67] Память его Марта в 11 й день.

[70] Глас 3, песнь 7, ст. 2, в неделю, на Полунощнице

[73] Книга 3 о вере, гл. 29

[75] Лексикон Ономастикон Геснеров

[80] Января 17, лист 302.

[81] Лист 550 на обороте.

[82] Канон велик, в четверток 5 недели велик. поста, песнь 4, Слав.

[83] Деян. 13:2 и след.

[84] Деян. 15:25 и след.

[90] Св. Анастасий вопрос. 78 на Св. Писание; тоже и у св. Златоустого обретается в предисловии на послания Павлова.

[101] Св. Андрей Кесарийский Слов. 18, гл. 17, лист 81.

[104] Слово 106, лист 268 на об.

[107] Св. Иоан. Дамаск. кн. 4, гл. 27.

[113] Св. Ипполит, лист 127 и 129 на об. и св. Андрей, лист 49 и 101.

[119] Амос 5, Златоуст на 1 послан. Фессалон. 5. Беседа 9, лист 2276.

[123] Слово 106, лист 272 на об.

[133] Деян. 7:47–49. Ис. 66:1,2.

[134] Книга 1, глава 17.

[148] Ефрем, слов. 48, лист 102.

[154] Ноябрь 13, лист 322 на об. Ноябрь 23, лист 397 на об.

[155] Апрель. 1, лист 171.

[169] Тамже гл. 26, ст. 56.

[182] Слово 18, лист 103.

[200] Недел. Самарян лист 114 и 115.

[209] В Соборнике лист 325.

[210] Гл. 5, беседа 18, лист 1757.

[219] В Соборнике, лист 327 на об.

[220] Луки 8, зачало 39.

[225] Апрель 1, лист 171 на об.

[229] Лист 425 на об. Георгий Кедрин.

[230] Дамаскин в Соборн. лист 334.

[231] Чет. Мин. лист 132 на об.

[235] Чет. Мин. лист 434 на об.

[241] В Соборн. Велик, печат. лист 310 на об.

[242] Мин. Чет. Февр. 25, в житии Св. Тарас, лист 741 на об.

[255] Мин. Чет. Ноября 26 числ. лист 420 на об.

[256] Февраль 27, лист 510.

[257] Январь 19, лист 321 на об.

[258] Январь 19, лист 327.

[261] Август. 2, лист 414. на об. и 415.

[262] Окт. 26, лист 237 на об. и Февр. 12, лист 456 на об.

[263] Патер. Печер. лист 89

[264] Мин. Чет. Октября 26, лист 236 на об. Июня 11, лист 284.

[268] 2Мак. 15:12. Мин. Чет. Мая 1-го, лист 305 на об.

[269] Октябрь 19, лист 206 на об.

[273] Мин. Чет. Январь 7, лист 232 на об.

[274] Мин. Чет. лист 412 на об.

[280] Тамже лист 116 на об.

[282] Еккл. 3:1 и след.

[284] 2Тим. 3, ст. 1, 2 и след.

[292] Мф. 24:3, 4 и след.

[296] Слов. 106, лист 272 на об.

[312] Слов. 106, лист 272.

[333] В погребательных пениях.

[334] Лист 37 на обор. и 38.

[337] Св. Васил. Велик, лист 37.

[339] В тойже бесед. ниже лист 38.

[365] Ноябрь 7, лист 2897.

[366] Пс. 109:4. Евр 5:5.

[367] Деян. 15:23, 25, 28 и 29.

[373] Лист 180 на обороте.

[374] Лист 628 на обороте.

[378] Бароний 362 года, лист 38 и 41 на об.

[379] Коринф. лист 11 и 15.

[381] Иоан. Злат. лист 2897.

[399] Мк. 9:43, 45, 47, 49 и 50.

[403] Мф. 13:4–24 и проч.

[404] Тамже 18:24 и проч.

[406] Тамже 12:19 и проч.

[407] Тамже 16:18 и проч.

[408] Тамже 18:10 и проч.

[461] Втор. 25:4. 1Кор. 9:9.

[465] Мф. 21:4 Ис. 62:11. Зах. 9:9.

[485] Память его Августа 31.

[500] Св. Ефрем, слово 109 о Аврааме и Исааце.

[516] Память его июня 1.

[520] Сент. 14, гл. 2. Творение Киприаново.

[528] Кирилл кн. 8. на Иоан. гл. 17. Герман о почитании креста.

[533] Иез. 9:8 Июлия 21, лист 343 на об.

[537] Ис. 33 ст. 12. и 1Пет. 2:24.

[541] Глас 2, в среду, песнь 9 и глас 3, в среду и в пяток Седальны.

[542] В книзе Жезл, лист 66.

[544] Златоуст лисг 1638.

[548] Сир. 24:14, 15 и 16.

[551] Мф. 24:15 и 16. Дан. 9:27.

[554] Сия бредня печатана в книге под именем святого Кирилла Иерусалимского, на листе 32.

[560] Откр. 7:2. лист 31 и 32.

[564] Глава 9, слово 9, лист 41. Память его января 30.

[565] Слово 106, лист 267.

[567] на Апок. 13:18. лист 62.

[574] Ноябрь 16, лист 352 на обороте.

[575] Ноябрь 14, лист 341 на об.

[579] Июля 30, лист 404 на обороте.

[582] Ноябрь 17, лист 355.

[584] Окт. 2, лист 141 на об.

[585] Окт. 2, лист 142 на об.

[586] Ноябрь 19, лист 376 на об.

[587] Окт. 21, лист 213 на об.

[588] Январь. 17, лист 299 на об.

[589] Январь. 7, лист 309 на об.

[590] Январь 15, лист 287 на об.

[591] Мая 12, лист 385 на об.

[593] Июля 19, лист 331 на об. и 332

[594] Апрель 1, лист 169.

[597] Лимонарь, глава 3.

[599] Марта 14 лист 79 на об.

[600] Сент. 1, лист 5 на об.

[601] Сент. 1 Лист 131 на об.

[602] Часть 2, лист 91 на обороте.

[604] Книга 4, о вере. гл. 12.

[611] 1Кор. 9:7, 8, 9 и 10.

[623] января 1 го, лист 330.

[625] на 2Тим. 1 нравоуч. лист 2556.

[637] Маргарит, слово 12, лист 450.

[638] Тамже на обороте.

[656] Слово 22, лист 180 и 181.

[666] Книга о единости церкви.

[671] Слово 15, лист 108.

[674] На 2Тим. 1, нравоуч. 2, лист 2318.

[679] Аввакум еретик.

[680] На послан. к Галат. гл.1 ст.4 лист 1469.

[682] Мф. 18:6; и Мк. 9:42.

[683] Быт. 2:24; и Мф. 19:4, 5 и 6.

[685] Евр. 13:4, и Ин. 8:5.

[688] Откр. 2:12, 14, 15 и 16.

[690] На Евр. гл.6 бесед. 9, лист 2857.

[692] На 1Тимоф. 2. бесед. 7, лист 2423.

[695] На послан. к Ефес. гл. 4, нрав. 11 лист 1692.

[698] Кирил. Алекс, в слове о исходе души, лист 495.

[707] Маргарит, слово 13 о лжеучителех, лист 466.